home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава седьмая

– Кажется, нас засекли, – из-за шума мотора громко крикнул Гирланд.

Он гнал машину по узкой проселочной дороге, идущей сквозь хвойный лес. Следуя указаниям Яна, Гирланд, после того как они удачно миновали блокпост, держался в стороне от больших дорог.

Неподалеку от них кружил вертолет.

– До границы не больше двадцати километров, – сказал Ян и взглянул на часы. – У нас еще часов девять до того, как можно будет попытаться перейти. Давай-ка бросим грузовик и пойдем по лесу.

Гирланд кивнул. Он понимал, что пилот следующего за ними вертолета передает их координаты. Кольцо снова сжималось.

– Скажешь, когда затормозить.

Они проехали еще пять километров – вертолет не отставал.

– Вот теперь, скоро… – заговорил Ян. – Еще немного… Все, стоп!

Дорога тут была совсем узкой, и деревья образовывали естественный навес, через который трудно было что-то разглядеть с вертолета. Машина остановилась.

Все вышли, и Ян сказал:

– Идти надо быстро, и это непросто. Нас будут преследовать. Все за мной.

Они углубились в лес. Каждый из троих мужчин нес автомат и рюкзак. У Бланки остался пистолет Гирланда и сумка с провизией. Мала тащила одеяла – это все, на что она была способна. Чемодан Уортингтона бросили в грузовике.

Гирланд держался сзади, чтобы помогать Мале и поторапливать ее.

Он слышал пыхтение Уортингтона – англичанин изо всех сил старался не отставать от Яна.

За четверть часа преодолели довольно большое расстояние, но затем путь внезапно преградила небольшая, но быстрая речка.

– Это хорошо, – сказал Ян. – Они, конечно, будут искать нас с собаками.

Он вошел в воду у берега – она оказалась ему по колено – и побрел вниз по течению. Все последовали за ним.

Гирланд обнял Малу и почти тащил ее за собой. Уортингтон начал отставать. Ян шел вперед, не оглядываясь: время было дорого.

Откуда-то издалека доносился лай собак.

Уортингтон запыхался, его лицо было бледным от изнеможения. Он старался поспевать за Гирландом, которому приходилось тяжело из-за Малы. Она вцепилась в него и, по-видимому, упала бы, если бы он ее не поддерживал.

Брели по воде уже на пределе сил, но продолжалось это всего минут десять. Наконец Ян направился к берегу и, уцепившись за свисавшую ветку, выбрался на сушу. Наклонившись, он вытащил Бланку. Гирланд передал ему Малу, а сам помог Уортингтону.

Они остановились на поляне, полностью закрытой сверху кронами деревьев, и прислушались. Собачий лай по-прежнему раздавался где-то далеко. Слышалось еще жужжание вертолета, тщетно пытавшегося их обнаружить.

– Давайте, еще совсем немного, – сказал Ян. – Там передохнем. Вперед!

Он двинулся по тропинке, затем резко свернул и пошел прямо через подлесок. Остальные продирались следом. Пройдя около километра, Ян показал, что можно передохнуть.

– Вентиляционная шахта где-то здесь, – сказал он. – Но ее придется поискать. Подождите.

И он углубился в лес.

Мала опустилась на землю. Ей казалось, что она не сумеет больше сделать ни единого шага. Уортингтон, обессилев, присел на землю и прислонился спиной к дереву.

Ян вернулся через пять минут:

– Нашел! Идем!

Гирланд помог Мале подняться, и беглецы двинулись за Яном. Им пришлось пробираться через густо заросший участок леса. Ян придерживал ветви деревьев и кустов, чтобы они не хлестали по лицам идущих следом девушек. Наконец они увидели большое отверстие в земле.

– Вот она. Тут не глубоко, – сказал Ян. – Это колодец для вентиляции, он ведет в рудник. Я полезу первым. – Он сел на край отверстия, свесив туда ноги. – Я спущусь на дно и буду ловить вас.

Через несколько минут все уже стояли в совершенно темном туннеле. Капала вода. Гирланд зажег свечу, и они огляделись. Мала дрожала, опершись на руку Гирланда.

Ян тоже зажег свечу и скомандовал:

– За мной! И берегите головы.

Пригнувшись, он пошел вперед по туннелю.

Мале казалось, что они идут уже несколько часов. Вдруг стены раздвинулись, и они оказались в просторной пещере. Ян с довольным возгласом остановился и положил на землю автомат.

– Пришли. Здесь можно в безопасности провести день-другой. А потом перейдем на ту сторону. Сегодня ночью было бы слишком рискованно. Согласны?

– Да, пожалуй, – сказал Гирланд. – А как мы отсюда выберемся?

– Эта шахта выходит прямо к границе, – ответил Ян, зажигая свечу, и добавил: – А вы свои свечи поберегите. И одной хватит.

