home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава IV

Деревня Олдерхерст находилась в двух милях от места, в котором было найдено тело Джозефа Блейка. Удаленность деревни объяснялась тем, что прочие поселения в округе находились у подножия холмов, а Олдерхерст – на возвышенности, и дороги туда были крутыми и трудными. Как следует из названия деревни,[1] здесь легко можно было найти древесину – Олдерхерст отличался от окрестных деревень тем, что мог похвастаться изобилием деревьев. По мере того, как Хорн приближался к деревне, ландшафт вокруг изменялся, и в итоге совершенно отличался от только что покинутых детективом мест.

Олдерхерст был очень маленькой деревенькой, скрывавшейся от глаз путника вплоть до того момента, пока он не войдет в нее.

Помимо дома викария, стоявшего рядом со старой церковью, единственным крупным жилищем была резиденция Харви Грегори, крупного фермера и землевладельца.

Он жил в квадратном здании из красного кирпича, расположенном вдали от основной дороги – туда вела частная дорога, скрытая под ветвями вязов.

Сам Грегори был типичным зажиточным фермером. Его семья занимала Олдерхерст-Мэнор в течение многих поколений и настолько гордилась своим крестьянским происхождением, что Харви Грегори не принял бы титул сквайра, если бы ему его присвоили.

Он процветал, был уважаем, и считалось, что он такой же хороший спортсмен, как и фермер, касалось ли дело псовой охоты или осенней охоты в угодьях.

Более того, он прекрасно выглядел: высокий, широкоплечий, в свои пятьдесят с лишним лет он выглядел юношей со свежим, румяным лицом, темно-каштановыми волосами и добрыми глазами. Он мог одеваться так же хорошо, как и любой человек в графстве, и делал это, если обстоятельства того требовали; но обычно он одевался так, чтобы всем сразу было видно, кто он.

Он стоял у двери, когда подъехал детектив. На нем была свободная темно-серая куртка с соответствующим жилетом, вельветовые бриджи, коричневые кожаные гетры и шляпа-котелок. При появлении Хорна он с любопытством взглянул на него – детектива он узнал, так как часто бывал в Деррингфорде и уже давно был знаком с суперинтендантом.

– Мистер Грегори, доброе утро.

– Доброе утро. Вы хотите со мной поговорить?

– Да. И это очень срочно.

Фермер резко на него посмотрел, но ничего не спросил.

– Я собирался на ферму, но это подождет, – ответил он. – Если хотите, заходите.

Он открыл двери и прошагал через холл в большую столовую. В камине пылал огонь. Фермер жестом предложил детективу сесть и неожиданно спросил:

– Итак?

Хорн кратко рассказал о случившемся, упомянув и то, что, по имеющейся у него информации, накануне Блейк был у фермера. Грегори выслушал, а затем сказал:

– Это ужасно, сержант. Убит! Бедняга! Мотивы очевидны, хотя непонятно, как злодей обо всем узнал.

– Что вы имеете в виду? – спросил детектив.

– Когда он вчера вышел из моего дома, у него было более двух сотен фунтов наличными.

– Что?

– Это так, сержант. Полагаю, вы обыскали тело? И не нашли при нем денег, так?

– Только несколько монет, – ответил детектив, открывая сумку. – Здесь у меня все, что я вынул из его карманов.

Фермер подался вперед.

– Вот именно! – воскликнул он. – Я видел, как он складывал деньги в этот бумажник – казначейские билеты и банкноты Банка Англии. Я так понимаю, что теперь их там нет?

Детектив покачал головой.

– Там только блокнот, – ответил он. – Как вы сказали, мотив очевиден. Можем ли мы проследить эти деньги? Я имею в виду, по номерам банкнот.

– Это должно быть довольно легко. Я только позавчера взял их в деррингфордском банке, и у них наверняка записаны номера.

– Так, значит, это вы дали ему те деньги?

– Да. Вчера он за ними и проходил.

– Мистер Грегори, давайте вы мне расскажете обо всем, а затем, если вы не возражаете, я задам вам вопросы.

