home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава XII

В том, что касалось письма гувернантки-француженки, полковник Чадлингтон не терял времени. Оставив суперинтенданта проводить расследование в Редборо и заниматься вопросами железнодорожной станции, сам полковник поспешил в Лондон и встретился с помощником комиссара Скотленд-Ярда.

– Да, – сказал тот полковнику, – конечно, вы должны проследить за этим. То, что комиссар знает о Блейке, может оказаться очень важным. В обычном деле можно было бы и написать ему, но в данном случае я считаю, что лучше послать для разговора с ним нашего человека.

– Конечно, я согласен с вами.

– Хорошо. Отправится один из наших сотрудников, Уоринг. Он свободно говорит по-французски. Сейчас он здесь, так что я скоро увижу его и отправлю во Францию. В одиннадцать он сядет на поезд, потом на пароход, и, думаю, к завтрашнему утру он будет в Байонне. Я позвоню в парижскую Сюртэ, чтобы тот французский комиссар был наготове.

– Большое спасибо.

– А как только Уоринг вернется, я отправлю его с отчетом к вам, в Редборо.

– Если можно, то лучше отправьте его в Деррингфорд, – предложил полковник, – там мой суперинтендант ведет дело. Если вы позвоните мне в Редборо, то я отправлюсь в Деррингфорд и встречу его.

– Полковник, как продвигается расследование? – спросил помощник комиссара Скотленд-Ярда, пока они ждали Уоринга.

– Продвигается неплохо. Но есть и трудности.

– Но, как я понял, это довольно простое дело?

– Выглядит таким, определенно, выглядит таким.

Помощник комиссара улыбнулся.

– Полковник, я думаю, что понял вас. У вас есть сомнения, не так ли? В простых делах они появляются, иногда идут через все расследование... а вот и Уоринг.

Помощник комиссара сдержал слово. Через несколько дней Уоринг вернулся с отчетом и предоставил его полковнику и суперинтенданту Чаффу.

– Сэр, – начал он, – с месье Клери, комиссаром Байонны, проблем не было. Он очень приятный человек. Я рассказал ему, что письмо его дочери было вскрыто, и он расхохотался от одной только мысли, что он и мадмуазель Клери попали под подозрение английской полиции.

Все очень просто. Мадмуазель Клери с отцом были на пляже в Андае, а Джозеф Блейк делал там наброски. Месье Клери сказал дочери: «Видишь этого англичанина? Мне кажется, это один из тех, кто причиняет неприятности нашим заграничным друзьям», – а когда она спросила, что он имеет в виду, он пояснил ей, что имеет основания предполагать, что Блейк замешан в контрабанду товаров в Испанию. Вот и все, что он сказал ей, но мне он дал больше сведений.

В тех местах распространена контрабанда в Испанию. Это занятие хорошо оплачивается, так как таможенная пошлина очень велика. И это хорошая местность для такой деятельности. Конечно, в самом Андае делается не так много, дорога в Ирун[9] хорошо прослеживается, но темной ночью несложно переправиться чуть выше по течению Бидасоа, а еще дальше, в Пиренеях, много почти неохраняемых участков границы.

Естественно, это нарушение испанских, а не французских законов. С контрабандистами борется национальная гвардия, а не французская полиция. Но последняя хорошо знает тех, кто замешан во все это. Месье Клери рассказал мне, что одно время они подозревали трех человек, все они жили во Франции и возглавляли шайку. Это Джозеф Блейк, вилла которого находилась в Андае, еще один англичанин по имени Росс, проживавший неподалеку – в Сен-Жан-де-Дюзе, и испанец, проживавший в Бидарте, деревеньке между Сен-Жан-де-Дюзом и Биарриц.