Все с облегчением уселись на песчаный пол пещеры.

– Осталось что-нибудь пожевать? – спросил Ян.

Бланка принялась распаковывать один из рюкзаков. Гирланд вскрыл ножом банку сосисок.


В тот момент, когда беглецы приступили к трапезе, пилот отправленного на их поиски вертолета докладывал Смирнову.

Маликов продолжал ходить туда-сюда по комнате и вместе со Смирновым слушал доклады подчиненных по громкой связи.

Пилот доложил, что обнаружил грузовик в лесу в квадрате пятнадцать. Смирнов сверился с картой и вызвал на связь ближайший блокпост.

Ожидая ответа, Смирнов откинулся в кресле и закурил. Лицо его было серым от усталости. Он не спал уже тридцать шесть часов, и даже его железный организм начинал сдавать. Маликов подошел к столу и всмотрелся в карту.

– Они всего в десяти километрах от границы, – сказал он.

– Да, – подтвердил Смирнов, сбрасывая пепел на пол. – Сик направил туда дополнительные силы. Объявлена тревога по всей границе. – Он поглядел на Маликова и добавил: – Ты же хочешь, чтобы их взяли живыми, так? Это и дает им шанс перейти на ту сторону. Только не забудь потом, дружище, о своем приказе – брать живыми. Иначе говоря, пограничники не смогут стрелять, даже если увидят их. Так-то.

Маликов нахмурился.

– У них есть очень важная информация, – сказал он.

Смирнов пожал плечами и сказал:

– Они могут перейти границу. Теперь у них есть автоматы. А что, по-твоему, должны делать наши солдаты, если в них начнут стрелять? Я тебе говорил: взять Гирланда живым нереально. Но если ты хочешь пойти на такой риск, то у меня, по крайней мере, будет оправдание за то, что я не сумел их поймать.

– Они не должны попасть на ту сторону, – сказал Маликов.

– А это другое дело. Значит, можно не брать живыми?

Маликов колебался. Он понимал, что, если беглецы все-таки ускользнут, Ковский обязательно воспользуется его неудачей. Но он знал также, что Ковскому нужна информация, которой владеют девчонка и Уортингтон.

– Хорошо, передай всем: можно не брать живыми, – решился он наконец. – Они не должны попасть на ту сторону.

– Ну что ж, в таком случае их наверняка остановят, – сказал Смирнов. – В распоряжении Сика пятьдесят лучших снайперов. У каждого винтовка с оптическим прицелом. Все уже заняли свои места. Они прикрывают границу по всему участку, куда должны выйти Гирланд и его люди. На, держи-ка сигарету.

Он бросил на стол пачку «Бенсон и Хеджес», а затем, взяв микрофон, начал отдавать приказы.

– Живыми или мертвыми, – повторял он. – Предыдущий приказ отменяется. Повторяю: живыми или мертвыми.

Маликов закурил и сказал:

– Я сам поеду туда и буду держать с тобой связь. Сик – кретин. Я ему не доверяю.

– Как хочешь, – ответил Смирнов. – Но их, скорее всего, уничтожат раньше, чем ты туда доберешься.

Маликов поглядел на него и вышел на воздух. Утро было солнечным и теплым. Он занял пассажирское место в автомобиле, оснащенном рацией, и велел сержанту везти его в квадрат пятнадцать.

Сержант сверился с картой и завел двигатель.

– Долго ехать? – спросил Маликов.

– Два часа, товарищ Маликов. Дороги там узкие и опасные.

– Даю тебе полтора часа. Если опоздаешь – разжалую в рядовые.

Сержант пожал плечами:

– Это лучше, чем погибнуть.

Маликов улыбнулся. Улыбался он очень редко, но тут оценил честность шофера:

– Ну ладно. Поезжай быстро, как только можешь, но чтобы привез нас живыми и невредимыми.


Лейтенант Ян Стурдза вышел из леса туда, где у припаркованного джипа его ожидал Сик.

Стурдза был ярый молодой коммунист. Он быстро делал карьеру: начальство ценило его эффективность и безжалостность. Небольшого роста, с тонкими губами, этот человек внушал начальству доверие. Подойдя, он поспешил отдать честь Сику.

– Ну что? – спросил начальник.

Сик нервничал, опасаясь в случае неудачи отставки. Поиски длились уже очень долго, и с каждым часом он все больше волновался о своей судьбе.

– Они где-то в лесу, товарищ Сик, – сказал Стурдза. – Бежать им некуда. Целый батальон с собаками окружил этот лес. Мы сжимаем кольцо. Где-то через час возьмем их.

– А они точно здесь? – спросил Сик.

– Грузовик они бросили тридцать пять минут назад. Мы пошли за ними, но возле ручья собаки потеряли след. Так что можно быть уверенными, что они здесь, в лесу. Мои люди уже давно сидели в засаде на том берегу речки, так что там оказаться они не могли. И здесь не выходили. Значит, прячутся где-то в этом лесном массиве.

