home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 33

Седэн стоял во дворе крепости. Потел. Волновался.

Девять башен Илшан Терет Кала вздымались над ним, окружали со всех сторон – невозможно высокие, невозможно прекрасные, заключавшие в себе, согласно замыслу Зодчих, спокойствие и силу. Хрустальные стены мерцали в сиянии рассвета, в них перетекали голубоватые струи энергии, свивались и плясали, пронизывая замок там и тут. Эти струи были хранителями Терет Кала – не вполне разумными, но и не совсем безразличными. Они тоже радовали взор, хотя при атаке Велдерана он видел, на что они способны. Такого до него не наблюдал ни один человек. Такое не оставляло свидетелей, которые могли бы рассказать об увиденном.

Во двор скользнул Ордан. Седэн так долго имел дело с шалисами, что научился распознавать тонкие оттенки их настроений. Сегодня Ордан был решителен.

Маг-шалис остановился перед ним – на свету блеснула чешуйчатая красная кожа. Выпрямившись в полный рост, он в полтора раза возвышался бы над человеком, но из вежливости немного ужал свое тело в длину, чтобы говорить с Седэном лицом к лицу. Несмотря на красное змеиное тело и полное отсутствие ног, в Ордане было нечто человеческое, совершенно не присущее его собратьям. С другой стороны, один только Ордан и говорил с ним. Он убедил Кубло принять его в учение, он поручился за Седэна вопреки многим сомнениям. Он был самым человечным в этом племени.

– Настал ли день, Тал’камар? – спросил Ордан. Шипящий призвук в его голосе был теперь едва заметен.

– Дай Дрет, чтобы это было так, – отозвался Седэн. Фраза была формальной, но чувство за ней – искренним.

– Тогда приступим, – сказал шалис.

Воздух между ними затрещал от всплеска силы так внезапно, что на ответ не оставалось времени. Дотянувшись до своего тайника, Седэн создал мысленный образ щита – пульсирующей преграды, не пропускающей молнии Ордана. И успел вскинуть его на поднятых руках как раз вовремя, чтобы молния рассыпалась голубыми искрами.

– Хорошо, – проговорил Ордан. – Однако помни: ни жестов, ни слов. Они выдают несобранный разум. Разум, не способный выполнять свои обязанности без лишних трюков.

Седэн поморщился, но все же покорно мотнул головой. Он провел здесь два года, оттачивая способность к сосредоточению, упражняя разум в действиях, невозможных для других одаренных. Теперь он это умел – его подвигам благоговейно дивился бы каждый. Но только не шалисы. Те по-прежнему видели в нем ребенка – или, скорее, зверька, которого они выучили говорить.

Ордан снова ударил, и на этот раз Седэн не позволил себе поднять руки. Преграда все же возникла, но слишком тонкая – малая часть молнии пробила ее и ударила его в плечо. Зарычав от боли, он стиснул зубы, глянул на обожженную кожу, уже вздувшуюся пузырями. Он знал: шалисы не станут его лечить и не одобрят, если он исцелится сам. Власть над сутью достигалась только через испытания и боль.

Он зарычал, больше на самого себя. Он мог лучше. Седэн настороженно закружил вокруг Ордана, высматривая свечение – слабое, почти невидимое, – что указывало на готовность к удару. Заметив его, он, вместо того чтобы вскинуть щит, опустил его к левому бедру и атаковал сам. Вообразил, как полыхает огнем грудь Ордана, и направил поток силы из своего тайника, но так, чтобы не подвергать опасности жизнь противника.

Ордан легко отразил атаку и вздохнул.

– Все еще сдерживаешь себя. – Большинство людей услышали бы в его словах гнев – для людей вся речь шалисов звучала злобно. Седэн же распознал в ней мягкий, почти любовный упрек. – Стал бы ты сдерживаться, сражаясь за свою жизнь?

– Нет, конечно, – покачал головой Седэн. – Но я боялся тебя ранить.

Ордан в ответ только глянул, изящно раскачиваясь гибким телом.

– Ты же знаешь, что мой народ меня бы вернул. Ты знаешь, что можешь меня победить. Ты бы уже сегодня мог уйти, Тал’камар. Мог бы вернуться в Сил-витрин и сразиться с губителями теней. Зачем ты тянешь время?

