home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 2. Возвращение


Небольшая каюта была белой, как стены в Белом замке. Карина присела на краешек кровати, оперлась локтями о колени и устало опустила голову. Она пыталась собрать в кучку растерянные мысли. Неужели так и планировал Рональд? Он говорил, что хочет вернуться на Коралию официально… Да уж, официальнее не придумаешь! Политзаключенный! Пожалуй, в одном Брайтон прав — у него своя игра и свои планы. И она их не понимает. Что ж… А может быть, – Карину осенило, – предстать перед Советом и есть его цель? Вернуть Союзному Совету его власть, вернуть планетам Союза былую независимость? Эта мысль приносила успокоение. Наверняка у него, ее лучшего на свете Хранителя, есть туз в рукаве. Карина улыбнулась.

Но вдруг он что-то не просчитал? Слишком жива еще была память о ее зловещей тревоге за него, о панических мыслях, что с ним может произойти что-то непредсказуемое и страшное, чего он не ожидает. Уберечь его от этого – ее задача. Хорошо, что они хотя бы на одном корабле. «Надо пойти к Брайтону и спокойно поговорить, спросить, что он знает о Хранителях Вселенной», – подумала Карина. Она уже собралась встать и отправиться к Брайтону, когда поняла, что в ближайшее время все Древние будут заняты перемещением по мирам огромного флота. Вот ведь! Придется сидеть и ждать возвращения на Коралию.

Внезапно дверь открылась, и вошел Артур. «Вот уж нисколько не сомневалась, что он без спроса и раздумий может прийти ко мне», — подумала Карина. Она почти заключенная. Или больная в дурдоме — нужен глаза да глаз.

— У меня есть немного времени, прежде чем мы отправимся обратно, — сказал он радостно, словно и не было напряженной сцены в кают-компании. И направился к ней, собираясь заключить в объятья.

— Стой! — Карина подняла руку останавливающим жестом, словно в ее поднятии руки была та же власть, что и у Рональда. Артур остановился, с сомнением глядя на нее.

— Я действительно с ним, Артур, — сказала Карина. «О Господи! Бедный Артур! Как больно ему сейчас будет!» Но он имел право на честность.

— Я люблю его, — прошептала Карина.

— Что? — спросил Артур, словно не расслышал.

— Я не просто прилетела сюда с ним. Я люблю его! — громче повторила Карина.

— Ты... любишь его? — переспросил Артур. Казалось, он не понимал того, что она говорила, и теперь до него очень медленно начал доходить смысл сказанного.

— Да… Артур, — Карина с мольбой посмотрела на него. — Я понимаю, что тебе больно… Но я не хотела.. Если бы я могла, я бы сказала тебе сразу. Но у меня не было возможности. Прости меня, если можешь...

— Простить тебя?! — Артур передернул плечами и отвернулся. — Простить тебя за что?! Карина, ты под гипнозом, ты не понимаешь, что говоришь…

— Нет, я понимаю. Я действительно люблю его, Артур.

— Хватит повторять это! — взорвался Артур, кинулся к ней и остановился в шаге, впиваясь взглядом ей в лицо. — А он – тебя, можно узнать?!

— И он меня, — Карина опустила взгляд. Смотреть в льдистые, чистые и честные глаза Артура было невыносимо.

— Господи! Карина! Как ты не понимаешь! Он играет, он развлекается с тобой, а ты попалась! Попала под влияние, подверглась жесткому гипнозу! — Артур взмахнул руками.

— Тебе надо поверить. Не было никакого гипноза. Он тоже любит меня.

Артур снова в отчаянии махнул рукой и отвернулся. Спустя пару секунд напряженной тишины, когда он кусал губы, обдумывая сказанное, он снова обернулся к ней.

— Карина, ты… Такая красивая, такая нежная... такая самоотверженная! Неудивительно, что ты могла ему понравиться! — в голубых глазах засветилась мольба, Артур пытался докричаться, достучаться до нее. — Как ты не понимаешь!

