home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава первая

— Ладно, парни, кто за то, чтобы повеселиться в Бухте?

Это сказал Стеффан. Тоби посмотрел на него, потом на раскрасневшиеся лица за столом из литого стекла. Он уже не в первый раз задумывался над тем, чувствует ли хоть кто-то из его новых друзей — если, конечно, они действительно были таковыми — такое же одиночество и… ну да, тоску по дому, как и он.

Как и другие студенты-первокурсники, Тоби жил в Кардиффе уже около четырех недель. Четыре недели вечеринок, пьянства и новых встреч. Но, несмотря на это, он все еще пытался избавиться от ощущения того, что он чужак, что не вписывается в компанию. Все остальные, казалось, быстро и легко вросли в студенческую жизнь, почему же он не может? Он никому бы не признался, что ужасно скучает по маме и папе, по своим приятелям и всему знакомому и близкому, что оставил в Лейкэстере. И по своей девушке Лаурен он тоже скучал, хоть их отношения и стали прохладнее, после того, как они поступили в разные университеты… Боже, ему не хватало даже младшей сестры Джесси и ее помешательства на MSN.

«Что со мной не так? — думал он. — Почему я не могу просто радоваться жизни? Почему я не могу идти вперед?»

Может быть, из-за людей вокруг? Может быть, он попал не в ту компанию? Спортивный менедждмент привлекает многих, но из-за своего соседа по комнате Куртиса он оказался втянутым в круг вечно пьяных фанатов рэгби. Тоби никогда не считал себя необщительным, он просто не видел причин надираться каждую ночь. Эти пьянки вовсе не помогали ему расслабиться; на самом деле, чем грубее и несноснее становились его друзья, тем сильнее было его желание поглубже спрятаться в раковину.

— Так как насчет прогулки? — снова спросил Куртис, — он был из Лондона и заплетал волосы в короткие многочисленные косички, украшенные бисером. Высокий и тренированный, он носил облегающие футболки, чтобы подчеркнуть свои мускулы. Ребята иногда называли его Одли, потому, что он был похож на боксера Одли Харрисона.

Стеффан усмехнулся, встал и начал рыться в карманах. Он тоже был высокий и крупный, но не такой мускулистый, как Куртис. Он был из Ньюпорта, и считал себя главным в компании из-за знания местности. Казалось, никто не был против, но Тоби не нравился Стеффан. Он считал его нахальным и циничным, и, несмотря на свою тоску по дому, находил немного жалким то, что парень выбрал университет всего в миле или двух от дома его родителей.

Стеффан поднял обе руки. В одной из них был набор ключей, в другой — что-то похожее на черную кредитную карточку.

— Что это? — спросил Грэг, парень с толстой короткой шеей. Он был из Ливерпуля и так пьян, что с трудом держал глаза открытыми.

— Это ключи от яхты моего дяди, — сказал Стеффан, подбрасывая их в воздух, — а это — брелок, который даст нам доступ в гавань в Пенарте, туда, где она стоит на причале.

— У твоего дяди есть яхта? — недоверчиво спросил Куртис.

— Двенадцатиметровый крейсер, — хвастливо ответил Стеффан.

Стан, высокий и длинноногий, который проходил по делу в судебном разбирательстве между КПР и его местной футбольной командой из Саутпорта, тряхнул головой, так, что его косички разлетелись во все стороны, как крысиные хвосты.

— Живут же некоторые…

— А чем он занимается, этот твой дядя? — спросил Куртис.

— Он мясник, — ответил Стеффан.

— Иди к черту!

— Нет, правда. У него завод по переработке мяса в Мертире. Заработал состояние мясными пирогами, и сосисками, и всяким таким…

— А он знает, что ты взял ключи от его яхты? — спросил Тоби.

Стеффан насмешливо улыбнулся.

— А ты как думаешь? — Он пожал плечами. — Но его это не беспокоит, понимаешь? Если только мы ее не разобьем. Ему прикольно будет, если мы погуляем на ней в полночь. Он был тот еще тип в свое время. Он и до сих пор такой, по-моему, — Стеффан снова подбросил ключи.

— Ну так как, мальчики? Кто со мной? Куртис бросил быстрый взгляд на группу и кивнул:

— Да, я с тобой. Будет прикольно.

— Я тоже, — сказал Стан, — я еще ни разу не катался на яхте.

— Грэг? — спросил Стеффан.

Грэг поднял руку и пьяно махнул ею.

— Да, почему бы и нет?

