home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава десятая

Джек рывком сел, с криком, застывшим на губах, и сразу начал жадно вдыхать воздух, чтобы наполнить легкие и кровь кислородом.

Он все еще не понимал по-настоящему физиологической механики своего состояния. Что в действительности происходит, когда его только что поврежденное тело находится в стазисе, пока время, текущее вокруг него, возвращается вспять, исцеляя раны, исправляя сломанные кости?

Затем он осознал, что у него болит горло — действительно обжигающе болит — и голова тоже. Этого не должно было быть. Он поднес руку к горлу и обнаружил несколько покрытых струпьями углублений и очень болезненный синяк. Джек вскрикнул, когда его пальцы коснулись чувствительных участков, затем снова лег, чувствуя головокружение. Он сразу понял, что случилось. Он не умер. Зомби повредил ему горло, и он потерял немного крови, но ранения не были смертельными. Короче говоря, Джек просто поскользнулся, упал и ударился головой.

«Какой конфуз, — подумал Джек. — И как некстати». Иногда лучше было умереть, чем остаться в живых. По крайней мере, когда он умирал, сила времени делала свое дело, обновляя его, ни оставляя ни ран, ни царапин, ни боли. Но рана остается раной. Потребуется время, чтобы ее вылечить. Кроме того, она чертовски болит.

Внезапно осознав, что весь мокрый и липкий, Джек увидел, что вся его рубашка спереди пропиталась уже высохшей кровью. Он скривился.

— Фу, гадость, — сказал он.

Он огляделся, морщась от пульсирующей боли в голове. Он снова был в хабе и лежал на столе в комнате для вскрытий. Дом, милый дом. Джек задумался над тем, как долго был без сознания.

В следующую секунду он вскочил на ноги, инстинктивно хватаясь за пистолет, потому что услышал чей-то крик.

Кричала женщина. Гвен? Преодолевая боль в ранах, так же как ему приходилось делать это раньше во многих других случаях, он побежал по ступенькам в центральную часть хаба, охватывая взглядом порталы и переходы, рабочие столы с мерцающими компьютерными экранами и стеклянными поверхностями, металлическую башню в центре хаба, по которой все время текла вода. Там никого не было. По крайней мере, он никого не заметил. Крик был короткий, но пронзительный и полный боли.

— Гвен? — закричал он и его голос эхом отразился от кирпичных стен. — Янто?

— Я здесь, Джек, — крикнул Янто откуда-то снизу. Его голос звучал напряженно.

— Где?

— В конференц-зале.

Конференц-зал находился в глубине хаба, в конце коридора, свернутого в широкий трубопровод, который, как подозревал Джек из-за слабого, но постоянного запаха в нем, когда-то был главной канализационной трубой Кардиффа. Он быстро бежал по нему, слыша, как звенят его шаги в железном переходе. Он побежал еще быстрее, когда снизу донесся еще один крик. Что, ко всем чертям, там делает Янто? Пытает кого-то?

Он понял это, когда ворвался в комнату с пистолетом наизготовку. Янто в нарукавниках и хирургических перчатках, испачканных кровью, неодобрительно посмотрел на «Уэбли».

— Не думаю, что тебе понадобится это.

Сара Томас, спасенная ими беременная женщина, лежала на матрасе, постеленном на длинном, покрытом стеклом столе в конференц-зале. Под ее голову и спину были подложены подушки, так, чтобы она полусидела. Ее волосы промокли от пота, а красное лицо было искажено болью. Джек посмотрел вниз и увидел, что она на поздней стадии родов. Матрас был залит кровью, и он мог видеть верхушку головки ребенка.

— О, да ты был занят, — заметил он, пряча пистолет. Затем он разглядел, на чем лежит Сара:

— Эй, это мой матрас?

Янто сердито посмотрел на него:

— Заткнись, Джек и помогай мне.

Джек улыбнулся и сказал Саре:

— Мне нравится, когда он ведет себя властно.

Сара закатила глаза, явно не имея настроения выслушивать фривольные шутки.

Сразу став серьезным, Джек сказал:

— Похоже, ты и сам отлично справляешься. Вы оба.