– Ну так давайте, – сказал Сик. – Найдите их!

Стурдза козырнул и направился к лесу. На ходу он помахал сержанту, и тот свистнул в свисток. Другой, стоявший в отдалении сержант, услышав сигнал, тоже свистнул, за ним повторили следующие. По этому сигналу плотные шеренги солдат двинулись вперед, прочесывая лес.

Сик наблюдал за началом операции. В этот момент связист протянул ему трубку. На проводе был Смирнов. Он сообщил Сику, что к нему едет Маликов. Сик разом вспотел. Потом тихо выругался в сторону.

– Ну что ж, товарищ Маликов просто теряет зря время, – сказал он в трубку. – Через час мы их возьмем. Они окружены.

– Я ему говорил, – ответил Смирнов. – Но он не верит. Лучше всего для вас, товарищ Сик, будет, если вы их возьмете до его приезда.

Сик воспринял это предупреждение всерьез. Положив трубку, он пошел в сторону леса. С небольшой возвышенности было видно, как солдаты, подгоняемые Стурдзой и младшими командирами, входят в чащу.

Лес наполнился звуками – сотни людей продвигались вперед. Стурдза очень скоро понял, что операция займет намного больше часа. На рацию ему постоянно шли сообщения о том, что люди на дальнем краю леса движутся очень медленно. Подлесок там был очень густой, но спрятаться можно было где угодно, приходилось проверять каждый куст. Молодые солдаты знали, что беглецы вооружены, и потому нервничали.

Командиры отделений, идущие следом, подбадривали солдат руганью: командиры надеялись, что они сами не пострадают по крайней мере от первого залпа, если преступники внезапно откроют огонь. Напряженные поиски продолжались уже более часа, и вот люди Стурдзы вышли к речке и остановились. Лейтенант огляделся. Он рассчитывал, что через несколько минут на другом берегу покажутся солдаты, которые прочесывают лес с той стороны. Он уже слышал, как они приближаются, продираясь сквозь кусты. Пересекать речку не имело смысла. В любой момент теперь мог прозвучать крик или выстрел, означающий, что беглецы обнаружены в своем укрытии.

Не в силах сдерживать волнение и нетерпение, Сик сам направился в лес и присоединился к Стурдзе.

– Чего ты ждешь? – спроси он гневно. – Ноги промочить боишься?

– Кольцо замкнуто, – ответил лейтенант; лицо у него было напряженное, над верхней губой блестели капельки пота.

– Замкнуто? – взвизгнул Сик. – Так где же они тогда?

Он еще не успел договорить, а из-за деревьев с той стороны речки показалась шеренга солдат.

– Где они, я спрашиваю?! – заорал Сик, наливаясь краской.

Лейтенант опустил голову. Сик поднес ему к самому лицу свой кулачище:

– Кретин! Под трибунал пойдешь!

Стурдза стоял как в воду опущенный. Ничего хуже этого с ним не случалось никогда в жизни. А он был так уверен в успехе!

Сик продолжал махать кулаками и ругаться, как вдруг послышался спокойный голос:

– Что вы так разволновались, товарищ Сик?

Слова замерли у Сика на губах, кровь отлила от лица. Обернувшись, он увидел в двух шагах от себя Маликова. Глаза у русского были злые, лицо каменное.

– Товарищ Маликов, вот посмотрите на этого идиота, – начал оправдываться Сик, показывая на лейтенанта. – Он заверил меня, что они в лесу и деться им некуда. Мы задействовали почти пятьсот человек. И ничего. Их здесь нет!

Маликов сделал ему знак замолчать и обратился к Стурдзе.

– Почему ты решил, что они здесь, лейтенант? – спросил он ровным голосом.

Стурдза объяснил ситуацию прерывающимся голосом:

– Собаки взяли их след от грузовика. А потеряли его здесь, у речки. Значит, они в лесу. Потом они пошли по воде, чтобы сбить со следа собак. Мы обследовали буквально каждый метр в этом лесу. Не понимаю, как они сумели просочиться за кольцо окружения.

Маликов всмотрелся в лицо чешского лейтенанта, а потом кивнул. Этот человек ему нравился.

– А лодку они могли найти?

– Я велел заблокировать реку с обоих концов, – ответил Стурдза. – На лодке они точно не проплыли бы мимо моих людей. Нет, тут дело не в реке.

– А в чем? – спросил Маликов, закуривая. – Ты же уверен, что они вошли в лес.

– Абсолютно, товарищ Маликов.

– И там исчезли. Но они же не привидения. Если только они не прячутся на деревьях и не сидят на дне реки… Если их нет в лесу, то где они должны быть? Под землей! Есть тут какая-нибудь дыра в земле – пещера, например?

