home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ВОСПИТАНИЕ МУЖЕСТВА

Война не является новостью для человечества, и когда я буду говорить о боевых действиях, о бое, то должен предупредить, что я не собираюсь открывать Америку, хочу лишь по-своему обобщить и передать вам виденное и пережитое.

Что такой бой? Мы, сами военные, даем разные определения понятию «бой», даже в уставе Красной Армии имеется шесть определений его, так как со временем все меняется. Я все же буду излагать свою точку зрения, но предупреждаю, что она не является окончательной. Бой — это есть организованное воздействие на противника. (Ведь воздействовать на человека, на группу людей можно по-разному: умом, психикой, силою техники и оружия.)

Итак, бой — организованное воздействие на противника (умом, огнем, психикой), причем огневое воздействие выступает как продукт воздействия умом и как средство психологического и физического воздействия.

Современный бой как тактическое понятие, когда- обе стороны насыщены техникой — есть огневое состязание сторон. Организованное применение огневых средств, основанное на принципах уставных требований (обобщенного опыта) принято называть системой огня. На ней зиждется стойкость боевого порядка войны, ибо решающее в современном бою и в обороне, и в наступлении — огонь в сочетании с маневром войск. Победит тот, кто окажет большее огневое воздействие на живую силу и технику противника, кто сумеет взять инициативу, создать гибкое огневое управляемое преимущество, сосредоточить веер траекторий в нужном направлении в нужный момент.

Следовательно, управлять боем — значит управлять огнем, создать массу огня над головой противника, прижать его к земле, ко дну его окопов, траншей, ослеплять и поражать амбразуры, тем самым, беспощадно истребляя вражеские силы, беречь свою собственную силу.

Пехоту беречь только огнем и огнем, очищая и прокладывая ей путь. Огнем, огнем и огнем — только невежда в военной форме может стремиться грудью пехоты пробить огневой щит — полосу смерти перед передним краем обороны противника. (Таких ура-идиотов, к глубокому сожалению, немало.)

Только в бою испытываются все качества человека. Если в мирное время отдельные черты человека не проявляются, то в бою они раскрываются. Психология боя многогранна: нет ничего незадеваемого войной в человеческих качествах, в личной и общественной жизни. В бою не скрыть уходящую в пятки душу. Бой срывает маску, напускную храбрость. Фальшь не держится под огнем. Мужество или совсем покидает человека или проявляется во всей полноте только в бою.

Многие из вас читали мою первую повесть «Волоколамское шоссе». Когда я был в Москве, то беседовал с писателями и журналистами — эти штатские люди в военной форме имеют очень слабое представление о воине. Мне сказали, что в первой повести у меня солдат идет в бой не умирать, а жить. Как же, спрашивают, это может быть: кругом летят тысячи пуль, снаряды, осколки, разве можно здесь остаться живым? А я утверждаю, что надо именно так пояснить солдату, но пояснение это обосновать как следует. У многих создается впечатление, что громадное насыщение техникой и средствами истребления — это и есть так называемая мясорубка, раз попал туда, так уже не выберешься.

Я считаю, и написал об этом, что война не является мясорубкой, так как средства истребления сторон одинаковы. Объем истребляемости и способность истреблять зависит от искусства солдат и офицеров. Для умеющих воевать война в некоторой степени лишается поголовно уничтожающего характера.

Основа искусства боя, как уже говорилось, — огневое воздействие на противника, истребление его живой силы, сохранение собственной живой силы. В этом заключается сущность искусства ведения боя.

Идея боя — это выиграть его без потерь, искусство — выиграть бой с наименьшими потерями. Говорят, что в бою много случайностей. В бою нет случайностей, есть неожиданности для противников. Победа или поражение вполне причинны и закономерны. Случайностью прикрывается всякая расхлябанность офицера и солдата, поэтому случайность не может быть оправданием недобросовестной и необдуманной служебной деятельности офицеров и солдат. Но, представьте себе, эти оправдания глубоко сидят в сознании многих. Почему я так пишу? Да потому, что многие ищут оправдания собственной нерадивости в случайности. Нет, война не является оправданием недобросовестных действий офицеров и солдат. Конечно, это касается и не военных. Приведу такой пример: я когда-то, до войны, ехал с Дальнего Востока. Обслуживающий персонал международного вагона был предупредителен и вежлив, а когда некоторое время спустя пришлось ехать, так слышал зачастую грубость. Но ведь вагон тот же, и четыре колеса остались те же. Вот и словом «война» многие стараются оправдать свою расхлябанность. Даже в бою среди солдат и офицеров приходится слышать, что «война влияет на все». Правильно, но это не значит, что должна царить анархия в абсолютном смысле. Говорят: «Ведь мы не на парад идем, а на войну». Кстати, что такое парад? Это — смотр сил. Какая разница между парадом и войной? Настоящий парад, настоящий смотр боевых сил, самое всестороннее, самое жестокое испытание для них — война. Вот на этом настоящем параде, где решается судьба каждого, судьба народов, судьба страны, более всего, чем когда-либо, нужно быть строгим, подтянутым, достойным. И никакой расхлябанности!

Бой не страшен, так как человек воюет с человеком. Если бы человек воевал с каким-то сверхъестественным существом или зверем — это другое дело, но когда человек воюет с человеком, они имеют одинаковые средства воздействия, бой в абсолютном смысле этого слова не страшен.

Я не собираюсь спорить с врожденными трусами, ибо, кто боится, у того двоится.

В бою находят свое предельное выражение и проявление все присущие человеку качества. Эти чувства можно разделить на две группы: высшие чувства — долг, благородство, мужество, отвага, храбрость, героизм; низшие чувства: измена, низость, боязнь, страх, ужас.

Разум, инстинкт, интуиция являются как бы командными инстанциями в человеке. На некоторых вопросах сознания и чувства человека в бою в последнее время заострилось внимание. Рассуждения об этих вопросах идут как в окопах, блиндажах, так и в домах за стаканом чая, в редакциях, в писательских кабинетах. Я хочу изложить некоторые понятия психологического порядка. Думаю, что они пригодятся нам в дальнейшем.

Опыт Великой Отечественной войны еще раз убедил нас, что победа одерживается силою духа, успех зависит от морально-нравственных сил войск. Материальные средства и современная техника являются материальной базой и средствами борьбы. Основа основ — это живой и сознательный человек.