Янто послал ему быструю улыбку и произнес:

— Ты готова к новым потугам, Сара?

Сара быстро вдохнула и выдохнула через рот и кивнула.

— В любом случае придется, — сказал Янто.

Сара открыла рот, вскрикнула и натужилась. Головка младенца, с темными волосками, прилипшими к черепу, появилась у нее между ног, а затем скользнула обратно.

— Еще раз, — мягко сказал Янто, — давай, Сара, ты уже почти сделала это.

Она попыталась снова. И снова. В финале, после десяти минут утомительных потуг, маленькое, пурпурно-фиолетовое тельце, испачканное в крови и родовой смазке, выскользнуло между ее ног, таща за собой толстый синий канат пуповины. Джек поймал младенца, как только он появился, осторожно придерживая крошечную головку. Янто, сжимающий руку Сары, засмеялся в полном восторге. Усталая Сара облегченно откинулась на подушки.

— Это мальчик, — мягко сказал Джек и улыбнулся. — Молодец.

Он наклонился и поцеловал Сару в щеку. Янто поцеловал ее в другую.

Сара подняла голову. Она выглядела полностью измученной, но внезапно засияла.

— С ним все в порядке? — спросила она.

— Он красавец, — ответил Джек, — похож на маму.

— Могу я взять его?

Джек завернул младенца в одно из чистых полотенец, которые позаботился принести Янто, и вручил новорожденного Саре. Его глаза заблестели, когда он увидел, как мать в первый раз берет на руки своего ребенка.

— Видишь? — сказал он Янто. — Вот ради чего все это. Чудо жизни среди всех смертей.

Янто видел только самого Джека, безупречно прекрасного, как всегда, но он усмехнулся. Сразу же заметив раны на горле у Джека, он сказал:

— Я думал, когда ты умираешь, они должны…

— Я не умер, — оборвал его Джек.

— Не умер? Я думал, что умер. Я сказал это Гвен, когда она звонила.

— Ну а я не умер.

Наступило почти неловкое молчание, а затем Янто пробормотал:

— А как быть с пуповиной? Я имею в виду пуповину ребенка. И с последом?

Джек поднял руку:

— Я займусь этим. Я уже раньше принимал роды.

— Правда? Когда?

— Долгая история, — сказал Джек. — Может, приготовишь кофе? Нам всем не помешает немного кофе.

— Хорошая идея, — сказал Янто и направился к выходу. Сара позвала его по имени, и он обернулся.

— Спасибо, — сказала она. — За все. За то, что был здесь, со мной.

Он кивнул и, хоть и сохранил невозмутимость, выглядел до смешного растроганным.

— Пожалуйста, — сказал он, слега ошеломленно.

Чрез десять минут Джек, умытый и в чистой рубашке, присоединился к Янто, который разливал кофе.

— Хорошо пахнет, — сказал он.

— Как она? — спросил Янто.

— Мать и ребенок прекрасно себя чувствуют. Ты отлично справился с этим.

Янто коротко кивнул. Он колебался секунду. А потом сказал:

— Я боялся, Джек. Вдруг бы что-то пошло не так?

— Этого не случилось, — утешающе сказал Джек.

— Да, но могло случиться. Я бы понятия не имел, что делать. Сара и так родила ребенка без обезболивания. Я не был уверен, какое из них ей подойдет. Я не знал, что в ее состоянии не принесло бы вреда.

Снова пауза.

— Нам нужен настоящий врач. Нужна замена Оуэну. Нам нужно….

— Я работаю над этим, — коротко сказал Джек и огляделся:

— Эй, а где зомби? И муж Сары? Как его зовут?

— Трис. Я уложил его в оранжерее. Там тихо и хорошо. Думаю, с ним все будет в порядке. Его жизненные показания хорошие.

— И — позволь угадать — зомби в камере.

Янто кивнул.

— Я посадил ее в камеру по соседству с Джанет. Сейчас они знакомятся.

— И жалуются друг другу на нас, вне всякого сомнения. Знаешь, как все девчонки, когда собираются вместе.

Он улыбнулся собственной шутке, но Янто все еще был мрачен.