– Не могу знать, товарищ Маликов.

Молодой командир отделения, слушавший этот разговор, подошел поближе и вытянулся в струнку.

– Разрешите обратиться, товарищ лейтенант! – гаркнул он.

– Ну говори, сержант, – разрешил Маликов. – Что?

– Тут есть вентиляционная шахта неподалеку. Ведет на заброшенный медный рудник. Мы там играли детьми, – объяснил сержант, глядя поверх головы русского начальника. По его лицу катились капли пота.

– Можешь нас туда проводить? – спросил Маликов.

– Постараюсь, товарищ Маликов. Столько лет прошло… Но наверное, найду.

Маликов обратился к Сику:

– Доложите Смирнову о том, что произошло. Вы с нами туда не пойдете. – И, отвернувшись от Сика, сделал знак Стурдзе следовать за ним. – Ну, сержант, веди!

Командир отделения стал продвигаться вдоль берега. Маликов и Стурдза шли за ним.

Сик проводил их отчаянным взглядом, понимая, что его карьере наступил конец.


Гирланд сидел рядом с Яном, прислонившись спиной к стене пещеры. Девушки и Уортингтон спали.

При свете свечи Ян чертил на песке карту рудника.

– Тут лучше не теряться, – говорил он. – Вот этот туннель, справа от нас, ведет прямо в рудник, и в нем все залито водой. А туннель слева идет к выходу, который расположен прямо среди минного поля у границы. Но если идти этим путем, то, по крайней мере, минуешь вспаханную полосу и первую линию колючей проволоки. Мины закопаны на глубине примерно десять сантиметров. Оборудованы вибрационными взрывателями. Но чтобы они взорвались, нужна сильная вибрация. Мой друг начал переходить минное поле в восемь вечера, было уже темно. И он шел четыре часа – то есть не шел, а полз на животе. Несколько мин точно попались ему на пути. Но он двигался так медленно и плавно, что они не взорвались. – Ян помолчал, потирая свой волевой подбородок, и продолжил: – Нас пятеро. И потому преодолеть минное поле в пять раз сложнее и в пять раз опаснее. Двое пойдут в первую ночь, еще двое – во вторую, а на третью поползет последний. Мы с женой первые. А ты сам решай, кто будет последним – ты сам или Уортингтон. По мне, так лучше его оставить последним. Ты поможешь девушке, если она запаникует. А он не поможет.

Гирланд согласно кивнул.

– Дальше, насчет колючки, – продолжил Ян. – Значит, там двойное ограждение с колючей проволокой, но под ним в этом месте протекает подземный ручей. Поэтому земля мягкая. Можно, не вставая, подкопаться под ограждение и пролезть. Земля сама проседает под твоим весом. Но если коснешься нижнего края колючей проволоки, то тебя, само собой, убьет током.

Гирланд поморщился:

– Все звучит прекрасно. Но только как насчет сторожевых вышек и прожекторов?

– От того места, где мы пойдем, ближайшая вышка находится в ста метрах. Справа от тебя, вот здесь. А до вышки слева – метров триста. Зоны освещения от прожекторов не пересекаются, остается темная полоса – вот через нее мы и поползем. – Ян прикурил от свечи. – Я же тебе говорил: перейти можно, но только если сильно повезет. Очень сильно.

– Понимаю, – ответил Гирланд, изучая рисунок на песке, потом смахнул его одним движением руки.

– И учти вот что. Даже если нас заметят, когда мы поползем, и откроют огонь, нельзя вскакивать и бежать на ту сторону. Надо ползти. По крайней мере шестьдесят метров надо ползти, а только после этого можно вскакивать и бежать.

– Ну и ну! – не удержался от восклицания Гирланд. – Похоже, шансов у нас немного.

– Но они есть. Я видел, как это делалось.

– Если кто-то один ошибется, то всем конец. И в будущем уже никто здесь не перейдет, – сказал Гирланд, задумчиво глядя на Яна. – Значит, мне надо идти первому. У меня сверхсекретный документ, его надо доставить в Париж. Ты уж извини. От этого документа могут быть такие последствия, что… что лучше его вернуть.

– Я не знаю, что там у тебя за бумага. Но ни одна бумага не стоит жизни моей жены, – ответил Ян, сразу поменяв тон. – Нет уж. Мы вас сюда довели, мы первыми и пойдем.

– Послушай. Если вы подорветесь, то мне не удастся переправить этот документ через границу, – сказал Гирланд. – И ты уж мне поверь, что он поважнее, чем твоя жена. Извини, но это так.

– Мы с женой идем первыми, – отрезал Ян. – Ты тоже извини. Я знаю, куда надо двигаться, а ты нет. И если мы не пойдем первыми, никто не дойдет!

– А может, кинем монетку? – предложил Гирланд, как всегда рассчитывая на свою удачу.