Морально-нравственные качества человека определяются словами — духовная сила. Основными источниками и двигателями духовных сил являются: ум, чувство, воля.

Направленная и целеустремленная работа над этими тремя элементами человеческих качеств является предметом воспитания.

Что такое страх? Это вопрос до некоторой степени проблемный. Многие военные, то есть штатские в военной форме (к ним я отношу корреспондентов, случайных штабных офицеров), отрицают страх как таковой, они даже возмущаются: «Как так? Наша Красная Армия бесстрашна! Как в нашей армии может существовать страх! Наша армия непобедима!» И вот даже здесь, в тылу, мы не отделались от этой болезни. Ни один «бельсенды» не хочет понять, что страх как явление существует везде, во всех армиях (т. е. как чувство, присущее живым, с душой, сердцем, людям). А названные мной люди возмущаются, называют это трусостью, приписывают нам политическую недалекость и прочее. Этот вопрос вызывает очень много споров и среди наших военных, и некоторые пытаются себя обмануть и говорят, что страха нет.

Я хочу высказать свою точку зрения по этому вопросу. Что такое страх? Бесстрашие как таковое вообще в природе не существует. Бесстрашных людей нет на свете. Страх присущ всему живому и вездесущ, свойствен не только человеку, животному, но даже и растению. По крайней мере, за два с половиной года, за сто с лишним боев, я еще ни одного бесстрашного человека не встречал. Никто, сознавая опасность смерти, не идет в бой без страха, а если иногда и идет, значит, не сознает опасности, но это не есть бесстрашие. Страх испытывает каждый и множество раз в жизни.

Если вам принесут сейчас повестку из военкомата явиться туда, прислушайтесь к своему сердцу, с момента вручения повестки вы почувствуете страх. Я утверждаю: страх военной службы, начиная с повестки, страх военного похода, страх перед боем, страх в бою заканчивается страхом в атаке. Но как мы будем отрицать то, что присуще человеку и вполне нормально? Наоборот, изучая это чувство, мы должны ему противопоставить другое, но не нужно говорить — страха нет. Бесстрашие и трусость — есть результат борьбы страха с долгом. Есть страх, но он преодолевается. Есть понятие боязни, есть малое и большое чувство страха. Страх преодолевается принуждением вообще. Каким принуждением? Прежде всего, внутренним, тем, что мы называем психологией личности. Многие литераторы, когда описывают геройские подвиги, не описывают внутреннюю борьбу. Нужно раскрыть — в результате какой борьбы и каких психологических переживаний пришел воин к позору или к славе. Вот тогда образ солдата и офицера будет более живым, более ярким. Страх преодолим, и преодолевается он, во-первых, внутренним принуждением, во-вторых, принуждением внешним, то есть, общественным воздействием.

Надежда на жизнь согревает сердце, каждый солдат — человек и, как всякий человек, хочет жить. Желание жить и вырабатывает инстинкт самосохранения, солдат защищается и нападает. Дело в том, что инстинкт самосохранения имеет две стороны: первая — человек бежит с целью самосохранения, вторая — человек с этой же целью нападает и защищается. Я считаю, что эту вторую сторону в человеке надо развивать, так как она толкает на защиту, на нападение. Инстинкт самосохранения заставляет убивать другого, а это гораздо труднее, чем умирать самому. Среди гражданских людей найдется ли такой, который смог бы кого-нибудь убить? У него будут дрожать руки и вообще он не сможет это сделать, а солдат это сделает. Он с целью защиты и сохранения одной жизни уничтожает другую. Почему он это делает? Кто дал ему такое право? Чем оправдывается это убийство на войне? Почему на поле боя это подвиг, а в тылу преступление? Дело в том, что на войне человек уничтожает того, кто хочет уничтожить его! Намерение противника убить дает право самому убивать! Это убийство морально оправдается выполнением воинского долга на поле боя.

Почему я так подробно остановился на этом вопросе? Я не хочу вас учить, но вокруг него возникают недоразумения: у нас есть всякие люди и обычно некоторые из них говорят, что инстинкт самосохранения нужно подавлять, отрицают страх, хотят видеть только отвагу. (Желание вполне нормальное и, безусловно, благородное, но далеко не реальное.)

Страх имеет чины. Есть страх рядовой, унтер-офицер, офицер — вплоть до генерала и выше. Некоторые боевые операции решал не генерал, а страх: длительное беспорядочное отступление войск — это все дело рук генерала-страха.

Один сопротивляющийся солдат — есть серьезная и непреодолимая преграда для десяти наступающих — в этом убеждает нас опыт боев. Когда говорят, что какой-то генерал бежал, это не он бежал, а страх гнал его войска. Повторяю: войной и боевыми действиями управляют два генерала: войсковой генерал и генерал- страх.

Второй — вездесущий, секретный, генерал-невидимка. Его действия молниеносны. Первый постоянно ведет непримиримую борьбу и завязывает крепкую дружбу со вторым с точки зрения выгоды для себя (при удобном случае нагоняет страх на неприятеля и тем самым пользуется его услугой).

Генерал-страх — генерал стихии. Он боится смелого солдата, а трусливого маршала за ворот берет. История наших дней знает немало фактов, когда генералу-страху неоднократно удавалось разрешить операции даже крупного стратегического масштаба.

Итак, повторю еще раз — страх испытывает каждый и множество раз: страх казарменной жизни, страх военного похода, страх перед боем и страх во время боя, и так далее. Умего народа. Многие считают нас, казахов, пастушеским племенем, и даже когда мы стоим в военной форме, на нас смотрят, как на экзотическую фигуру. Надо смотреть на нас как на народ, на людей. Если мы пороемся в своей памяти, оказывается, у нас есть много военных творений. Эту поговорку можно перевести на русский язык так: «Мужу честьать страх внутри себя, а потом и во вне…

Возвратимся к выводу, что страх присущ всему живому, бесстрашие рождается в результате борьбы со страхом чувства долга. А что такое чувство долга? Это чувство благородства, чести, совести — это значит, что человек ограждает себя от всего низкого, то есть лучше с честью погибнет, чем примет позор. Бесчестье — страшнее смерти. Вот на этом поставим точку.

Что такое героизм? Это не врожденное качество человека, а результат правильного воинского воспитания. Тот, кто видит отвагу и героизм в кулачном бою, тот ошибается.

