home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 16

Контроль и учет… умный человек произнес эти слова. Все проверить и проконтролировать — та еще задачка. Понимая бесперспективность лично все просмотреть, князь гонял помощников, которые должны были подсчитать все, вплоть до количества подков.

Не было гвоздя —

Подкова пропала.

Не было подковы —

Лошадь захромала.

Лошадь захромала —

Командир убит.

Конница разбита —

Армия бежит.

Враг вступает в город,

Пленных не щадя,

Оттого что в кузнице

Не было гвоздя.

Эту его песенку, которую он постоянно бубнил под нос, наверное, выучили все, кому довелось в эти дни общаться с князем. Причем она так понравилась кузнецам, что те, немного переделав на свой лад, распевали ее потом и сами. Но во всей этой суете князь не забывал тренировать Риолу, находя час или два, как сложится, чтобы отъехать с ней в лес и там пострелять. С каждым разом у нее получалось все лучше и лучше. Потом он отбирал патроны и отдавал оружие для дальнейшей отработки. Разбирать-собирать не заставлял, смысла нет. И больше одной обоймы тоже решил не оставлять, был уверен, что девушка в критический момент выстрелить еще сможет, а вот быстро перезарядить обойму — точно нет. Пяти оставшихся дней недостаточно, чтобы сделать из нее хотя бы среднего стрелка.

— Риола, пистолет в глазах местных опасным не выглядит. Стреляешь ты… ну сама понимаешь. Потому в случае угрозы бей наверняка, подпусти врага шагов на десять. В обойме восемь патронов, то есть ты успеешь за очень короткое время выстрелить восемь раз. Если хоть раз во врага попадешь, мало ему не покажется.

Он вновь зарядил пистолет и передал его девушке.

— Стреляй!

Риола уже довольно уверенно передернула затвор. Прицелилась, выстрелила три раза подряд, пауза, и три выстрела по другой цели.

— Молодец. — Князь выставил восемь поленьев. — Тут как раз десять шагов, попробуй сбей их все. — Он снова зарядил пистолет.

Выстрел, выстрел, выстрел. Пока успешно. Еще два выстрела. Хм… Выстрел.

— Ну надо же!

Риола гордо вздернула нос и последнюю пулю отправила в «молоко».

— Это ты меня отвлек!

— Риола, если на тебя нападут, то оправдаться, что тебя кто-то отвлек, не удастся.

— Вечно ты так.

— Ладно, на сегодня хватит. Идем обратно, дела ждут.

Дела… А еще Аливию успокаивать. Сильно она обижалась, что Володя так часто пропадал где-то со своей невестой. Аника только многозначительно хмыкала, и это еще сильнее злило девочку. Приходилось находить время и на нее. А сказки, и песни, и тренировки — куда ж без них?

— Ну вот, — князь отложил деревянный нож и ободряюще похлопал Аливию по плечу, — начальные техники я тебе показал: и со шпагой, и рукопашный бой, и с ножом. Действуешь ты хорошо, осталось только отработать эти приемы. К моему возращению, надеюсь, ты продемонстрируешь все, что выучила. Корт, а вот ты почему-то постоянно норовишь ткнуть ножом куда-то вверх. Попробуй бить не так быстро, пока не станет правильно получаться. Аливия проследит.

Корт запыхтел. Обидно, что у девчонки что-то получается лучше, чем у него. Зато какой стимул в тренировках и в учебе, чем князь и пользовался беззастенчиво.

— Кнопка, я тебе оставил задачи по математике и физике. Приеду — проверю.

Физика девочке нравилась. Ясно, что ни ядерной, ни квантовой он головы детям не забивал. Просто показывал простейшие опыты. Демонстрация упругости воды и существование поверхностного натяжения, как вскипятить воду в бумажной кастрюле. В общем, занимательная физика для малышей, как раз то, что нужно, еще бы она не понравилась: никаких формул, сплошные развлечения.

После тренировки князя перехватывал Лигур и, пока милорд принимал душ, делал доклад по текущим делам. Не очень удобно? А куда деваться? Кто-нибудь следующий уже стоял в очереди со срочными указами, потом заслушать сообщения Джерома и Крейса. Обязательно выслушать Саймона про имеющуюся артиллерию и запасы к ней.

Наконец прибыл Конрон, старающийся убедить князя, что обязательно надо взять в поход и его. Пришлось запираться с ним в кабинете и объяснять ситуацию.

— Мятеж?! — рыкнул тот, едва уяснив услышанное. — Так чего мы ждем? Надо идти в столицу и давить всех мятежников.

Князь вытащил блокнот и ручку.