— Джек, — сказал он, — что было бы, если бы я не спас тебя этой ночью? Что, если этот зомби и его дружки разорвали бы тебя на части и съели? Как бы ты тогда вернулся? Как бы ты смог вернуться, если бы твое тело было полностью разрушено?

На мгновение, ему показалось, что Джек встревожился, так словно его волновало то же самое. Затем, на его лице появилась знакомая ухмылка, та самая, которую — Янто знал это — Джек иногда «надевал» как маску, и он пожал плечами:

— Кто знает? — сказал он и потянулся за кружкой с кофе. — Может быть, мы попробуем это когда-нибудь.


— Ну и как тебя зовут? — Энди взглянул на девушку в зеркало заднего вида.

Она уставилась на него испуганными глазами панды.

— Что? — спросила она.

— Имя, — сказал он, как твое имя?

— Ох.

Минуту она молчала, слегка нахмурив лоб, так, словно перебирала в уме информацию, как связку ключей, ища подходящий. Затем сказала:

— Софи. Софи Голд.

— Приятно познакомиться, Софи Голд. Я Энди. А это моя напарница Давн.

Ошеломленный взгляд Софи скользнул по WPS на пассажирском сидении.

— Что с ней? — тупо спросила она.

— Ее укусило одно из тех… существ.

— С ней все будет в порядке?

— Да, с ней все будет хорошо, — ответил он увереннее, чем чувствовал себя. — Я собирался отвезти ее в больницу, но… ну, мы не сумели туда добраться. И теперь я везу ее в отделение. Там есть доктор. Он может ее осмотреть. И тебя тоже осмотрит, если хочешь.

Он заставил себя замолчать, осознав, что становится слишком болтливым.

Софи нерешительно кивнула:

— Я в порядке.

— А мне показалось, что ты поранила ногу.

— Что? Ах, да, — ответила Софи, как будто только сейчас осознав, что ее колено покраснело и опухло.

— Так что случилось?

— Я вывихнула ее, когда выпрыгнула из окна.

— Ты что, трюкачка?

— Что?

— Ничего, — сказал Энди. — Это была шутка. Не очень удачная.

Наступило короткое молчание. Энди вел машину медленно, остерегаясь мародерствующих зомби. Если он замечал одну или несколько групп, он выключал фары, переключался на вторую передачу и полз мимо, в надежде, что существа не заметят машину.

Пока эта тактика работала и с тех пор, как он подобрал Софи, поездка проходила относительно гладко. Был только один потенциально рискованный момент, когда зомби вышел на дорогу прямо перед ними. В этом случае Энди пришлось остановить машину, и он с Софи, затаив дыхание, ждали, когда существо — нескладный рыжеволосый мужчина в заляпанной кровью кожаной куртке — перешло через дорогу перед ними и удалилось.

— Так что же с тобой случилось? — спросил он, снова взглянув на Софи.

Сначала, он думал, что она не ответит, но затем она внезапно стала рассказывать ему обо всем, что с ней произошло этой ночью, и о тех ужасных вещах, которые видела. В конце рассказа ее голос задрожал, и она начала плакать, закрыв лицо руками. Она рыдала несколько минут, а затем вдруг перестала. Она вытерла глаза тыльной частью ладони, размазав тушь по лицу.

— Извини, — сказала она мрачно.

— Тебе не в чем извиняться, — сказал Энди. — Ты была невероятно смелой.

Она шмыгнула носом.

— Нет. Я убежала и оставила мою лучшую подругу, и эти… существа разорвали ее.

— Ты бы ничего не смогла сделать. Если бы ты постаралась помочь, то сейчас тоже была бы мертва.

Она молчала несколько секунд, обдумывая это. Потом она спросила:

— Это происходит везде или только в Кардиффе?

— Я не знаю.

— И я хочу понять — почему это происходит? Это что-то вроде… Судного Дня?

— Понятия не имею, — ответил Энди. — Извини. Я такой же темный, как ты. Это просто вдруг началось, и я стараюсь справиться с этим, как могу.