Героизм — не дар природы, а результат воинского воспитания, сознательного принуждения себя идти на опасность для выполнения долга, ограждая себя, прежде всего, собственную честь и благородное достоинство гражданина от чувства стыда, низости и позора, соревнуясь с подобными себе в благородстве, равенстве, разделить не только благо жизни целого коллектива, но и опасность, стремление обезопасить себя и соотечественников путем наибольшего истребления врага, беспощадного мщения за зло злом, за смерть смертью, за кровь кровью.

Смелость — есть сочетание расчета действия с риском. Риск оправдывает расчет. Без расчета риск не оправдан.

Лихость — есть сочетание ловкости со смелостью. Лихость без ума — самодурство.

Ловкость — результат строго последовательного воспитания (тренировки) ума, быстроты мышления, дисциплинированного тела, послушных мускулов для молниеносного действия.

Следующий вопрос — солдат. Это один из самых сложных вопросов. На сегодня справедливо будет сказать, что все произведения на военную тему не раскрывают образа солдата. Солдат в них — некое отвлеченное дитя человечества.

Но вернемся к страху. Приведу один отрывок — «Страх в бою», написанный мной 27 мая 1942 года:

«Бой — испытание всех человеческих качеств, в нем проверяется и решается все.

Бой срывает маску, ложь, напускную храбрость — фальшь не удержится под огнем. В бою не скрыть уходящую в пятки душу. Мужество или совсем покидает, или проявляется со всей полнотой только в бою.

Боец силен своим оружием, но в руках слабого самое мощное оружие бессильно, так же, как сила гигантского богатыря ничтожна перед самым ничтожным оружием стойкого воина.

Стойкость — щит смелых.

Спасение не в бегстве, а в защите и нападении.

Кто не защищается, тот погибает.

Без риска нет победы.

Побеждает лишь тот, кто наступает — не ждет смерти, а смело идет навстречу ей, ибо он слишком любит жизнь, чтобы бояться смерти, и во имя жизни и свободы отчизны идет в бой.

В бою жизнь никем не дарится, а завоевывается, бой пощады не знает.

Опасность в бою из мнимой становится реальной, непосредственной близостью — смерть окружает, наступает, атакует на каждом шагу сто, тысячи раз. Рядом падают товарищи, свистят тысячи пуль, воют, жужжат разными голосами мины, снаряды, шлепнувшись о преграду, с сильным треском лопаются, со свистом разбрызгивая во все стороны бесформенные осколки разной величины, режущие, калечащие, убивающие все то, что встречается на пути, острием и скоростью своей, поднимая взрывом своим громадный столб черного, густого дыма взрывчатки в смеси с землей, грязью, щепками и разорванными в клочья телами жертв, превращая мясо и кости в окровавленные кусочки, кровь — в пыль, оставляя глубокую воронку на земле.

Поле, воздух — все, все дышит смертью. Проходит час — 60 минут, в минуте 60 секунд, в секунду — тысячи смертей, солдату приходится ползти, идти, бежать… Небывалый критический момент в жизни: чувство страха и чувство долга дерутся, царапаются, рвут друг на друге волосы — самые свирепые звери неспособны так жестоко бороться, как эти два чувства: «Ты погиб, твоя молодая жизнь пропала, тебя сейчас убьют или искалечат, изуродуют навсегда, твое тело разорвет в клочья, и никому тебя не найти и не похоронить. Спасайся, прячься, бежим, бежим скорее, бежим…» — говорит чувство страха, тянет, сильно тянет назад, или свинцовой тяжестью прижимает к земле, или хватает за подол шинели — не пускает вперед. Руки бессильно опускаются, палец отказывается нажать на спусковой крючок, зрачки расширяются, глаза чуть не выходят из орбит, боятся не только целиться, но и смотреть. Ноги подкашиваются, колени дрожат. Легкие хватают воздух, задыхаясь неравномерным потоком, захлебываются. Сердце усиленно-учащенно колотится в груди, всасывая кровь вовнутрь, оставляя поверхность мертвецки-бледной, полотняно-белой. Нервы туго натянуты, как струны, — все это говорит: бежим, бежим без оглядки, спасаться.

«Ты человек! Ты гражданин! У тебя есть чувство стыда, позора, низости — у тебя есть благородная личная гордость, гордость твоей семьи, гордость твоей нации — чувство долга. Ты не один, не тебе одному выпала эта участь, рядом с тобой твои соотечественники, твои товарищи по оружию, и они не хуже тебя, и они тоже хотят жить, как и ты. Неужели из-за одного тебя твою семью, твоих родителей, твой народ другие будут считать трусливыми душонками! Не накладывай на себя, на семью, на народ клеймо позора, чтобы другие не говорили, что у них слово Родина только на языке, а не в сердце. Не делай, чтобы они стеснялись произносить твое имя и проклинали тебя навеки.

Подумай! Если побежишь, то покроешь себя и свое поколение позором и проклятьем — все и всё отрекутся от тебя: отрекутся от тебя отец и мать, как от изменника, и будут стыдиться смотреть в глаза соседям. Отречется жена и с горечью будет вспоминать тот несчастный день, когда решится стать твоей женой. Отрекутся дети — милые дети твои — и будут они самыми несчастными из всех несчастных. Они будут стесняться носить твое имя и будут скрывать, кто был их отец. Отрекутся товарищи, земляки, с которыми ты не хочешь поделить горечи, трудности, опасность. Если тебя поймают — то расстреляют как предателя, измен- "ника, предадут справедливому позору, твоей кровью смоют позор коллектива. Расстрелянный, будешь валяться без чести, без совести, как падаль-дохлятина. Подумай, бегство — не спасенье, это низко и тяжело, страшнее смерти.

Тебе никто жизнь дарить не будет, иди, завоевывай сам. Имей честь. Набирайся мужества: хочешь жить — убей тех, кто пришел убить тебя и твоих товарищей, тогда будешь жив. Товарища спасешь— слава и честь тебе. Героем назовут тебя — все гордиться будут тобою.

Быть может, станешь калекой — это лучше, чем быть калекой совести, презренным всеми. Быть может, погибнешь, выполняя свой долг, — вечная память и слава, скажут тебе, с гордостью вспоминать будут. Мужайся! Вперед!» — приказывает чувство долга.