– На жизнь Бланки не играю, – холодно ответил Ян. – Либо мы идем первыми, либо никто не идет.

По выражению лица Яна было ясно, что на компромиссы он не согласен. Гирланд его не винил. Если бы он был женат на женщине вроде Бланки, он поступил бы точно так же.

– Ладно. Считай, что ты выиграл. Пойдете первыми.

– Договорились, – кивнул Ян. – А теперь давай поспим. Завтра ночью и начнем. Сначала мы. Следующей ночью ты с Малой. А потом Уортингтон.

Между тем англичанин давно проснулся и прислушивался к этому тихому разговору. При последних словах он вскочил и наставил на Гирланда и Яна пистолет.

– Не выйдет! – объявил он. – Я все слышал. Я один не пойду. Слышите? Не дождетесь!

Гирланд взглянул на него с привычной скукой.

– Ну и зануда же ты, – сказал он. – Убери ты, ради бога, пушку и ложись спать.

– Нет! Ты, Гирланд, идешь первым, и я с тобой, – настаивал Уортингтон. – Я должен выбраться. После нас пусть идет Мала. А эти фермеры…

– А ну закрой рот! – оборвал его Гирланд.

От этого окрика англичанин сразу смолк.

Некоторое время все трое молчали. И вдруг послышались какие-то звуки – очень тихо, где-то в конце длинного туннеля зазвучали голоса. Гирланд схватил автомат и, выйдя из пещеры, стал быстро и бесшумно продвигаться по туннелю к вентиляционной шахте. Там голоса были слышны совершенно отчетливо.


Как раз в этот момент Маликов, Стурдза и командир отделения отыскали отверстие, ведущее в заброшенный рудник.

– Вот здесь, товарищ Маликов, – доложил сержант.

– И куда это ведет? – спросил русский.

– Там длинный туннель, он выходит в пещеру. А от пещеры отходят еще два туннеля. Куда они ведут, я не знаю.

– А есть тут другие выходы? – спросил Маликов.

Гирланд, присев на корточки внизу, ясно слышал его голос. Маликов говорил по-немецки.

– Не знаю. Когда мы были мальчишками…

– Да наплевать нам на твое детство, – рявкнул на него Стурдза. – Товарищ Маликов, давайте я спущусь туда и проверю.

– А ну обожди, – велел тот. – Если они там внизу, то соваться туда нельзя. Один из них крайне опасен. Нет, вниз мы не полезем. Вместо этого мы кинем туда химический заряд со слезоточивым газом. А потом вы, ребята, наденете противогазы, спуститесь и посмотрите, что там происходит.

– У нас нет таких зарядов, – ответил Стурдза, ему явно не терпелось проявить рвение. – Давайте я лучше спущусь.

На поясе у него висели три ручные гранаты. Он отцепил одну из них.

– В этом месте я командую операцией, товарищ Маликов. Я отдаю приказы.


Гирланд уже бежал обратно по туннелю.

– А ну, живо! – скомандовал он своим, достигнув пещеры. – Они спускаются сюда!

Мала и Бланка уже проснулись и были готовы идти дальше.

– Уходите по туннелю, который ведет к границе! – объявил Гирланд.

И он ринулся назад – к вентиляционной шахте.

Ян, схватив два рюкзака, показал девушкам путь к левому туннелю.

Уортингтон, оставшись один в пещере, впал в задумчивость. С того самого дня, как он покинул свой дом, он чувствовал, что будущего у него нет. А теперь ему вдруг захотелось доказать себе, что он вовсе не такой слабак, каким его считают другие. И он двинулся вслед за Гирландом.

Тот, увидев англичанина, замахал руками:

– Я справлюсь тут один. Беги за остальными!

– Нет! Я тебе помогу! – решительно ответил Уортингтон.

В тусклом свете, исходящем из вентиляционной шахты, он различал только силуэт Гирланда.

– Говорю тебе – убирайся! – бросил на ходу тот и пошел дальше по туннелю.

Уортингтон не знал, как поступить. Он был напуган, но, что называется, закусил удила. Ему было важно доказать себе, что он ничуть не хуже Гирланда. Ведь если не сумеет, то не видать ему Малы – а это все, о чем он мечтал. Он подождал, пока Гирланд дойдет до шахты, и тихо двинулся следом. Пот градом катился у него по лицу, рука до спазма сжимала рукоятку пистолета.

Стурдза спрыгнул в колодец, перевернулся на спину и тут же вскочил на ноги.

Гирланд ждал его в полной темноте, прислонившись к стене туннеля. Стурдза не видел Гирланда, но зато сразу заметил силуэт Уортингтона, медленно и осторожно приближавшегося к нему. Уортингтон тоже увидел его и сразу выстрелил. В замкнутом пространстве выстрел прозвучал, как раскат грома. Стурдза упал и тут же метнул гранату.