Он схватил ее за плечи и затряс, словно пытался вытряхнуть из нее все ее бредовые, на его взгляд, идеи:

— Как ты не понимаешь! Это гипноз, наваждение… Ты не можешь любить его! Он играл тобой, манипулировал! Вызвал в тебе нужные ему чувства! Я не знаю, как точно… Но ты не можешь любить его! Пойми это!

— Отпусти, — сказала Карина, чувствуя, что сейчас у нее треснут ключицы.

— Извини, пожалуйста, — Артур убрал руки, удивленно взглянул на них и отвернулся. — Извини. Я просто переживаю за тебя…

— Я знаю. Спасибо. — В сущности, Артур был ни в чем не виноват, он любит ее, заботится. Он просто не понимает, как на самом деле все обстоит.

— Понимаешь, — сказала Карина, — все совсем не так, как мы привыкли думать. Вот, например, что говорит тебе термин Хранитель Вселенной? — улыбнулась она.

— Карина… — Артур печально посмотрел на нее. — У тебя в голове масса странных представлений. Он заморочил вам голову, и вы не можете отличить правду от красивой лжи. Он чудовище, ты понимаешь?

Карина ощутила, как к горлу приливает тонкая, едкая злость.

— Это еще вопрос, кто чудовище! — заметила она ехидно. — Человек, который веками хранит наш мир и все миры! Или другой человек, готовый атаковать ни в чем не повинную планету, чтобы насолить родственнику, которого недолюбливает!

— Отец хотел вытащить вас отсюда... — с укором произнес Артур. Теперь он смотрел на нее с жалостью. Стоял, сложив руки на груди, и смотрел на нее с разъедающей душу жалостью.

— Я понимаю… — Карине стало немного стыдно. В конечном счете, этого Брайтон тоже хотел. — Артур, послушай… Я понимаю, что тебе больно, что мое поведение выглядит как предательство… Но если можешь — или сможешь когда-нибудь! — прости меня! Я не хотела… И я не могла сказать тебе сразу! Прости, если можешь.

— Я понимаю, — Артур отошел к двери и снова взглянул на нее – с чувством глубокого сожаления. Затем в открытом лице появилась новая, непривычная Карине, зловещая решимость. — Я прощаю тебя, Карина. Да я и не сержусь на тебя. Ты не виновата в том, что произошло. Ты загипнотизирована и обманута. А вот он... Ему я больше не позволю морочить голову тебе и другим. Ты придешь в себя. А его я убью. Мой отец не всегда будет стоять между ним и мной. И я убью его, даже если это будет стоить мне жизни.

— Думаю, ты все сказал, — холодно ответила Карина. Больше она не хотела с ним разговаривать. Человек, готовый убить другого, не разобравшись в ситуации, движимый простой ревностью, не достоин разговора. — Тебе пора.

Артур бросил на нее еще один полный сожаления взгляд и вышел.


***

Путь на Коралию занял целых три дня. Все Древние, а как Карина узнала у Мередита, в операции участвовали все мужчины Древние, включая Ар'Дэйна, непрерывно перемещали между мирами сразу по несколько кораблей, сцепленных между собой. Отдыхали редко, но все же Артур пару раз заходил к ней. И встречал спокойное холодное молчание. Карина так и не захотела разговаривать с ним, ей казалось, что все точки над «и» между ними расставлены. Артур безуспешно пытался завести разговор, предлагал ей присоединиться к ужину с ним и К'Роном, Карина отрицательно мотала головой и продолжала молчать. На третий раз Артур не выдержал:

— Может быть, ты начнешь со мной разговаривать? — поинтересовался он. — И выйдешь из этой комнаты, никто ведь не ограничивал твое перемещение по кораблю.

Карина тоже не выдержала. В глубине душе она понимала, что ее поведение было форменным издевательством. В конечном счете, желание убить соперника, которого считаешь исчадием зла, вполне естественно для молодого, горячего мужчины.

— Начну, — сказала она, — когда ты будешь обсуждать со мной роль Хранителей Вселенной и другие вопросы, по которым ваш отец умолчал информацию. Когда твой взгляд не будет так зашорен, и ты согласишься разобраться в ситуации.

