home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


4

Многие отметили, что с начала марта тысяча двести тридцать восьмого года царя всея Руси словно подменили. Юрий Всеволодович стал хмурый ликом и раздражительный характером, срываясь по любому поводу, так что окружающие старались как можно реже попадаться ему на глаза.

Все связывали изменение в поведении царя с непростой международной обстановкой, а именно неопределенностью с монголами, а также подозрительным шевелением европейцев. Даже на юге происходила какая-то подозрительная возня. Так, с конца прошлого года в Константинополь зачастили папские легаты, и по всем признакам стороны были близки к тому, чтобы создать церковную унию.

И лишь царица Агафья знала истинную причину такого нетипичного поведения мужа, что, как правило, вел себя со всеми доброжелательно, и как могла сглаживала негативные эффекты. Хотя и у нее на душе кошки скребли, а все из-за страшного словосочетания «инерция истории». Ведь в иной исторической последовательности ее мужа в начале марта должны были обезглавить в бою с монголами. И как она уже успела убедиться, как ни пытайся свернуть с курса, а история нет-нет да вернется в старую колею. И несмотря на те огромные изменения, что уже произошли, это не гарантировало того, что все не вернется на круги своя.

Что до унии Рима и Константинополя, то на первый взгляд этому ничего не способствовало, и поскольку в прошлой исторической последовательности подобного сближения церквей не было даже близко, то это сильно беспокоило. Ведь обеим сторонам, особенно Риму, что выглядело особенно удивительным, пришлось пойти на серьезные уступки в теологических вопросах.

Принимали участие в этом процессе также болгарская и сербская патриархии, ну и прочая епископальная мелочь в качестве статистов.

Русского патриарха даже не пригласили.

Зачем? Почему?

«Или дело лишь в том, что грекам удалось вернуть Константинополь, и Рим понял, что иначе не сможет взять эту территорию под свой контроль без установления унии, в то время как в другой исторической последовательности, когда продолжала существовать Латинская империя, а Никея слабела год от года под давлением Конийского султаната, шансы на это были», – размышлял Юрий.

Но все же ощущался какой-то подвох для Руси, при этом все, что мог царь, – это скрипеть зубами из-за осознания, что не может как-то повлиять на происходящие процессы.

Но время шло, и все вроде бы было тихо.

– Как перед бурей…

И буря грянула.

Теплой августовской ночью, словно вывалившись из надвигающихся с запада черных грозовых туч, спикировали черные треугольники. Понятно, что взлетели где-то поблизости, проникнув тайком под видом каких-нибудь купцов…

Пилоты отлично видели свою цель, словно специально подсвеченную многочисленными факелами.

Стражники до последнего момента не подозревали об угрозе и среагировали, только когда многочисленные тени заскользили над головами, закладывая виражи и замирая над крышей кремлевского дворца.

– Тревога!!!

С одной из башен застучал спешно развернутый стационарный пулемет, скашивая первых десантировавшихся на крышу врагов, но атака велась не только с неба, но и с земли. Подобравшиеся в ночи к кремлю враги стали забрасывать башни гранатами и зажигательными минами…

Потом и вовсе несколько сотен человек пошло на штурм, отвлекая стражу от происходящего во дворце. И где только столько набрали? Впрочем, обычного фанатичного «мяса» всегда можно навербовать, в той же Галичине, где все еще хватало ячеек скрытых католиков, несмотря на все старания вскрытия оных силами Инквизиции и КГБ.

А на территорию кремля продолжали одни за другим залетать черные дельтапланы…


предыдущая глава | Защитник Руси | cледующая глава



Loading...