Граната попала Уортингтону прямо в грудь и отскочила на землю. Англичанин упал на нее плашмя, даже не понимая, что это было.

Граната взорвалась.

Гирланд почувствовал, как что-то коснулось его лица: сверху, со свода туннеля, посыпался песок и камни.

Взрыв оглушил его. На несколько секунд он как будто застыл, прижавшись к стене, а затем усилием воли заставил себя подойти к Стурдзе. Тот был неподвижен и весь в крови. Гирланд первым делом нащупал у него на поясе еще две гранаты и отцепил их. Затем бросился туда, где лежал Уортингтон. Щелкнул зажигалкой и поморщился.

От Уортингтона осталась кровавая масса, которая удерживала форму человеческого тела только благодаря одежде.

Гирланд направился к пещере. Навстречу ему спешил Ян с пистолетом в руке.

– Уортингтон мертв, – бросил ему Гирланд. – Уходи назад в туннель.

– А ты как?

– Все в порядке. Уходи, я сказал!

Ян скрылся. Гирланд слышал, как в туннеле, ведущем к вентиляционной шахте, осыпаются камни. Он выдернул чеку на одной гранате и метнул ее, подбросив снизу вверх по дуге, поближе к колодцу.

Взрыв вызвал еще один обвал земли и камней. Гирланд снял чеку с последней гранаты и метнул ее. Грохот от взрыва и мощный обвал говорили о том, что туннель теперь надежно завален. Однако Гирланд хотел убедиться в этом, он зажег свечу и прошел вперед. Сквозь дым и пыль можно было различить, что в туннеле действительно возник непреодолимый барьер.

Задыхаясь, Гирланд направился обратно. Он пересек пещеру и влетел в левый туннель, где ждал Ян.

– Что там случилось? – спросил тот.

В руке Ян держал зажженную свечу. Он смотрел на Гирланда – тот был весь в крови Уортингтона и пыли.

– Я заблокировал туннель. Теперь им придется попотеть, чтобы…

Он не договорил. С грохотом обрушилась часть свода, и все вокруг заволокло пылью. Они закашлялись. Гирланд услышал, как вскрикнула Мала, когда облако пыли настигло ее.

– Похоже, нашей пещеры больше нет, – сказал Гирланд. – Теперь они решат, что нас тут погребло.

Протиснувшись мимо Яна, он вышел в туннель, где в темноте сидели Мала и Бланка.


Когда взорвалась первая граната, Маликов отпрянул от шахты. Оттуда вырвалось целое облако пыли и дыма, а грохот раздался такой, что даже он вздрогнул.

– Вот кретин! – выругался Маликов. – Ну что он делает, а?

Сержант ничего не ответил. Маликов подождал, прислушиваясь.

Потом один за другим последовали еще два взрыва гранат и грохот падающих камней.

Маликов резко скомандовал сержанту:

– Веди сюда людей! Живо!

Тот бросился исполнять приказ. Маликов смотрел на поднимающийся из вентиляционной шахты дым. Было слышно, как внизу продолжал рушиться свод туннеля.

Маликова передернуло. Ясно, что кретин своими гранатами завалил весь туннель.

Но значит ли это, что беглецы мертвы? Может, у этого рудника есть и другие выходы? Наверняка есть. Но где они? Маликов сообразил, что только теряет время, стоя здесь. Надо сообщить Смирнову.

Широко шагая, он двинулся через подлесок. На полпути ему навстречу выскочил сержант с пятью перепуганными солдатами.

– Охраняйте вентиляционный колодец, – приказал им Маликов. – Никуда от него не отходите.

И пошел дальше, к автомобилю.

Только через двадцать минут он сумел выйти на связь со Смирновым и быстро объяснил ситуацию.

– Найди кого-нибудь, кто знает план этого рудника, – приказал он и добавил: – Где-то должна быть карта. Конечно, там есть и другие выходы. Ты направь туда людей в противогазах. Пусть спустятся по этой вентиляционной шахте и посмотрят. И медпомощь понадобится!

– Хорошо. Но только на все это нужно время, – спокойно ответил Смирнов.

– А ты поторопись! – рявкнул Маликов и прервал соединение.


Мале казалось, что они прошли уже сотню километров по этому туннелю. Впереди Ян с мерцающей свечой, за ним Бланка, дальше Мала и в качестве замыкающего Гирланд.

Мале до сих пор не верилось, что Уортингтона больше нет. Она была совершенно потрясена. Если бы Гирланд не поддерживал ее, она упала бы на землю и дала волю слезам.

Ян понимал, что идет слишком быстро и девушки устают. Поэтому через десять минут он решил дать им возможность прийти в себя.

– Давайте передохнем, – сказал он. – Километра четыре осталось.

Бланка и Мала с облегчением опустились на землю. Гирланд и Ян присели на корточки.

Дышать в туннеле было почти нечем, все сильно вспотели.