— Карина… — грустно вздохнул Артур и развел руками, — ты сама не понимаешь, что говоришь… Что умолчал отец? Ты вся поглощена какими-то странными представлениями… идеями, внушенными тебе сильнейшим гипнотизером в мире… Что здесь обсуждать?

— Ну, значит, и нечего, — холодно сказала Карина. Пока он думает, что она под гипнозом, разговаривать бесполезно. — А покидать эту каюту я вижу смысл, только чтобы отправиться к Рональду. Но к нему вы меня все равно не отведете. Или поговорить с твоим отцом, но он все время занят. Так что, если ты не возражаешь, я предпочла бы остаться здесь.

— Я не могу возражать или нет, — снова вздохнул Артур. — Не силком же тащить тебя в трапезную…

— Я бы не удивилась, — ехидно заметила Карина. — Здесь неплохой буфет, и меня все устраивает. Доброго вечера, Артур.

Артур в очередной раз с сожалением и грустью посмотрел на нее, на мгновение протянул к ней раскрытую ладонь, потом махнул рукой и вышел.

Иногда к ней заходил и Мередит. Вот ему Карина была рада. Третий сын Брайтона всегда нравился ей, а сейчас казался совсем родным на фоне Артура, убежденного, что она — жертва гипноза. Мередит ничего подобного не говорил, заверил ее, что ему просто интересно поболтать — давно ведь не виделись, и никакой Артур его не подсылал. И вообще, по словам Мередита, с тех пор как земляне пропали, Артур становился все более нервным, напряженным, и не всегда приятным в общении. Поэтому Мередит и сам не рвался близко общаться со старшим братом. Карину при этих словах начала мучить совесть. Ведь несложно представить себе, как сходил с ума от отчаяния Артур, когда землян похитили, как обрадовался, когда пришло сообщение, и какое разочарование и боль испытал он, когда оказалось, что его девушка, любимая, давно разыскиваемая... нашедшаяся — уже не с ним. Карина вздыхала и думала, чем помочь Артуру… Но пока получалось, что ничем. А стоит ему прийти к ней — он опять что-нибудь ляпнет, и она снова разозлится.

Мередит рассказал, как они с Артуром и несколькими военачальниками готовили операцию, как Брайтон наставлял их, как в последний момент запретил Ар'Дэйну присутствовать на переговорах с Рональдом, посчитав это слишком опасным для младшего сына... Рассказал Мередит и о том, что виделся с другими землянами на другом корабле, что у них все хорошо, хоть они и злы не меньше Карины, а по мнению Брайтона, тоже загипнотизированы. Упомянул, что отвести к землянами Карину не может, потому что это займет много времени... Карина рассказала о жизни на Тайвани, удивила приятеля тем, что руководила целой Службой, разлилась соловьем о новом увлечении живописью.

А потом, сидя рядышком на кровати, они смотрели по Карининому тайванскому инфоблоку голограммы ее картин, обсуждали их, фантазировали, что она может писать с натуры на Коралии.

Но у Мередита было мало времени, он быстро уходил, и Карина оставалась одна. Тут на нее накатывали сложные мысли, а порой — страх и отчаяние. Было непонятно, что делать. И утешали только слова Рональда, что все произойдет наилучшим образом и стоит отнестись к этому как к приключению. Это убеждало в том, что у него все продумано, и без какой-либо задумки он точно не стал бы так подставляться. Чтобы поменьше размышлять, Карина принялась усиленно изучать голографические справочники по коралийскому искусству, потом — по земному. В перерывах обдумывала сюжеты и композиции новых картин, делала наброски в блокнотике, который всегда теперь носила с собой. Иногда рисовала искусственной кистью в визуализационном пространстве, создаваемом инфоблоком.