— Имена тех, кого надо давить, не продиктуешь?

Конрон на миг растерялся.

— Издеваешься?

— А ты нет?! Конрон, блин, ну не создавай хоть ты проблем! Думаешь, мы с герцогом Алазорским и Танзани все эти пляски затеяли от хорошей жизни? Знали бы, кто воду мутит, давно бы уже приняли меры.

— Так от меня что требуется? — сразу уяснил ситуацию Конрон.

— Держать армию наготове и делать то, что скажет Джером. На нем сбор сведений, на тебе командование. Как только он скажет «пора», твоя задача тут же выдвинуться к столице.

— И навести там порядок?

— Как скажет Джером.

— Этот выскочка…

— Конрон!

— А?

— Я тебя уважаю. Честно. Ты очень хороший солдат, на коне тебе вообще равных нет, особенно впереди клина. Но как политик ты… слаб.

— Это да. Не мое это.

— Вот потому за политику и отвечает Джером. Это понятно? Его задача дать тебе цель, а вот твоя — снести эту цель на фиг.

— Куда?

— К Возвышенным Богам.

— Так бы и говорил, — проворчал Конрон, снимая с пояса флягу, открыл, но тут же поймал взгляд милорда и поспешно убрал ее обратно. — Ладно, убедил. Буду слушать этого твоего грозу баб.

Что бы там ни было, но Джером стал тиром только недавно, и Конрон относился к нему свысока, подчеркивая, что тот ему ни в коем случае не ровня. Впрочем, после третьего стакана вина они становились лучшими друзьями и принимались хвастаться своими похождениям. Возможно, именно поэтому Джером не обижался на обычно чуть высокомерное отношение к себе со стороны новоиспеченного графа.

— Ну и само собой, проследишь в мое отсутствие за местными дворянами.

— Это я с радостью. Не поверишь, пришлось несколько замков у себя штурмовать, пока покончил с последними мятежниками. — Князь не только верил, но и сам читал донесения людей Крейса с подробными описаниями всех битв Конрона, но счел за лучшее об этом промолчать. — Твой этот… инерный батальон сильно помог.

— Инженерный батальон.

— Ну да. Вечно ты придумаешь названия, язык сломаешь. Без них я бы промучился. А эти и валы возвели, и требуше в нужных местах поставили, словно знали слабые места замков. Как же у них получается? — Князь снова промолчал.

Еще одна проблема висела на нем, требующая завершения до отъезда, — незадачливые похитители. Здесь, собственно, ни у кого никаких разногласий не было: всех надлежало казнить. Сам князь, чтобы не плодить мучеников, приказал бы по-тихому удавить всех в тюрьме, а тела прикопать где-нибудь. Но ведь там целый граф имелся, его надлежало казнить только отсечением головы, иначе урон чести дворянской, а тут уже собственные сподвижники не поймут. И еще служанка… Крейс предложил повесить — и дело с концом. Но не хотелось устраивать такое зрелище перед Риолой, все же Лианда прислуживала ей…

— Чего мучаешься? — совершенно не понимал князя Конрон. — Все же ясно. Казнить и забыть.

— Да не привык я к таким зрелищам. И не хочу, чтобы казнь Лианды видела Риола.

— Странный ты. Но если оставишь как есть — наживешь проблем. Доброту твою не поймут.

— Я не добрый и все понимаю. Ладно, я понял. Провожу обоз и займусь этой проблемой…

…Обоз с припасами уходил раньше войска с достаточно сильной охраной, чтобы разбойники сочли за лучшее держаться от него подальше. Князь стоял на башне замка и наблюдал, как новоразработанные облегченные телеги повышенной прочности выезжали на дорогу под крики возниц. Наконец все они вытянулись в линию и неторопливо поехали по заснеженному тракту. Рядом крутилась Аливия, рассматривая окрестности в бинокль, который выпросила у Володи.

— Уронишь — полетишь следом ловить, — пообещал ей князь, снимая его с себя.

Аливия сделала вид, что испугалась, даже ремень себе на шею надела для верности, после чего тут же занялась изучением окрестностей. Корт тихо завидовал рядом.

В люке показалась голова Конрона.

— Вот ты где. Там гонец прискакал от Алазорского.

— Иду. Э-э…

— Да иди, присмотрю я за твоей сестрой, не свалится с башни. Я сюда и поднимался, чтобы глянуть на стройку сверху.

— Спасибо.

— А следом еще графиня Трастимская идет, свою подопечную ищет.

— Ладно, Конрон, я понял, все равно спасибо…

…Письмо оказалось зашифрованным, значит, что-то важное. Пришлось идти в кабинет и доставать ключ к шифру. Расшифровал и задумался. От размышлений его оторвал стук в дверь.