Теперь мы подходим к интересному моменту, который может иметь отношение к вашему расследованию. Какое-то время назад присматривавший за троицей месье Клери (думаю, комиссар очень дружен с испанской полицией) заметил, что они страшно перессорились. Это началось между Блейком и Россом. Сэр, вам несложно понять, что если человек уклоняется от налогов, это не делает его негодяем. Джозефа Блейка и Хуана Гарридо можно отнести к «джентльменам-авантюристам», способным на риск. Во всем, кроме контрабанды, они были честными людьми. Понимаете? А Росс был другим. Отпетым мошенником. У нас в Ярде есть досье Ярда на него, хотя мы ничего не знаем о его делах за последние четыре-пять лет, ведь он провел их за границей. Он был замешан в дело о шантаже, а во время войны у нас было сильное подозрение, что он получает немецкие деньги, да, сэр, за шпионаж, но мы так и не смогли доказать это.

Итак, Блейк поссорился с ним. Стало известно, что Росс угрожал Блейку. Кажется, по этой причине Блейк и вышел из контрабандного дела и переехал сюда. А Гарридо тем временем остался с Россом. Однако позже они тоже поссорились, и Росс ушел.

– И куда же он ушел? – спросил полковник.

– Он вернулся в Англию, сэр.

– О! Продолжайте.

– Во всяком случае, месье Клери понял это так. Как вы понимаете, занятие контрабандой требует определенных вложений. Они не переправляли товары по реке или через горный перевал. И если кто-то из бедняг попадался в руки к гвардейцам, то ему приходилось отдуваться в одиночку. Все это лишь предположения, сэр, как я уже говорил, они появились у Клери. Когда Блейк вышел из дела, он, вероятно, забрал свои деньги. То же самое произошло, когда ушел и Росс. Так и быть. Из этого два следствия. Во-первых, Росс стал еще враждебнее по отношению к Блейку, ведь, по-видимому, Гарридо ушел из дела под влиянием последнего. А во-вторых, когда Гарридо остался один, капитал очень уменьшился, что затруднило продолжение контрабандистской деятельности.

– Вот те на, сэр! – воскликнул суперинтендант Чафф. – Все совпадает! Вот почему Блейк собирался к Гарридо (сэр, помните, его фамилия была в записной книжке?), и он взял с собой наличные! Что вы думаете, сэр?

– Думаю, вы совершенно правы, Чафф, – ответил полковник. – Рассуждая с точки зрения психологии, можно догадаться, что произошло: Гарридо написал Блейку и признал свою неправоту во время первой ссоры, когда он встал на сторону Росса. Теперь он ушел от него и просил Блейка о финансовой помощи. Да, очень правдоподобно. Хорошо бы нам увидеться с Хуаном Гарридо.

– Все в порядке, сэр, – заявил человек из Скотленд-Ярда. – Клери сделает это. Я, конечно, рассказал ему об убийстве, а Клери сказал, что он уверен: Гарридо предоставит достаточно информации, если только правильно к нему подойти. Как я уже говорил, он честен во всем, кроме контрабанды. Клери обещал, что напишет вам. Думаю, так было бы лучше всего.

– Отлично!

Широкое лицо суперинтенданта озарилось улыбкой.

– Смотрите, сэр, – сказал он, – разве все не ясно, как день? Тот человек, конечно, Росс. Он вышел из поезда в Рамсдене. Он хотел отомстить. Подождите, пока Хорн не задержит его – не думаю, что на это уйдет много времени.

– Значит, у вас есть новости? – спросил Уоринг.

– Что бы там ни писали газеты, а расследование продвигается, – ответил суперинтендант. – О, да. Путника подвез парень, он-то и вывел нас на след. Нам удалось отследить его до станции в Редборо, а там кондуктор смог вспомнить человека, подходящего под его описание – он сел в поезд на Лондон. Мы нашли таксиста, подобравшего его на вокзале «Паддингтон», и отель, в котором путник провел ночь. Сегодня Хорн телеграфировал о дальнейших событиях. Мы взяли его! Думаю, теперь уже можно сказать, сэр, – продолжал он, обращаясь к полковнику Чадлингтону, – что у нас есть и мотив преступления. Месть! А женщины в этом деле, как оказывается, нет!

