home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1

– В атаку! – отдал приказ Юрий Всеволодович. – Руби в песи!

Не воспользоваться возникшей после налета дельтапланеристов паникой в стане крестоносцев было бы непростительной ошибкой, тем более что отряды потеряли всякое руководство из-за частичной гибели командного состава, а также панического бегства остального.

Вперед двинулись ратники и начали форсирование речки, но первой, конечно, преодолела водную преграду кавалерия и врубилась в рыхлую массу пехоты, что потеряла всякий порядок и металась по полю в полной прострации. Впрочем, постепенно стали образовываться первые островки порядка. Командиры пытались сплотить свои отряды, организовав для начала круговую оборону. Но мелкие группы быстро уничтожались, их расстреливали из луков, а потом стаптывали конями.

Но время шло, точек кристаллизации становилось больше, тем более что русской кавалерии было не охватить все поле боя, а значит, у противника имелось время опомниться, и вот возникли первые настоящие каре из пехотинцев, ощетинившихся копьями, а за их спинами спешно взводили свои стреляющие механизмы арбалетчики.

Среди русских кавалеристов появились первые ощутимые потери.

Кроме того, под защитой пехоты стали формироваться конные отряды крестоносцев и кое-где даже прошли первые копейные сшибки с последующей вязкой рубкой, в которой шел размен один к одному.

Увидев все это, царь Юрий приказал дать сигнал коннице на отход, благо что все ратники уже переправились и выстроились для боя.

Зазвучал условной мелодией сигнальный рог, в дополнение к звуковому сигналу в небе вспухли сигнальные ракеты, а то в гаме боя не сразу можно хоть что-то услышать, отрядные сигнальщики заметили команду и продублировали, после чего кавалеристы начали тяжело выходить из боя.

Несмотря на то, что часть крестоносцев сбежала и не думала возвращаться, а так же понесенные от кавалерийской атаки потери, численность противника все еще минимум в два раза превосходила русских, что в коннице, что в пехоте.

– Провести ракетную атаку!

Установки РСЗО как раз вывели на дистанцию эффективной стрельбы и приготовили к залпу.

Через головы ратников и кавалеристов полетели сотни ракет. Забухали взрывы среди вражеской пехоты и конницы, что вновь расстроило с таким трудом восстановленные порядки крестоносцев, и в дело вновь пошла конница.

Впрочем, во второй раз ей не дали порезвиться во всю ширь русской души, в дело вступила рыцарская кавалерия… Правда, из-за отсутствия единого командования она ударила не вся вдруг, что было бы очень «больно», а разрозненно, что позволило русской коннице не только потоптаться по вражеской пехоте, рубя направо и налево, но и начать организованный отход, увлекая рыцарей за собой.

И снова сказалось отсутствие командования среди рыцарей. Иначе, увидев, к чему все идет, атаку, точнее, погоню постарались бы остановить, но, увы, уцелевшая после бомбежки высшая знать сейчас пряталась по лесам, со страхом вглядываясь в небеса…

Тем временем русские кавалеристы просочились между рядами ратников, что образовали в своем строю коридоры, и в эти же коридоры опрометчиво втиснулись рыцари, о чем тут же горько пожалели, потому как на них обрушился шквал из арбалетных болтов. Причем шел перекрестный обстрел, да еще практически в упор.

Шансов у отчаянных смельчаков или же глупцов не было по определению, болты пробивали тела насквозь. Те, кто каким-то чудом выжил после первого залпа, крутясь на своем скакуне среди кучи лошадиных и человеческих трупов, были заколоты копьями, когда ратники стали сдвигать свои ряды, сжимаясь точно пресс.

Работали арбалетчики и по фронту, так что тем, кто не вошел в проходы, тоже изрядно досталось, а увидев, что случилось с попавшими в ловушку, стали разворачивать своих коней, чтобы убраться из-под обстрела, но многим уйти было не суждено. Арбалетчики с методичностью метрономов заряжали свое оружие и давали залп за залпом, валя рыцарей многими десятками.

– Вперед!

Ратники пошли вперед.

Вражескую армию, все еще остающуюся без единого командования, следовало дожать, нанеся максимальный урон.

Началась перестрелка арбалетчиков. Далеко не всех вражеских стрелков получилось сразить, и они снова собрались в боевой порядок.