— Милорд, я слышал, прибыл гонец от герцога?

— Входи, Крейс. — Князь поднялся и кинул расшифровку письма в камин, поворошил в нем кочергой.

— Важное что-то? — кивнул в сторону камина Крейс.

— Герцог наконец-то ответил на мой вопрос по поводу того, кто станет невестой Эндона, если принцесса разорвет помолвку. Пишет, что не мог сразу ответить, ибо много неясностей, а сам он в эту сторону даже не смотрел. Идею я ему, видите ли, подкинул. Порой я его не понимаю…

— И кто же невеста?

— Кандидаток трое. Первая и самая вероятная, как пишет герцог, дочь внука младшего брата деда Артона.

Крейс завис на мгновение, переваривая степень родства.

— То есть его правнучка? Подожди… он умер почти двадцать пять лет назад.

— Не правнучка, — поморщился Володя, сам с трудом разобравшийся в хитросплетениях родственных связей. — Как я понял, у деда Артона был младший брат, у которого, в свою очередь, тоже были дети, у тех — тоже дети, вот чья-то из них дочь и есть кандидатка в невесты. Иртана Алзаская, графиня, кстати.

— Хм… — Крейс что-то подсчитал на пальцах. — Как я понял, она даже не дочь старшего сына. Скорее солнце упадет на землю, чем она займет трон… обычным образом.

— Вот в этом и задача. Хотя теоретически она принадлежит к роду правящего дома, родственница короля. Жаль, герцог не написал, сколько ей лет. Будет забавно, если больше двадцати.

Крейс с таким удивлением посмотрел на сеньора.

— Больше двадцати? Помилуйте, милорд. Если она старше двадцати и до сих пор не замужем… да кто ж тогда ее возьмет?

— Она может быть вдовой.

— Не в этом случае, — отрезал Крейс. — Это же свадьба после помолвки. Залежалый товар в таком деле не предлагают, это прямое оскорбление.

Князь поморщился.

— Крейс, ты словно размышляешь о вещи. Залежалый товар…

— Дык так и есть, милорд. Если старше семнадцати — это уже почти старая дева.

— Ладно, я понял. Вторая возможная невеста — Кирилиана… какое имя красивое… Кирилиана Лендом, дочь какого-то маркиза Торнеского.

— Сын сестры матери Артона.

— Понятно тогда, почему на втором месте. У первой кандидатки прав на престол поболе будет, все-таки родня по мужской линии. И третья участница нашего конкурса Лилиа Тирен… вот кажется мне, что я слышал о ней, когда был в столице. Вроде бы дочь какого-то герцога… герцога Ортонского, кстати, он один из лидеров оппозиции королю в Совете, выступает за расширение прав знати. Очень умен. Но я не знал, что он состоит в родстве с правящей династией.

— У вас хорошая память, милорд. Я вот и не вспомнил бы о нем, если бы вы не сказали, а ведь слышал. Но если он лидер оппозиции, то…

— Я еще сказал, что он очень умен, а потому ничего не ясно. Затевай он мятеж, так, наоборот, постарался бы держаться в тени. Зачем ему вступать в споры с королем, которого собрался свергать? С потенциальными покойниками не спорят. Ты вот что… имена запомнил?

— Конечно, милорд.

— В таком случае сообщи их Джерому и попроси его выяснить о них все. Когда получит информацию, пускай шлет гонца… Хотя не найдет он нас. Даже не знаю, что делать. А за оставшиеся два дня до похода вряд ли что получится узнать.

— Могу попробовать. — Крейс был само спокойствие.

— Это как? — удивился князь.

— Милорд, здесь же Конрон. И с собой он привел многих рыцарей, которые служат под его началом. Кто, как не рыцари, все знает о высшей знати королевства? Их же с детства заставляют учить все эти гербы и родословные.

— М-да, не подумал об этом, — признался князь. — Тогда действуй. Послезавтра утром расскажешь все, что удастся выяснить.

Крейс поднялся, поклонился и вышел. А князь снова проговорил про себя текст письма и снова задумался. На месте Лодерских он искал бы невесту не слишком умную. Скорее всего, пойти на разрыв помолвки их заставило неожиданное открытие, что Ортиния не желает быть простой куклой на троне. Иначе зачем все это? Король погибает, Эндон женат на Ортинии, она становится королевой после смерти брата, и вот Лодерские уже на вершине власти. Отказаться от такого простого и очевидного решения их могла заставить только очень серьезная причина. Какая?

