home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Копейка

И стали Ицхак с Лютобором в языческом капище жить да поживать да папину дачку достраивать. И все у них было как в пацанской сказке про бойцовский клуб. Изя украл для ритуалов сюртук и цилиндр из театральной костюмерной, а Руслан дрался в расшитой поддевке. Поддевку Руслан откопал в мамином шкафу. Только подходящих брюк враги не нашли, поэтому носили джинсы.

Жид и гой били друг другу морды, вечерами Ицхак пытался готовить национальные еврейские блюда, а Лютобор ничего не делал.

В доме становилось все холоднее.

Лютобор считал, что борцу с системой нахуй не нужен буржуазный комфорт. Лучше жить в трущобе, чем на мещанской вилле с гребаным бассейном и фонтанчиком в саду. Так что наоборот надо все еще больше раскурочить, вырубить стеклопакеты и забить окна фанерой. Все древние славяне жили почти без света, а евреи вообще ночевали в шатрах. Он три дня читал лекции о вреде консюмеризма, но десятого октября замерзла вода.

Ицхак изрыгал страшные жидовские проклятья. Злые аггелы трубили в верхушках кедров, Гавриил потрясал огненным мечом, а в озере зелеными руками гнала волну Лилит. Над Асгардом Ирийским прошел мощный антициклон. Лютобор провел обряд очищения, и вода оттаяла.

Ицхак размахивал монтажным пистолетом и орал, чтобы Лютобор ставил утеплитель.

– Вера – лучший утеплитель, – учил его Лютобор. – Будь верен Природе, Правде и своему Естеству. Пусть тебя греют Мудрость, Отвага и Дерзость, тогда ты сам станешь подобен Богу и тебе не понадобится сраный утеплитель.

Ицхак отвечал, что он татарский дебил, который поклоняется кусту и вылетит из хаты на раз-два-три. Отношения Лютобора с папой-слесарем складывались еще хуже, так что на фундаменте появился пенопласт, а стены с внутренней стороны оделись толстой стекловатой.

– Арбайтен, – приговаривал Ицхак, листая «Иврит для начинающих».

Папа Руслана два раза прорывался на факультет, но его гнали вахтерши. Они интуитивно не доверяли этому рослому бородатому мужчине в пуховом армяке.

Борода Велеслава Эриковича побелела от горя: единственный сын пошел не на физфак, а на факультет педофилии и медиапроституций. Сын появлялся дома с синяками и нес чушь, в шкафу отпрыска появилась книга Зогар, на люстре висела звезда Давида. Сын рассказывал матери о кознях жидов и часто упоминал, что у них на факультете «есть один такой». Первого октября сын угнал отцовский ВАЗ-2101 и дома с тех пор не появлялся. Четвертого ноября Руслан был арестован за публичную драку с евреем. Вместе с евреем он был доставлен в опорный пункт милиции, а затем отпущен. Ясные очи Камиллы Залиевны опухли от горя.

– Такие, как он, дискредитируют русский марш, – говорил Велеслав Эрикович.

– Это все твои дебильные пляски у костра, – причитала Камилла Залиевна. – Еще рубахи дурацкие заставил вышивать, у меня от них зрение упало на единицу.

– Не говори ерунды, Мила, – отвечал Велеслав Эрикович. – Это не пляски у костра, а древние обычаи моего народа, они помогают нам помнить корни и сохранять славянскую общность.

– Вырастил фашиста, – всхлипывала Камилла Залиевна. – И сам такой же фашист.

А муж ворчал в бороду:

– Ничего другого от татарки я не ожидал.


Солнечным утром в начале ноября Изя и Руслан сидели на лекции по античной литературе. Лектор рассказывал о Марциале.

Руслан порывался его поправить, но Изя зажимал врагу рот. За задней партой велась безмолвная борьба, толстые подошвы ботинок елозили по полу да поскрипывал стул.

– В восьмидесятом году выходит первый сборник эпиграмм Марциала, посвященный торжественному открытию амфитеатра Флавиев, – диктовал лектор.

– И что это такое? – выкрикнул Руслан. – В смысле, что за шняга этот амфитеатр? Будьте любезны объяснить.

– Сейчас его называют Колоссео, то есть Колизей, – ласково сказал преподаватель. – Руся, прошу вас, не надо вскакивать с места и бегать по аудитории, как на прошлой неделе.

