home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


5

Юрий Всеволодович выздоравливал тяжело. Оно и неудивительно, ведь полученное ранение по нынешним временам смертельное, да даже в будущем оно такое же, если не оказать немедленной помощи, но ему ее оказать успели.

Потерю огромного количества крови быстро возместили, а потом провели операцию по удалению нескольких метров разрезанных кишок, а главное – почти пополам перерубленной правой почки.

Каким-то чудом не была задета печень, что стало бы приговором.

А уж сколько раз у него останавливалось сердце, и его приходилось запускать, что называется, вручную…

– А еще, как оказывается, клинок был отравлен, – «обрадовала» Агафья мужа, когда он наконец стал чувствовать себя более-менее удовлетворительно.

– И как же вы смогли справиться с ядом? – удивился Юрий.

– А никак. Да и не справились бы по определению… Яд просто не успел попасть тебе в кровь. Не иначе божье провидение…

Агафья перекрестилась.

– Почему? Я не про провидение…

– Отравленный клинок некоторое время полежал в крови разорванных взрывами охранников, и каверны в металле, в которых находился состав, залило кровью, что начала быстро сворачиваться, образовав своеобразные пробки.

– Понятно…

– Плохая новость в том, что эти тати убили монгольского пленника.

– Батый, конечно, об этом уже в курсе… – прикрыл глаза Юрий. – Да и не обязательно знать. Просто объявят погибшим…

Перед самым нападением стало известно о посольской миссии папы римского к Батыю, так что связать все эти события между собой не составляло труда.

– Они уже атакуют?

– Да… И европейцы тоже.

Царь всея Руси, когда ознакомился с результатом первых сражений, мог быть доволен своими учениками, часть из которых доросла до воевод. Рати, выматывая противника, отступали на заранее подготовленные позиции.

А ведь на него в свое время оказывали серьезное давление княжеская братия, прямо-таки требуя, чтобы во главе ратей, а также на всех командных должностях встали знатные люди, то бишь их сынки-обалдуи, откровенно презрительно отностившиеся к пехотинцам. Но Юрий культурно послал их подальше.

Дело даже не в недоверии, хотя и это тоже играло немаловажную роль, не хотелось бы во главе рати поставить своего политического противника, а в спеси князей, что могли кинуть в тупую мясорубку своих ратников. А потом будут с чувством оскорбленного достоинства в ответ на претензии царя оправдываться, дескать, ну и что с того, что проиграли? Главное – мы не бежали, поджав хвост перед лицом численно превосходящего противника, а приняли бой и даже нанесли врагу большой урон. А что до своих потерь, то воинов бабы еще нарожают, главное же, что наша княжеская честь сохранена…

Так что до управления ратями ни князей, ни бояр Юрий не допускал, он предпочитал вышедшим из низов в воеводы людей давать дворянские и боярские звания. Так сказать, начал процесс вливания свежей крови в уже начавшийся процесс застаивания знати. А там вырождение начнется, что приведет к закостенению и стагнации государства с последующей гибелью из-за какой-нибудь революции.

Сразу новых дворян и бояр старожилы, конечно, не примут, родниться не станут, но через поколение-другое процесс пойдет. Сначала какие-нибудь сильно обедневшие снизойдут, а потом и остальные подтянутся.

Однажды в палаты, где продолжал лежать Юрий Всеволодович, с хмурым видом вошел его старший сын.

– Что случилось, Всеволод?

– Беда…

– Европейцы или монголы прорвались?

– Хуже…

– Говори уже.

– Болгары с сербами с юга вторглись, при поддержке византийцев, ну и валахи…

– Твари… – от гнева скрипнул зубами царь и, тяжело задышав, прикрыл глаза.

Как-то не ожидал он такого финта от «братушек», хоть и знал из памяти о будущем, что те же болгары не раз выступали на стороне врагов России, несмотря на неоднократное их спасение оной.

Царю казалось, что династическим браком своего наследника с дочерью болгарского царя он хотя бы на ближайшее время обезопасил себя с этой стороны. Оказалось – нет.

Юрию Всеволодовичу сразу вспомнилась возня с унией римских и константинопольских церковников при участии болгарского и сербского патриархов, которую, кстати, заключили за месяц до вторжения. Теперь становилось ясно, что помимо унии шли переговоры о военном союзе.

Почему вообще Болгария с Сербией решили примкнуть к евроорде? Византийцы как раз не удивили… Да гадать особо нечего – страх. Испугались, что станут слишком зависимы от набирающей мощь Руси, а то и вовсе будут через какое-то время ею поглощены, вот и решили подрезать крылышки на взлете.

– Продолжай.

– По последним данным, в Днестр и Южный Буг вошли флотилии небольших судов. Помимо того, что они подвезли припасы, я думаю, они хотят повторить финт с установкой понтонного моста, для более скорой переправы войск. Через неделю они будут под Киевом. И нам их практически нечем встретить.

Царь понятливо кивнул головой. Все силы сейчас находились на западе и востоке, отражая мощнейший натиск двух вонючих орд. Все подкрепление посылалось туда, юг остался практически беззащитен.

Рассчитывать можно только на городские гарнизоны и ополчение. Но много ополчением не навоюешь.

Как выяснилось чуть позже, к армии вторжения присоединились жаждавшие реванша князья и бояре со своими малыми дружинами. Но в целом их оказалось столько, что они в полтора раза увеличили византийско-болгаро-сербскую армию до шестидесяти тысяч человек.

Из-за такого удара под дых фронты на западе и востоке рухнули. Коллаборационисты, по сути, ударили ратникам в спину, перерезав линии снабжения порохом и прочим припасом, нападали на склады и уничтожали их. Ратям не осталось ничего другого, как отступить в приграничные города, кои противник тут же взял в осаду.

Крупные города держались за счет крупнокалиберных пушек, отражая штурмы картечными залпами, а вот стены мелких населенных пунктов, не имевших артиллерии (увы, все города оснастить пушками было нереально), довольно быстро разрушались осадной артиллерией, и туда врывались тысячи китайских солдат. Шла ожесточенная резня, после чего города сжигались дотла.

А в конце октября оказался в осаде Киев.


предыдущая глава | Защитник Руси | cледующая глава



Loading...