— А ведь, похоже, это я виноват, — пробормотал князь, сраженный догадкой.

Кажется, именно общение с ним изменило принцессу. До их знакомства она жила с убеждением, что ее долг выйти замуж за Эндона ради укрепления власти брата и мира в королевстве. В политику она не лезла, жила себе своими заботами, и все. Такая кукла на троне Лодерским подходила идеально. И вдруг болезнь — и она знакомится с неким чужеземным князем. После выздоровления начинает серьезно интересоваться проблемами королевства. Похоже, рассказы иноземца произвели на нее впечатление, и она решила помогать брату не только своей свадьбой. В общем, полезла в управление королевством, и поскольку она далеко не дура, да и характер имеется, то из нее вполне могла бы получиться хорошая королева. А вот это уже не устраивало Лодерских. Эндон ведь, как тут ни крути, всего лишь консорт, и власти у него будет ровно столько, сколько позволит ему получить Ортиния. Конечно, по обычаю, если женщина оказывается на троне, то правит она чисто формально, все решает ее муж. И тут обычай не за Ортинией, и ее сломали бы, но опять вмешивается известный князь. Так получилось, что принцесса находится с ним в дружеских отношениях и вполне может рассчитывать на его поддержку в борьбе с противниками. А еще ее поддержат Алазорский и Танзани, а это очень серьезная сила.

Князь неторопливо прошелся по кабинету — есть у него такая привычка, так ему лучше думалось.

А ведь похоже, что так все и есть.

— Или у меня развилась мания величия и все намного проще, — вздохнул он, еще немного подумав. — Может, весь фокус в том, что Ортиния — законная королева, в случае гибели брата и при всех обычаях именно она обладает властью и может сильно ограничить власть Лодерских. Вот они и хотят посадить того, кто будет целиком и полностью в их руках, во всем зависеть от их милости.

То, что Лодерские одни из участников готовящегося переворота, князь не сомневался. Сомневался он в том, что они главные в готовящемся спектакле. Слишком уж явно они выставились, а настоящие заговорщики до конца предпочитают оставаться в тени. Кто же истинный кукловод? Князь даже не пытался гадать, слишком плохо он знал местную дворцовую кухню, тут он целиком полагался на Алазорского и Танзани. Даже герцогов королевства знает только по именам и имеет лишь краткую характеристику этих господ. Слишком мало сведений для анализа. Слишком. Значит, остается разыгрывать затеянный спектакль до конца.


На следующий день Крейс официально представил кандидатуры будущих телохранителей. Крейсу князь доверял, тот вполне понимал и свою ответственность за выбор людей, и свою заинтересованность, потому подошел к делу со всей серьезностью. Сами телохранители добирались самостоятельно и по одному, потому, несмотря на то что трое из четверых прибыли в замок еще два дня назад, князь просто наблюдал за ними, отказываясь от встречи до прибытия последнего кандидата. Наконец всех четверых пригласили в кабинет. Крейс стоял рядом с креслом сеньора и тихонько давал комментарии по каждому:

— Лирион, милорд. Именно его я рекомендую приставить к Аливии. Человек очень сложной судьбы. Раньше был простым солдатом, потом уволился, купил дом, завел семью, но ее вырезали разбойники. Безуспешно добивался правосудия у местного барона, на землях которого он и поселился. В конце концов решил взять правосудие в свои руки и однажды ночью вырезал всю банду в двадцать человек. Как он это сделал, так и осталось загадкой, сам он ни разу о той ночи никому не рассказывал. Но оказалось, что барон получал долю с разграбленных караванов, и Лириона объявили убийцей честных лесорубов. Кстати, одной из причин его согласия работать на вас стало ваше отношение к разбойникам — эту братию он ненавидит всей душой.

— Как я понимаю, избежав правосудия, он стал промышлять несколько иным.

— Верно. И добился поразительных успехов.

Князь чуть слышно хмыкнул:

— Это не та профессия, успехами в которой гордятся.

— Напрасно вы так, милорд, и в ней есть свои мастера. Лирион один из лучших.

— О его клиентах, как я понимаю, лучше не спрашивать.

— Правильно, милорд, иначе вам как верному слуге короля придется его выдать правосудию. Но могу заверить, что заказов на честных людей он не брал никогда.

— Остальные такие же принципиальные?