Седэн медлил, отыскивая в сердце правдивый ответ.

– Я боюсь, что, возвращаясь для такого вот боя с ними, я сам уподоблюсь им, – тихо признался он. Слова эти дались ему трудно, но шалисы не признавали уверток, обманывающей скромности и лжи. Они были мудрым народом. Может быть, если признаться, Ордан ему поможет?

Но человек-змея только вздохнул.

– Каждому посылаются свои искушения, Тал’камар. Каждый должен сразиться в своей войне. – Он помолчал. – Но ты должен с ними сразиться, мой друг. Скрыться от них тебе не под силу. Иначе тебе никогда не стать большим, чем ты есть.

Седэн кивнул, хотя и не услышал желанного утешения. Все же в словах его друга было много смысла. Ни ему, ни его народу не укрыться от будущего.

– Еще раз, – угрюмо предложил он, становясь в позицию.

Они двинулись по кругу, и на этот раз Седэн ощутил в себе странное спокойствие – он больше не волновался. При атаке Ордана он даже не сбился с шага – щит расколол молнию далеко впереди. Он погрузился внутрь себя, зачерпнул и представил охваченного пламенем Ордана. Пламя не лизало змеиную кожу – насквозь пронизывало тело от головы до хвоста. Шалисы не были неуязвимы для огня, а Седэн черпал из тайника новые и новые силы. Еще. Еще.

Он остановился.

Ордан ожидал удара, но его щит был пустым местом перед силой атаки. Преграда рассыпалась осколками, и Ордан закричал от боли, охваченный языками пламени: его чешуйчатая кожа затлела и потекла, плавясь под всепожирающим жаром. Седэн, как его ни выворачивало наизнанку, заставил себя смотреть. Его друг возродится – шалисы всегда возрождаются. Он знал, что Ордану будет больно, ненавидел себя за то, что сделал. Но иначе было нельзя. Ордан сказал правду – он должен вернуться домой.

Другой шалис – Индрал, решил Седэн, хотя все они были для него на одно лицо – вышел во двор и занялся обугленным телом Ордана. Осторожно обхватил труп мощными лапами и без труда поднял. Затем повернулся к Седэну.

– Он будет гордиться тобой, Тал’камар, – прозвучал его необыкновенно пронзительный голос. В бесстрастном тоне Седэну почудилась уважительная нотка. От Индрала он и того не ждал – этот шалис всегда был против его обучения.

Седэн с грустью смотрел на мертвого.

– Я смогу поговорить с ним до ухода?

– Нет, – отрезал Индрал. – Ты завершил обучение, а до возвращения Ордана много месяцев. Возрождение в Кузне требует времени. Тебе придется уйти раньше.

Индрал, как показалось Седэну, не хотел его обидеть. Он просто думал о деле. Таковы все шалисы – прямолинейны и трудно прочитываются.

Он с сожалением оглядел крепость, зная наверняка, что видит ее в последний раз.

– Передай ему, что я горжусь этой честью, – тихо попросил он Индрала.

– Передам, Тал’камар. Прощай.

Седэн шевельнул обожженным плечом, поморщился от боли и двинулся к своей комнате собирать вещи.

Он возвращался домой.

Седэн проснулся. Лоб был влажным от пота.

Перевернувшись на бок, он уставился в предрассветное небо. Опять сон. Этот, как и прежние, быстро тускнел в памяти; уже сейчас вспоминались только обрывки – странные подробности. Змееподобное создание, с которым он водил дружбу, – тварь, очень похожая на дар’гайтина. Странный замок, где он жил, хотя бы и временно.

Он никому не рассказывал об этих снах. Предостережение Алариса еще звучало в памяти, а когда он видел такие сны, как нынче ночью… Расскажи он правду, его сочтут сумасшедшим или, хуже того, опасным. Доверие Териса много значило для Седэна. Не хотелось бы, чтобы его снова заставили носить окову.

Довольно скоро проснулись и другие, собрались в путь. В последние несколько дней дороги стали оживленными; и встречные, и попутчики разносили тревожные слухи. На севере было неладно, началось вторжение. Беженцы знали немного, но при каждой новой подробности Терис заметно мрачнел.

Седэн рассеянно потирал татуировку на предплечье. Он тоже не упустил из виду, что вторжение надвигалось с севера, от Рубежа. Волчья голова, постоянно маячившая на краю зрения, напоминала, что он имеет к этому какое-то отношение.