На третий день, когда душа начала просить разнообразия впечатлений, она принялась изучать древние индуистские космогонические легенды из подборки «о Земле», подаренной ей Рональдом на день рождения. Давно хотела, но руки не доходили. С тех пор как Карина увидела Кольцо Событий и яйцеобразные вселенные, катящиеся по нему, ее не оставляли смутные ассоциации с когда-то еще в школе прочитанными легендами древней Индии. Тогда дело далеко не зашло, она быстро бросила чтение легенд, ощутив прилив раскаяния — читать какое-то псевдорелигиозное «мракобесие» православной христианке не пристало. Теперь же, пожив на Коралии и Тайвани и придя к выводу, что любая религия — лишь форма, а важна только суть — вера в Единого Творца — Карина куда либеральнее относилась к подобным вещам.

Тексты оказались потрясающими, они поражали глубиной космогонической информации. В нескольких местах Карина была изумлена тем, насколько описанное в древних источниках соответствовало увиденному ею. Как ей смутно помнилось еще с прошлого прочтения, Вселенная в индуизме действительно представлялась яйцеобразной. К тому же часто упоминалось о повторяемости событий, о циклах перерождений, что тоже соответствовало концепции Кольца. И, наконец, один кусок священного текста, посвященный времени как ипостаси и орудию Бога, прошиб ее до глубины души:

«В страхе перед временем дует ветер, в страхе перед ним встает солнце, и идут дожди, в страхе перед ним сонмы небесных тел излучают свет. В страхе перед Всевышним в облике времени деревья, травы и другие растения в срок расцветают и плодоносят. Из страха перед временем текут реки, и океан не выходит из берегов. Из страха перед ним горит огонь, и Земля с ее горными кряжами не сходит со своего круга в пространстве и не погружается в пучины вселенского океана. Из страха перед временем пространство вмещает в себя многочисленные миры, населенные милиадами живых существ. Сама вселенная, покрытая семью оболочками, растет и расширяется, повинуясь воле Всевышнего. В страхе перед ним боги — силы природы — создают; сохраняют и разрушают вселенную; все живое и неживое находится в их власти. Время не имеет начала и конца».

«Кольцо! Без начала и конца!» — подумала Карина и продолжила читать: «Оно — лик Всевышнего в переменчивом мире, в котором душа заключена, словно в темнице. В облике времени Он творит и уничтожает мир. Все во власти времени, но время в Его власти. Время заставляет одно живое существо появляться из чрева другого. Время несет всему смерть и само умирает по воле Всевышнего»[1].

[1] Вся цитата — Шримад Бхагаватам. Книга 3. Книга Мудрецов. Глава 29. Начала Бхакти. Тексты 40—45.

Лишь Бог управляет временем, думала Карина, поэтому никто из Древних никак не может повлиять на Кольцо. И лишь ценой невероятного отрешения можно его даже просто узреть… Но Бог есть любовь, а значит Любовь сильнее и выше Кольца… Карина чувствовала, что в этом было что-то очень важное для всех и для нее лично. Она пыталась нащупать, но не могла понять, что именно. Словно ключ, решение всех вопросов, что поставила и поставит перед ней жизнь, было именно в этом.

Но несмотря на безуспешные попытки разгадать этот смысл, слова древнего священного текста и размышления о них принесли ей невероятный покой. Она вздохнула, посмотрела на черное кольцо на пальце, притягивавшее взгляд подобно глазам любимого, и с чувством радостного покоя, не раздевшись, заснула. Подходил к концу третий день путешествия по мирам, которое должно было привести землян обратно на Коралию.

Прибытие на Коралию Карина проспала. Ее мягко разбудил за плечо Мередит.

— Извини, ты не открывала, не слышала, когда я сигналил у двери, поэтому я вошел, — сказал он, — мы прилетели.

— Ничего, — улыбнулась Карина, — опять тебя подослали, знают, что с тобой я разговариваю... А, прилетели! — и вскочила с кровати.

— Не спеши, — сказал Древний, — его уже увели. В первую очередь. Уже не увидишь.

— А куда увели? — спросила Карина.

— Я не знаю, — пожал плечами Мередит. — Извини, я правда не знаю.

— Что ж ты меня раньше не разбудил! — простонала Карина, и тут же спохватилась. — Прости, спасибо, что вообще зашел за мной!

