home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

Выпад! Парирование и контратака. Аливия отскочила, меняясь местами с атакующей Риолой. Выпад, парирование, контратака.

Начали отрабатывать связки. Сейчас обе девушки, постоянно меняясь местами, нападали на князя, который сжимал в руке такой же деревянный меч. Их задача заключалась в том, чтобы сделать выпад, парировать его ответный и снова атаковать. Атака, оборона, атака. Немножко скучновато такое однообразие, но повторение очень важно.

Вот Аливия попыталась не отбить его выпад в сторону легким движением, а парировать, выставив свой меч навстречу. Ошиблась? Князь надавил, продавливая защиту. Девочка сначала получила по лбу собственным мечом, потом добавился удар и его оружием. Аливия охнула и присела, почесывая лоб и обиженно глядя на брата.

— Можешь не смотреть, не пожалею. Сколько раз говорил, не парировать удар напрямую? Мало того что твое оружие не предназначено для такого, так и у тебя сил нет, чтобы удержать вражеский удар. Сама подумай, что случилось бы, сражайся мы настоящим оружием. Даже бывалые воины напрямую парируют удары только в случае крайней необходимости. Вы же должны двигаться и отводить удары. ОТВОДИТЬ, Аливия, или увернуться.

— Я подумала, что если отобью, то смогу тебя достать, ты будешь открытым.

— Разве мы сражаемся? А я полагал, что отрабатываем связки.

— Так мы одно и то же почти с утра повторяем. Одни и те же выпады и защита.

— Вот и хорошо, лучше запомните. Ладно, отдохните немного, потом будете друг с дружкой работать, а я посмотрю. Корт, давай теперь с тобой. Атакуй так, как я тебе показывал. Кстати, Риола, Аливия, пора, наверное, с вами заняться и ножевым боем. Лишним это умение не будет.

— Ножевым? А что там уметь? Всех благородных девушек учат обращаться с кинжалом.

— Да? — Князь удивленно моргнул. Забавно. — Честно говоря, не знал. Но в любом случае кинжал и нож сильно отличаются друг от друга. Пока вы разрабатывали гибкость и подвижность, я не хотел начинать, но сейчас уже можно. Тут и Корт сможет тренироваться с вами.

— Ура!

Князь хмыкнул и покосился на мальчишку. Тот с предвкушающей улыбкой пялился на Аливию, уверенный, что в этом он ей не уступит. Вот ведь завелся малец, поставил себе цель обязательно надавать Аливии по шее и тренируется больше нее. В борьбе, правда, он ее еще ни разу не победил. Аливия сейчас в движении вообще напоминала маленький вихрь, уследить за которым практически невозможно. А уж как девчонка наловчилась пользоваться слепой зоной противника! Даже князь ловил ее не потому, что успевал, а просто догадывался, где она может быть, если не видит — слепая зона не такая уж большая. Девочка еще не сообразила, что умение так прятаться от взгляда противника — не всегда преимущество, особенно если пользоваться этим бездумно. Князь тоже не спешил объяснять это, пусть сама догадается, так лучше поймет.

Но вот тренировка закончилась, и все отправились в душ, на выходе из которого их перехватила графиня Трастимская с Аникой. Последняя прижимала к груди толстую тетрадь.

Обе при виде князя присели в реверансе. Он чуть улыбнулся. Да уж, с тех пор как Рогнеда поселилась в замке, она всерьез занялась воспитанием молодых девушек. Непонятно, каким образом, но она умудрилась даже Аливию обучать этикету так, что девочка не старалась сбежать от этих занятий и занималась вполне охотно. Может, графиня колдунья? Включилась она и в постановку спектакля. Прочитав уже готовые тексты, Рогнеда пришла в восторг и даже дала несколько советов по стилистике, а также взялась помочь с самой постановкой.

— У меня отец ездил в империю в качестве посланника еще при отце Артона, — пояснила она. — А мама была страстной любительницей театра и очень жалела, что в Локхере нет такого же. Пыталась завести свой, по примеру императорского, но, к сожалению, не успела, отец умер.

— О, а Риола уже хотела из империи кого-то выписывать для помощи, — обрадовался князь.

— Ваша светлость…

— Госпожа графиня, ну пожалуйста, если уже так нужен титул, пусть будет просто «милорд». Меня эта «ваша светлость» на разных официальных мероприятиях достает.