Не дожидаясь вопроса, Тоби отодвинул свой стул:

— Я неверное, пропущу это, ребята, если вы не возражаете. Я устал и…

Все шумно выразили свой протест.

Тоби не возражал бы против добродушного подшучивания. Но их реплики были злобными, грубыми, унизительными. Стеффан во всех подробностях дал понять, что думает, будто Тоби пренебрегает ими, и выразил свое неодобрение:

— Считаешь себя лучше нас? — сказал он.

— Нет, не считаю, — ответил Тоби.

— Да, считаешь. Думаешь, мы толпа идиотов, только потому, что хотим приколоться?

— Я не говорил этого.

— Ты и не должен. Ты как старуха, все время поджимаешь губки с обиженным видом. Прежде, чем Тоби успел ответить, он добавил:

— Я думаю, он просто трусит, он ведь думает, что у нас будут проблемы.

И все они начали кудахтать и махать руками, как крыльями. И, в конце концов, Тоби потащился с ними, только чтобы сохранить лицо.

Он с несчастным видом плелся в хвосте всю дорогу до Пенарта. Он смотрел, как они толкают друг друга, хихикая, как школьники, удравшие с уроков, и чувствовал себя отверженным, как никогда, хоть именно они настояли, чтобы он шел с ними.

Он почти надеялся на то, что у них будут проблемы на причале в Пенарте. Думал: может, этого брелока недостаточно, чтобы получить доступ к яхте. Но Стеффан просто провел карту, набрав дядин пин-код, и они прошли вовнутрь. Работник ночной смены даже помахал им, когда они проходили мимо него.

— Вот и она, парни, — сказал Стеффан спустя пару минут. — Как она вам?

И все они пьяно захихикали с недоверием, глядя на судно, спокойно покачивающееся на воде. Яхта выглядела элегантной и очень ухоженной. У нее была одна мачта, большая палуба и просторная капитанская будка. Даже Тоби был впечатлен, хотя перспектива того, что его пьяные приятели будут пользоваться этим красивым — и, без сомнения, безумно дорогим — судном, приводила его в ужас.

— Это здорово, чувак, — воскликнул Куртис, смеясь и хлопая в ладоши.

— Чертовски здорово, — благоговейно кивнул Стан.

— Ты умеешь ею управлять? — нервно спросил Тоби, и Стеффан снова посмотрел на него так уничтожающе, что Тоби решил с завтрашнего дня найти себе другую компанию.

— Еще бы я не умел. Да тут и делать особо нечего. Ночью мы уж точно ни с кем не столкнемся.

Пока все хихикали над Тоби, Стеффан, слегка пошатываясь, прошел с пристани на палубу.

— Сюда, мужики. Поднимайтесь на борт.

Один за другим они взошли на палубу. Грэг, самый пьяный из всех, сделал два неверных шага в бок и упал. Тоби смеялся вместе со всеми, но его все равно грызло беспокойство. Стеффан открыл дверь и провел их вниз в жилое помещение.

— Пиво — в холодильнике, туалет в конце коридора, и есть кровати для всех, если кому-то захочется прилечь.

Куртис спустился по ступеням в салун, в радостном изумлении покачивая головой.

— Чувак, я не могу поверить в это, — бормотал он, — это же вершина шика!

— Только одно правило, — сказал Стеффан, когда Стан и Грэг спустились следом за Куртисом, — не блевать на пол. Если вас тошнит, блюйте за борт. Тоби колебался, раздумывая, присоединяться ли к остальным. Затем он повернулся и пошел к металлической ограде, которая окружала палубу по всему периметру, решив, что, он больше не хочет терпеть их пьяные подшучивания. Он стоял и смотрел на море, на черную воду, и прохладный ветер трепал его волосы. Он размышлял о том, что сейчас делает Лаурен. Она училась в университете в Дареме и когда он последний раз разговаривал с ней две недели назад, сказала, что отлично проводит время.

— О, да мы немножко загрустили? — Стеффан спросил так, словно это было чем-то позорным. — Или приболели?

Тоби оглянулся и посмотрел на него:

— Нет, просто захотелось вдохнуть свежего воздуха, — ответил он.

Стеффан фыркнул и направился в маленькую рулевую рубку, где находилось управление двигателями и оборудование для навигации. Тоби вздохнул и вновь стал смотреть на черную воду. Острые, как лезвия, лунные лучи поблескивали, отражаясь от водной зыби; маленькие волны плескались о корпус яхты. Из салона доносились взрывы гортанного грубого смеха. Двигатель завелся с глухим ворчанием, и яхта сдвинулась с места, отдаляясь от своего причала, направляясь в Бухту, как огромное и прекрасное морское создание, освобожденное из неволи.

