home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Велесова среча

Изя сдал сессию на отлично, потому что он еврей. Жидам ничего не стоит поставить сородичу пятерку.

Руслану продлили сессию. Введение в языкознание ему удалось сдать на три. Он мог сказать, что латынь – дешевая папская подделка, но удержался в последний момент. Фольклорист едва не вступил в жидовский клуб, когда в десятый раз услышал о Велесовой книге. Историк отказался принимать экзамен у человека со справкой из ПНД. Преподаватель античной литературы был тайным жидом и пидорасом.

Последний экзамен пришлось сдавать перед комиссией, которая состояла из декана, заместителя декана и латентного жида.

Руслан вернулся из города злой и голодный. Изя сидел на кухне с ноутбуком, а в раковине плесневела посуда.

– Пожрать привез? – спросил Изя.

– Иди на хуй, – ответил Руслан и попытался дать еврею по морде.

– Отвянь с глупостями, – сказал еврей. – Толку от тебя как от китайского гондона.


Руслан открыл кран в ванной и молчал целых десять минут.

– Можешь порезать вены, – сказал Изя. – У шизиков будущего нет.

– Я в курсе, что жиды ненавидят русских, – ответил Руслан.

– Я не ненавижу русских, – ответил Изя. – Мне на них просто насрать.

– Конечно, насрать. Воруй, убивай! Эксплуатируй, унижай!


Ответа не было. Руслан вылез из ванны, надел халат и прокрался на кухню. Изя смотрел порно с Сильвией Сейнт.

– Слышь, Изя Иерахмиэльевич… Меня все-таки отчисляют…

– Меня зовут Василий Валентинович, – ответил Изя. – И я хочу смотреть кино один, а не всем колхозом.

Руслан начал мыть посуду. Это было тревожным знаком. В доме на берегу озера посуду мыли только по субботам, когда мама Изи привозила суп в трехлитровой банке.


Когда была помыта последняя вилка, Изя выключил Сильвию Сейнт и включил фильм про страшную бабу, которая долго красилась перед зеркалом, говоря какую-то чушь своей сестре. Когда баба докрасилась и надела парик, Руслан спросил:

– Это чо за шняга?

– Это не шняга, а великий немецкий режиссер Райнер Вернер Фассбиндер, – ответил Изя.

– Славянское быдло не поймет великих жидов, – съязвил Руслан. – Чтобы дорасти до их творений, надо ходить на каблуках.

Изя молча смотрел про бабу, которая красится перед зеркалом. Баба выпивала с актрисой по имени Ханна Шигулла.

– Они лесбиянки, штоле? – спросил Руслан. – Ну, как наша Ксюха, только лучше.

Изя не отвечал.

Тогда Руслан собрал мусор и сложил его в печь. Но Изя не обращал на него никакого внимания.

Руслан отправился в гостиную, насыпал в таз сухой штукатурки и развел ее водой. Он отштукатурил две стены, но Изя на них даже не взглянул. Теперь он смотрел про нацистскую певичку, у которой любовник еврей.

Руслан достал из рюкзака бутылку кабардинской водки и выпил половину, а остальное поставил перед своим врагом. Еврей даже не повернул головы.

Тогда Руслан достал из рюкзака продукты и положил их в холодильник, но Изя продолжал смотреть фильмы еврейского педика.

– Я когда из «Меги» выходил, у них опять зазвенело, – сказал Руслан. – Эти козлы меня два часа продержали, так еще и рожу сфоткали.

– Ты мешаешь мне смотреть, – ответил Изя.

– Но дважды снаряд в одно место не попадает. Я потопал обратно и взял еще больше. Нехуево, да? А в отделе диетических продуктов я нашел вот это! – Руслан открыл передний клапан рюкзака и вытащил небольшую квадратную упаковку. – Угадай, что там такое.

– Мне неинтересно, – сказал Изя.

– Это маца. Настоящая маца.

– Мне надоели детсадовские игры, – Изя выключил ноутбук и отправился спать.


Когда Изя открыл глаза, было совсем светло. В дверном проеме кухни появилась дверь. Руслан собирал рюкзак в гостиной.

– Я ухожу к папе, – объявил Руслан.

– Ааа… – Изя побрел к холодильнику. На нижней полке лежала квадратная упаковка с горелыми хлебцами. Хлебцы были очень тонкими и ломались в руках. Изя попробовал один и выплюнул в раковину.

– Что это за шняга? – спросил он.

– Не важно, – ответил Руслан. – Я взял твои конспекты, через неделю отдам.

Изя понял, что играм конец.

– А как же Велесова книга? Зачем тебе конспект?

– По-твоему, я дебил? – Руслан застегнул рюкзак и повесил его на плечо. Хлопнула стальная дверь.

