home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


В поисках европейской научной фантастики

Вступительный очерк Андреаса Эшбаха

Началось с того же, с чего начинаются все авантюрные истории: с безумной идеи. Дело было в начале 2002 года, европейская валюта только что вошла в обиход и всюду была общей темой для разговоров, а я как раз зашёл в своё издательство «Люббе». Говорили о том о сём, в том числе об оформлении покета «Одного триллиона долларов», что и подвело нас вплотную к «Триллиону евро» и к шутливому вопросу, не станет ли это названием моей следующей книги. Бенг! — вот и идея: а почему бы нет? Почему бы, скажем так, не издать под этим названием антологию, где были бы собраны рассказы лучших авторов научной фантастики еврозоны — на тему общих денег, евро, общей экономики и единой Европы? Это же для меня не проблема: ведь большинство этих авторов я знаю по международному фестивалю «Utopiales» в Нанте. Издатели встретили эту идею с воодушевлением. И началось.

Начало было лёгким. У меня были личные контакты с ведущими авторами НФ во Франции, в Италии, в Нидерландах и… эм–м, да. Конечно, я был знаком и со многими другими авторами, но жили они не в странах еврозоны, а в Дании. Великобритании или России. Не говоря уже о Кубе, Канаде и США. («Utopiales» не обходится без гостей из Нового Света.) Что мучиться раньше времени?

Но — всё по порядку. Начну с известной территории и уж потом пущусь в неведомое. А начать мы, разумеется, должны с Франции.

Что касается средств массовой информации и жанровой литературы, то во Франции между ними существуют другие отношения, чем в Германии. Например, комиксы в Германии долгое время считались презренной бульварной литературой и дальше газетных киосков никуда не попадали; во Франции же они (их там называют БД, от bandes dessines) признаны самостоятельной формой популярного искусства, а художники комиксов пользуются чуть ли не звёздным статусом. С научной фантастикой обстоит примерно так же. Дело, правда, не доходит до того, чтобы НФ считалась равноценной «настоящей» литературе, — иначе там вряд ли существовала бы Association Mauvais Genres (т. е. что–то вроде «Объединения низкой литературы»), которая объединяет НФ, детективы и тому подобное, — однако это не мешает даже самым солидным ежедневным газетам рецензировать новинки НФ и давать их авторам слово в обширных интервью. Автор есть автор, и точка. Всякое творчество заслуживает уважения.

Такой подход вкупе с популярностью комиксов, которые эффектно воплощают в сценах миры и темы НФ, наверное, и объясняет, почему во Франции возможны вещи, которые в других местах трудно себе представить. Бюджет «Utopiales» исчисляется в миллионах (евро, разумеется), а количество его посетителей — в десятках тысяч. Телевидение ведёт оттуда репортажи, политики произносят со сцены приветственные речи, а рекламные щиты возвещают об этом событии начиная с далёкого Страсбурга. Если у НФ и есть в Европе родина, то это Франция.

К числу важнейших авторов НФ, пишущих на французском языке, относятся Пьер Бордаж, который заполняет баснословной фантастикой один объёмистый том за другим, Жан–Клод Дуниак, который, в отличие от первого, специализируется на коротких рассказах, Жан–Марк Лигни, хард–рокер среди авторов НФ Франции, Эйердал, который сам себя называет специалистом негуманных наук и недоказуемых теорий, Жоёль Винтереберт, которая пишет НФ поочерёдно для взрослых и для детей, Кристиан Гренье, один из ведущих французских авторов для юношества, многостаночник Роланд К. Вагнер, Сильвия Миллер, которая получала премии не только за свои сочинения, но и за переводы, Лорен Женефорт — он создаёт своими космическими операми собственный универсум, Жан–Пьер Фонтана, который не только пишет НФ, но и организовал первую французскую конвенцию НФ и вызвал к жизни французскую литературную премию в области НФ, — и так далее, и так далее. Французские издательства в последнее время усиленно импортируют НФ и из Германии, однако движение в обратном направлении пока заставляет себя ждать. При том, что открытий предстоит, без сомнения, много.