— Как скажете, милорд, — улыбнулась Рогнеда. — Но вы напрасно считаете меня таким уж специалистом. Кое в чем девочкам помогу, но все равно нужен профессионал.

— Эх, — притворно повздыхал князь. — Я так надеялся сэкономить, но, видно, не судьба. Чего не сделаешь ради невесты.

Риола покраснела, а графиня снова улыбнулась. Когда они остались наедине, Рогнеда поинтересовалась его отношением к создаваемому театру. Князь пожал плечами.

— В таком виде, как сейчас, просто игрушка. Но если эта игрушка помогает девочкам сблизиться, пусть играются, траты я как-нибудь переживу.

— Я так и подумала, милорд. А этот спектакль?

— Признаться, я хотел, чтобы поставили совсем другое. «Буратино», наверное, не совсем удачная тема, но ее захотела Аливия, да и остальные девочки поддержали.

— Девочки? — неизвестно чему улыбнулась графиня. — Риола для вас всего лишь девочка? О, простите, ваша светлость, это не мое дело, — тут же добавила Рогнеда, когда князь собрался ей сказать примерно то же самое, только чуть вежливей. Посмотрел на улыбку графини и хмыкнул.

— Сам пока не знаю. Признаться, это несколько неожиданно для меня… И я не уверен, что смогу понравиться ей. Она такая… не то что красивая, я видел в столице и покрасивее. Она цельная, а это такая редкость. Очень необычная девушка и умная. А кто я? Метр пятьдесят в прыжке с букетом комплексов?

С чего это князь решил разоткровенничаться с почти незнакомой женщиной, он и сам не знал. Просто… Вот бывает такое, когда вроде недолго с человеком знаком, а уже тянет к нему, доверяешься. Рогнеда стала для него и матерью, и старшей сестрой, хотя такие слова он даже про себя не стал бы говорить. Такая откровенность заставила и графиню на миг растеряться, но она тут же взяла себя в руки:

— Это она вам сказала, милорд? Или вы лично напридумывали? Вы мнением самой девушки поинтересовались?

— Так у нее нет выбора.

— А вы знаете, что у нее умирает дядя? Тот, который заменил ей погибших родителей?

— Герцог Алазорский говорил.

— Риола постоянно получает письма из замка, а потом плачет по ночам. Вы этого не знали? Она не показывает, боится доставить вам лишние хлопоты. Если бы вы ей не нравились, ей бы до этого не было никакого дела. Не так ли?

— Вот черт! — Князь развернулся. — Простите, графиня, мне надо разыскать Риолу.

Рогнеда проводила убежавшего улыбкой и покачала головой:

— Ох, молодежь, всему-то вас учить надо, сами никогда не поговорите друг с другом, все друг перед другом силой своей хвалитесь. Скольких бы проблем избежали…

После разговора с невестой князь почувствовал, что какая-то часть стены между ними разрушена. Они тогда впервые поговорили достаточно откровенно, каждый поделился своими проблемами и тревогами. А графиня попросилась принять участие в постановке, поскольку подопечных все равно еще нет, а ей скучно. Риола помощнице обрадовалась, тем более с постановкой она зашла в тупик, не зная, как можно объяснить артистам, чего именно она хочет.

После тренировки, заметив Анику с Рогнедой, князь было подумал, что они ждут Риолу с Аливией, но оказалось, только Аливию, какие-то там вопросы у них возникли по тексту.

— А князь с госпожой Риолой пусть погуляют, — остановила попытку Аливии позвать Риолу графиня.

— А чего им гулять? — удивилась Аливия. — С нами пусть идут, у нас веселее.

— Госпожа Аливия, у вашего брата есть и другие дела, помимо того, чтобы развлекать вас.

Аливия мигом стушевалась и зашагала за ехидно ухмыляющейся Аникой, но тут же получила замечание и она — благородной девушке неприлично так улыбаться.

Князь и Риола переглянулись.

— До обеда еще есть время, не хочешь сходить в парк?

В парк не получилось, по дороге их перехватил Лигур и попросил князя посмотреть, правильно ли они закрепили станковые арбалеты. Князь вздохнул, глянул на Риолу и согласился. Однако Риола попросилась с ними, тоже интересно, чем занимается князь, если после обеда почти не вылезает с полигона?