– Будем переходить границу сегодня ночью, – сказал Ян.

Он поднес свечу к своим часам и продолжил:

– Часа через два подойдем к выходу. К тому времени уже достаточно стемнеет. Мы с Бланкой ползем первыми. Пограничники будут настороже, но ждать нам нельзя. Они скоро проделают ход в пещеру, обнаружат туннель и пойдут за нами.

– А есть тут другие выходы? – спросил Гирланд.

– Нет, это единственный, – ответил Ян. – Есть еще другой – тот, что был справа в пещере. Вообще-то, он проходит под границей и заканчивается снаружи уже в Австрии. Но он заполнен водой. Там не пройти, мы пытались. Как ты проплывешь через туннель длиной в четыре километра? И вода там затхлая, застоявшаяся, дышать нечем. Нет, это невозможно.

– Что-что? – насторожился Гирланд. – Ты говоришь, правый туннель выходит наружу прямо в Австрии?

– Да, но это ничего не значит. Никто там не проплывет. Газы там. И вода страшная – масло, грязь. Еще водятся водяные крысы. Нечего и думать там пробраться.

– Точно?

– Совершенно точно, – отрезал Ян. – Ты думаешь, я не пытался? Это же прямой ход в Австрию. В прошлом году я потерял там друга. Он решил плыть, вместо того чтобы ползти по минному полю. Его тело принесло обратно течением. – Он сморщился при этом воспоминании и сказал: – Пойдем-ка лучше!

Они двинулись вперед по туннелю. Тут начинался подъем, движение замедлилось. Каждые полчаса приходилось останавливаться минут на десять. Гирланд теперь все время поддерживал одной рукой Малу. Она плакала, но шла, волоча ноги. По-видимому, она с трудом сохраняла сознание.


Маликов вернулся к вентиляционной шахте. Сержант и пятеро солдат сидели на поваленном дереве, с автоматами наготове, не отрывая глаз от дыры в земле.

Дым оттуда уже не поднимался. Маликов подошел вплотную, встал на колени и посветил вниз мощным фонариком.

Похоже, теперь можно было лезть вниз, но Маликов не видел причин рисковать собственной драгоценной жизнью. Он поднялся и протянул фонарь молодому сержанту.

– А ну-ка, возьми это и спускайся вниз, – приказал он.

Сержант без колебаний подошел к лазу, ухватившись руками за его края, соскользнул вниз и исчез в туннеле.

Маликов, стоя на краю, с нетерпением ждал его возвращения. Время тянулось еле-еле. Наконец сержант показался на дне колодца – бледный, с выпученными глазами.

– Лейтенанта убили! – крикнул он.

Маликов наклонился над входом в шахту.

– Да к черту твоего лейтенанта! – гаркнул он. – С туннелем что?

– Завален полностью.

– А дышать там как, можно?

– Все в порядке.

После некоторого колебания Маликов свесил ноги в шахту и спрыгнул вниз.

– Тут еще какой-то человек, товарищ Маликов, – сказал сержант. – Убит гранатой.

Маликов подошел к телу Уортингтона и посветил фонариком в лицо. Потом прошел дальше, чтобы посмотреть на заваленный туннель. Камни и песок образовали здесь крепкую стену, причем за этой стеной обрушение продолжалось: пока он осматривал это место, все время слышались звуки падающих камней. Маликов выругался. Завалило их там или не завалило? Рисковать было нельзя.

Надо срочно выяснить, есть ли отсюда другие выходы.

Трое солдат, свесившись над колодцем, помогли ему выбраться из вентиляционной шахты, а потом таким же образом вытащили своего сержанта.

– Оставайтесь здесь, – приказал им Маликов. – Ждите, когда медики подъедут.

И он зашагал сквозь сгущающиеся сумерки к автомобилю.


Тем временем Смирнов орал по телефону на чиновника из Министерства геологии – он сумел дозвониться домой к этому человеку. Чиновник отвечал, что карту заброшенного рудника найти можно, но только завтра утром. Сейчас министерство не работает.

– Сейчас! Сию минуту! – орал Смирнов. – Понимаете вы или нет! Немедленно!

– Но это невозможно, товарищ, – бормотал чиновник.

– Нет ничего невозможного! Я сию минуту выезжаю в Прагу. И карта должна ждать меня на столе в министерстве, когда я там появлюсь. Иначе вам не поздоровится! Это дело государственной важности. Мне нужна карта, и я ее получу!

И он кинул трубку.


Ян посмотрел на циферблат часов.

– Уже девять вечера, – сказал он. – Совсем темно. Несколько метров осталось.

Они достигли выхода, заросшего деревьями и кустарником. Оттуда проникал прохладный ночной воздух, освежавший их разгоряченные лица.