– Хуля мне не бегать? – Руслан вскочил. – Третий месяц нам шнягу гонят! Не выйдет!

Преподаватель одернул вельветовый блейзер и нервно пригладил волосы. Руслан влез на кафедру.

Студентки исподлобья смотрели на однокурсника. Лесбиянка Ксюша поигрывала длинным зонтом. Лектор уперся спиной в доску и скрестил руки на груди, дальше отступать было некуда:

– Ну, что на этот раз?

– А то, – надулся от важности Руслан. – Настоящий Колизей находится в Стамбуле. А в так называемом Древнем Риме сраный римский папа построил поддельный Колизей. Сраные христиане ничего своего не создали, а только передрали достижения язычников.

– Ты дебил, – сказала лесбиянка Ксюша. – Я сама была в Риме и видела Колизей, а ты нигде не был и ничего не видел, потому что папа твой – алкаш, а сам ты шизик и нищеброд.

– Лучше нищеброд, чем пиздолиз, – ответил Руслан. – Что, кобла, нечем крыть?

– Я те покрою! – Ксюша замахнулась зонтиком. – Я тя щас так покрою, неделю будешь враскоряку ходить. Ты, блять, лекции конспектируй, а не хуйню читай, тебя опять отчислят нахуй, и будешь параши на раёне выгребать.

– Типичный дискурс неудовлетворенной бабы, – кивнул Руслан. – Никакой аргументации, одни злобные восклицания и дешевые понты.

– Фоменко, если ты не уважаешь женщин, ты не мужчина! – вскинулся лектор.

– Это мы еще посмотрим, кто мужчина, – проворчал Руслан в лиловую бороду. Он вернулся за заднюю парту походкой победителя и включил электронную книгу.

Ксюша повесила зонтик обратно на спинку стула, и лектор продолжал рассказывать о Марциале.

– Пизди-пизди, – шептал Руслан. – Все равно мы знаем, что не было никакого Марциала. Дешевая папская подделка. Им хотелось «великой римской литературы», вот и накропали на коленке в каком-то монастыре. А может, Петрарка насочинял за пять минут.

– Отдай ключи, пидорас! – крикнули во дворе.

Лектор вздрогнул. Его взор невольно обратился в ту сторону.

– Отдай ключи, говорю! – не унимался мужчина. – Я же вижу, машина тут стоит!

Руслан пробежал по аудитории, высунулся в окно и заорал:

– Сам ты пидорас! Нахуй те жигули, у тя вольво есть!

– Отдай ключи! Утя прав нет!

– Утя тоже забрали, хуля ты ездишь без них?

Ксюша схватила однокурсника за шиворот и поволокла к двери. Изя раздвинул парты, чтобы удобнее было тащить.

– Я тебе сдачи не даю, потому что ты девка, – объяснял Руслан, спускаясь по лестнице. – Бабы врут про дискриминацию, а сами руки распускают. Что, нечем крыть?

Ксюша вдвоем с вахтершей протолкнула Руслана через вертушку. Велеслав Эрикович потирал вспотевшие от волнения руки.


– Ты вор и тать. Давай ключи, – отец подставил широкую ладонь.

– На, подавись, – сын кинул ему под ноги ключи от «копейки». – Я лучше пешком ходить буду, чем юзать твои подачки.

– Ты мне более не сын. – Велеслав, отдуваясь, поднял ключи и замахнулся в сторону мусорных баков.

– А продайте машинку за девять штук, – попросил Изя, тяжело дыша.

Он вцепился в дутый рукав китайского армяка и перехватил связку.

– Че? – Велеслав Эрикович поднял широкие брови.

– Точнее, за восемь пятьсот. Зато сразу наличными.

– А ты кто такой? – спросил Велеслав Эрикович.

– Еврей, – ответил Изя.

– Видал? Ни гроша тебе, пащенку, не оставлю. Жиду продам! Пидорасу продам!

Велеслав Эрикович с пятого раза завел «копейку», отвез Изю в ближайшее МРЭО и переоформил машину на него.

– И где ваш хваленый жидовский интеллект? – спросил Руслан по дороге домой. – Жрать теперь на что?

– Заткнись, – шмыгнул носом Изя. – Сам знаю, что дебил.

– Хуля ты думал, я не мог достать ключи и дальше ездить? Дебил, чистоплюй, пидорас!


предыдущая глава | Толерантные рассказы про людей и собак | Правильный рецепт мацы



Loading...