Лигур подвел их к выстроенным в ряд на полигоне телегам новой, облегченной конструкции, на задке которых был жестко закреплен штырь, а на нем уже крепился арбалет с дугами вперед. Именно такие в свое время заинтересовали герцога и графа, когда они еще только подъезжали к замку, Риола помнила о них. Покосилась на Вольдемара, но тот довольным не выглядел.

— Тачанка, блин! — буркнул он, разглядывая конструкцию. — Слушай, Лигур, а если в следующий раз я велю поставить на телеги требушет, то вообще получится супероружие, вы и это реализуете?

— Милорд, вы напрасно возмущаетесь, мы вашу идею обдумали очень тщательно…

— Да не идея это была, просто воспоминание. Каким образом вы собираетесь перезаряжать арбалет на подобной конструкции?

— Обратите внимание на цепь, которая крепится на станине. Она подвижна.

— И? — заинтересовался князь.

Лигур кивнул замершим у телег парням. Те моментально разобрались. Один взялся за вожжи, второй сел на специальную скамейку перед арбалетом, третий расположился за его спиной, готовый подавать стрелы. Возница чуть тронул вожжи, и лошадь неторопливо зашагала в сторону марширующих на полигоне отрядов. Лигур пристроился около телеги, попросив князя шагать рядом.

— Смотрите, милорд.

Князь и сам видел, что едва телега стронулась с места, как цепь пришла в движение. Он заглянул под телегу и обнаружил, что там она через шестерни крепится к колесу, которое, вращаясь, заставляет двигаться и цепь. Выпрямился и присмотрелся к арбалету. Стрелок, заметив внимание князя, перебросил какой-то рычаг слева от арбалета, одна шестерня сдвинулась, и тут же пришел в движение крюк, зацепивший тетиву, взвод, щелчок, шестерня соскочила, и цепь продолжила вращаться свободно. А стрелок уже положил стрелу и приник к арбалету, готовый нажать на спуск. Возница развернул повозку, выстрел в сторону мишени. Стрелок тут же перебросил рычаг в другую сторону, снова арбалет взвелся, новая стрела и новый выстрел.

Взвод осуществлялся довольно быстро, задержка минимальная. Не пулемет, конечно, но… Тем не менее скептицизма князя эта демонстрация не уменьшила.

— Пока телега плетется еле-еле, еще ладно, а что будет, если она помчится быстрее? Сорвет либо крюк для зарядки, либо сам арбалет.

— Милорд, мы проверяли все на большой скорости. Есть неудобства, намучились с надежностью, но сейчас все работает. Шестерни из-за этого пришлось из железа делать, дерево срывает.

— Хм… — Князь обошел телегу. — И как вы собираетесь ее применять?

— Вы говорили, что во время боя хорошо бы иметь возможность быстро передвигать станковые арбалеты на угрожающие участки. С десяток таких вот штук на подобном участке…

— Ничего не решит. Скорострельность не та. Хотя… А если сверху поставить короб, в который укладываются стрелы, сделать механизм взвода замкнутым. Смотрите, взвод идет постоянно, тетива оттягивается, доходит до конца, и тут же происходит спуск и новый взвод. Как только тетива проходит короб, сверху в желоб, под собственным весом, падает стрела, новый выстрел. Единственная проблема, как сделать взвод гибким. Стрелок ведь будет крутить арбалет, значит, механизм взвода должен перемещаться следом за арбалетом. А второй номер следит за наполнением короба и вкладывает туда стрелы.

Лигур задумался, стрелок, видно, тоже, почесал голову, разглядывая механизм.

— Надо думать, милорд, — выдал он.

— Это Зонур, — пояснил Лигур, — тот самый мастер, который придумал механизм взвода.

— Вот как. Ладно, вмешиваться не буду, развлекайтесь, если ты, Лигур, уверен, что в этой штуке будет толк. Может, в походе нам они и пригодятся. Только надо еще какие-нибудь щиты прикрепить перед арбалетом для защиты от лучников.

— И от навесного обстрела, — согласился Лигур. — Я думал об этом.