Она с легким журчанием врезалась в воду и через несколько минут огни Бухты остались позади. Тоби постепенно успокаивался. Казалось, Стеффан все же знает, как управлять яхтой. Может быть, это плаванье не окажется такой катастрофой, как ему представлялось.

Он вдыхал резкий соленый воздух и смотрел на луну. Он гадал, говорят ли о нем те, кто в салоне, интересуются ли, где он. Все же это странно — уехать из дому и вдруг стать независимым. Забавно — он и сам не понял, что именно это случилось с ним, когда он простился с мамой и папой и остался в убогой комнатке, которую он делил с Куртисом в университетском кампусе. О, он, конечно же, может приехать домой на Рождество, или даже на выходные. Но та часть его жизни, в которой он постоянно жил под опекой родителей, ушла в прошлое, Он рассчитывал, что, закончив учиться, он найдет работу, и будет жить где-нибудь самостоятельно. Он давно уже с нетерпением ждал этой независимости, думая о том, как здорово было бы отвечать только за себя, но не мог не признать, что внезапное осуществление этой мечты стало для него потрясением.

Тоби был так занят своими мыслями, что заметил стену тумана, только когда они почти коснулись ее. Он взглянул вверх, потом испуганно попятился от ограды. На секунду ему показалось, что они вот-вот врежутся во что-то твердое, серую бетонную стену посреди океана. Туман выглядел твердым и непробиваемым, как стена. Он, казалось, странным образом вырос из поверхности океана, образуя подобие барьера.

Если Стеффан в рубке и заметил туман, он не казался встревоженным этим. Яхта двигалась вперед, не останавливаясь, и через несколько секунд туман поглотил их.

Тоби передернуло. Туман имел резкий запах прокисшего молока или несвежего дыхания и был плотным, почти маслянистым. Он свивался вокруг него в завитки, похожие на призрачных угрей. Он вспомнил старый фильм о человеке в лодке, который весь сморщился после того, как миновал полосу странных испарений, поднимающихся от моря… Глупо, конечно, но Тоби от души надеялся, что не надышался ничем отравленным. Он ничего не видел дальше, чем на несколько метров в любом направлении. Он надеялся, что у Стеффана в рубке есть гидролокатор, или радар, или что-то подобное. Если другое судно маячит сейчас в тумане, они могут не увидеть его, пока не станет слишком поздно. Тоби прислушался, но не услышал ничего кроме жутковатой тишины. Его вдруг поразило ужасное осознание того, что он остался один на яхте, что Стеффан и другие пропали, похищенные чем-то скрытым в темных глубинах океана. Он наполовину развернулся, собираясь пройти в рубку. Он так отчаянно нуждался в присутствии людей, что готов был смириться с пренебрежительными замечаниями Стеффана. И вдруг туман исчез так же внезапно, как и появился.

Тоби покачнулся, на мгновение сбитый с толку. Что, ко всем чертям, происходит? Секунду назад он ничего не видел в метре от себя, а теперь небо опять ясное, звезды мерцают, как бриллиантовая пыль, вновь показавшаяся луна белым светом окаймляет контуры палубы.

Тоби успокоил себя мыслью, что, возможно, это нормально; возможно это обычное явление посреди моря. Наверное, будь он моряком, он бы привык к тому, что подобное постоянно случается. Наверное, лучше всего просто не обращать внимания, считать это одной из бесчисленных странных причуд этого мира, полного необычных явлений. Он повернулся, чтобы опять устроиться у ограды, и тут услышал топанье позади себя. Оглянувшись, он увидел Стеффана, идущего по палубе с сердитым лицом.

— Что ко всем чертям, происходит? — требовательно спросил валлиец.

На секунду Тоби подумал, что его в чем-то обвиняют, а затем понял, что это риторический вопрос. Стеффан перегнулся через ограду, уставившись на море так, словно бросал ему вызов.

Тоби нерешительно спросил:

— Что ты имеешь ввиду?

Стеффан оглянулся на него:

— То, что все чертовы приборы для навигации свихнулись, — он резко отвернулся и вновь внимательно уставился на море. — Это безумие, — пробормотал он.

Тоби проследил за его взглядом. Сначала он не был уверен в том, что он видит, но затем до него дошло.