Они поехали дальше, через центр города, в объезд Стадиона Миллениум и Кардиффской Крепости, направляясь по Северной дороге вдоль Бьют Парка слева от них. Они видели темные силуэты зомби, бродящих по парку, как потерявшиеся пьяницы, и скапливающихся вокруг Романской крепости и теннисных кортов.

Наконец, по другую сторону дороги появился внушительный фасад главного полицейского управления, который, будто уставился на них своими многочисленными окнами.

— Нет, — выдохнул Энди.

Софи подалась вперед, глядя между сидениями:

— Что там?

— Мы не сможем туда попасть. Смотри.

Софи посмотрела. Полицейское отделение было в осаде. Зомби толпились вокруг него, карабкаясь по ступеням, которые вели к главному входу, стуча в двери руками и остальными частями тел.

Подъехав ближе, Энди заметил, что все входы в здание заколочены. Все двери были плотно закрыты и лица тех, кто нашел себе убежище внутри, виднелись в освещенных окнах. Посмотрев поближе, он увидел, что по земле разбросаны тела, но не смог разобрать, нежить это или ее жертвы. В противоположном ряду стояла машина. Свет был включен, двери открыты так, словно пассажиры в спешке покинули ее. Еще одна машина — полицейская машина, такая же, как у Энди, со словом «полиция», отчетливо заметным на боку — стояла на тротуаре полностью выпотрошенная. На белой поверхности этой машины были грязные отметины, но ее былых обитателей не было видно.

Софи издала внезапный звук — что-то среднее между вздохом и всхлипом.

— Они нас видят, — взвизгнула она, а затем ее голос вдруг стал панически пронзительным: — Увези нас отсюда! Увези!

Энди не спорил. Стало ясно, что в отделении не так безопасно, как он думал. Он надавил на газ и быстро уехал, не думая о направлении. Пытаясь лишь убраться подальше от мертвых глаз и цепких лап дюжин зомби, которые уже заметили их.


Гвен вдруг остановилась и прижалась к стене, как будто ноги не держали ее. Она закрыла лицо руками, и Рис заметил, что они сильно дрожат.

— Ты в порядке, милая? — спросил он. Он сам чувствовал себя вычерпанным, пустым после гибели той пары в кафе.

Голос Гвен, приглушенный ладонями, дрожал от гнева.

— Тот человек, что… что…

У нее не хватило слов и, когда она уронила руки, Рис увидел, что лицо ее искажено отвращением и гневом.

Вдруг она дико закричала и начала бить стену руками и ногами, вопя, пока у нее не пропал голос.

Рис оглядывался, беспокоясь, что она привлечет нежелательное внимание, но не останавливал ее. Ей нужно выпустить пар. Гвен не из тех, кто может долго все хранить в себе.

Наконец она расслабилась, ее ярость прошла. Рис раздвинул руки.

— Иди сюда, — мягко сказал он.

Она упала в его объятия, и минуту или чуть больше они стояли там, под моросящим дождем, утешая друг друга в скорби, и в страхе, и в боли.

Наконец она глубоко вздохнула и высвободилась.

— Я уже в порядке, — сказала она. — Нам надо идти дальше.

Ее мобильник зазвонил. Она выхватила его из кармана:

— Джек? А, Энди… привет.

Она слушала его минуту, а затем сказала:

— Почему, что случилось?

Рис увидел, что ее лицо изменилось.

— Уфф… — выдохнула она с усталым отчаянием. Потом она сказала: — Просто езжай домой, Энди. Забаррикадируй двери изнутри. Ты больше ничего не можешь сделать.

Она замолчала, слушая его ответ, и гримаса, которую она состроила Рису, была ясна без слов. Он понял по ее выражению лица, что Энди на другом конце линии надоедает Гвен, желая знать, почему Торчвуд ничего не делает, чтобы справиться с ситуацией. Он почувствовал гнев и взялся рукой за мобильник, но Гвен покачала головой.

— Просто позаботься о ней как можно лучше, — сказала она. Ты знаешь, как обстоят дела. Я не творю чудеса, Энди.

Она слегка улыбнулась, услышав его ответ. Когда она опять заговорила, ее голос звучал мягче:

— Это хорошо… Мы все занимаемся этим. Слушай, просто иди домой и будь в безопасности, ладно?