В момент этой внутренней борьбы у солдата, когда чаша весов попеременно колеблется то в одну, то в другую сторону, когда солдат находится под двойным гипнозом этих чувств, большое значение имеет команда. Команда командира, его повелительный, не терпящий возражений тон, уверенная, спокойная интонация — есть приказ Родины сыну, вселяющий в душу уверенность, поддерживающий силу воли, психику, дающий толчок для выполнения долга, вырывающий воина из рук малодушия, позора, вселяющий боевой дух, спасающий гибель его совести от заманчивой, но мерзкой психологии — от чувства страха».

Вот почему выше я говорил: «…управлять боем, управлять психикой…», вот почему неоценимо велико значение команды командира в бою, не только как средства управления, а как средства, завершающего победоносную борьбу чувства долга над чувством страха.

Преодолев чувство страха, воин среди множества опасностей чувствует себя спокойным (разумеется, относительно), верит в силу своего оружия и разумно, хладнокровно, расчетливо действует на поле боя; иногда, разъяренный чувством накипевшей ненависти к врагу, которую он выстрадал, забывая даже о самосохранении, бросается на опасность и преодолевает ее.

Что такое мужество? Основа мужества — гордость. Давайте разберем, каковы источники гордости. Опрятность, чистота тела и души порождают личную гордость и самодисциплину, требовательность к себе и окружающим. Внешняя расхлябанность — признак внутреннего убожества человека. Грязь разлагает человека. Неряшливый в быту — неряшлив и в службе, и в работе. Если работник внешне расхлябан, он такой же и в работе; если человек аккуратен, он таков и в работе. Внешняя опрятность — признак внутренней собранности, самодисциплины, требовательности к себе и к окружающим.

Вот на этом мы и остановимся. Что такое личная гордость? Личная гордость порождает отвагу. Негордый отважным быть не может.

Что такое национальная гордость? Национальная гордость есть личная гордость в нации, есть сумма гордости личностей той или иной нации, национальная гордость — нерушимый закон для всех личностей в нации. Тот, кто не уважает свою нацию и не гордится ею, — безусловный подлец и бродяга. Уважая себя, можешь уважать других; являясь полноценной личностью данной нации и гордясь своей нацией, ты можешь достойно относиться и к другим народам. К примеру: русские должны быть глубоко русскими для того, чтобы быть интернационалистами. Есть два понятия: национальный дух — это благородная черта, национализм — это порок личности в нации. С этим вопросом надо разобраться.

Некоторые с легкостью путают национальный дух или национальный патриотизм с национализмом. Надо уметь различать национальный дух. и национализм. Национальный дух имеет прекрасные свойства, познание своей нации, и нам надо развивать эти благородные черты. Человек, обладающий национальным духом, глубоко и возвышенно понимает свой долг перед отечеством, перед своим народом и братством народов.

Все народы способны на великое и прекрасное. Великое чувство братства народов подверглось в этой войне большому испытанию, и оно выдержало это испытание. В этой войне ни одна из народностей и национальностей Советского Союза не имеет права воевать хуже другой. Предположим, что один народ плохо воюет: какое же основание уважать этот народ? А тот народ, который воюет хорошо — достоин глубокого уважения.

Каждый солдат задает себе следующие вопросы: «Кто мы были такие? Кто мы есть? Какими мы будем?»

Если кому-нибудь из вас скажут: ваш дедушка был хороший человек, вам будет очень приятно, и поэтому, когда нас будут спрашивать — кто мы, мы должны отвечать так, чтобы чувствовалась гордость за наше прошлое, за наших достойных предков.

Кто мы есть? Кем мы будем? На это нам надо отвечать: неплохие люди есть, а будем еще лучше. И большую роль в этом должны сыграть обучение и воспитание. Что такое обучение? Это — путем муштры прививать технику солдатского ремесла. Доводить все приемы до автоматизма, чтобы солдат действовал, как гимнаст, выполняющий упражнения на снарядах. Воспитание прививает человеку благородный нрав. В воспитании первое — сознательность, это главное, а принуждение — подсобное средство. Воспитание тупой покорности означает, по существу, полную моральную подвластность человека. Нужно склонность к послушанию превратить в мощное и гибкое средство пробуждения и развития человеческого достоинства. Тупая покорность — враг благородной покорности гордого человека.

В армии должна быть строгая дисциплина, основанная на чувстве глубокого уважения человеческого достоинства.

Воспитание мужества: осторожность в верном сочетании с решительностью — основное качество героя. Необузданная смелость без рассудка — не храбрость, а самодурство, и геройством ее назвать нельзя.

Наши художники позволяют себе такую глупость: нарисуют немца так, что получается какая-то чудовищная карикатура-страшилище. Вот я солдат, никогда не был в бою, но скоро пойду воевать и смотрю — там зверь-великан, которого и на свете-то нет. И это называется пропагандой; это союз художников помогает воспитывать — ненавидеть, но на самом деле он оказывает медвежью услугу, ибо этим он только пугает молодого солдата. Есть и произведения писателей, в которых немец описывается страшилищем — это ложь. Некоторые говорят, что немцы не люди. Я с этим не согласен и своим солдатам говорю, что это люди, но с развращенной натурой, что в их жилах течет такая же кровь. Нужно убедить бойца, что немца можно проткнуть штыком, убить пулей, что и ему присущ страх. Другая крайность — немца показывают совершенно ничтожным трусом. Будто бы, если один наш боец крикнет «ура», немцы сразу побегут. Я за два года не видал таких немцев. Они сопротивляются, им присущи как страх, так и мужество.

Не следует показывать противника ничтожным, скрывать его боеспособность, его способность к сопротивлению. Всякая карикатурная крайность о противнике не только недостойна, но и уродлива. О противнике нужно говорить правду — только на правдивых примерах можно воспитать и ненависть, и бесстрашие.

Воспитание в данном случае имеет целью выработать в человеке качества воина. Это достигается привитием убеждения, что преданность семье, народу, родине, государству, уважение к старшим, соблюдение законов, порядка, обычаев и традиций неразрывно, органично связаны с личным благополучием, что забота об общественном благе является жизненной необходимостью и духовной потребностью, что только правильное отношение к общественным нуждам (от каждого по способностям) награждается общественным благополучием. Воспитание этих понятий вводится в сознание и вырабатывает самостоятельный характер индивидуума для осознанной деятельности; нравственный облик его должен быть чуждым страху и рабскому поклонению, что и составляет путь безграничной любви и доверия к государству, народу, исходящую от чистого сердца.