Огни Бухты Кардиффа, хоть и все еще отдаленные, были достаточно яркими, не только, чтобы очертить прибрежную линию, но и чтобы осветить дома, которые теснились у края воды. Это было захватывающе красиво — пунктир огней, сливающихся вместе и омывающих берег приветливым светом — но ведь они уже давно должны были вообще перестать видеть береговую линию. Они оставили позади огни Кардиффской Бухты некоторое время назад. Тоби сам видел, как они уменьшались, мигая, до тех пор, пока не превратились в неясную дымку, оранжевую, как отдаленное пламя на горизонте.

— Как ты думаешь, что случилось? — спросил он.

— А я откуда знаю? — огрызнулся Стеффан. Затем выражение гнева сменилось на его лице почти детской озадаченностью. — Это невозможно, вот и все.

— Должно быть, мы сделали круг в тумане, — сказал Тоби.

— Нет, не сделали.

— Может быть, сделали.

Губы Стеффана скривились, готовые выдать грубое возражение, но в этот момент Куртис, Стан и огорошенный Грэг, топая поднялись по ступенькам снизу.

— Что за шум, чувак? — требовательно спросил Куртис.

Стеффан раздраженно взглянул на него:

— Какой еще шум?

— Я думал, мы врезались во что-то, — сказал Стан.

Лицо Стеффана вспыхнуло, горячий румянец залил уши и щеки.

— Ни во что мы не врезались, — рявкнул он, — мы стоим в середине Бухты, тупой болван.

— Что-то царапнуло дно лодки, — сказал Куртис.

— Мы все это слышали, — добавил Стан.

— Может быть, это обломки корабля, — предположил Куртис.

— Обломки корабля? — в голосе Стеффана послышалось приглушенное рычание. — Ты что думаешь, у нас здесь чертовы Пираты Карибского Моря?

Куртис нахмурился и хотел, было, начать объяснять, но тут они слышали глубокий равномерный стук у себя под ногами, который сменился менее упорядоченной серией ударов и толчков. Они посмотрели друг на друга. Лицо Стеффана стало багровым, глаза почти вылезли из орбит.

— Что это такое, черт возьми? — тихо спросил Тоби.

Стан метнулся к краю лодки и заглянул за ограду.

— Ээ… парни, — сказал он.

— Что еще? — рявкнул Стеффан.

— Там, ээ, что-то в воде.

Они все столпились у ограды. Тоби увидел дюжину или чуть больше круглых предметов, которые покачивались на тихой темной зыби, поднимаясь и опускаясь вокруг яхты.

— Что это такое? — спросил Куртис. — Тюлени?

— Может, это спасательные круги, — сказал Стан.

Тоби уловил движение слева. Он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть серую руку, которая дотянулась до палубы и обвилась вокруг самой нижней ступени ограды.

Он попятился, разинув рот, и наступил Грэгу на ногу. Теперь и Стан мог видеть руку. Он невнятно крякнул и указал на нее пальцем.

У Тоби было время заметить, что рука сморщена и изъедена чем-то так, что полоски плоти свисают с нее, как ленты.

Затем они увидели, как рука напряглась, и все тело оказалось на виду, и вдруг они почувствовали, что воздух как будто покинул их легкие.

Это существо, должно быть, раньше было человеком, но теперь его лицо было полностью разрушено. Из пустых глазниц и раскрытого рта выползали извивающиеся белые угри, разбрызгиваясь по палубе корчащимися комьями. Одежда существа превратилась в бесцветные лохмотья, его ребра виднелись сквозь прорехи в темно-серой плоти. Оно повернуло к ним голову и у Тоби появилось чувство, что оно способно видеть их — или, по крайней мере, осознавать их присутствие, несмотря на то, что у него нет глаз.

Мальчики инстинктивно сбились в кучу, как овцы, преследуемые волком. Тоби слышал, как Стан снова и снова бормочет: «дерьмо»; он слышал, как кто-то всхлипывает, как ребенок — он подумал, что это, наверное, Стеффан. Сам он молчал, его рассудок оцепенел от потрясения; он вдруг подумал: может быть, он спит? Он посмотрел влево и увидел, что еще один труп появился из воды. Это была женщина с раздутым пурпурным лицом, в платье с цветочным узором, покрытым слизью. Позади них раздался шум и на палубу по-крабьи влез ребенок с водорослями, запутанными в волосах, и раной в горле, такой глубокой, что Тоби видел его позвоночник. За секунды яхта была захвачена, мертвецы карабкались на нее из воды со всех сторон. Бежать было некуда. Тоби крепко зажмурил глаза и начал думать о Лаурен.


Пролог | Бухта мертвых | Глава вторая