home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


5

– Наша экономика в чудовищном состоянии, – с горечью констатировал председатель Совета Министров СССР. – Все плановые показатели пятилетки летят под откос. Военно-промышленный комплекс пожирает гигантские средства.

Он замолчал, отпил глоток боржоми из стакана и продолжил:

– Несмотря на щедрое финансирование, наша армия теряет боеготовность. Вчера из Генерального штаба я получил аналитическую записку. Это кошмар! Мы становимся совершенно небоеспособными. Система управления войсками устарела, вооружение используется неэффективно, боевая выучка войск падает… Уже прошло почти четверть века, как мы вошли в Афганистан. И что? Мы по-прежнему контролируем только часть страны. Моджахеды устраивают всё новые и новые вылазки и провокации. Потери с нашей стороны только убитыми давно превысили сто тысяч человек… А новый генсек требует ещё большего участия армии в решении вопросов внешней политики. Кстати, вы знаете, что сегодня утром он приказал привести в состояние полной боевой готовности ракетно-ядерные силы? Плюс ещё эти его бредовые планы с броском наших воинских частей к Персидскому заливу! Разве не ясно, что такого не потерпят ни Америка, ни Европа? Значит, буквально завтра разразится большая война между нами и США, между НАТО и Варшавским Договором. А мы к ней совершенно не готовы ни политически, ни экономически! Нам сегодня нужно не бряцание оружием и не новые войны, а взвешенный и разумный политический курс!

– Что вы конкретно предлагаете? – спросил председатель Президиума Верховного Совета. Он сидел напротив собеседника, устало откинувшись в мягком и удобном кресле.

Был вечер воскресенья, и председатель Президиума Верховного Совета хотел хотя бы несколько часов побыть дома, с семьёй, пообщаться с дочерями и внуками, отдохнуть после напряжённой недели. Но позвонил предсовмина и попросил срочной встречи. Они давно уже были друзьями, и председатель знал, что если руководитель Совета Министров просит немедленно встретиться, то произошло нечто очень серьёзное.

Чутьё его не обмануло. Предсовмина приехал уже через полчаса. Он был не в меру возбуждён. Стакан с боржоми буквально ходил ходуном в его крепких и толстых пальцах.

– Что вы предлагаете? – повторил председатель Президиума Верховного Совета.

– Что я предлагаю? – эхом отозвался предсовмина и на мгновение задумался. – Гм… Что я предлагаю… В четверг будет очередное заседание Политбюро. С приглашением многих руководителей с мест… Я предлагаю консолидированно выступить против авантюристических военных планов нашего генерального секретаря и министра обороны! Предложить новый политический курс для нашей страны. Новую разрядку международной напряжённости. Хотя бы в тех пределах, как это было при Брежневе, помните?

Председатель Президиума Верховного Совета молча кивнул. Он хорошо помнил середину семидесятых. Тогда действительно удалось на время снизить накал противостояния в «холодной войне». Пиком сближения США и СССР стал полёт к Луне космических кораблей «Заря» и «Аполлон» и совместная высадка на Луну Алексея Леонова и Томаса Стаффорда. А потом в Штатах администрацию Ричарда Никсона сменила ватага демократов во главе с Джимми Картером и Збигом Бжезинским, и всё пошло наперекосяк…

– Думаю, что американский президент легко согласится, если мы предложим ослабить бремя вооружений, которое душит и нашу, и американскую экономику, – продолжал предсовмина. – Нынешний хозяин Белого дома – человек совершенно не воинственный. Об этом говорит хотя бы факт приостановки им программы «звёздных войн».

– Что же, новая разрядка – идея хорошая, – согласился председатель Президиума Верховного Совета. – Лучше худой мир, чем хорошая война… Но сможем ли мы добиться принятия этого решения на Политбюро?

– Нужно попробовать! – Предсовмина решительно рубанул рукой по воздуху. – Мир на пороге ядерной катастрофы, разве вы не видите? Экономика страны на грани коллапса! Если мы сейчас не вмешаемся, может быть уже поздно. Нам не простят промедления ни наши дети, ни внуки!

– Если они вообще останутся живы в том аду, который начнётся после обмена ядерными ударами с Америкой, – председатель горько усмехнулся. – Хорошо, допустим, что Политбюро склонится на нашу сторону. Но поймёт ли нас управленческая элита страны? Нас поддержат или всё будет, как полвека назад, в пятьдесят седьмом? Помните, Молотов тоже добился победы над Хрущёвым на Политбюро, а потом собрался пленум ЦК партии и Никита Сергеевич вернул себе все утраченные позиции…

– Молотов был сталинистом, сторонником жёсткого курса. А партия была против возвращения к жёсткой системе управления, когда по любому ложному доносу тебя могли в два счёта поставить к стенке… У нас же ситуация совершенно иная. Мы предлагаем вернуться к взвешенной и прагматичной политике. Я уверен, что подавляющее большинство руководителей союзных республик, краёв и областей поддержат нас. Войны не хочет никто! Поддержка новому курсу будет! Людям нужен только чёткий сигнал сверху, чтобы стать на нашу сторону!

– Хорошо, – председатель Президиума Верховного Совета ободряюще улыбнулся, – давайте действовать!

Он расправил плечи, провёл ладонью по лицу, словно сдирая паутину усталости, и фыркнул:

– Да, следующая неделька предстоит жаркая… А у меня в среду, двадцать девятого января, ещё и очередная сессия Верховного Совета. Вот ведь некстати, да?


предыдущая глава | Историкум. Мозаика времен | cледующая глава



Loading...