– Конечно. Я постараюсь сделать рассказ как можно яснее и короче. Во-первых, о мистере Блейке я смогу рассказать весьма немногое – сам я знал его лишь поверхностно. Сталкивался я с ним только по делам. Несколько месяцев назад он приехал в наши края и купил дом в Литтл Митфорде. Он называется «Утес», в то время он был выставлен на продажу. Я и сам подумывал о том, чтобы купить его, но до этого так и не дошло. В то время у меня не было особой потребности в покупке. Но совсем недавно обстоятельства поменялись. К дому прилагается пять или шесть акров земли. Блейку она не нужна, и он давал ее в пользование деревенским фермерам.

Недавно мой зять, биржевой маклер, решил построить дом в этих краях. Он осмотрелся в округе, и ему понравился Литтл Митфорд. Принадлежащий Блейку участок земли был идеальным местом для строительства, так что зять попросил меня попытаться купить эту землю. Поначалу Блейк не особо хотел продавать ее, я виделся с ним несколько раз, и через какое-то время он пошел на уступки, и мы договорились о цене. В общем, я вел переговоры от имени зятя, составил договор, а на прошлой неделе я встретил Блейка в Деррингфорде и сказал ему, что заплачу деньги, как только он подпишет бумаги. Он сам предложил прийти ко мне. Мы говорили о фермерских делах, моем старом доме и тому подобном, и в конце он сказал, что будет рад прийти ко мне. Я пригласил его на ланч. Мы выбрали день, и он сделал пометку в блокноте – я видел тот блокнот среди прочих вещей в вашей сумке. Ну, вот и все.

Фермер протянул руку, но детектив спрятал блокнот обратно в сумку.

– Мистер Грегори, не думаю, что могу выпускать его из рук или давать его посмотреть кому-либо до тех пор, пока сам не изучу его, – сказал он. – Помимо того, о чем вы рассказали, есть еще несколько моментов, которые нужно прояснить. Во-первых, почему вы заплатили ему такую большую сумму наличными? Почему не выписали чек?

– Я собирался так и сделать, – ответил мистер Грегори. – Но три или четыре дня назад, уже после того, как мы договорились о встрече, я получил письмо, в котором говорилось, что он предпочел бы получить плату казначейскими билетами и банкнотами Банка Англии. Там было сказано, что ему нужны наличные, а в этих краях нет банка.

– У вас сохранилось письмо?

– Не думаю, что выкинул его. В таком случае я, конечно, передам его вам.

Детектив кивнул и заглянул в записную книжку, черкнув в ней пару строк.

– Вы упоминали кому-либо о вчерашнем визите Блейка?

– О! Да, сержант, я понимаю, что это важно. Да, так получилось, что я упоминал об этом.

– Кому?

– Ну, это было в понедельник, то есть позавчера, в Деррингфорде. Это был рыночный день, и я, как обычно, был на рынке у «Кингс-Армс-Отеля». Большинство наших фермеров обедали вместе, и при этом я сказал, что купил землю в Литтл Митфорде, и что на следующий день Блейк должен прийти ко мне, чтобы завершить сделку.

Хорн пожал плечами, а его глаза округлились еще сильнее, чем обычно.

– Мистер Грегори, это не сильно продвигает нас. Я знаю, что фермеры у «Кингс-Армс» судачат обо всем на свете. Если вы упомянули об этом там, то считай, что рассказали половине Деррингфорда. Вы говорили о покупке с кем-нибудь еще?

– Конечно, я рассказал жене – я сказал ей, что пригласил Блейка на ланч.

– Когда?

– О, более недели назад. В тот же день, когда я назначил встречу.

– Кто-нибудь слышал, как вы говорили с ней?

– Только домашние.

– Можно узнать, кто они?

– Конечно. Это было во время чая. Присутствовали девочки – семи и восьми лет, и их гувернантка. А еще горничная, которая принесла чай.

– А горничные болтливы так же, как и торговцы, – заключил Хорн, – так что обо всем известно всей деревне.

– Верно, – согласился фермер.

– Думаю, что должен увидеть миссис Грегори и остальных.

– Хорошо, – рассмеялся фермер. – А вы захотите опросить и всех обедавших в «Кингс-Армс»? Думаю, что смогу составить список большинства из них.

– Список бы мне пригодился, но рассказу ваших домашних я придаю большее значение.