Испания предлагает, по слухам, не менее оживлённую сцену НФ, однако из Германии ещё более недоступную, поскольку есть много испанских авторов, которые ни слова не говорят даже по–английски. Более того, «Utopiales» годами совпадал по времени с крупным испанским фестивалем НФ, из–за чего ни один испанец не появлялся в Пуатье или Нанте. С тех пор как эта ситуация изменилась, они приезжают туда толпами. Что касается испанской НФ, я не возьму на себя смелость утверждать, что имею о ней полное представление, но, без сомнения, к самым значительным именам принадлежат «гранд–дама» испанской НФ Элия Барсело, Эдуардо Вакверизо, инженер–аэронавигатор, который предпочитает заниматься фантастикой в литературе и кино, и Чезар Мальорк, чрезвычайно продуктивный и осыпанный премиями бывший режиссёр рекламных роликов. Другие важные имена — Хавьер Негре, а также Хуан–Мигель Агилера, писатель и киношник: он снял в 2001 году художественный фильм «Высадка», который изображает первую экспедицию на Марс и который, кстати, снимался по большей части в Лансароте.

Италия — с точки зрения книжного рынка — маленькая страна. Самая заметная фигура в интересующей нас сфере — Валерио Евангелисти. После многих лет, которые он посвятил историческим исследованиям в университете Болоньи, — в которой живёт и по сей день, — он вышел на сцену НФ в 1994 году со своим романом «Николас Эмерих, инквизитор» и с тех пор так и царит на ней. Приключения средневекового инквизитора, разросшиеся за это время в семитомный цикл романов, можно прочитать теперь по–французски, по–немецки и по–испански, готовятся также португальское, бразильское, русское и английское издания. Написанная самим Евангелисти инсценировка для итальянского радио в 90 (!) сериях была признана в 2000 году лучшей радиопьесой. Несколько музыкальных альбомов в стиле Heavy–Metal считаются навеянными историей этого инквизитора, во Франции и Италии весьма популярны комиксы об Эмерихе, и, разумеется, идут разговоры об экранизации.

Среди других важнейших имён следует назвать Луку Мазали, пассионарного авиатора, который имеет обыкновение прилетать в Нант на собственном маленьком самолёте и рассказы которого о путешествиях во времени происходят в старые добрые времена бипланов, а также Томмазо Пинкио, который конфронтирует с «Пожирателями душ» в заезженных историях с Куртом Кобейном, легендарным солистом «Нирваны».

Как выглядит голландская сцена НФ, я толком не знаю. Я был под таким сильным впечатлением от встречи с нидерландским музыкантом и писателем Вимом Мэрисоном, что даже не искал другого автора для антологии. От него я знаю, что многие голландцы без проблем читают по–немецки, по–английски или по–французски романы, большинству из которых никогда не суждено выйти в переводе на нидерландский.

Бельгия — на основе того факта, что французский является одним из основных языков страны, — с незапамятных времён имеет тесные отношения с Францией. Бельгийские авторы НФ всегда были мощно представлены на «Utopiales». Заметные фигуры там — Ален Дартевель, который тоже дал свой рассказ для моей антологии, а также Ален Ле–Бюсси и Доминик Варфа. В этой связи припоминается приключившийся со мной конфуз: в рамках моих поисков я посылал имейлы всем франкоязычным журналистам, каких знал, в том числе некоей Саре Доук, с которой познакомился в Брюсселе, когда мне вручали «Prix Bob Morane». Она мне тут же ответила и назвала именно эти, уже упомянутые выше имена, и только от двух других журналистов я потом узнал, что она сама считается в Бельгии многообещающей молодой писательницей! Конечно, мне пришлось написать ей ещё раз…

Дальше начались уже настоящие приключения: проникновение на действительно неведомую территорию. Кто самый важный автор НФ в Финляндии? Как обстоят дела с фантастикой в Греции? В Португалии? Ирландию мог бы представлять Иен Мак–Дональдс. Я сделал несколько попыток связаться с ним — раньше мне раз–другой приходилось сталкиваться и с ним, но вряд ли он меня запомнил, — однако все попытки кончились ничем. И я оставил их по той простой причине, что в Ирландии ведь тоже говорят и пишут по–английски, а англоязычная НФ легко находит дорогу в Германию, откуда бы она ни происходила. И судорожно искать другого ирландского автора НФ было бы какой–то маниакальной дотошностью.

На моё счастье, женщина, которую я по выговору принимал за австрийку, оказалась живущей в Инсбруке испанкой: Элия Барсело. Её как автора мне настойчиво рекомендовали с разных сторон, только я поначалу не связал воедино персону и имя. Она взяла на себя труд установить контакты с Испанией, которые без неё натолкнулись бы на непреодолимый языковой барьер.