— Не увлекайся. Если закроете со всех сторон, потеряете основное преимущество вашей тачанки — скорость. Лучше дайте экипажу усиленные доспехи, им же не пешком ходить, значит, можно доспехи дать мощные. И железную шляпу с большими полями, как раз от обстрела сверху. И коня надо защитить, придумать для него кожаные доспехи. Но пока нет самого механизма стрельбы, все это баловство.

— Не сомневайтесь, милорд, придумаем, — клятвенно заверил мастер, его глаза уже лихорадочно горели в предвкушении новой задачи.

Князь покачал головой, похоже, этот решит.

— Лигур, присмотрись к этому Зонуру. Парень явно фанат всякой механики, из него толковый инженер может получиться. Если человек талантливый, его можно отправить учиться.

— Конечно, милорд. — Тому, что князь предлагает отправить простолюдина на обучение за свой счет, он не удивлялся, не первый уже. Все в войске знали, что князь ко всем титулам относится довольно специфически. И если отсутствие титула мешает назначить толкового человека на какую-то должность, то есть куча свободных тирств, которые другие благородные не возьмут даже бесплатно, наподобие того же тирства Дитон, после чего вопросы отпадают. И пусть другие дворяне воротят носы от таких назначенцев, как их стали называть за глаза, но Вольдемар приобрел в армии группу абсолютно преданных именно ему людей, понимающих, что все их благополучие зиждется на благополучии князя. Лигур, наверное, один из первых, кто это понял. Ну, еще и граф Танзани, хотя с пехотинцем он общался только в момент совместных учений с тяжелой конницей.

Затем все отправились к инженерному батальону. Парни как раз учились наводить мост через овраг. Понаблюдав за ними, князь изучил их инструменты: пилы, топоры, скобы. Упор, похоже, делался на такой вот крепеж. В дороге легче свалить необходимого размера деревья и скрепить их скобами, чем тащить с собой разборную конструкцию.

— А если придется наводить переправу там, где нет деревьев?

— Будем делать все необходимое заранее, — пояснил заместитель командира батальона. — Мы такое тоже отрабатывали… Правда, нужно иметь информацию о возможных препятствиях.

— Это не всегда получится. Ладно, продолжайте.

Князь вскочил на коня, которого подвели ему, и отъехал в сторону, продолжая одновременно наблюдать за тренировкой пехотинцев чуть в стороне и за возведением моста. Все-таки огромную работу провернул Лигур, по большей части даже сумел воплотить все задумки, которые они вдвоем обсуждали, и по маневрированию пехоты в бою по сигналам, и по инженерному сопровождению армии.

Вообще, князь с облегчением заметил, что сейчас его вмешательства требовалось все меньше и меньше. На совещании объясняешь свои задумки, отвечаешь на вопросы, если появляются, потом контролируешь начало реформ, а дальше вмешательства не требуется, люди сами все делают. Как, например, с этой тачанкой. Он помнил то совещание, где он пожалел об отсутствии мобильности артиллерии. На вопрос о том, как решили вопрос у него на родине, князь рассказал о тачанке. Вот ребята творчески и переработали услышанное. И ведь сами отыскали мастера, поставили задачу, применили одну из новинок. Хотя князь и не очень верил в эффективность этой штуковины, но проект не зарубил, по сути, люди впервые без каких-либо его подсказок что-то сделали. Пусть продолжают.

— Лигур, только придется отрабатывать взаимодействие пехоты с тачанками. Я вот, признаться, не вижу, где их можно применить даже в скорострельном варианте.

— Милорд, я уверен…

Князь поднял руку.

— Слова мне не нужны, докажи. Переделывайте ваши тачанки, и на учениях покажи, как ты все это видишь. Подойди к казначею, он тебе даст денег на опыты. Ты же именно для этого показал мне еще сырые варианты?

Лигур изучил что-то на небе.

— В проницательности вам не откажешь, милорд. Я на эти три штуки и свои деньги потратил, но оказалось мало. Как вы сами заметили, они еще не доведены до совершенства, а механизм из железа вообще денег съедает…

— С железом проще, берите старые доспехи, которые в переплавку отправляют, и используйте их.

— Спасибо, милорд. Я уверен, что наши тачанки еще покажут себя!

Князь покачал головой. Надо же, как Лигур увлекся всякими новинками. Что ж, пусть старается, иногда разочарование полезно для просветления. Ну а если получится, войско обзаведется мобильной и скорострельной установкой.