т».

Остановлюсь на некоторых психологических понятиях. Как я понимаю, например, что такое «ум», «чувство», «воля» и другие?

Ум — это сила, познающая предметы и явления. Он их тонко различает и определяет, то есть человек, вбирая впечатления чувствами своими, передавая их нервам, быстро обрабатывает их в мозгу, давая ясный ответ, представление или образ происходящего. Работа ума отражает душевное состояние человека. Ее мы часто членим на отдельные понятия.

Мышление — есть высшая ступень познания, отражения объективной действительности, связанная с последовательной отработкой впечатлений.

Уверенность — это ясное представление о предметах и явлениях, отчетливое понимание совершающегося и ясное представление о его последствиях. Уверенность порождает жажду успеха, поднимает энергию, отдает вполне определенные распоряжения или вызывает личное действие — стремление к немедленной деятельности.

Сомнение — есть колебание ума в результате неясного и неотчетливого представления, понимания и обработки впечатления. Сомнение есть разновидность боязни. Колебание на войне — весьма опасное, часто пагубное душевное состояние, не дающее возможности на что-нибудь решиться, что-то предпринять, доводящее часто до состояния растерянности, когда начинают путать и сбивать с толку и других.

Из практики мы знаем, что сомневающийся командир, как правило, избегает личных распоряжений, передавая свои обязанности заместителям или отдавая неясные, неконкретные приказания общими словами, страхуя себя от последствий отговоркой, что его «подчиненные просто не поняли». В народе это называется «с больной головы сваливать на здоровую». Я сам лично трижды чуть не пал жертвой несостоятельности ума моего начальника, что помогло мне разобраться в понятии «сомнение».

Память — это способность ума воспринимать, сохранять и воспроизводить по своему желанию пережитые впечатления. В военном деле память служит основанием опыта. Она сортирует, обобщает явления для дальнейших полезных действий, учась на уроках удач и неудач. Конечно, личный опыт — великое дело, он оставляет глубокий след в мозгу, но все же он узок, поэтому д'oлжно особо уделять внимание памяти и опыту других, изучению и обобщению его, это является долгом любого мыслящего офицера, средством к его личному росту. Нам справедливо предлагается учиться на опыте, изучать и обобщать опыт других.

Скука — отсутствие умственных интересов, отсюда малые способности и слабая деятельность. Скуку порождает назначение на должность не по призванию, на работу, чуждую природным данным. Народ говорит: «Насильно мил не будешь», «Не в свою колею попал», он чувствует себя «не в своей тарелке». Всегда следует избегать возможных противоречий природных данных, дарования человека со служебными требованиями. Отсюда закономерно требование изучать кадры с целью определения, кто к чему способен, кого и где целесообразно и выгодно использовать, а не вообще назначать. Недоучет всего этого приносит огромный материальный ущерб и ненужные жертвы, которых можно было бы легко избежать при правильном распределении и умелой расстановке кадров (включая и рядовой состав).

Рассеянность — в основном есть разновидность скуки, отвлеченности, несправедливости мышления, безразличного восприятия явлений, отсюда, как следствие, пассивность, слабая деятельность и тому подобное.

Мечтательность — размышления о несбыточном, но все же страстное желание. На войне мечтательность часто является двигателем, наталкивающим на творческий путь в решении реальных задач.

Притворство — ложное, искусственное создание впечатлений, на войне — самое великое несчастье, пагубный обман.

Лицемерие — искусственное сочувствие, понимание, признание, единомыслие — стремление выдать ложное за истину, скрывая последнюю. Все это является часто результатом того, что «попал не в свою колею». Верным средством преодоления лицемерия, еще лучше — недопущения его, является ликвидация причин, породивших таковое, при формировании части или назначения на должность товарищей-офицеров. При невозможности — отучить методом принуждения.

Чувство — определенное состояние тела и души, то есть наша способность воспринимать внешний мир и реагировать на него. Чувства бывают: физические, или как иногда их называют — низшие, то есть те, которые определяются физическим состоянием организма (чувство боли, жажды, голода, холода и пр.). Духовные, или, как иногда принято называть, высшие — то есть возбуждаемые отвлеченными представлениями — чувство любви, ненависти, злобы, гнева и такие понятия, как истина, чувство справедливости, правды, лжи, и тому подобных.

Впечатление — приятное или неприятное ощущение, вызывающее возбуждение или угнетение психики человека, которое порождает или вызывает подъем или упадок сил и энергии, влияя непосредственно на деятельность, как физически, так и в духовном смысле этого слова. Нам важнее всего знать, изучать и понимать высшие проявления чувств как моральных факторов и нравственных основ в воинском воспитании боевых качеств.

Долг — это высшее интеллектуальное понятие, вобравшее в себя ум, чувство, волю, совесть, честь, справедливость, правду, любовь, противопоставляя им противоположные явления в человеческой деятельности.

Ранее я более подробно говорил о долге, здесь же считаю необходимым попутно остановиться на следующих определениях: сознание долга называется совестью. Совесть — нравственное понятие, определяющее, что такое добро и зло, правда и ложь, справедливость и прочее. Это чувство душевного равновесия, регулирующее деятельность человека в зависимости от его представления об истине, правде и справедливости, определяющее, насколько выполнен или невыполнен долг (отсюда рождается то бодрость, то угнетение), указывающее, от чего следует воздержаться, что надобно делать.

Короче говоря, совесть — контролер долга, регулятор человеческой деятельности.

Гордость — есть сознание личного достоинства. Желание ценою даже жизни сохранить достоинство, высокий моральный дух называется честью.

Стыд — сознание непозволительности совершенного поступка.

Запятнанное самолюбие, униженное достоинство морального духа — позор.

Уверенность на войне, в бою — чувство превосходства над противником, чувство собственного достоинства. Уверенность достигается знанием дела и подъемом воинского духа.

Воодушевление — подъем душевных сил, стремительный поток энергии, бодрости. Средствами воодушевления войск являются: воздействие обаянием, чуткостью, уважением человеческого достоинства, личный пример начальника, советы, доходчивые разъяснения, простая задушевная речь, остроумие, уместная шутка, игра, музыка, пение боевых и других песен, танцы, пляски и иная самодеятельность в подразделениях. Последней необходимо уделять особое внимание, так как солдат больше воодушевляется, чувствует себя свободнее в этой немудреной затее своих сослуживцев, чем на представлении профессиональных артистов, где он ощущает себя все-таки больше зрителем и смотрит на них именно только как на профессионалов.