— Не за что, на этот раз меня и верно подослали, — улыбнулся молодой Древний. «До чего ж приятный парень! — подумала Карина, — напоминает Карасева! И тоже хорош собой».

Они быстро прошли по пустым коридорам корабля к выходу, и Карина увидела знакомый сад и прекрасные башни Белого Замка. А рядом с кораблем ее ждали остальные земляне. Ждали и болтали с Артуром.

— А вот и наша соня! — улыбнулся Дух. Карина обнялась с друзьями, холодно кивнула Артуру.

— Может быть, побеседуем? — спросил Артур, стоявший рядом, скрестив руки на груди.

— Да, Карина, что ты его игнорируешь, Артур жаловался! — сказал Дух.

— Когда будешь готов обсуждать «сложные вещи», тогда и поговорим, — твердо сказала Карина Артуру. — Нам, собственно говоря, куда? В какую-нибудь тюрьму? И куда вы отправили Рональда?

В голубых глазах Артура мелькнула злость:

— Он в надежном месте. А вы полностью свободны. Можете направиться, например, в свои апартаменты, они не заняты. В отличие от жителей Таи-Ванно, мы не имеем привычки похищать людей и заключать их под стражу.

— Ага, —жестко сказала Карина. — Вы имеете привычку только арестовывать невиновных и лишать Древних их неотъемлемых свойств.

Одна рука Артура крепче сжала локоть другой, так что побелели костяшки пальцев. Он отвернулся.

— Пойдем, — Карину потянул за локоть Дух.


***

Как и много раз до похищения, земляне сидели в коралийской гостиной и обсуждали сложившуюся ситуацию. Карина подробно пересказала все, что произошло на флагмане.

— Да уж, сурово они с ним, — заметил Дух, — и ведь он прав, что детишкам Древним делать нечего, как бы крыша от отсутствия самореализации не поехала… Вот как у нас, пока на Тайвани делом не занялись.

— Все верно, — согласился Андрей, — но все равно, кто из них прав — не ясно, разговор их ничего не доказывает. Так что я предлагаю не рубить с плеча, что Брайтон и компания — моральные уроды. — Карасев поднял одну бровь.

— Но и Рональду надо помочь, — сказал Дух, — он ведь мне друг, считай...

— Ну это ты загнул, — сказал Ванька, — дети — не друзья воспитателям в детском саду, а подопечные. Но помочь надо обязательно, мы ему многим обязаны.

— Как и коралийцам, — заметил Андрей. — Они и с Земли нас спасли, и сейчас целый флот по мирам протащили, чтобы вернуть нас.

— Не столько вернуть нас, сколько приструнить Рональда, у них с Брайтоном старые счеты, — заметила Карина. — В общем, как хотите, а я иду к Брайтону.

— И что ты ему скажешь? — полюбопытствовал Дух скептически.

— Скажу, что хочу поговорить с Рональдом. Вроде в приличных тюрьмах разрешены посещения.

— Тебе он точно не разрешит!

— Ну хотя бы узнаю, где он, а потом проберусь туда… — улыбнулась Карина, — Может, и побег устрою… Думаете, я могу тут сидеть, когда он где-то под колпаком?! Кто со мной?

— Ладно. Пошли, к Брайтону, — Дух встал.

***

Созвонившись с одним из секретарей Брайтона, которого знали еще со времен «до Тайвани», Карина с Духом выяснили, что главного Древнего можно найти у него в кабинете. Вскочив на элеоу, они быстро добрались до исторической части Замка. Брайтон открыл им сразу, видимо, земляне были те, кому не нужно записываться на прием.

Брайтон задумчиво стоял у стола и водил рукой по экранчику на нем. А слева от входа стоял Артур.

Брайтон доброжелательно поздоровался с землянами, коснулся их плеч коралийским знаком приветствия.

— Что вас привело? — улыбнулся Брайтон, — Должно быть, хотите узнать, что вас ждет дальше. Вы совершенно свободны. Единственно, небольшая просьба — пройти осмотр у психологов, Ар'Тур, вероятно, уже говорил об этом. И — только при необходимости — курс психологической реабилитации. В остальном можете заниматься чем угодно. Например, продолжить свою деятельность в тех областях, в которых вы работали на Таи-Ванно.