— Я понял, Лигур, смотри сам, а мы в замок, скоро уже обед, и если опоздаем, Гюнтер будет так осуждающе смотреть на меня… мне будет стыдно.

Лигур рассмеялся.

— Я не могу позволить, чтобы моему сеньору было стыдно, больше не буду вас задерживать.

Риола все время старалась держаться позади князя, но сейчас, когда они ехали к замку, пришпорила коня и поравнялась с ним.

— Вольдемар…

— Дурацкое прозвище, правда?

— Прозвище? Я думала, это твое имя?

— Частично, да. Это переделка моего имени на немецкий манер. Такая страна есть у меня на родине. Меня так называл один мой друг, вот и привязалось. Мне всегда казалось, что Вольдемар звучит так значительно. Сам себе казался очень взрослым и важным.

Риола улыбнулась.

— Потому так и назвал себя? А сейчас?

— Ну да. Я такой важный стал, как же я не Вольдемар? А сейчас я понимаю, что важность человека не в имени. Вольдемаром меня называл друг, но Володей — родители. И так меня звала сестра… та, настоящая. — Князь посмотрел на небо.

— Володя… — задумчиво произнесла Риола, словно пробуя имя на вкус. — Знаешь, а мне нравится. Оно звучит как-то… ласково, что ли, а Вольдемар — это как скала.

— У меня на родине считается, что немецкий язык очень подходит для воинов, он такой, — рассмеялся князь. Риола поддержала.

— Я у тебя еще кое-что спросить хотела.

— Да.

— Ты вот учишь нас бою на шпагах, но я прежде не знала такого оружия. Когда ты сказал первый раз про шпагу, я не придала значения, я ведь не воин и многого могу не знать об оружии. Когда же начались тренировки, заинтересовалась и поспрашивала некоторых дворян. Никто про шпаги не слышал, а те деревянные штуки, которыми мы тренируемся, они назвали легкими мечами.

— А шпага это и есть легкий меч. Точнее, его эволюция. У вас, возможно, просто до этого еще не дошло, но рано или поздно и здесь появится шпага, она очень удобна для борьбы с доспехами. К тому же шпагой я называю ее на своем языке и не знаю, как будет называться похожее оружие тут, а может быть, оно уже есть. Но поскольку ты говоришь, что дворяне называют твою шпагу легким мечом, значит, такого оружия у них нет.

— Так это легкий меч?

— Все же шпага, — улыбнулся Володя. — Отличие их в том, что легкий меч — это рубяще-колющее оружие, а шпага — колюще-рубящее. Точнее, режущее, поскольку для рубящих ударов она все-таки легковата, но человека без доспехов может и зарубить.

Риола моргнула, осмысливая объяснение.

— А какая разница? И тем, и тем можно рубить и колоть.

— Разница есть. — Князь достал свой клинок и протянул его рукояткой вперед девушке. — Где у него находится центр тяжести?

Риола взвесила меч, покрутила, потом показала:

— Тут.

— Правильно. Мой меч ближе к саблям, видишь, даже чуть изогнутый? Поэтому центр тяжести у него вынесен вперед, чтобы в удар вкладывался и вес меча. У легкого меча центр тяжести тоже расположен примерно в этом месте. А вот у шпаги он отведен за рукоять. Ты обращала внимание, что рукоятка твоего тренировочного меча тяжелая?

— Да, но я думала, это для развития силы захвата.

— И это тоже. Она тяжелее реальной шпаги. Только тренировочные мечи делают полной копией реальных, и центр тяжести у них располагается там же, где у реального оружия. И вынесен он туда как раз для того, чтобы в колющий удар, именно в колющий, был вложен вес самого оружия. Рубить шпагой уже не так удобно. Поняла? Именно укол у шпаги основной прием, а у меча, даже у легкого, основной прием именно удар.

Риола вернула оружие и задумалась.

— Ты говоришь, это сделано, чтобы преодолеть защиту?

— Да. У шпаги тонкий по сравнению с мечами клинок, а колющий удар опаснее рубящего для человека в доспехах. Например, звенья у кольчуги шпага просто раздвинет и если не убьет, то серьезно ранит. А вот легкий меч кольчугу не прорубит. Может помять несколько звеньев, поставить синяк, но и только.