Взаимная выручка или чувство коллективизма — важный и обязательный элемент воинского долга, благородная черта стадного — общественного чувства товарищества. Способность сочувствовать товарищу в беде есть результат воспитания в человеке чувства помогать в достижении общей цели, стремления всеми силами и способностями своими не допустить разрушения боевого коллектива, сознавая, что гибель товарища означает прямую угрозу ослаблению его, уменьшает шансы на достижение общей цели и личное самосохранение.

Это чувство является моральным основанием командования и подчинения, боевой спайки, боевого содружества, оно основано на принципе «один за всех и все за одного».

Таким образом, офицеры обязательно должны уделять особое внимание воспитанию, привитию и укреплению у солдата этого чувства единства, ведущего к общей цели. Укрепляют и развивают его народные воинские традиции, а также единая форма одежды, единообразие обучения приемам боя, внушение единства целей, сознание, что слабость подразделения — его слабость. Позор подразделения — его позор. Слава подразделения — его слава. Честь подразделения — его честь. Неудачи подразделения — его неудачи. Успех — его успех. Боевой коллектив, в котором он находится, — его семья боевая, с судьбой которой неразрывна связана его личная судьба и участь.

Здесь я не привожу ни одного абзаца из прежних моих записей о страхе, но все же в дополнение к ним считаю необходимым сказать несколько слов в порядке классификации этого присущего всему живому чувства.

Боязнь — чувство, порождаемое ожиданием боли, страдания и прочих неприятностей.

Страх — чувство, вернее, состояние ожидания возможно смертельного исхода и прочих сильных неприятностей и физических страданий.

Ужас — последующий рост страха, парализующий сознание и чувства своей неожиданной внезапностью, доводящий человека до состояния остолбенения, оцепенения, превращающий его в бесчувственное существо — живой труп, мускулы и нервы которого перестали служить, иначе говоря, полная дезорганизация человеческого «Я».

Паника — распространение страха на толпу.

Боязнь, страх, ужас, паника вызываются теневой стороной инстинкта самосохранения, жаждой спокойной жизни и безопасности.

Эти чувства понижают работу ума и воли, разрушая нормальную деятельность органов чувств, вызывая судорожное сокращение мускулов, частое сердцебиение; они делают возможным потерю управления умом, чувствами, лишают воли, уравновешенности, человек попадает во власть низких чувств, животного инстинкта самосохранения.

Эти чувства, присущие всему живому, легко подавляются и уничтожаются противоположными душевными силами — интеллектом, высшим сознанием человека — мужеством, самообладанием, сознанием собственного достоинства, долгом, совестью, честью, строгой воинской дисциплиной, личным примером командира, властной его волей, его авторитетом, повелительной интонацией в голосе при отдаче команды и распоряжения, способной рассеять страх и породить уверенность у подчиненных, памятуя, что солдат всегда думает: там, где командир, меньше опасность; раз не боится командир, значит, не предвидится ничего страшного, но раз трусит командир, нет в нем уверенности, значит ожидается нечто грозное, страшнейшее.

Эти чувства вызываются преимущественно неожиданностью, внезапными действиями противника врасплох и сознанием возможности быть убитым, которое разрушительно действует на психику. Вот почему воинский устав придает большое значение и отводит первое место вопросам боевого обеспечения, непрерывной разведке и охранению, как имеющим огромное значение и в моральном отношении.

Властное и определенно ясное приказание и команда при первых же признаках страха действуют отрезвляюще, восстанавливают равновесие духа и возвращают мужество даже застигнутым врасплох и давшим «драпака».

Только умение правильно воспитывать, воздействовать на психику подчиненных и разумный приказ являются верными средствами предупреждения и недопущения, предотвращения страха, угрожающего чести оружия и знамени, жизни бойцов, спасения их от бесчестия и позора.

Отчаяние — чувство, сознание совершенной безнадежности и безвыходности положения и ожидание неминуемой гибели.

Так как для военного (такова его профессия) утрата жизни является нормальным следствием его ремесла, и воинский устав требует воспитывать способность к самопожертвованию, когда это продиктовано обстановкой боя, возможность личной гибели не может служить оправданием для военного (как это бывает со штатскими людьми). И хотя, казалось бы, сознание, что личная гибель не столь печальна, сколь велика эта жертва для большего блага — победы над врагом, исключает для военного понятие отчаяния, все же оно до известной степени является общим чувством для всех (так как солдат живой человек и ему также присущи все человеческие слабости) с той лишь разницей, что возможность личной гибели для военного не является неожиданностью, он ежедневно, с минуты на минуту ждет ее, находясь на поле боя. Любая неожиданность не должна вызывать в нем оцепенения, а, наоборот, побуждать на еще более энергичные действия и работу ума, воли и чувств. Жажда жизни, страстное желание выжить, победив смерть, — есть главная движущая сила в бою, делающая человека способным презреть смерть, заставляющая идти навстречу ей, с глазу на глаз с неудержимым гневом умерщвлять смерть именем жизни. Жизнь — знамя солдата.

Вот почему я утверждаю, что солдат идет в бой не умирать, а жить, что надежда на жизнь согревает сердце солдата. Он и умирает для того, чтобы жить…

Дерзновение — благородный порыв, когда воин решается на все, на самое невозможное, готов с честью принять гибель. Воля вырывается из тисков безнадежности и берет верх, инициативу над всеми душевными и физическими чувствами и ведет по пути, который неведом противнику, уверенному в невозможности такого поступка и в обреченности своей жертвы. Дерзновение является для противника совершенной неожиданностью, действует на него ошеломляюще, прежде всего морально, и он, изумленный и пораженный решительностью, лишается способности немедленно что-то предпринять. И молниеносный эффект находит свой результат, сменяя отчаяние торжеством, хотя это и может быть связано со смертью, но такое редко случается с дерзавшим.

аудан асады (от пессимиста надежда убегает, оптимист горы перешагнет), как наставляют казахи.

