home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава тридцать седьмая. Ж.П.

Универсальный саквояж миссис Фокс

Пятнадцатого августа тысяча девятьсот девятого года в холле меблированных комнат по Парк-бульвар, девять, Сан-Диего, раздался телефонный звонок. М.Р. Маллоу, то есть, конечно, Р.Т. Козебродски, как раз пристегивал запонки, стоя перед зеркалом небольшого трюмо в четвертом номере: две кровати, трюмо, стол, два кресла и камин.

– Мистер Козебродски! – закричала снизу хозяйка. – Это вас!

Пришлось нестись по лестнице стремительными прыжками с хлопающей расстегнутой манжетой.

Дюк схватил трубку.

– Да… да… Да! Мисс Райкрофт, ну конечно, какие могут быть вопросы! Приходите прямо сейчас… нет, лучше, все-таки, через час, я покажу вам упоительные гравюры! Да, в половине третьего будет как раз! Великолепно! Жду!

Но не успел он положить трубку, опять раздался звонок.

– Да! Для вас – никогда! Ну, Эйлин, дорогая, как я могу сказать вам «нет»! В пять часов в «Старом квакере»? Э… Чем мне искупить свою вину, если я все-таки немножко опоздаю и буду к шести?

Но это был невезучий манжет.

– …и что вы ему сказали? – хохотал М.Р., прислонившись спиной к стене, вытянув ноги и сложив их одна на другую… – Толстый навозный жук, пусть вообще скажет спасибо, что вы пускаете его в гримерную. И что? И что? Что-что? Китти, вы сорванец. Конечно, я буду, какие могут быть вопросы, это же ваш спектакль! Что? Мистер Саммерс где-то бегает, не знаю, где именно. Нет, не передам ни за что! Потому что вы меня специально дразните. И не оправдывайтесь! Ну хорошо, только ради вас!

Хлопнула дверь, вошел Ланс Э. Лауд и с видом глубокой усталости помахал бумажным пакетом.

– Опять? – спросил компаньон. – Фи и ветер далеких странствий?

Оба поднялись в комнату. Компаньон молча скинул пиджак. Снял рубашку, повесил на спинку стула. Спустил с плеч подтяжки, со всем старанием заправил за пояс брюк полотенце. Реноме последнего дела, которым они занимались вот уже почти три года, обязывало к тряпкам дорогим, а второй костюм двое джентльменов позволить себе не могли.

Джейк зажег горелку, достал сковороду, шмякнул на нее колбасу из пакета. Колбаса шипела и плевалась. Д.Э. переворачивал ее вилкой, отклячив зад и отскакивая, чтобы спастись.

На стене уравновешенно тикали часы. М.Р. покосился на них – без пятнадцати два. Компаньоны приступили к обеду.

– Ну, – поинтересовался М.Р. Маллоу, – что опять-то?

Д.Э. Саммерс мрачно жевал.

– Рассказывала, как прекрасно училась в пансионе.

– Что, все два часа?

– Да.

– А ты?

– Попробовал рассказать, как вместо школы ходил в Публичную библиотеку. Барышня страшно обрадовалась. Что, говорит, Мопассана читали? Нет, говорю, Майн Рида и Фенимора Купера.

– А ты что, Мопассана не читал?

Д.Э. по физиономии компаньона понял, что Мопассана не читал зря.

– А она что? – продолжал Дюк.

Компаньон воткнул в колбасу вилку. Колбаса обиделась и плюнула. Ее обозвали непечатным словом.

– Сговор какой-то, – Д.Э. дул на обожженную руку. – Женской масонской ложи. Вздохнула, глазами сделала. Приходите, говорит, завтра, я познакомлю вас со своей маменькой. Зуб даю: уже прикидывает, как будет меня перевоспитывать, и как благодарен я ей за это буду!

– Сэр, ну вы, как маленький, – Дюк поправил полотенце за воротником. – Я же сто раз тебе говорил: женщины и правда – две вещи несовместные!

Д.Э. отозвался: «Да и черт с ней!»

– С чем? – тоже с полным ртом спросил М.Р. – С правдой? Или с этой твоей феей?

– С обеими.

М.Р. прожевал колбасу и опять покосился на часы: два ровно.

– Э-э-э… – протянул он. – Слушай, у меня свидание. Ты, надеюсь, никого не ждешь?

– Не-а, – помотал головой Джейк. – Верен своей даме.

Он встал из-за стола, оделся и взял шляпу.

– Если понадоблюсь, буду в бильярде. Или «Клондайк» на Двадцать восьмой, или на Оливвуд-Терас.


Глава тридцать шестая, в которой поэта терзают соображения практические, а коммерсанта – философские | Универсальный саквояж миссис Фокс | * * *