— Но ведь и им можно нанести укол.

— Можно, но оружие, которое специально создано для уколов, нанесет его с большей эффективностью, чем то, что создано для рубки. А уж кожаные доспехи против шпаги точно не устоят.

— Но если у нас нет шпаг, то где мы их возьмем? Вы закажете?

— Можно и заказать, только тут мне придется лично присматривать за изготовлением, у шпаг серьезные требования к качеству клинка, они же тонкие по сравнению с мечами. Нет, я вам дам то оружие, что припасено у меня на базе. Аливия тебе должна была уже рассказать про базу в лесу.

— Да. — Риола рассмеялась. — Сказочное место, если ей верить. У вас так много разного оружия?

Князь пожал плечами.

— Все знали, куда я попаду, и знали, что для налаживания контакта нужны подарки. А какие подарки лучше всего подходят воинам? Вот и надавали несколько сундуков с самым разнообразным оружием. И там разные формы и размеры. Иногда нужны подарки и наследникам.

— Тогда уж лучше бы золото.

— Э, нет, золото ценится и у меня на родине, его много мне дать не могли.

— А оружие разве не ценится, тем более, если оно такое великолепное, как ты описываешь.

— Оружие? — Князь усиленно зачесал затылок. — Как бы тебе сказать… Даже то великолепное оружие, которое тут сравнимо по цене с иным тирством, у меня на родине весьма дешевое… Просто у нас научились делать качественное оружие очень быстро, а железо вообще стоит гроши.

— Понятно…

Князь покосился на задумчивую девушку и поспешно перевел разговор:

— А еще шпагу отличает гарда. Из-за того, что она предназначена для отражения атак легкими движениями, чему я вас и учу, гарда шпаги защищает всю кисть. — Он изобразил нечто вокруг своего сжатого кулака. — То есть вот так вот она защищает руку. Если что, можно и гардой нахалу заехать.

— Интересный у нас разговор получается, — хмыкнула Риола.

Князь рассмеялся.

— Да уж, никогда не думал, что буду обсуждать достоинства оружия с собственной невестой.

Риола покосилась на него, помрачнела, даже отвернулась.

— Что случилось?

— А ты ведь и не пытался ни о чем другом со мной поговорить, — сказала она. — Это ведь я завела разговор с тобой об оружии.

Вот оно что! Да, Риола изменилась. Раньше она не стала бы обсуждать такие вопросы. Тут, конечно, не земное Средневековье с его отношением к женщинам, но и в этом мире процветает патриархат, и место женщины виделось самое большее — в управлении замком и воспитании детей.

— Риола… я… — Князь остановил коня. — Ну, считай, что я дурак! Ну, не знаю я, о чем можно говорить с девушкой. В военной школе меня пичкали стратегией и тактикой, тренировками, этикетом…

— Я заметила. — О, кажется, обида прорвалась.

Князь промолчал, не зная, о чем говорить, боясь сделать только хуже. У замка соскочил с коня и передал поводья конюшему, дождался Риолу у двери, но внутри вдруг замер и обернулся к ней.

— Что? — Риола даже попятилась от неожиданности. А он вдруг шагнул к ней и обнял. Та сначала было дернулась, но вскоре затихла.

— Риола, прости, я действительно не хотел тебя обидеть… Я не знал, каково тебе в чужом доме, когда самый близкий тебе человек умирает, а ты даже не можешь его навестить или показать свою боль. Прости меня, я сам прошел через такое же, но, видно, ума мне это не прибавило.

— Володя…

— Знаю… Скажи… у меня есть надежда, что ты меня полюбишь?

— Князь… ты и впрямь такой дурак? — Риола чуть отстранилась. — Ты все это время переживал, что ты мне не понравишься?

— Ну… ну, посмотри на меня! Что мне светило? Кто я по сравнению со столичными красавцами? Ни ростом, ни статью не вышел.

— Ну точно дурак!

— Котлета, где ты?! Вот бесстыдник, куда ты делся? Котлета! — Из-за угла выскочила Аливия, наткнулась на Риолу с братом и замерла. — Ой, а чего это вы тут делаете? — удивилась она.

Риола с Володей, словно первоклашки, застигнутые директором за каким-нибудь хулиганством, рванулись друг от друга, потом переглянулись и захохотали.