Она вернула мобильник в карман.

— Брошенный любовник Энди опять достает тебя? — спросил Рис.

Она осуждающе подняла брови:

— Он пытается бороться с этим, как и мы. Он дал мне полезную информацию. ЦОП окружено зомби. Прости, Рис, но у нас опять меняется план.

Рис застонал и хлопнул себя ладонью по лицу:

— Выходит, мы прошли весь этот путь зря? И что нам делать теперь?

По выражению лица Гвен можно было предположить, что выбор невелик. Но она старалась казаться целеустремленной:

— Возвращаемся к первоначальному плану — идем в Хаб.

— И что дальше? Прячемся под землей и надеемся, что все закончится само по себе?

— А что мы еще можем сделать? — огрызнулась она вдруг, а затем немедленно подняла обе руки вверх: — Прости, прости.

Рис резко выдохнул воздух.

— Нет, дорогая, это я должен просить прощения. В хабе у вас есть оборудование. Компьютеры и все такое. Вы сможете что-то предпринять. Я просто подумал о том, что придется возвращаться назад через это… это поле боя.

— Мы пойдем по проспекту Ллойда Джорджа, — сказала Гвен. — Это недалеко.

— Достаточно далеко. — ответил Рис. — Это длинная прямая дорога и там негде спрятаться. Он невесело усмехнулся: — Долина смерти.

— Мы раздобудем транспорт, — сказала Гвен, — что-нибудь большое и надежное.

— Где? — спросил Рис.

— Там, где сможем найти его.

— Ого, мы теперь обычные воришки, да?

Она пожала плечами:

— Нужда заставит, Рис, сделаем и не такое. Против лома нет приема.

Рис кивком указал на карман, в который она спрятала мобильник:

— Почему бы тебе не позвонить Джеку снова и не попросить его приехать за нами?

Двадцать минут назад Гвен разговаривала с нервным Янто и узнала, что он принимает роды, а Джек опять мертв. Это был не слишком длинный диалог.

— Джек и Янто и без того заняты, — сказала она. — Кроме того, я не собираюсь их использовать как такси. Сама справлюсь, знаешь ли.

— Ты чертовски упрямая, — сказал Рис, слегка улыбнувшись.

— Ты имеешь ввиду «независимая»? — спросила Гвен, улыбаясь в ответ.

Они отправились в путь, вынырнув из боковых переулков, в которых они прятались до этого, на широкий и прямой проспект Ллойда Джорджа, который тянулся параллельно Бьют стрит прямо к Королевской площади в центре Кардиффа. В скромных домах по обе стороны от дороги, окаймленной травой, было темно и тихо, и поблизости не было заметно следов зомби.

Но они все же нервничали из-за собственной беззащитности и двигались так быстро и тихо, как могли, внимательно вглядываясь во все, сжимая в руках оружие, каждый свое. Мокрая дорога перед ними отливала ржаво-коричневым цветом в свете уличных фонарей. Рису каждый их шаг казался громким, как маленький взрыв, слышный на мили вокруг них.

Они шли всего несколько минут, когда Гвен зашипела:

— Рис, вон там.

Сначала он подумал, что она заметила зомби и напрягся, но затем понял, что она указывает на серебристый «Мицубиси Шогун», припаркованный у дома слева.

Они подбежали к нему. Гвен попыталась открыть дверь.

— Ты что, всерьез думаешь, что он может быть открыт? — прошептал Рис.

Она пожала плечами:

— Все может быть.

Она вытащила из кармана куртки какое-то небольшое закругленное устройство, похожее на миниатюрный колпак. Когда она приложила его к двери машины, оно осталось там, прилепившись к ней, как блюдце. По его поверхности побежали огоньки.

— Это еще что? Одна из ваших инопланетных штуковин? — сказал Рис.

— Что-то вроде. Это изобретение Тош. Но основано на инопланетной технологии, это верно.

Замок отключился со звонким щелчком.

— Et voila![4] — провозгласила Гвен с улыбкой.

— Что вы тут делаете, ко всем чертям?