Патриотизм — любовь к отечеству (государству) — осознание прямой зависимости личного благополучия от общественно-государственной безопасности, признание своей зависимости от государства, того, что укрепление государства есть укрепление личности. Короче, патриотизм объединяет понятие государства во всех его отношениях с личностью, с ее прошлым, настоящим и будущим. Только любовь к отечеству может служить моральным оправданием убийства на войне, нравственным основанием военного дела.

Всегда следует избегать толкования патриотизма отвлеченными словами, общими местами без связи с интересами личности — подданного государства.

Необходимо отметить один из важных элементов патриотизма, неизбежно сопутствующий ему. Это национальный дух или национальный патриотизм — любовь к своему народу, с которым личность связана кровным единством и общностью происхождения, территорией, языком, бытом, нравами, психологическими и этнографическими особенностями, сложившимися историческими традициями, имеющими вполне определенные и самостоятельные, отличные от других качества и особенности. Со всем этим нужно обязательно считаться и знать, для того, чтобы направить это чувство в общее русло понятия патриотизма, любви к отечеству, к нации, используя его как могучее средство воодушевления войск.

Современный бой политически есть бой объединенных наций, в котором принимают участие с оружием в руках все народы нашего Советского государства. Только совместными их усилиями достигается успех.

Каждый командир должен проникнуться мыслью о безусловной необходимости повседневной, практической и правильной работы над развитием чувства патриотизма.

Совершенно недопустимо и очень вредно такое ошибочное и невежественное отношение, когда некоторые представители из среднего слоя великой русской нации думают и относятся к другим нацменьшинствам, как к людям «второго сорта». К сожалению, этим самым они оскорбляют в первую очередь, и прежде всего, великое достоинство своей нации, меняя главенствующее величие высокой идеи на знамени нации на нечистоплотную мелкость шовинизма. Это зло в отношении русских товарищей Калинин назвал «русотяпством».

В практической работе следует всегда помнить, что ни в коем случае не следует путать понятие национализм и национальный дух, имея в виду, что первый в своей основе несет антагонизм, а второй предполагает любовь и уважение к другим народам через любовь к своему народу.

В некоторых республиках не сохраняются основы национальной культуры и языка, что не делает чести их руководителям и коммунистам в первую очередь, ибо марксизм не допускает мысли об уничтожении этой основы, а, наоборот, предполагает развитие во всех отношениях национальной по форме, социалистической по содержанию культуры в интересах общечеловеческих, поэтому те, кто допускает раздробление этой основы, заслуживают всяческого осуждения и справедливого упрека.

Зависть — сознание превосходства другого и собственного бессилия и никчемности. Успешная деятельность, физические достоинства, а также материальные блага у других вызывают зависть, так как каждому присущи стремление к деятельности, самомнение и уверенность, что он не хуже остальных.

Успешная деятельность является результатом превосходства и находит свое выражение в форме славы, известности, популярности, общественного влияния и тому подобного. Все это у завистника вызывает раздражение и душевные страдания, моральный гнет, от которого он старается избавиться путем унижения соперника клеветой, распространением разных небылиц, замалчиванием его полезной деятельности и справедливых заслуг. Завистник по своему облику всегда ниже того, кому завидует, или, на языке военных, доносчик и не стоит мизинца того, на кого доносит. Надо проверить скорее личность доносчика, чем человека, на которого он донес. К сожалению, у нас поступают иногда наоборот.

Завистник — противная и вредная фигура, особенно в армии, так как он способен на неблагородные поступки и даже преступление. Даже пассивная деятельность завистника, выражающаяся в замалчивании заслуг и всяких препятствиях к общественному признанию полезной деятельности других, очень вредна. Она понижает продуктивность работы талантливых и способных людей, тем самым наносит огромный вред делу и общим интересам.

Честолюбие в первоначальном понятии — любовь к чести и основной двигатель воли. В отрицательном понятии — безнравственное стремление к славе. Стремление достичь похвалы, известности ценою безнравственных выдумок, ложной деятельностью, преувеличением действительно происходившего, выпячиванием своих заслуг. Единственным средством против честолюбия является суровая справедливость, уменье тонко различать, находить и видеть отвагу. Каждому человеку присуще желание получить одобрение от сослуживцев и начальников за его полезную деятельность. Удовлетворять это чувство требует справедливость. Оно вдохновляет, придает энергию, повышает продуктивность работы. Ведь каждый жаждет внимания к себе, солдат хочет быть вознагражденным за свои старания не столь ценностями, сколь вниманием командира — представителя народа, государства, которому он так верно служит.

Скромнее солдата существа нет. Будьте чутки, внимательны и справедливы к нему. Параграф 14 полевого устава требует от бойца огромного напряжения всех сил, поэтому командир обязан проявлять в любых условиях заботу о нем. В уставе записано: «Знание своих подчиненных, постоянное личное общение с ними, внимание к их боевой жизни, подвигам и нуждам обеспечит командиру боевую спайку части (соединения) и успех в бою».

Много говорят о толпе. Что такое толпа? Толпа не армия, и армия не толпа. Итак, толпа — скопище людей. Сбор по различным причинам вследствие разных побуждений.

Сбор людей с определенной целью и задачей, с соблюдением дисциплины, установленных порядков и правил принято называть организованными группами, обществом, по той простой причине, что вся деятельность участников планомерно подчиняется целям и задачам данного сбора, собрания.

Отсутствие единства, целеустремленности, организованности, стихийный сбор в силу низких психологических побуждений, отсутствие ясной, единой цели участников — есть понятие «толпа», справедливо вошедшее в наше сознание, как символ неорганизованности.

Потеря управления, то есть организации, дисциплины, следовательно единства и планомерности совместных действий превращает любую организованную группу людей в толпу, и большая группа людей становится легкой добычей малой по количеству организованной группы, и при первом же ударе рассыпается, лишенная способности к сопротивлению.

Практика убеждает, что иногда терпят поражение не потому, что мало сил или техники, а лишь потому, что нет организованности, управления объединяющих в единое русло усилия многих в достижении единой цели, или управление в силу каких-то причин потеряно.

Человек в этом хаосе совершает ряд бессмысленных, непоследовательных действий, теряется в толпе, как личность. Сознание, что найти ответственного за деяние толпы невозможно, порождает дурные побуждения, толкает на нарушение долга, на преступление, создает полную безответственность, в то время как в организованном обществе человек боялся бы это совершить.