— Милорд. — Крейс даже выпрямился от стремления доказать свою правоту. — Я же не идиот, чтобы нанимать беспринципных людей, которые ради денег родную мать зарежут! Поверьте, в эту профессию от хорошей жизни не идут, и у всех четверых своя история, своя судьба, хотя у остальных не такая трагичная, как выпала Лириону. И никому из них эта профессия не нравилась, таким был мой основной критерий подбора. Хотя, честно говоря, двоих рекомендовал Лирион, но ему я верю, как себе. Он однажды имел возможность подставить меня и возвыситься в Тортоне до теневого короля, но оказался верен слову, и теневым королем стал я. В нашем кругу такое очень ценится.

— Ладно, остальные?

— Трион, этот, в отличие от Лириона, обучался профессии с самого детства, так что выбора у него особого не было. Сейчас ему всего лишь двадцать три, но трупов на его счету столько… м-да. В общем, ему это тоже надоело. Надо знать его учителя, чтобы понять это, вот уж мразью был. Просто поразительно, как Триону удалось сохранить себя. В общем, когда ему было тринадцать лет, его учитель приказал ему в качестве экзамена убить подругу — соседскую девчонку, с которой Трион часто играл, та не знала о его профессии. Он и убил, только не подругу, а самого учителя. После этого ему пришлось бежать… кстати, та девчонка до сих пор считает его подонком, ни за что ни про что убившим своего воспитателя, такого милого и доброго. Как понимаете, милорд, выбора, кем стать, у него не было. Но когда представился шанс отказаться от профессии, он ухватился с радостью.

Лирион выглядел не очень солидно и довольно невзрачно. Идеальный разведчик, сказали бы на Базе. Не очень высокий, но и не низкий, волосы подстрижены не коротко, но и не длинно, нос чуть с горбинкой, и это, пожалуй, была единственная особая примета. Простая одежда, добротный плащ, фетровая шляпа, которую Лирион сейчас держал на коленях. Сам он сидел в кресле совершенно расслабленно, но князь видел, что тот постоянно держит под контролем все вокруг, особенно соседей, хотя так же было заметно понимающему, что их он не очень опасается, просто привычная страховка. Обувь… не туфли, а сапоги, и князь готов был поклясться, что в них сейчас запрятан целый арсенал… У других, кстати, арсенал не меньше. Князь приказал не обыскивать гостей, но пистолет держал под рукой… на всякий случай.

Трион казался противоположностью Лириона, но именно казался. Внешность броская, но в основном в одежде. Яркие цвета, перо в шляпе, светлые локоны. Вот только одежда с секретом, князь сразу это заметил. Выверни ее наизнанку, и уже нет ярких цветов, вытащи перо из шляпы, и ее не отличишь от сотен таких же. И локоны — наверняка парик. В кресле он расположился с истинно аристократической небрежностью, трость бы ему еще, и станет настоящим джентльменом. Руки… На руки учителя князя всегда советовали обращать особое внимание. Трион носил белые перчатки из тонкой кожи, но сейчас он их снял и перекинул через подлокотник. Так вот, руки у него, при кажущейся их слабости, похоже, способны разогнуть подкову. Наверное, самый опасный из всей четверки.

Остальные на фоне этой парочки выглядели провинциальными мещанами, но именно на фоне. Хотя их внешность… один словно повар, который постоянно готовит булочки и сам их съедает. Если бы князь однажды не видел его в душе, то так и не понял бы, в чем фокус. Оказалось, это одежда специально так пошита, что человек в ней кажется полноватым, а бугристые мышцы этого не очень высокого человека под нею вполне походят на жир. А четвертый — худой и высокий, выше всех в этой комнате, но гибкий и подвижный. Такой, наверное, в любое окно пролезет, он и ребенок, больше никто.

— А этих двоих, как я понимаю, рекомендовал Лирион?

— Верно, милорд, — кивнул Крейс. — Высокий — Корун, толстяк — Бочонок.

— Как? — изумился князь.

— Он сам такое имя выбрал. Ему подходит.

— Но мне здесь бочонки не нужны.

— Можете называть меня Корий, ваша светлость, — вмешался в процесс представления сам Бочонок.

— Как я понимаю, процесс представления закончен? — с заметным ехидством поинтересовался Трион. — Хотя, думаю, милорд уже знал все о нас еще тогда, когда мы только согласились с предложением его светлости. Интересно, для чего в таком случае это представление сейчас? Скорее всего, для нас?

— Считайте это экзаменом, — невозмутимо отозвался князь. — Мне было интересно, догадаетесь вы об этом или нет. Профессия телохранителя требует не столько наличия силы, сколько мозгов.

— Ваша светлость, — на этот раз заговорил Лирион; в отличие от Триона ехидство он явно не демонстрировал, его тон был подчеркнуто почтительным, но вряд ли это кого обмануло, — уверяю вас, дураки в нашей профессии долго не живут.