Они оглянулись и увидели владельца «Шогуна» в открытом дверном проеме в доме позади них. На вид лет тридцати, растрепанный, небритый, с лицом, помятым от сна. На нем была одета футболка, натянутая поверх пивного брюшка и старые черные «боксеры». В руках он держал наготове большую красную швабру с резиновым валиком.

«Он такой же, как и я, — подумал Рис, испытывая обескураживающее чувство стыда, — и мы сейчас отнимем у него его радость и гордость».

Он поднял обе руки, пытаясь показать, что не собирается использовать клюшку для гольфа, как оружие, и виновато оскалился.

— Привет, — сказал он, — слушай, это вовсе не то, о чем ты подумал.

— Что вы делаете с моей… — сказал мужчина, и выражение негодования на его лице сменилось почти комическим изумлением.

Рис понял, что человек уже не смотрит на него. Он повернулся и с еще большим чувством стыда и смущения, увидел, что Гвен направила на мужчину пистолет.

— Брось, милая, в этом нет нужды, — сказал он легкомысленно, пытаясь утешающе улыбнуться мужчине.

— Мне очень жаль, — сказала Гвен, и по ней было видно, что она говорит правду. — Но нам нужна ваша машина. Это вопрос жизни и смерти.

— Мы вернем ее, как только покончим с делом, — пообещал Рис.

— Поэтому просто дайте нам ключи, — сказала Гвен.

Мужчина казался озадаченным и напуганным. Подняв руки вверх, как будто копируя действия Риса несколько минут назад, он молча кивнул и неуверенно попятился назад, в дом. Затем его глаза стали еще шире и голова дернулась, как будто он пытался разглядеть что-то за плечом у Гвен.

Рис проследил за его взглядом.

— Вот дерьмо, — сказал он.

Из тени дома напротив появились восемь зомби и, шаркая, направились к ним. Один был одет, как клоун. На его лице отвратительно сочетались черный цвет разложения и белый грим. Вторая носила форму стюардессы. Ее пилотка была легкомысленно сдвинута на бок на сморщенной, почти лишенной волос голове.

Гвен повернулась и выстрелила в одного из зомби, попав ему в горло. Он отшатнулся назад. А затем продолжил продвигаться вперед. Из его раны текла тонкая струйка крови. Повернувшись к мужчине, она сказала быстро:

— Вернитесь в дом и запритесь.

— Гвен, мы не можем его оставить, не сейчас, когда его заметили зомби. Ты знаешь, что они делают, когда понимают, что внутри кто-то есть. Он должен поехать с нами.

Гвен остановилась и подумала немного, а затем сказала:

— Ладно. Беги в дом и принеси ключи от машины. Так быстро, как можешь. Я задержу их, пока ты не вернешься.

Мужчина заколебался.

— Чего ты ждешь? — Огрызнулась Гвен.

— У меня есть жена и дочь, — сказал мужчина. — Они спят наверху. Я не оставлю их.

Гвен выругалась. Зомби двигались медленно, и дорога была широкой, но все равно у мужчины не оставалось достаточно времени, чтобы разбудить свою семью и привести ее в машину до того, как существа набросятся на них. Может быть, они с Рисом смогут убрать их всех, подумала она: в конце концов, их всего восемь.

В этот момент еще не менее дюжины зомби появилось из-за двух домов слева от них и начало приближаться к ним.

— Что это? — выкрикнул Рис, поворачивая голову от одного скопления зомби к другому. — Тактика зомби? Они берут нас в клещи.

Гвен снова выстрелила в зомби, попав в плечо, но это был лишь символический жест. Она знала: как бы не были медлительны мертвецы, им с Рисом не уничтожить их всех. Если бы их было только двое, она бы предложила поспешное отступление, но она не могла оставить молодую семью на милость этих существ после того, что случилось в кафе.

И она сделала то единственное, что могла сделать — схватила Риса и стала толкать его в сторону дома.

— В дом! — крикнула она. — Мы будем сражаться с ними оттуда.

— Не уверен, что это хорошая мысль, — пропыхтел он, догоняя ее. — Ты смотрела «Ночь живых мертвецов»?

— У тебя есть идея получше? — хмуро спросила она.


Глава девятая | Бухта мертвых | Глава одиннадцатая