Ах да, Австрия. Тоже европейская страна, но, как принадлежащая к немецкоязычному пространству, сравнительно легко обозрима и доступна, так что между обеими странами существуют традиционные и доверительно–тесные связи, как, например, между Бельгией и Францией.

Совсем другое дело Финляндия. Расположенная на отшибе, с языком, родственным скорее эльфам Толкиена, чем любому другому языку нашего континента, и известная главным образом саунами и мобильными телефонами, — какая там, на севере, может быть НФ, в стране лесов и озёр?

Для этой экспедиции я воспользовался Интернетом, равно как и тем фактом, что все финны владеют английским так хорошо, что нашему брату остаётся только бледнеть от зависти. Одно имя с финских веб–сайтов я выделил довольно скоро, но, чтобы удостовериться в правильности находки, всё же послал запросы нескольким финнам, которые позиционировались как организаторы, составители или другие центральные фигуры финского фэндома. Вотум оказался на удивление единогласным: представлять финскую НФ в европейской антологии может только Паси Яаскеляйнен.

Признанному, таким образом, лучшим финскому автору НФ 37 лет, он живёт в маленьком домике среди леса, в двадцати километрах от ближайшего города Ювяскила, где работает в гимназии преподавателем финского языка, а своей славой обязан десятку коротких рассказов, которые он опубликовал в финских журналах. Каждый из этих рассказов получал какую–нибудь первую премию на ежегодных конкурсах, а когда у него, наконец–то, вышла книга, она была признана лучшей НФ–книгой, опубликованной в Финляндии.

Паси Яаскеляйнен выслал мне рассказы, на которые у него был английский перевод, чтобы я смог составить себе представление о них. И это называлось короткие рассказы?! Бог мой, один из них был длиннее сотни страниц! Финны, судя по всему, любят высокосложные истории, полные намёков, трудных слов и фраз, которые надо прочитать несколько раз, прежде чем поймёшь, где начало и где конец. К счастью, самый короткий рассказ оказался и самым лучшим: «Haunted House, № 1 Rocket Factory Street», чудесный меланхолический рассказ, которого не постыдился бы и, скажем, Филип К. Дик.

Ради полноты упомянем и Йоханну Синисало, ещё одну известную финскую писательницу, которая пишет в жанре НФ уже лет двадцать.

Очень важно для меня было выискать НФ в Греции, в той стране, из–за которой еврокупюры подписаны двумя разными алфавитами. Я попробовал применить тот же трюк, который привёл меня к цели в Финляндии, однако на сей раз не сработало: как раз из–за этого различия алфавитов. Мне в голову пришла мысль порыться в имейлах моих читателей. За многие годы я получал немало писем от читателей из Греции или имеющих греческое происхождение: теперь написал им я и спросил, что они знают о греческой НФ.

Ничего, таков был единодушный ответ. Никто, правда, не мог поклясться, что такой литературы в Греции не существует, но они о ней не слышали. Всё–таки, в конце концов, я установил контакт с одной женщиной, д–ром Домной Пастурматци, доцентом литературы в университете Салоники, которая, в свою очередь, указала мне на Христодоулоса Литариса, переводчика фантастики и бывшего казначея афинского клуба НФ. Через него я и вышел на след греческой сцены НФ.

Греческие авторы НФ, как оказалось, очень даже есть, но НФ их не кормит: для этого книжный рынок греческого языка слишком мал, а о переводах за границей ничего не слышно. К тому же, по некоторым оценкам, эта сцена склонна скорее отгородиться от внешнего мира, чем искать с ним обмена; как мне сказали, это основная примета современной культуры Греции. И если уж представлять греческую НФ в европейской антологии, Литарис без колебаний назвал мне Танассиса Вембоса. Человек с образованием компьютерного программиста занимается журналистикой, пишет НФ, переводит и исследует паранормальные феномены во всём мире, о чём он написал несколько специальных книг и сотни статей. Из НФ у него опубликовано два сборника коротких рассказов и роман, в котором рушится не СССР, а Запад, а СССР посылает первую экспедицию на Марс.

Другие имена, на которые меня вывели поиски греческой НФ, это Костас Харитос, Михалис Манолиос, а также писательница Вассо Христоу.

Совершенно скрытой так и осталась для меня Португалия. Здесь я тоже поначалу поискал через Интернет. Существует несколько журналов для любителей НФ, один–другой из них есть в онлайновом доступе, но для меня, естественно, они не читаемы. Я отфильтровал все электронные адреса, какие смог найти, и разослал по ним написанный по–английски запрос касательно португальской НФ.