Тяжелые арбалеты крестоносцев, взводимые воротом, все же доставляли немало неприятностей, пробивая фанерные щиты ратников навылет. Многих из атакующих спасал хороший стальной доспех, особенно если болт попадал под большим углом и рикошетил. Но бывало и так, что болт находил слабое место, попадал в руку, ногу или в лицо с шеей…

От по-настоящему больших потерь спасала медленная перезарядка таких агрегатов и то, что крестоносцев все же хорошо потрепали.

Ратники же быстрым маршем под обстрелом сокращали дистанцию. Наконец прозвучал приказ остановиться.

– Взвести арбалеты! Зарядить! Целься! Бей!!!

На европейских арбалетчиков обрушился дождь из болтов, и этот обстрел был куда как эффективнее. Залп, произведенный с минимальной дистанции, оказался по-настоящему страшен. Первая линия копейщиков, что защищала арбалетчиков-крестоносцев, полегла вся. В отличие от ратников, европейские пехотинцы практически не имели нательной защиты. В лучшем случае у кото-то имелась кожаная кираса, а у самых богатых, десятников или сотников – кольчуга, но это все ни о чем.

Ответный залп также нанес сильные потери ратникам. Доспехи уже не спасали.

– Бей!!!

Второй залп выкосил вторую линию копейщиков-крестоносцев, при этом досталось стоящим за их спинами арбалетчикам.

Началась гонка, кто быстрее взведет свои арбалеты и выстрелит, и вот тут излишняя мощность, а следовательно, и сложность европейских арбалетов сыграли с ними злую шутку. Пока крестоносцы лихорадочно крутили вороты или возились с козьими ногами, взведя свои арбалеты едва наполовину, ратники, использовавшие поясные ремни, уже клали в желоба болты и целились.

– Бей!!!

Последняя линия копейщиков окончательно слегла, и снова чувствительно досталось стрелкам. Как результат арбалетчики заволновались, кто-то уже дрогнул, часть начала бежать прочь, но большая часть все еще продолжала свою работу.

Противоборствующие стороны взвели свои машинки практически одновременно и столь же одновременно разрядили друг в друга.

Остатки арбалетчиков-крестоносцев приказали долго жить.

Опустошение среди крестоносцев вышло таким сильным, что немногочисленные не иначе как чудом выжившие, что с запозданием привели свои агрегаты в боевое состояние вместо того, чтобы выстрелить в своих врагов, бросали свои арбалеты на землю и пускались наутек.

– Вперед!

Стоило только начаться бегству, как оно превратилось в повальное.

В погоню за беглецами бросилась русская кавалерия, и на этот раз рыцари даже не думали защищать свою пехоту, потому как попадали под массированный арбалетный обстрел.

В один день битва, конечно, не закончилась. Беглецы все-таки смогли оторваться и вновь сгруппироваться, но теперь это была уже не единая армия, а раздробленная, так как формировалась по национальному признаку. Отдельно встали немцы под предводительством своего императора Фридриха Второго, и это была самая крупная формация, практически половина всего войска, отдельно встали поляки, так же кучковались чехи с австрийцами.

При этом поляки, чехи и австрийцы, похоже, выступали заградительными отрядами, скорее всего, невольно, потому как Фридрих Второй отступил дальше всех, отойдя за реку Просна.

Юрий Всеволодович не видел ничего зазорного в том, чтобы сожрать то, что ему оставили на съедение, и атаковал эти армии по уже отработанной схеме, сначала налет дельтапланеристов с последующей бомбардировкой, а потом атака конницей и пехотой с предварительным расстрелом из РСЗО.

Срабатывало раз за разом. Точнее, так удалось разбить поляков и чехов, австрийцы же, пока русские были заняты братьями-славянами, смогли так же отступить за Просну.

Но река не могла стать преградой. Это понимали все, и вот когда Юрий Всеволодович уже готовился отдать приказ на наступление, из стана противника пришла страшная весть.

– Чума!

Все в ужасе охнули. Болезнь страшная, практически не поддающаяся лечению и крайне смертоносная. Хорошо, если выживал один из пяти заболевших.

– А точно чума? – переспросил царь.

На него с недоумением уставились приближенные.

– А то, может, придумали страшилку, чтобы мы дальше не атаковали, – пояснил он свою мысль.

Это заставило всех задуматься.

Уточнили. Оказалось, что точно. Отряды рыцарей и просто наемные подразделения стали разбегаться во все стороны. Удержать их вместе уже ничто не могло, даже самые суровые кары как со стороны священников, страшащих отлучением от церкви, так и со стороны государей, что без затей рубили головы пойманным дезертирам.


предыдущая глава | Защитник Руси | cледующая глава



Loading...