— Ну чего смеетесь? — обиделась девочка. — А то не видела, что вы тут целовались, что я, маленькая совсем, да?

— Ой, Кнопка, лучше молчи! — с трудом выдавил князь, прислоняясь к стене. — Иди, ищи Котлету.


После того как всем были розданы лисята, встал вопрос об их именах. Аника сразу же обозвала своего Рыжиком, Риола думала дольше, и итогом ее размышлений стало имя Пушистик. Корт же заявил, что его лисенок самый сильный и умный, после чего положил тренировочный меч лисенку на загривок и гордо возвестил:

— Дарую тебе имя Зубастый, будь достоин его и носи с честью.

А вот фантазия Аливии впервые дала сбой, очень уж ей хотелось придумать нечто такое, незабываемое. В общем, имя она не могла придумать два дня. И вот однажды за обедом лисенок стащил прямо с ее вилки котлету, пока девочка выясняла отношения с Кортом. Виновата, конечно, она была сама, сколько раз получала внушение от брата и выговор от Рогнеды, чтобы не брала лисенка за стол, но нет, обязательно себе на колени посадит и подкармливает. А в этот раз так увлеклась спором с приятелем, что о нем и забыла. Лисенок долго ждал положенного угощения, потом не выдержал, забрался на стол и стянул злополучную котлету, кстати, любимую Аливии, сделанную по земным рецептам.

— Куда?! — пронзил ее возмущенный вопль своды столовой. — А ну отдай котлету, а то самого на котлету пущу!

Лисенок перепугался, но котлету не выпустил, так и удрал с нею. Аливия потом до вечера искала его, выспрашивая слуг про бегающую тут рыжую котлету. С тех пор в отместку лисенок и стал Котлетой. Зато какие глаза были у Аники и Риолы, когда девочка сообщила имя своего любимца. Корт-то ничего, он уже знал, что можно ожидать от подруги, даже не удивился.


— Ну и ладно, целуйтесь! — фыркнула девочка и гордо удалилась. — Котлета, а ну выходи, негодник!

— Почему-то когда она так зовет лисенка, мне кажется, что она его собирается пустить на котлету, — хмыкнула Риола.

— Ну, нет, всякую живность, особенно пушистую, она любит. Любого пустит на котлету, кто посмеет хотя бы косо посмотреть на ее любимца.

— Я знаю… А ты… Скажи, Володь, то, что вы с Алазорским задумали… это опасно?

— Риола, о чем ты?

— Не считай меня дурочкой, я же понимаю, что ты не просто так гоняешь солдат. Скоро поход, да?

Князь вздохнул.

— Да. Жду известий из Эндории. Думаю, недели через две или три, дальше Эрих тянуть не будет.

Риола посерьезнела.

— Я не хочу, чтобы ты погиб.

— Я и сам не хочу. Риола… ты ведь понимаешь, что это война и там возможно разное. Но у меня очень хорошие доспехи, и я много чего умею и тренируюсь сейчас постоянно с Танзани, порой даже побеждаю его. У меня есть ради чего жить. Аливия… и ты.

— Я боюсь. Мой дядя так же говорил, а потом вернулся калекой.

— Хм… А давай я тебе спою? После обеда. Ты ведь русский язык уже понимаешь?

— С пятого на десятое, — хмыкнула Риола. — Это твоя сестра болтает на нем, как на родном. Кстати, Аника и Корт тоже говорят по-русски лучше, чем я.

— Правда, что ли? — удивился князь. — Вот бы не подумал.

— Ну, Корта Аливия учит «тайному языку», она с ним постоянно болтает по-русски, а тот уже обучает сестру. Одна я осталась без учителя. — Риола покосилась на князя. Тот намек понял.

— Давай я тебя учить буду?

— Согласна.


После обеда Володю дожидался необычайно мрачный Джером.

— Что случилось?

— Милорд, можно поговорить с вами наедине?

Князь кивнул и зашагал к кабинету.

— Абрахим, никого ко мне не пускать.

Джером устроился в кресле и задумался.

— С чего начать… по поводу той служанки, о которой вы говорили.

— Что с ней не так? Ну, кроме ее честолюбия.