— Спасибо, — сказала Карина. Спорить по поводу психологов было бы бесполезно. Сейчас надо быть дипломатом не хуже Артура, держать себя в руках.

— И спасибо, что привели флот, чтобы спасти нас, — добавила она с улыбкой.

— Не за что, Карина. Это наш долг.

— Кхм... Да, да, спасибо! — подтвердил Дух. — А мы могли бы поговорить с Тарро Таи-Ванно?

— Зачем? — мягко улыбнулся ему Брайтон.

— Ну… — Дух замялся, — вообще у нас сложились хорошие отношения с ним. Мы бы хотели навестить его в тюрьме... Это ведь не запрещено?

— Не запрещено, — снова улыбнулся Брайтон, — если речь не идет об очень опасном преступнике. А мы предполагаем, что Тарро Таи-Ванно является именно таким. Понимаешь, Игорь, вы сейчас можете думать и говорить то, чему потом очень удивитесь. Давай мы отложим этот разговор на то время, когда вы придете в себя?

— То есть, нельзя? — уточнила Карина.

— Нельзя, — кивнул Брайтон.

— Тогда скажите хотя бы, куда вы его заключили, — попросила она.

— Зачем ты хочешь это знать? — опять мягкая улыбка, словно они были маленькими детьми или умалишенными. Карина решила быть честной.

— Как ты уже знаешь, меня связывают с твоим братом близкие отношения. И, как любая нормальная женщина, я хочу знать, где мой любимый и что с ним. Мне так спокойнее.

При этих словах краем глаза она заметила, что Артура передернуло.

— Я не уверен, что ты долго будешь так думать… — задумчиво сказал Брайтон, — но я понимаю тебя, Карина. Он в Розовом Замке. В подземельях Розового Замка сохранились камеры тюрьмы, куда заключали уалеолеа и Древних, преступивших закон. Там все оборудовано для содержания именно таких преступников, тех, кто обладает особыми способностями. Мне жаль… Это был единственный способ.

— Что?! — Каринино холодное спокойствие и дипломатичность разлетелись вдребезги. — Вы! Посадили! Его! В Розовый Замок! От этого же сходят с ума! Как ты вообще мог на это решиться! Он же твой брат! — Карина подалась вперед и теперь ловила глазами ускользающий от нее взгляд Брайтона.

— Я настоял, — спокойно улыбнулся Артур, весь разговор так и стоявший, сложив руки на груди, спокойный и холодный, как скала.

— Понимаешь, Карина, Древнего, даже лишенного способности ходить по мирам, сложно удержать в любой тюрьме, — пояснил Брайтон, словно не замечая ее ярости. — Ты не представляешь себе, на что способны Древние, особенно такие опытные, как Рональд. Мы не могли оставить «колпак» — ведь мы все же должны его кормить и предоставить другие физические возможности. А без колпака единственным выходом были специально оборудованные камеры Розового Замка.

— Хорошо, спасибо, за информацию, — Карина взяла себя в руки. — Игорь, пойдем.

— Даже не пытайтесь туда пробраться, — ехидно заметил Артур. — Там силовое поле вокруг всего замка и отличная система охраны. До суда он пробудет там.

— А когда суд, кстати? — спросила Карина, обернувшись.

— Через четырнадцать дней, — ответил Брайтон. — Приятного дня.

— Приятного дня, Брайтон, — сказала Карина. Прежде чем выйти, она остановилась перед Артуром, посмотрела ему в лицо и сказала, насколько могла решительно:

— А ты больше не подходи ко мне. Совсем.

— Пока! — сказал всем Дух, пытаясь хоть немного разрядить обстановку.


***

— Ну и ну! Ну ты даешь! Всех холодом залила, я думал, они там в снегурочек превратятся! — сказал Дух. — Эй, нет, Карина, не надо… Мы придумаем что-нибудь!