– Но все-таки, – ответил полковник, – было бы интересно узнать что-нибудь о той женщине. Уоринг, выяснили ли вы что-нибудь о ней? Я имею в виду женщину, которая жила с Блейком в Андае.

– Она умерла, сэр, – сказал Уоринг.

– Знаю. Клери говорил что-нибудь о ней?

– Очень немного, сэр. Она была испанкой. Она называла себя Марией Кассола и, по словам комиссара, была красавицей.

– Она называла себя Марией Кассола?

– Да, сэр. Но Клери сомневался в том, что это ее настоящее имя, хотя ее документы были в порядке. По ее словам, она была экономкой Блейка (последний тоже так говорил). Но там было что-то большее. Клери считает, что она была замужем, но ушла от мужа. Правда, он так и не смог выяснить, кем был ее муж, комиссар лишь сомневается, что Кассола – это его фамилия.

– Возможно, это ее девичья фамилия, – предположил полковник.

– Он так и подумал, сэр.

– Ну, мы вам очень благодарны, Уоррен. Вы дали нам множество информации, которая может оказаться полезной.

Однако в тот же день поступило еще больше информации. Старший констебль и суперинтендант все еще совещались после ухода Уоррена, и едва Чадлингтон начал собираться обратно в Деррингфорд, как из соседнего кабинета пришел сержант Крэнли.

– Да, сержант? – спросил суперинтендант.

– Только что пришел мистер Аллен, мясник. Он говорит, что хочет сообщить вам что-то важное.

– Хорошо, – сказал полковник. – Думаю, на сегодня все. Я уже ухожу.

– Прошу прощения, сэр, – вставил сержант. – Думаю, то, что хочет сказать мистер Аллен, имеет отношение к делу Блейка.

– О, правда? Тогда я останусь и послушаю. Сержант, велите ему войти.

Мистер Аллен был высоким человеком с болезненным лицом и напоминал скорее гробовщика, чем мясника. Он с подозрением взглянул на полковника Чадлингтона.

– Суперинтендант, я хотел увидеться с вами.

– Мистер Аллен, не волнуйтесь. Это мой начальник, старший констебль, – рассмеялся Чафф.

– О, правда, сэр? – воскликнул Аллен и поклонился полковнику. – Тогда так будет даже лучше.

– В чем дело? – спросил Чафф. Аллен поджал губы, таинственно кивнул, сунул руку в карман, вынул оттуда небольшой бумажник и извлек из него казначейский билет в один фунт. Затем он положил его на стол и, указав на него триумфальным жестом, заявил:

– Посмотрите на номер!

Полицейские посмотрели и вскоре поняли, что мясник имел в виду. Билет носил номер PI 38 859634.

– О! – выдохнул суперинтендант, и широкая улыбка озарила его лицо. – Мистер Аллен, где вы взяли этот билет?

– А, – мясник слегка наклонил голову в сторону, – суперинтендант, я так и подумал, что это вас заинтересует. Где я взял его? На работе. Он попал в мои руки около часа назад.

– Кто дал его вам?

Аллен не торопился. Он хотел рассказать все по-своему. С неуместной радостью он продолжил:

– Суперинтендант, с тех пор как, вы распространили список номеров, я был бдителен. Я проверял каждую банкноту, которая оказывалась у меня в руках.

– Да-да. Продолжайте.

– Около часа назад в мой магазин зашла одна особа и купила половину бараньей ноги. Расплатилась этим билетом, но сразу же я его не проверил, так как был загружен работой – сегодня торговля шла хорошо, базарный день, приехало много деревенских, и покупателей было много. Мой магазинчик был переполнен.

– Мистер Аллен, продолжайте! Кто дал вам этот билет?

– Суперинтендант, я как раз подхожу к этому, – с упреком в голосе ответил Аллен. – Я собирался сказать, что отложил этот билет в кассе, чтобы взглянуть на него позже. Десять минут назад в торговле было затишье, мой помощник управлялся сам, и я решил посмотреть билет, – мясник обернулся к полковнику. – Все фунтовые банкноты я сдаю в банк в четыре часа. С тех пор я получил еще несколько шиллингов, но что касается фунтов, то это – единственная банкнота.