– Минное поле меньше чем за четыре часа не преодолеть. Мы с Бланкой идем первыми. Вы с Малой ждете, а потом следуете за нами, – сказал Ян. – Чего опасаться, я вам рассказал. Двигайтесь медленно. Слышите: медленно. Если ползти по метру в пять минут, то ничего не случится. Понимаете?

– Да, – ответил Гирланд.

– Вы будете наблюдать за нами и поймете, куда надо двигаться. Главное – выйти на участок, где мягкая земля, чтобы подползти под колючку. Когда начнете ее проходить, старайтесь быть предельно осторожными. Стоит коснуться – и конец. Понятно?

– Да, – повторил Гирланд.

– Ну хорошо, тогда мы пошли. – Ян улыбнулся ему на прощание и протянул руку. – Удачи!

Гирланд пожал руку и ответил:

– И вам удачи!

Девушки обнялись. Малу по-прежнему била дрожь от нервного напряжения. Бланка нежно погладила ее по голове.

– Да не бойся ты так, – шепнула она. – Он тебе поможет. Он надежный, почти как Ян.

Ян положил руку на плечо Бланке. Та оставила Малу и направилась за ним к выходу из туннеля.

Мала, дрожа, припала к Гирланду. Тот крепко обнял ее.

– Вот, будет что рассказать внучатам, – сказал он. – Скучным им все это покажется, наверное.

– Не нужно мне никаких внучат, – помотала головой Мала. – Я боюсь.

– Ну чего ты боишься? Я же с тобой, – сказал Гирланд.

Он развернул Малу лицом к себе и поцеловал в губы.

Мала прижалась к нему всем телом, ее руки гладили его широкую спину.

Гирланд оторвался от нее, взял за руку и повел к выходу.

Ян и Бланка прошли через заросли, скрывавшие отверстие, и теперь сидели на корточках, рассматривая безобидную на вид полосу густо заросшей травой земли, отделявшую их от высокой ограды с колючей проволокой.

Гирланд и Мала подошли к ним.

Через каждые две минуты два луча прожекторов со сторожевых вышек освещали этот участок земли. Однако они не пересекались – узкая полоска всегда оставалась в тени.

– Вот и дорожка, по которой надо ползти, – шепотом сказал Ян.

Он сбросил оба рюкзака и автомат и что-то быстро сказал жене по-чешски. Муж и жена переглянулись, потом улыбнулись друг другу и поцеловались.

– Ну пока, – сказал Ян Гирланду. – Встретимся в Австрии.

Они снова пожали руки, а потом Ян распластался на земле и медленно пополз вперед. Бланка, очень бледная и напряженная, в последний раз улыбнулась Мале и, опустившись на землю, поползла вслед за мужем.

Гирланд почувствовал, как его пробивает холодный пот. Мала взяла его за руку, и он ощутил ее дрожь. Он притянул девушку к себе и обнял.

Супруги продвигались вперед сантиметр за сантиметром. Каждый раз, когда приближались лучи прожекторов, они замирали, а когда те удалялись, снова начинали двигаться вперед.

Напряжение было невыносимым. Даже Гирланд с его стальными нервами испытывал ужас, а Мала просто отвернулась, не в силах смотреть. Вцепившись в руку Гирланда, она спрятала лицо у него на груди.

Гирланд тем временем думал, как же ему переправить ее на ту сторону? А что, если она запаникует? Ведь это вполне возможно. Придется ползти рядом с ней. Если она будет двигаться сзади, то не доползет. И вперед ее пускать нельзя… Да, задача…

Он наблюдал за тем, с какой осторожностью Ян и Бланка продвигались вперед по смертоносной траве. Пока они преодолели не больше десяти метров. Гирланду хотелось курить, но он понимал, что сейчас это слишком опасно.

Минуты тянулись, как часы.

– Похоже, с ними все в порядке, – сказал Гирланд, прижимая к себе Малу. – Ну-ну, расслабься, им еще долго…

Но тут что-то случилось. Гирланд даже не сразу понял, что именно. Вероятно, Ян, подтягивая тело вперед на локтях, попал прямиком на мину.

Вспышка и грохот!

Яна подбросило в воздух, и затем он упал на землю в нескольких метрах от места взрыва. Тут же подорвалась еще одна мина.

Мала вскрикнула.

Гирланд зажал ей рот ладонью. Сердце его бешено колотилось.

Бланка вскочила и ринулась к Яну. С обеих сторожевых вышек ударили автоматные очереди.

Гирланд видел, как Бланку прошили пули. Она качнулась назад, навстречу новому потоку пуль, а потом упала и под ней взорвалась еще одна мина.

Весь участок границы наполнился диким, невыносимым грохотом: автоматные очереди прошивали землю, поднимая в воздух пыль и вырывая клочьями траву.

Завыла сирена, доводя до кульминации это ночное шоу насилия.


Глава шестая | Ангел без головы | Глава восьмая



Loading...