Изя вернулся на кухню и включил ноутбук.

Из леса донеслось негромкое пение. Изя бросился к окну и поспешил одеться.

К дому приближалась процессия из мужиков в тулупах и некрасивых теток с рогатыми киками на голове.

Изя вспотевшей рукой взял мобильный телефон. В стальной двери повернулся ключ.

– Это еврейский погром? – спросил Изя.

– Хуже, – ответил Руслан. – Ты со своим батей осквернил наш древний коровник.

Процессия приближалась к дому, колотя в бубны и выкрикивая непонятные слова. Самые рослые и сильные мужики несли два толстых березовых ствола, березовую жердь и веревку.

– Руся, я боюсь, – сказал Ицхак.

Он убежал в туалет, и оттуда был слышен его взволнованный голос:

– Папа, какого хера ты купил это индейское кладбище?

Папа обещал приехать с друзьями из прокуратуры.

– Пока ты там возишься, меня повесят, – Изя нажал на отбой.

Мужики под окном сложили костер.

– Пусть русские молодцы покажут удаль свою и добудут огонь чистый, живой, животворящий! – воскликнул жирный бородатый дядька в дубленке.

Остальные воздели руки к небу, как японские статуэтки.

Мужики положили один ствол вниз, на него поставили жердь, а второй ствол расположили сверху. К жерди привязали веревку и принялись вертеть ее туда-сюда, как первобытные люди. Прошло полчаса.

В стальную дверь постучали.

– Мальчики, у вас не найдется зажигалки для мангала? – спросил Велеслав Эрикович. – Пока они там копаются, мы замерзнем.

Изя спустил воду, надел пуховик и вышел к гостям.

– Я очень извиняюсь, но это частная территория, – сказал он. – И без согласования с владельцем мероприятия проводить нельзя.

– А он прав, – покачал головой славянский жрец.

– Но если вы скинетесь, к примеру, по триста рублей…

– Триста – дорого, – возразила сорокалетняя тетка в очках и красной кике.

Остальные молча топтались на снегу, не чувствуя пальцев.

– А проходите в капище, – предложил Изя.

Славяне побежали в дом, скинули валенки у порога и столпились у радиаторов в гостиной.

– По-моему, триста – в самый раз, – сказала девушка, которая ела суши в «Ашане». Она была одета в дубленку, два свитера и вышитый красными свастиками сарафан.

– Двести пятьдесят, – сказал Изя. – И блин в подарок.

Он набрал в ведро снега и замешал тесто для блинов на талой воде.

Любители древних обычаев разожгли костер под окном и славили Белеса. Они то и дело забегали в дом, хватали горячий блин и кружку чая. Ритуальный первый блин скормили вороне. К полудню у Изи осталось совсем немного муки, пришлось наломать в блендер мацу, потому что она все равно невкусная. Руслан достал из холодильника и ту мацу, на которой Изя тренировался раньше.

– Помнишь? – он показал Изе плесневелый кружок.

– Кровь православного ахтунга, – догадался Изя.

Поле перед домом осветилось ярче – на берегу озера тарахтели четыре джипа. Из них вылезла группа накачанных парней в камуфляже и с беретками на бритых головах.

– Опять эта гопота, – сказала тетка в красной кике. – Славик, гони их к чертовой матери. Допляшетесь до тюряги у своего костра.

Из лесу, ломая ветки, выехал автозак. Парни в камуфляже подбежали к ненавистной машине и попытались ее раскачать.

Руслан сорвал с вешалки «пилот», сбросил угги и начал зашнуровывать армейские ботинки.

– Не пущу! – Камилла Залиевна загородила дверь широкой спиной.

– Я только с ребятами потусуюсь.

На улице затрещал громкоговоритель. Лес осветился синим и красным.

Мирные славяне потихоньку затоптали костер, а тлеющее чучело Марены закопали в сугроб. Камилла Залиевна с помощью еврея затолкала сына в погреб, поставила на люк табуретку и села пить чай. Велеслав Эрикович доказывал Валентину Борисовичу, что означенный обряд не имеет ничего общего с Куклукс-кланом.

Несколько парней в камуфляже уехали сами, а других с комфортом доставили до города в автозаке.

– Приезжайте еще, – говорил Изя, принимая славянские деньги. – Будем колядовать и все такое.

– Ну? – спросил Изя, когда разъехались гости.

– И не совестно тебе, жиденок, славянский народ обирать, да в подземелье запирать, да кровавому режиму сдавать? – Руслан зарядил ему в солнечное сплетение.

– Я не виноват, что славяне тупые, тупые, тупые! – отвечал Изя, пиная его под коленку.


Артхаус | Толерантные рассказы про людей и собак | Асексуалы



Loading...