— Ничуть не сомневаюсь, но я должен был убедиться. Значит, так, как я понимаю, всем вам ваша профессия не нравится, и вы не против ее сменить на противоположную. Мне же нужны люди, которые досконально знают как раз методы тайного убийства и похищения. Именно похищения я опасаюсь больше, но не исключаю и попыток убийства. От явного нападения ваших подопечных защитит стража. Корий, вы напрасно так усмехаетесь, охрану моего замка несут не те идиоты стражники, которых вы видели на воротах городов, или крестьяне в доспехах у иных баронов и тиров. Если я приму вас на службу, вы оцените их мастерство, особенно то, что в тренировках они упирают на сражения в стесненных условиях замковых коридоров и комнат. Да и учителя у них самые лучшие, каких я только мог найти. На обучении своих людей я не экономлю, и на их доспехах — тоже.

— Мы это уже оценили, ваша светлость, напрасно вы думаете, что мы не обратили внимания на подготовку ваших людей. Я улыбался другому: я наблюдал ваши тренировки. Думаю, вы были бы грозным противником даже для меня… не в открытом бою.

Князь удивленно вскинулся. А этот Корий не так прост, совсем не прост, если сумел по занятиям с Аливией и остальными оценить уровень его подготовки, причем совсем не воинской. Это еще никому не удавалось. И хотя сам он неоднократно говорил своим друзьям, что основная его специализация, которой его учили, совсем не воин, а диверсант, ему мало кто верил. Точнее, просто не понимали разницу. А вот этот человек все просек, увидел и оценил. Понял, что князь обучает девочек отнюдь не тому, что нужно воину. Он учит их выживать, пусть даже ценой использования тех приемов, которые можно считать нечестными. И владению шпагой он обучает отнюдь не для дуэлей, а уж ножевой бой…

— Что ж… уважаемый Корий… можете считать, что экзамен вы сдали. Не скажете, почему решили сменить профессию? Считайте это последним вопросом перед наймом.

— Я пообещал одному человеку… которого я очень уважал.

— Ваш друг?

— Мой клиент.

Володя удивленно глянул на Кория. Тот задумался, а потом решился:

— Я всегда держу слово и выполняю заказ… Имя того, кого мне заказали, я узнал уже после того, как взял заказ. Тарий… так его звали. Мы росли вместе, но потом наши пути разошлись. Он всегда любил учиться. Позже я узнал, что он закончил школу, потом учился в империи, а когда вернулся, стал таможенным начальником в Тортоне. Он был слабаком, его даже девчонки колотили, но он всегда был честен. За это его и заказали, слишком многим он наступил на мозоли. Я его узнал сразу, как только увидел.

— И вы его убили?

Корий смотрел куда-то вдаль, продолжая говорить:

— Я пришел к нему ночью. Он сразу понял, зачем я явился. А я в детстве всегда его защищал. Я попросил его убить меня. Я не мог выполнить заказ и не мог отказаться от него. Но Тарий сказал, что даже если он меня убьет, это ничего не изменит, просто наймут другого, а он защититься все равно не сможет. Честный таможенник не может нанять охрану, такая роскошь по карману только хапугам. — Корий тут горько усмехнулся. — Тарий заставил меня поклясться, что он будет последним, кого я убью по заказу.

История, однако… Каждый раз, когда князь думал, что уже начал понимать местных, жизнь подкидывала очередной подарок, после которого становилось ясно, что ничего он о жизни этих людей не знает. Вот этот Тарий… «Смог бы я сам позволить себя убить, вытребовав предварительно обещание с друга детства, что тот перестанет убивать? Да нет, конечно, а никого в этой комнате подобная история не удивляет».

— Корун?

— Любите собирать сведения о людях? — усмехнулся тот.

— Меня этому учили, — вернул усмешку князь.

— Да, вы совершенно не похожи на всех этих тиров и рыцарей. Те ведь даже смотреть в сторону таких, как мы, не стали бы.

Князь на миг задумался, потом решился:

— Просто мы коллеги до определенного момента. Меня учили делать почти то же самое, только не против конкретных людей, а против разных структур, отрядов, армий. Там часовых убрать, тут офицера поймать и привести к командованию, мост разрушить, разбойников… скажем так, устранить. Но могли приказать и человека убрать. Хотя ничего из этого мне делать не приходилось, но учили… учили. Военная история, тактика и стратегия шли уже довеском.

Все четверо переглянулись, князь заметил, что никого его заявление сильно не удивило.

— Мы уже поняли, что через охрану замка сложно было бы пробраться даже мне.