– Да-да, – поторопил его полковник, который был так же нетерпелив, как и суперинтендант.

– Ну, сэр, как только я понял, что у него за номер, (суперинтендант, я тщательно сравнил его с тем номером, который вы мне прислали), я понял, что должен сразу же прийти к вам. И вот я здесь.

– Так кто дал вам этот билет? – чуть ли не взревел суперинтендант.

– Я как раз рассказываю об этом, мистер Чафф. Я хорошо знаю эту особу. Она часто делает у меня покупки в базарные дни.

– Она? – спросил полковник.

– Да, сэр, – триумфально объявил мясник, чувствуя наступление драматичного момента, – миссис Флитни, вот как ее зовут, сэр. Экономка покойного мистера Джозефа Блейка, сэр. Она расплатилась за половину бараньей ноги этим билетом, сэр.

– Вот те на! – воскликнул Чафф. Затем он обернулся к полковнику. Тот приподнял брови. Затем обратился к Аллену: – Вы совершенно уверены?

– Абсолютно, сэр!

– Вы никому не говорили об этом?

В голосе мясника снова появилась нотка упрека:

– Думаете, я бы сказал? Конечно, нет. Я пришел прямо к вам.

– Миссис Флитни все еще в Деррингфорде? – спросил суперинтендант.

– Нет, мистер Чафф. Уходя с рыночной площади, я видел, как она садится в автобус на Литтл Митфорд. Он уже отошел. Первым делом я хотел было остановить ее и привести сюда. Возможно, я и должен был так сделать?

– Конечно, нет, мистер Аллен, – ответил полковник Чадлингтон. – Вы поступили совершенно правильно. Пожалуйста, держите это в секрете.

– Конечно, сэр. Я – сама осторожность. И я буду очень признателен, если вы сообщите мне, что из этого получилось.

– Всему свое время, мистер Аллен, – ответил суперинтендант. – А пока предоставьте это нам. Но если возникнет необходимость, сможете ли вы поклясться, что билет вам дала миссис Флитни?

– Определенно. Доброго дня, суперинтендант. Доброго дня, сэр.

– Ну, и что вы об этом думаете, сэр? – спросил Чафф после того, как мясник удалился. – Кажется, что вы были правы – во всем этом замешана женщина.

– Миссис Флитни? Ну, мы и так в какой-то степени должны держать ее под подозрением, не так ли? Но, конечно, дело развивается. Причем странно.

– Мне лучше сразу же отправиться поговорить с ней.

– Я пойду с вами, Чафф, признаюсь, я заинтригован. Дайте мне чашку чая, а затем я отвезу вас в Литтл Митфорд на своей машине. Спешить некуда. Если мы отправимся прямо сейчас, то будем на месте раньше автобуса. Дайте ей передохнуть после поездки, так дело пойдет легче.

– Согласен с вами, сэр, – ответил суперинтендант, – но я не уверен, что все пройдет легко. Она – типичная жительница даунширской деревни, а когда деревенские попадают впросак, они отлично ухитряются скрывать то, что требуется узнать.

– Это я заметил, – ответил полковник. – Я не хочу лезть не в свои дела, Чафф, и не говорю, что недооцениваю ваши силы. Но, если не возражаете, я бы хотел, чтобы вы дали мне вести разговор, по крайней мере, его начало. Не скрою, это дело все больше и больше озадачивает меня. Вы знаете, я не собираюсь ничего скрывать от вас. И как бы то ни было, расследование ведете вы. Но в данном случае у меня есть причины, или причуды – можете их назвать и так. Вы не возражаете?

– Почему же, конечно, нет, сэр. Вы имеете полное право придерживаться понравившейся вам линии.

– Спасибо. Проследите за чаем, и приступим.



Глава XI | Выстрел в холмах | Глава XIII