Некоторое время они ехали молча. Перед полуднем миновали развилку, после чего ровный поток встречного движения внезапно прервался. После этого они несколько часов никого не видели, и молчание из непринужденного понемногу становилось напряженным.

Ближе к вечеру Терис взмахом руки остановил отряд.

– Чуете? – спросил он и обернулся к спутникам. Ответа не требовалось: все морщились, а Дезия зажимала нос платком.

Ветер донес до них зловоние, тошнотворную вонь гниющего мяса. И не легкую струйку, как бывает, если где-то поблизости издохла скотина. Запах был сильным и неотступным.

– Что это? – сдерживая рвоту, спросил Вирр.

– Точно не знаю, – покачал головой Терис. Он был встревожен. – Думаю, мы скоро это выясним.

Они двинулись дальше по той же пустынной дороге. Поднявшись на очередной взгорок, Седэн невольно ахнул и застыл, потрясенный открывшимся зрелищем. За спиной в ужасе вскрикивали его спутники.

Тела лежали повсюду. Первые трупы валялись на серых кучах гравия по сторонам дороги в сотне шагов впереди. Многие были выпотрошены и уже разлагались под жарким солнцем; повсюду, куда ни глянь, чернели стаи стервятников, в жадном восторге клевали глаза и кишки и почти не обращали внимания на появление живых.

Седэн в ужасе заметил, что многие трупы разложены так, чтобы сжимать друг друга в похотливых объятиях. Кое-где отрубленные мужские головы приставили к телам женщин. Юноша заставил себя всмотреться. На детских телах тоже попадались мужские головы.

Пока Седэна выворачивало наизнанку, он с виноватым облегчением отметил, что, судя по звукам, не его одного.

Опустошив желудок, он с трудом заставил себя снова обратиться к страшному зрелищу. И похолодел, поняв, что кучи обломков – это все, что осталось от домов большого селения.

– Гахилль, – с отчаянием в голосе назвал село Те-рис. – Я бывал здесь раньше. Это был целый городок. Окружен стеной, с гарнизоном для защиты.

От стены ничего не осталось, о ней напоминали лишь несколько торчащих из травы камней. Не уцелело ни единого здания. Только невысокие кучки камней на плоской местности выдавали, что прежде здесь стояли дома.

– Кто мог сотворить такое? – прошептал Седэн. Его накрыла новая волна тошноты.

– Ша’тес? – предположил Элрик. Молодой воин держался лучше других, но и его пошатывало от вида бойни.

Терис, стараясь не дышать носом, перевел дыхание.

– Нет, – ответил он, подумав. – Ша’тесы бы на такое не пошли. Не настолько они переменились. Тот – или то, – кто здесь побывал, наслаждался содеянным.

– Надо посмотреть, вдруг кто-то выжил, – сказал Вирр.

Терис покачал головой.

– Не лучшая мысль. Здесь и теперь может быть опасно.

– Нехорошо будет уехать, хотя бы не проверив, – настаивал Вирр.

Элрик двинул коня вперед, кивнул.

– Согласен. Надо посмотреть.

– Как хотите, – вздохнул Терис, не скрывая недовольства.

Они медленно поехали вперед, высматривая и не находя признаков жизни, дыша через платки, чтобы не стошнило. Часть трупов прогнили насквозь, а другие выглядели почти свежими; от запаха смерти у Седэна слезились глаза.

Ехавший впереди Терис выбросил струйку сути – не такую сильную, чтобы насторожить щупы, окажись они поблизости, но достаточную, чтобы отчасти разогнать запах. Не то чтобы воздух стал совсем чистым, но все же полегчало.

Вдруг среди деревьев впереди что-то шевельнулось. Терис вскинул руку, предостерегая спутников. Навстречу спешили двое: они остановились посреди того, что раньше было деревенской площадью, очевидно, не желая проходить сквозь строй мертвецов. Терис направил отряд к людям.

Благодаря свежему ветру, посреди селения дышалось легче, так что Седэн решился даже опустить от лица платок. Он уже мог заглянуть в покрасневшие глаза стоящих на дороге – это была женщина и мальчик лет пятнадцати, – рассмотреть их рваную одежду, ссадины и синяки на руках. Значит, беглецы. Скрывались, может быть, не один день.