— Это не ее честолюбие. Милорд, извините, но вы совершенно не понимаете женщин. Подозреваю, кто-то ею умело воспользовался и сейчас активно раздувает у нее чувство собственной значимости. Даже я для нее уже слишком незначительный, хотя она и снизошла до меня.

— Даже так?

— Я это хорошо почувствовал. Не может быть такого у бедной девчонки из деревни. Я рекомендую немедленно убрать ее подальше.

— Ну… разоблаченный враг не опасен, может, лучше понаблюдать?

— Я бы все же убрал.

— Хорошо, подумаем, пока время терпит. Ты ведь не из-за нее меня позвал?

— В основном из-за нее. Кто ее настраивает?

— Джером, думаю, глупо предполагать, что все заинтересованные стороны не обзавелись у меня шпионами.

— Но не все шпионы начинают активную игру.

— А что Крейс? Это его поле.

— Я говорил с ним, он мне сообщил имена нескольких шпионов, которых он выявил, но никто из них со служанкой не общался.

— Значит, надо просто выяснить возможный круг общения этой особы.

Джером хмыкнул и, достав несколько листов, протянул их Володе.

— Уже, милорд.

Князь пролистал их, удивленно выгнул брови и глянул на Джерома. Тот пожал плечами.

— Однако… она и тебе фору даст.

Джером вдруг как-то печально вздохнул и глянул на дверь. Князь глянул на него, но спрашивать ни о чем не стал. Что это случилось с ним? И, кстати, последнюю неделю что-то не слышно о похождениях этого дон жуана. Неужели за ум взялся?

— Милорд… я бы хотел высказать еще одну просьбу…

Никогда князь не замечал за Джеромом подобной неуверенности.

— Да?

— Можно мне стать как-нибудь… хотя бы бароном?

Князь откинулся на спинку кресла и посмотрел на совершенно потерянного начальника разведки.

— Что-то раньше я не замечал у тебя стремления к титулам. С чего такие перемены?

— Понимаете ли, милорд… если бы я был хотя бы бароном… тогда бы… я бы… я бы смог бы…

— Хм… Джером, я ничего не понял, но титулы просто так я давать не собираюсь, однако на твоей должности тебе его очень легко заслужить.

— Конечно, милорд, думаю, я смогу потерпеть. Спасибо! А служанку все же стоит отправить подальше, вы не поверите, на что бывают способны разочарованные женщины, а она всерьез нацелилась на вас, милорд.

— И кто-то ее к этому подталкивает?

— Уверен.

— Ладно, поговорю с Крейсом, пусть присмотрит за ней.

— Как скажете, милорд. У меня все.

— Хорошо. Да, позови Крейса, пусть зайдет.

Джером поклонился и вышел, а князь еще долго недоуменно смотрел ему вслед. Интересно, что это случилось с Джеромом. Потом вдруг хлопнул себя по лбу и рассмеялся.

— Слепой болван! Да он же с самого приезда графини Трастимской глаз с нее не сводит! Потому и титул барона хочет, на простого тира она и не посмотрит. Неужели все так серьезно? Вот ведь…

Князь задумался. А ведь было бы неплохо… Впрочем, ему в их отношения лучше не встревать, оба люди взрослые, разберутся без его участия. Разве что ему нужно будет только разрешение на брак дать, если дело до этого дойдет.

Но сейчас совершенно не до этого. Судя по всему, спокойное время подходит к концу. Успеет он запустить работу парламента до похода Эриха или нет? Вроде бы все готово, но еще не все депутаты выбраны и приехали. Где-то среди дворян уже дуэли вовсю идут за место в парламенте, надо еще и с этим разобраться… а может, пусть дуэлируют, тоже ведь своеобразные выборы, ничем не хуже голосования среди городских цехов.

Если до похода не успеет, то парламента не будет до его возвращения… хотя это и к лучшему, за первыми заседаниями стоит присмотреть лично, а то ведь поубивают там депутаты друг друга. Точно, надо еще парламентскую гвардию создать, подчиняющуюся только спикеру, пусть они за порядком следят. Человек сорок должно хватить. Главное, вооружить их чем-нибудь неубойным.

Пока мысли не ушли, князь подвинул к себе лист бумаги и ручку и принялся быстро писать наброски указа. Потом Винкор его подрихтует и выпустит.


Глава 11 | Князь Вольдемар Старинов: 3.Обретение дома | Глава 13



Loading...