Ввиду неспособности рассуждать, толпа легковерна и весьма легко поддается внушению, поэтому властное, волевое распоряжение рассудительного человека, отданное с уверенной интонацией в голосе, в форме безотлагательного требования приводит толпу к моментальному повиновению воле вожака. В вожаке сосредоточиваются ум толпы, воля толпы, чувство толпы, что дает безропотное повиновение.

На поле боя вожак — человек действия, а не рассуждения. Он действием подчиняет волю.

Воля, как основная движущая сила, составляет основу деятельности, находит себя и развивается, объединяя частные воли в общую силу, создавая органическую независимость воли подчиненных воле начальников, то есть повинующихся и повелевающего. Общая твердая воля, выразителем которой является командир, дает всем возможность равномерного, уверенного действия, повышения твердости, стойкости и энергии в соответствии с обстановкой.

Слабая воля командира лишает подчиненных устойчивости, разрушает равномерность действия, раздробляет духовные силы и материальные средства борьбы, создает беспорядок. Слабая воля командира чаще всего проявляется в частой отмене приказов или неопределенности, неконкретности, туманности в распоряжениях и личных действиях.

Общая твердая воля — спутник победы. Слабая воля — предвестник поражения. Недаром говорится: «лучше иметь стадо баранов под командованием льва, чем стадо львов под командованием барана».

Армия — государственная вооруженная сила, организованная, дисциплинированная для защиты государства от внешних и внутренних врагов, где духовные и физические силы человека подчинены строгой дисциплине.

Работа ума, чувства, воли в армии находят развитие и проявление в специальном (военном) направлении познания военного дела и выполнения специальных военных обязанностей. Обобщение, направленность и целеустремленность людей в армии как организованной силы зиждется на подчинении и командовании, имея в своей основе сознание воинского долга.

Армия объединяет все частные воли в общую волевую силу, органически создавая зависимость подчиненных от начальников. В армии существует общая воля, выразителем которой является командир.

Следовательно, армия — самая сознательная и разумная группа людей, которая проникнута высокими, благородными чувствами, твердой волей, прекрасной организованностью. Здесь несколько слов скажу о том, как я понимаю волю и сопутствующие ей чувства.

Воля — способность к самостоятельному здравому и разумному решению и проведению его в жизнь, то есть согласованные действия ума и чувств, подчинение последних первому.

Твердая воля заглушает страх, тяжелые впечатления боя, преодолевает утомление, голод, холод и прочие невзгоды и физические страдания, подчиняет себе солдат, посылает себя и других на опасность для достижения цели. Короче говоря, воля есть двигатель, средство преодоления препятствий на пути к цели.

Храбрость — умение вести себя на поле боя в строгом соответствии с занимаемой должностью, воинским званием, обстановкой в интересах выполнения задачи.

Обычно принято понимать под храбростью необычайно сильное повышение деятельности нервной системы, подъем физических и духовных сил, чтобы достичь цели хотя бы ценою личной гибели, что мне кажется не совсем, не всегда и не везде верно. Такие действия чаще всего относятся к понятию решительность. Совокупность ума, воли, энергии, самообладания, настойчивости, инициативы, решительности характеризуют понятие мужество.

Трусость — отсутствие воли и самообладания, вследствие чего — забвение воинского долга, чувства собственного достоинства, проявление темных сторон инстинкта самосохранения.

Нерешительность — колебание силы воли, доводящее до растерянности и бездействия. Устав требует и наставляет, что лучше принять какое-либо решение, чем не предпринимать ничего. Упрека заслуживает не тот, кто в стремлении уничтожить врага не достиг цели, а тот, кто, боясь ответственности, остался в бездействии и не использовал в нужный момент всех сил и средств для достижения победы.

В воспитании качеств настоящего воина большое значение имеют традиция и дисциплина.

Традиция — документальные, словесные предания (легенды) о воинской доблести в прошлом, в характере данной части в настоящем.

Новобранцы очень восприимчивы и впечатлительны, на них очень сильно действуют примеры старых служак, разговоры, рассказы, образы и внушение. Всякому человеку присуще желание подражать героям. Воспитание на принципах подражания примерам героев прошлого и настоящего формирует у новобранца традиционные представления и понятия о воинской доблести и стремление быть не хуже и службу нести, не хуже чем его предшественники, о которых вспоминают с благодарностью, рассказывают легенды, поют песни и возвышают как образ.

Сохранять, укреплять и умножать традиции — святейший долг и обязанность командира перед памятью предшественников, украсивших знамя славой ценою крови и жизни.

Воинская доблесть — самоотверженная решимость одержать победу, не считаясь ни с чем. Воинская доблесть слагается из дисциплины и мужества, уменья, здоровья, силы, бодрости. Военачальник должен стремиться сберечь живую силу и материальные средства, то есть сохранить моральную, материальную и физическую боеспособность при решении боевых задач с наименьшими потерями.

Дисциплина — объединение всех сил подчиненных на почве долга. Сознание чувства воина создается воспитанием у солдата желания отличиться безупречным выполнением служебных обязанностей, весельем, бодростью, подъемом энергии, опрятностью, подтянутостью, как признаками внутренней собственности, внешним блеском, как признаком любви к чести, дисциплинированностью как признаком верности долгу, вежливостью, как признаком благородства, вспыльчивостью, как признаком решительности, задором, как признаком смелости, упрямством, как признаком воли и стойкости, самовлюбленностью, как признаком любви и чести.

Ум дан многим, а сердце не всем. Надо самому осознать и разъяснять другим, что война помешала многим выйти на широкую дорогу счастливой, созидательной творческой жизни, зачеркнув мечты молодости, так доходчиво, чтоб в сердцах каждого горело желание в любую минуту быть готовым к подвигам и самопожертвованию, без раздумья и сожаления, если этого потребует обстановка.

Командир кровно связан с солдатами, которых он ведет в бой, и всем (и победой) он обязан им, поэтому на них он должен смотреть прежде всего как на боевых друзей, быть вожаком, бойцом большой души, сильной воли.

Главное в боевой дружбе — взаимопонимание, уважение человеческого достоинства, стремление справедливо возвысить подвиги товарища, тем самым самому подняться до больших героических дел.

У командира много обязанностей. Главная из них — воспитание и установление дружбы бойцов и укрепление товарищеских уз, спайка подразделения. Сила части в боевой дружбе, товарищеской спайке.


* * * | Психология войны | * * *