— Буду благодарен, если вы укажете Гирону слабые места охраны. Он командует специально обученными людьми и охраной в замке. Но, уважаемый Корун, на мой вопрос вы так и не ответили. Что же вас заставило отказаться от профессии?

Корун снова улыбнулся.

— Надоело, ваше сиятельство. А когда последний заказчик попытался меня устранить, я понял, что с этим пора завязывать. Ничего иного мне не оставалось.

— Верю. Ладно, считаем, что последний экзамен вы все выдержали. Крейс ознакомил вас с условиями? Они устраивают?

— Более чем, ваше сиятельство. — Хм, похоже, как-то так получилось, что Лирион стал неформальным лидером четверки. Вот и сейчас он говорит за всех, но ни у кого никаких возражений нет.

— Подопечных знаете?

— Ваша сестра, невеста и дети бывшего герцога.

— Кто кого будет охранять?

Четверка вновь переглянулась.

— Пожалуй, я возьму госпожу маркизу.

Князь кивнул и посмотрел на остальных.

— Корт, — кратко ответил Корун, — за ним интересно наблюдать.

— Я, пожалуй, возьму на себя Анику, — задумчиво протянул Корий. — Она самая спокойная и не заставит меня бегать по всему замку, ловушки тоже не устраивает.

Трое теперь уже телохранителей дружно рассмеялись, но тут же успокоились.

— Тогда мне достается ваша невеста, ваша светлость, — развел руками Трион и улыбнулся. — Не боитесь оставлять ее на мое попечение?

А вот это уже наглость… и явно проверка для него.

— Она сама отобьет вам все, что ниже пояса, — без улыбки отозвался князь, пристально глядя на шутника. Тот от этого взгляда слегка поежился. Непривычно видеть, как вдруг разом у кого-то исчезают все эмоции, остается только неподвижная маска. — А я потом сделаю так, чтобы вам больше то, что останется, не понадобилось.

— Это была шутка, ваша светлость… неудачная, — сразу пошел на попятную Трион.

— А я не шутил.

Неизвестно, что хотел проверить своей выходкой Трион, но явно все пошло не так, как он рассчитывал. Остальные смотрели на шутника очень недружелюбно и после встречи с ним еще побеседуют по-свойски. И на эту беседу Володя рассчитывал гораздо больше, чем на свою угрозу. Они все люди умудренные, это Трион здесь самый молодой, и все они явно заинтересованы в работе, а тут какой-то идиот-шутник грозит испортить отношения с нанимателем. Такое не оставляют без внимания, и Трион это прекрасно понимал, поглядывая на троих коллег с явной опаской.

Князь подумал и решил эту тему дальше не развивать, все, что нужно, объяснят остальные.

— Вы зачислены в штат слугами. Гюнтер в курсе, кто вы на самом деле, и все ваши поручения будут касаться подопечных. Если что понадобится, обращайтесь к нему, он получил приказ оказывать вам любое содействие. Любое, — князь подчеркнул последнее слово. — Собственно, формально вы подчиняетесь ему, а реально именно он станет выполнять ваши приказы. Но не наглеть, — взгляд в сторону Триона.

— Не переживайте, ваша светлость, мы присмотрим за ним, — пообещал Лирион, а Трион отчего-то поежился.

— И еще, держите контакт с Гироном. Прислушивайтесь к его мнению, а он будет прислушиваться к вам. Можете провести проверку надежности охраны замка. Но об этом договоритесь с ним отдельно. Вопросы?

Лирион вдруг чуть улыбнулся.

— Один, ваша светлость. Я не думаю, что нам удастся скрыть от наших подопечных, кто мы такие.

— Риола знает. Остальные… Гирон и Гюнтер получили все указания и сумеют повлиять на них, если возникнут сложности.

— Даже на маркизу? — Новая улыбка.

Князь задумался. А ведь он прав. Кнопка упряма, как… как… даже трудно сказать, как кто. Только он может на нее повлиять, если она что-то вобьет себе в голову.

— Ваши предложения?

— Как я понял, девочка очень увлечена разными боевыми искусствами… я мастер ножевого боя. Прошу прощения, ваша светлость, я видел ваши тренировки. Ваш стиль очень необычный, но, думаю, сумею подстроиться под него. А маркиза будет слушаться только того, кого уважает.

Теперь князь задумался уже надолго.

— Хорошо, — решился он. — Вы официально наняты в качестве учителя для Аливии, Риолы и Корта на время моего отсутствия… чтобы они форму не теряли. Заодно проследите за остальными тренировками. Вряд ли вы умеете работать со шпагой или знаете тот стиль боя без оружия, которому я их учу, но ошибки, полагаю, заметите и укажете на них, большего не прошу.