– Кто вы? – крикнул мальчик, когда они подъехали. – Что здесь делаете?

Седэн и остальные остановились в нескольких шагах.

– Мы, – мягко заговорил Терис, успокаивая их страх и недоверие, – ехали мимо. В Илин-Иллан. Что здесь произошло?

В женщине как будто что-то сломалось: она выбежала вперед, обняла Териса и разрыдалась. Он стоял, не зная, что с ней делать.

– Прости, – заговорила наконец женщина, отступив от него и утерев глаза грязным рукавом. – Мы три дня не видели живой души. С тех пор, как… – она снова расплакалась, и мальчик поспешил к ней с утешениями.

– На нас напали, – пояснил он. Голос звучал безнадежно, на Седэна смотрели мертвые глаза. – Безглазые солдаты в черных доспехах. Наши часовые пытались дать отпор, но те двигались слишком быстро. – Мальчик вздрогнул, вспоминая. – Это даже не назовешь боем. Никто из чужаков не погиб.

Седэн чуть попятился. У него холодела кровь. Юноша боялся, что окажется замешан в происходящее, но это… это было хуже всех его страхов.

Терис тоже смотрел на мальчика в ужасе.

– Это сделали чужаки?

Мальчик, продолжая ласково обнимать плачущую женщину, кивнул.

– Мы только услышали о вторжении, а через несколько часов они уже были здесь.

– Кто – они? – с нескрываемым беспокойством спросил Терис. – Откуда пришли?

– Всадник, который предупредил нас, говорил, с севера. – Мальчик нервно потирал ладонь о ладонь, озирался, словно в любую секунду ждал нового нападения. – Насчет этого не знаю, но что они были не обычными людьми – даю слово. Сильнее и быстрее, а в шлемах у них не было прорезей для глаз. Какие-то выворотни, тут сомневаться не приходится. – Мальчик сплюнул. – Может, кровопивцы снова восстали.

Терис поморщился, и Вирр – Седэн видел его краем глаза – тоже скривился.

– Одаренные по-прежнему связаны догмами, парень, – напомнил Терис. – И все же я тебе верю. – Он указал на обломок побольше, оставшийся от разбитых домов. – Присядь, пожалуйста. Расскажи, что тут было как можно подробнее.

Мальчик покачал головой.

– Я бы и рад рассказать, но мы с матерью сбежали, едва увидели, что они творят. Добежали до леса, а это продолжалось всю ночь, пока они не устали убивать. – Мальчик потер порез на руке. – Они были не как простые солдаты. Наши молили о пощаде, а они как не слышали. Мужчин убивали, а что они делали с женщинами… – он не договорил.

Терис потрепал его по плечу.

– Ничего, парень, ты нам и так очень помог. – Старший подвел мальчика и его мать к камню, помог сесть. – Как вас зовут?

– Я Джашель, мать зовут Ллис, – ответил мальчик, все еще растирая руки.

– А я Терис, – назвался человек со шрамами и оглянулся на лес, из которого показались беглецы. – Сколько вы прятались в лесу, Джашель?

– Три дня, – повторил мальчик. – Вчера вернулись, а те солдаты еще здесь, встали лагерем в поселке. Сносили дом за домом, раскладывали трупы на дороге. Так, как они теперь лежат… – Мальчик закусил губу. – Они ушли ночью. Мы еще не решили, что делать, а тут вы приехали. Мы бы ушли в Назер, да у матери что-то с ногой. Ей не дойти.

Терис кивнул, запустил руку в седельную сумку и протянул Джашелю кусок хлеба. Мальчик жадно схватил краюху, разломил, сунул половину матери и жадно вгрызся в другую.

Седэн молча наблюдал за ним. Того, что пережил за эти дни мальчишка, не должно выпадать никому на свете.

– Надо их похоронить, – объявил Джашель, еще не дожевав хлеб. Терис заморгал, оглядывая дорогу. Седэн проследил его взгляд. Сотни покойников.

– Они получат достойное погребение, Джашель, обещаю тебе, – как мог мягко сказал Терис. – Но нас слишком мало, мы не справимся.

Лицо мальчика стало наливаться краской.

– Это мои друзья, – сердито заговорил он. – Там мой отец. Он знал, что погибнет, но сражался, чтобы дать нам уйти. Он заслужил похороны!