Ответов: нуль. Я обрисовал положение Элии Барсело, моей коллеге, которая взяла на себя контакты с Испанией, в надежде на помощь, основанную скорее на географической близости. Она, будучи человеком основательным, тоже разослала имейлы людям, которых знала, однако с тем же результатом.

Тут грянул очередной «Utopiales», и там я встретил одного португальца, издателя соответствующего журнала. Подарок с небес! Мы обстоятельно побеседовали, я рассказал ему о своём намерении, и он с воодушевлением пообещал мне распространить эту информацию среди португальских авторов НФ. Правда, застенчиво сказал он, фантасты Португалии очень замкнуты на себя и не особенно стремятся выглянуть за пределы границ.

И так оно и оказалось. Из Португалии больше не было ни слуху ни духу.

Европа, разумеется, гораздо обширнее еврозоны, обширнее даже самого Европейского Союза. Как же обстоят дела в остальных странах? При том, что приближаться к Великобритании я и не намеревался; что делается там, то, как известно, не остаётся в тайне от нас в немецкоязычных странах.

В Дании живёт весьма энергично работающий Ганс Хенрик Лойхе, который, как–никак, опубликовал уже пять книг. Там устраиваются фестивали и печатаются журналы для фанатов, но, разумеется, датское языковое пространство невелико, и число тех, кто читает НФ по–датски, тоже невелико.

В Швеции же, кажется, вообще почти ничего не происходит. Когда я на несколько дней попал в Стокгольм, в тамошних книжных магазинах я хоть и обнаружил полку с надписью «Научная фантастика», однако из книг на шведском языке там стояли лишь многочисленные издания «Властелина колец», тогда как настоящая НФ присутствовала только в изданиях на английском. Сочинений шведских авторов в жанре НФ я так и не нашёл.

А что со Швейцарией? Она как раз только что вступила в ООН, и трудно было сказать, чувствует ли она себя частью Европы или только островом в её окружении, но, однако ж, музей Maison d’Ailleurs в Ивердоне — один из самых крупных музеев в области НФ и фантастического искусства — нашёл приют именно в Швейцарии. Тем не менее, я припоминаю, что на самом первом фестивале «Utopiales» с уверенностью утверждалось, что в Швейцарии нет ни одного автора НФ. Теперь, всё же, несколько имён появилось: Ойжен, который, правда, родился в Бухаресте, Жан–Марк Паскю, хоть и рождённый в Швейцарии, но от франко–русской матери и гаитянского отца, и выросший в Гане и на Берегу Слоновой Кости, а также Давид Ружичка, чех по происхождению. Правда, есть ещё Франсуа Руалье, просто швейцарец и к тому же сотрудник Maison d’Ailleurs, наряду с несколькими короткими рассказами он издал том оригинальных и полных фантазии комиксов.

Что же касается стран, здесь не упомянутых, то я вынужден пропустить ход. В Польше как раз сейчас вышли в свет мои «Вязальщики волосяных ковров», и меня пригласили туда; может, после этого мне будет о чём рассказать. В настоящий момент мне не приходит в голову никто, кроме Станислава Лема. Что делается в Чехии, Словакии, Венгрии, Болгарии, Румынии? Есть ли НФ в странах бывшей Югославии? Практика показывает, что НФ–фаны есть в любой стране, но совсем не обязательно там есть и авторы НФ.

И вопрос, который мучает меня постоянно: не затерялся ли в каком–то крошечном государстве еврозоны необнаруженный НФ–автор? Может, в Люксембурге, в Монако или Сан–Марино, а то и в Ватикане? Это был бы счастливый случай, но ни о чём таком мне не приходилось слышать. Правда, это ничего не значит, ведь в таком стремительном рейде по неисследованной территории европейской научной фантастики множество вопросов так и остаются открытыми. По–прежнему можно утверждать, что об обратной стороне Луны мы знаем больше, чем о НФ в странах, с которыми у нас общий парламент, общая валюта, а частично и общие границы. Мы должны питать друг к другу больше интереса, если хотим изменить это положение. Если моя антология «Триллион евро» хоть немного послужит пробуждению этого интереса, мои старания будут оправданы.


Триллион евро Антология западноевропейской современной фантастики (сост. А. Эшбах) | Триллион евро. Антология западноевропейской современной фантастики | Андреас Эшбах Триллион евро



Loading...