— А если госпожа попросит научить другим моим умениям? Она ведь поймет, что я не только с ножом умею работать, оружие можно сделать из всего. Для самообороны девушке самое то.

— Я не возражаю, если вы покажете, как защищаться подручными средствами в случае опасности… но без фанатизма. Аливия не воин и не солдат. И если вдруг графиня Трастимская о чем-то попросит касательно девочки… я очень настоятельно рекомендую к ней прислушаться. Не в ущерб безопасности, конечно.

— Я понимаю, ваша светлость.

А князь, вздохнув, закончил:

— Хотя все равно вы не сможете отказать, если Аливия о чем-то попросит. Это еще ни у кого не получилось, даже у меня. Умеет настоять на своем.


А через два дня в поход отправлялся выделенный отряд во главе с князем. Провожать его вышли все обитатели замка, даже Улияна Тиндом. Аливия, с трудом сдерживая слезы, протянула попону.

— Сама вышивала… — Хлюп. — С помощью госпожи графини… — Хлюп…

— Ну-ну, Кнопка, чего сырость разводишь?

— Ты ведь не погибнешь? Ты вернешься? Обещаешь?

— Конечно. — Князь обнял девочку, повернулся к другим, дожидаясь, когда слуги наденут подарок Аливии на его коня и переседлают. — Ну а вы чего носы повесили, Корт, Аника?

— Так заниматься со мной теперь будет некому, — нашелся Корт. — И я не смогу пока побить скипидарку.

— Сам ты скипидар! — взвилась Аливия, но не сделала даже попытки отойти от Володи.

А тот улыбнулся.

— Учителя я вам нашел, не переживайте. Риола, Аника, надеюсь, к тому моменту, как я вернусь, вы покажете мне свой спектакль. Кстати, я слышал, ваш бард сбежал от вас и записался в армию.

Риола махнула рукой.

— Пусть бежит. Ему, видите ли, не нравится, что приходится петь за занавеской и публика его не видит. Аника уже нашла другого певца, и голос у него лучше. Сторн, может, и хорошие песни придумывает, но вот исполнение…

Риола напрасно наговаривала, исполнял Сторн хорошо, просто его голос не годился для песен из «Буратино». Сам же Сторн сильно ошарашил князя, попросившись в армию. Вот уж чего не ожидал, так это такого шага.

— Милорд, я не могу выполнить ваш заказ на песни, если не узнаю жизнь солдат изнутри! Ваши идеи я реализовал, но чувствую, что чего-то не хватает в моих песнях. Когда поете вы, даже не понимая языка, я ощущаю внутреннюю силу песен. И я подумал, что их могли написать люди, только сами пережившие то, о чем в них поется. Поэтому я и прошу вашего разрешения присоединиться к армии на этот поход.

Песни Сторна набирали популярность именно у простых солдат, и князь сам слышал, как те распевали их у костров на мелодию «Землянки» и «В лесу прифронтовом». Но, как верно заметил сам Сторн, чего-то в них не хватало.

— А как же ваш спектакль?

— Я там уже не нужен, нашел другого певца.

Вот так Сторн и оказался в армии, чем вызвал настоящий шок у всей труппы. Они даже не поверили, что бард сам попросился, думали, что силой затащили.

Наконец коня переседлали. Князь подошел к нему и погладил попону с вышитыми гербами по углам. Хорошо вышитыми, очень аккуратно и красиво. Он поднял девочку и поцеловал в щечку.

— Спасибо, Кнопка.

А вот перед Риолой он замер и неожиданно смутился. Риола вздохнула, пробормотала что-то про трусов и мужчин и вдруг ухватила его за шею и поцеловала. Он сначала дернулся от неожиданности, потом замер, боясь пошевелиться. Откуда-то из строя солдат раздался ободряющий свист, следом ругань сержанта, быстро прекратившаяся, видимо, старший офицер прикрикнул.

Наконец Риола отодвинулась и поправила волосы. Отвернулась.

— А то дождешься от тебя, когда сам догадаешься, — буркнула она смущенно.

Князь растерянно оглянулся. Ну, Кнопка стояла надувшись, скрестив руки на груди, тут понятно. А вот графиня Трастимская одобрительно кивнула, видимо, она это и посоветовала. Тут точно заговор. Определенно.

Князь вздохнул. И что он должен сказать?

— Я… Не переживай, Риола. — Он совсем запутался, махнул рукой и вскочил в седло. Повернулся к замершим солдатам: — Вперед!


Глава 15 | Князь Вольдемар Старинов: 3.Обретение дома | Глава 17



Loading...