Терис попытался поймать его взгляд, но не сумел. Мальчик глядел в сторону.

– Мне очень жаль, парень.

– Это не твоя вина, господин, – впервые вмешалась в разговор Ллис и с силой обняла сына.

– Мы не сумеем их похоронить, Джашель, – обратилась она к нему. – Я понимаю, я бы тоже хотела, но их слишком много. – Женщина грустно улыбнулась. – Раз мы живы, надо думать о жизни. Так сказал бы твой отец.

Джашель, казалось, хотел заспорить, но обмяк и, спрятав лицо на плече у матери, пару раз протяжно, со всхлипом вздохнул. Седэн смущенно отвел глаза.

– Чем вам помочь? – выждав, спросил у Ллис Те-рис. – Мы можем поделиться припасами, чтобы вы продержались до Назера.

Ллис покачала головой. Подобрала юбку, открыв почерневшую, распухшую лодыжку.

– Никуда мне пока не дойти.

Терис задумался, потом шагнул вперед, встал на колени и обхватил сломанную лодыжку ладонями. И закрыл глаза.

Кожа Ллис засияла – сквозь Териса протекала суть. К тому времени как он – всего через несколько секунд – отнял руки, опухоль спала и лодыжка приобрела обычный цвет.

– Так, пожалуй, будет легче, – слабо улыбнулся усталый Терис.

Ллис с изумлением вращала ступней.

– Ты одаренный, – тихо сказала она. Нож воткнулся в живот не успевшего опомниться Териса, а потом время словно замедлило ход.

Терис издал один низкий стон и стал падать, а Седэн уже понимал, что острие вошло глубоко, что удар был смертельным. Мать и сын – оба держали в руках кинжалы, и Седэн вдруг заметил, что у них мертвые глаза. Как со стороны, мимо нахлынувшего страха, он удивился, что не заметил этого раньше. В их взглядах была не усталость, не ужас. В них как будто вовсе не было жизни.

И, сам не зная откуда, Седэн понял, что это означает.

Юноша выбил клинок из руки Ллис, не дав ей ударить Териса второй раз, но женщина отбивалась с нечеловеческой силой и ловкостью, целилась ему ногтями в лицо, в плечи – всюду, куда могла дотянуться. Она шипела, красные глаза стали бешеными.

По левую руку от Седэна молнией ударил меч Элрика: клинок рассек шею юного Джашеля, не дав его кинжалу ударить в беззащитную спину Дезии. Потом сверкнула вспышка сути, и Седэн понял, что защищаться больше не нужно: женщина перед ним осела на землю, словно кости в ее теле превратились в студень. Оглянувшись, он увидел, как переводит дыхание Вирр, еще не опустивший простертую вперед руку. Седэн упал на колени рядом с Терисом. Остальные столпились вокруг. Страшная рана открывала кишки и другие внутренности, кровь собиралась темной гладкой лужей на дорожных камнях. Глаза одаренного оставались открытыми, но дыхание было поверхностным и в нем слышалось жуткое бульканье.

Терис умирал.

Седэн повернулся к Вирру.

– Исцели его!

Вирр взъерошил себе пальцами волосы.

– У меня в тайнике не хватит сути. И даже будь я полон, не думаю, что справился бы с такой тяжелой раной. – Помолчав, мальчик добавил: – Это придется сделать тебе.

– Я не умею! – в ужасе отозвался Седэн.

– Попробуй вспомнить. – Вирр схватил Седэна за руку, прижал его ладонь к животу Териса. – Я знаю, ты сможешь, Седэн. Закрой глаза и постарайся нащупать свой тайник. Потом подключись к нему и залей рану сырой сутью. Если ее будет достаточно, тело Те-риса само доделает остальное.

Седэн сглотнул, сердце у него колотилось.

– Я постараюсь.

Он уже собирался закрыть глаза, когда Вирр поморщился.

– Постой. Может, я и поторопился. Это не то что ударить молнией. Тут надо мягче, тоньше. Не швырять суть, а позволить ей вытечь. Ручейком. – Мальчик прикусил губу. – Это очень важно, Седэн. Если ты не ухватишь разницы, выброс получится слишком мощным. Ты его убьешь.

Седэн побледнел.