Силы у Карины закончились. Они едва вышли из кабинета Брайтона, прошли за поворот к центральному выходу с колоннами, как она обессиленно оперлась спиной о стену и села на корточки. И спрятала лицо. Хотелось рыдать. Слава Богу! Хочется рыдать, значит, она еще живая! Все стало ясно.

Вот оно то, что не просчитал Рональд. Вот то, что грозило ему и не входило в его планы. То, чего боялась она. Розовый Замок. Артур за семь минут в Замке ощущал депрессию, печаль, тоску, и говорил, что подкатывает безумие. А что будет за две недели?! А если больше!? А если они решат оставить его там навсегда?! Карина все-таки зарыдала, чувствуя, как теплые, знакомые руки Духа обнимают ее за плечи.

— Мы что-нибудь придумаем! Мы ведь земляне! Команда!

— Что уж тут придумаешь, — улыбнулась Карина сквозь слезы, — туда не сделаешь подкоп и не прилетишь с воздуха.

— Вот, кстати, подкоп, — улыбнулся Дух, — силовое поле не действует под землей ведь, наверно? Вот и подкопаем… они этого не ожидают, а мы прокрадемся темной ночью и …

— Спасибо, Игорь, дорогой Дух, — Карина погладила друга по руке и, опираясь на нее, встала, — пойдем, нам и верно надо подумать...

«Новый штрих, новая черточка на Кольце Событий, — думала Карина. — Хотела бы я знать, что было на прошлом витке». На этом пока что оправдываются ее тревоги и непонятная, зловещая интуиция женщины с погибшей планеты. Розовый Замок… Вот что, оказывается, значили ее предчувствия.


***

Первый год после исчезновения Рон'Альда Ки'Айли сходила с ума от чувства вины, что не предотвратила трагедию. Что не увидела, не почувствовала… Но еще сильнее было просто горе, невозможное горе от утраты любимого. И острое одиночество, отравленное виной и болью.

Но порой, даже очень часто, она не верила, что он мертв. И тогда боялась за него, душа мучилась, как под пыткой, при мысли, что с ним может быть. Она отдала бы все, чтобы умереть вместо него, или быть где-то рядом с ним. Что бы с ним ни происходило.

Кольцо Драконов помогало, ей стало легче контролировать видения. Спонтанное появление ужасных картин не покинуло ее, но теперь она могла отрешаться от них, могла усилием воли остановить их поток и смотреть направленно. Да и телепатические способности стали лучше. Теперь Ки'Айли легче улавливала мысли окружающих, а иногда напрямую видела образы, возникающие у них в сознании.

Но даже кольцо не могло избавить ее от горя, чувства вины и страха. Вернуть Рон'Альда кольцо не могло.

Два года Древние искали сына Правителя в нашем и иных мирах. Ки'Айли было запрещено участвовать в розыске, но она находила новые варианты, где можно продолжить поиски снова и снова, просматривала будущее тех, кто этим занимался… Ну не могла она до конца поверить, что ее антео погиб!

Но все было бесполезно. И когда Эл'Троун вызвал ее к себе сказать, что он решил прекратить искать — каждый Древний был на счету в этой войне, чтобы рассеивать силы — неведомым образом уловила его намерение прежде, чем он сказал. Наверное, опять кольцо…

— Он ведь ваш сын, — сказала она.

— Каждый Древний на счету, — сказал Правитель. — Рон'Альд сам вернется, если он жив. Но, ты знаешь, я чувствую всех Древних, кто в системе. А его я больше не чувствую. Значит либо он вышел из системы, а это очень маловероятно. Либо погиб. Мы должны это признать.

— Я не признаю это, — сказала она.

Но на самом деле Ки'Айли была в отчаянии. И черная стена не отступала… Ни черная стена для их мира, ни черная стена для Вселенной, ни черная стена для Рон'Альда…


КНИГА 3. ОДОБРЕННЫЙ БРАК.  Часть 1. Правосудие? Глава 1. Коралия наносит ответный удар | Хранитель вселенной. Одобренный брак | Глава 3. И снова Коралия