– Мне бы поупражняться…

– Некогда. – Это сказал Элрик. Молодой человек взял Седэна за плечо. – Он уходит.

Решительно кивнув, Седэн обернулся к Терису. Он положил обе ладони на живот, не обращая внимания на сочащуюся между пальцами кровь. Потом, глубоко вздохнув, закрыл глаза и принялся отыскивать свой тайник, отчаянно вспоминая, как проделывал это во сне.

Теплая суть потекла сквозь него и из него прежде, чем юноша понял, что происходит.

Ощущение пропало так же быстро, как и возникло, и опустошенный Седэн отшатнулся на пятки. Рана закрылась, виден был только розовый свежий шрам, но грудь Териса застыла – он не дышал. Вирр, тоже упав на колени, приложил ухо к его губам, прислушался.

Несколько секунд он ничего не слышал… А потом Терис зашелся жестоким кашлем, сотрясшим все его тело. Сев и перевернувшись, старший выблевал оставшуюся в желудке кровь. Покончив с этим, он медленно повернулся к Седэну и его спутникам, ощупывая едва зажившую рану.

– Вовремя я надумал снять с тебя окову, – слабым голосом проговорил он.

Седэн с облегчением улыбнулся шутке и позволил сведенным мышцам немного расслабиться. Краем глаза он видел, как расслабляются остальные. Юноша помог Терису встать. Несколько секунд старший опасливо испытывал свое тело; убедившись, что движения не причиняют боли, он направился к упавшим. Глаза Ллис были закрыты, но грудь ритмично поднималась и опускалась.

– Придется взять их с собой, – сказал Вирр.

Терис вздохнул.

– Нет, парень. Я видел ее глаза за миг перед ударом. Может, телом она и здорова, но разум мертв. Она исполняет приказы, пользуясь воспоминаниями. – Старший задумчиво теребил бороду. – Я однажды видел такое, очень давно. Мы называли таких Отзвуками. Этих оставили здесь нарочно – устроили ловушку. Очевидно, в первую очередь на одаренных.

– Думаю, он прав, – добавил Седэн и слегка покраснел под удивленными взглядами. – Не знаю, откуда я знаю, но мне, когда она бросилась, подумалось то же самое.

Дезия, вглядываясь в лежащую женщину, недоверчиво возразила:

– Но ведь она же назвала свое имя. Она была в ужасе от того, что случилось.

– Вероятно, была, – пожал плечами Терис, – пока ее не изменили. Но тех, кем они были, больше не существует.

Вирр насупился.

– Скажешь, мы должны ее убить?

– Именно так и скажу, – тихо ответил Терис. – Меня это не радует, но так надо. Если ее оставить, она будет убивать других.

– Откуда нам знать! – возмутилась Дезия.

Терис ответил ей грустным взглядом.

– Ты не заметила, что последние тела на входе в городок не такие, как все? Свежие, и на них дорожные плащи, а не крестьянская одежда. Среди них были дети. Мне это сразу показалось странным…

Седэн обернулся на дорогу. Живот у него скрутило. Он только сейчас заметил.

Лицо стоявшей рядом Дезии исказилось, когда девушка поняла, на что намекает Терис. Она в ужасе уставилась на Ллис.

– Но нельзя же так просто ее убить, – уже без уверенности в голосе прошептала она.

– А что ты предлагаешь? – спросил Терис. – Есть три возможности. Одна – взять ее с собой. У нас даже веревки нет, чтобы ее связать, а кто знает, на что она способна после того, что с ней сотворили? Вторая – можно оставить здесь. Она потащится за нами или будет дожидаться новых проезжих. Третья – мы можем ее убить. – Старший скрестил руки на груди. – Пойми, она уже мертва. Она больше не человек. – Он, подняв бровь, обратился к Вирру: – Или ты считаешь, что нашел способ обойти первую догму?

Седэн скривился, а Вирр отвернулся. Видно было, что парню не по себе. Терис был прав. Вирр ударил Ллис сутью, чего никак не мог бы сделать, будь она человеком.

– Надо хотя бы дождаться, пока она очнется, – заупрямился Вирр. – Надо убедиться.

Терис чуть не застонал.

– Дождемся, что она снова попытается вас одурачить, однако… – он развел руками. – Пусть так. Думаешь, ты сумеешь ее удержать?

Вирр кивнул.

– Должно получиться. – Он с сомнением добавил: – Как ты считаешь, благоразумно ли двигаться сейчас к Илин-Иллану? По следам этой армии?

– Да. Тем важнее для нас быстро добраться к городу, прежде чем начнется приступ. Иначе нам не пробраться туда, где Седэну возвратят память, – ответил Терис. – Мы пойдем в обход, восточной дорогой. И, полагаю, поспеем в Илин-Иллан за несколько дней до них.

Вирр покачал головой.

– Южная дорога короче. По восточной мы их вряд ли обгоним.

– Погляди вокруг, Вирр. – Терис обвел руками окружавшие их руины. – Это войско не спешит. Даже если не верить рассказу Джашеля, они наверняка потратили немало времени, по кирпичику разбирая дома. Не заметно, чтобы они что-то жгли – может, боялись, что дым выдаст их населению. И тем не менее они умудрились уничтожить все подчистую и сотворить этот невыразимый ужас с убитыми. Все это требует времени – времени, каким не располагает обычная армия.

Седэн обвел взглядом руины городка.

– Как ты думаешь, зачем они так?

Терис поскреб в бороде.

– Возможно, хотели выманить войско короля из Илин-Иллана. Сойтись с ним в поле, а не на городских стенах. Они как будто нарочно дразнят, издеваются.

Внезапно распростертая на земле женщина застонала. Все пятеро опасливо попятились от нее. Ллис как пьяная помотала головой и стала медленно вставать.

– Что случилось? – недоуменно спросила она. Потом взгляд ее упал на труп Джашеля, и из горла вырвался страшный, душераздирающий вой. Забыв о пришельцах, она упала на тело сына.

– Нет, нет, нет, – рыдала женщина, баюкая в ладонях его голову. Она повторяла это снова и снова, раскачиваясь всем телом. Кровь мальчика впитывалась в и без того грязное платье.

Терис искоса глянул на Вирра, увидел на его лице горестное отчаяние. И, застонав, сгреб золотоволосого подростка за плечо.

– Так тебе будет только труднее! – предупредил он. – Она будет вести себя как настоящая Ллис до последнего мгновения перед ударом. То, что в нее вселилось, использует не только ее тело, но и память. Поверь мне.

– Ты его слушай, Вирр, – озабоченно посоветовал Седэн. Он тоже не сомневался, что женщина по-прежнему опасна.

Вирр, оскалившись, ответил обоим.

– Мы не знаем! Ни ты, ни ты! – Он развернулся к Терису. – Ты сам сказал: видел такое всего раз и очень давно. Ты же не знаешь, может, есть способ ее исцелить, спасти. Не можем мы ее просто убить.

Он стряхнул с плеча руку Териса и, шагнув к женщине, встал на колени рядом с ней.

– Мне очень жаль, – ласково заговорил он. – Чем мы можем помочь?

Ллис рыдала, содрогаясь всем телом. Вирр отвернулся, чтобы бросить на спутников беспомощный взгляд.

Ллис двигалась быстрее кошки. Выхватив кинжал из мертвой руки сына, она замахнулась, целя Вирру в сердце.

Никто и глазом моргнуть не успел, когда Дезия, натянув лук, выстрелила.

Стрела свистнула мимо уха Вирра и ударила Ллис в глаз. Коротко вскрикнув, женщина упала мертвой. Все окаменели – даже Териса потрясла внезапность случившегося.

Вирр, вывернув шею, глянул на труп у себя за спиной и встал.

– Спасибо, Дезия, – грустно сказал он.

Терис поморщился, потом выступил вперед.

– Пора двигаться. Как знать, здесь могут быть и другие такие же. Эти места небезопасны.

Остальные, молча кивнув, потянулись по дороге, прочь от ужасов Гахилля. Не сговариваясь, ехали до поздней ночи. Каждому хотелось убраться подальше от оскверненного селения.

Ехали в тяжелом, оглушенном молчании, но всякий раз, как кто-то бросал взгляд в его сторону, Седэн невольно ежился. Он понимал, что спутники молча гадают, какова его роль в происходящем и как он связан с пришельцами. И наверняка задаются вопросом, насколько ему можно доверять.

После всего, что они видели, юноша не мог их винить.

Стиснув зубы, он ехал дальше.


* * * | Тень ушедшего | Глава 34



Loading...