– Почему? – удивился Грегори. – Неужели вы думаете…

– О, нет. Мистер Грегори, все в порядке. Дело в том, что вы рассказали им об этом более недели назад, то есть у известий, распространившихся от ваших домашних, было больше времени. А ведь никогда не знаешь, насколько далеко могут разойтись слухи. Понимаете, ваш рассказ наводит на мысль о том, что кто-то заранее знал о передвижениях Блейка, хотя, конечно, он и сам мог рассказать кому-то о своих планах, и это усложняет расследование. Следующий вопрос в том, стало ли известно, что он будет возвращаться через холмы с большой суммой денег? Мистер Грегори, вы случайно никому не упоминали об этом?

– Я довольно осторожен, когда дело касается денег, сержант, – ответил фермер. – И насколько я могу вспомнить, я говорил об этом только одному человеку – Фортескью, управляющему деррингфордовским банком. Зять прислал мне чек на полную сумму, и я зашел в банк, чтобы обналичить его.

– А кассир?

– Нет. Я имел дело только с Фортескью, я зашел в его личный кабинет. Там я отдал ему чек, а он вызвал кассира и велел ему принести деньги.

– Значит, никто не видел, как вы обналичили чек?

– Никто.

– А здесь, в вашем доме, вы не упоминали об этом?

– Уверен, что нет, – заверил Грегори.

– Даже миссис Грегори?

– Нет.

– Хм-м! Это немного усложняет дело, если только сам Блейк никому ничего не сказал. Фортескью, конечно, молчал.

Детектив снова заглянул в блокнот.

– В котором часу вчера пришел Блейк? – спросил он.

– Сразу после часа дня.

– И сколько времени он оставался здесь?

– До пяти с небольшим. После ланча мы обошли ферму. Затем мы вернулись назад и выпили чаю. Я проводил его до ворот.

– Хорошо, тогда если он сразу отправился домой, то, чтобы добраться до того места, в котором он был найден, ему потребовалось примерно полчаса. Конечно, это зависит от скорости, с которой он шел. А теперь послушайте. Допустим, убийца все обдумал заранее, и…

– Конечно, все было преднамеренно, – прервал его фермер, – вы же так считаете, не правда ли?

– Я пока что ничего не считаю, – возразил детектив, – в таких вопросах опасно делать преждевременные выводы. Я могу только предполагать, но не стоит верить во все версии. Но, в любом случае, вы хорошо знаете местность, так что я хочу задать вам вопрос. Допустим, убийца притаился, ожидая жертву и зная, где она пройдет. Но мог ли он узнать, в какое время будет возвращаться Блейк?

– Вряд ли.

– Вот именно. И это значит что, затаившись в холмах, он должен был какое-то время ждать. Я, кажется, нашел место, в котором он прятался, и с которого стрелял. Но если это так, то у него был не очень большой обзор. Я имею в виду, что он не мог увидеть приближение Блейка, и заметил его только, когда он был всего в паре сотен футов. Если вам нужно увидеть появление человека из Олдерхерста, и заметить его издалека, то где бы вы встали?

– Ответить легко. Могу указать вам точное место. Вы заметили, что по эту сторону рощи Стрейкера пересекаются четыре дорожки? Да. Первая ведет в Литтл Митфорд, вторая сюда, третья – в Рамсден, а последняя – на север, по направлению к Деррингфорду. Вот там бы я и остановился. Оттуда можно увидеть добрых полмили дороги в Олдерхерст, а также наблюдать за всеми другими направлениями, а если бы вы заметили, что кто-то идет, вы бы легко спрятались в роще Стрейкера.

– Спасибо, это может быть полезно, – ответил Хорн, сделав пометку в блокноте. – Вы можете рассказать что-нибудь еще?

Грегори с минуту подумал. Затем он сказал:

– Не знаю, важно ли это, но я припоминаю, что Блейк упоминал о том, что собирается к отъезду.

– О! Я должен взять это на заметку! – воскликнул детектив. – Конечно, мы должны выяснить о Блейке все, что только возможно. Мы должны найти мотив убийства. И порой мотив заставляет все пересмотреть, даже если первоначально все казалось очевидным.

– Все было так: в следующий вторник здесь встречаются даунширские охотники, и я рассказал об этом Блейку. Он ответил, что любит верховую охоту с собаками, но сейчас у него нет лошади. Поэтому я пригласил его и предложил ему верховую прогулку. Но он ответил, что был бы рад, но собирается ненадолго уехать, возможно, на следующий день.

«И перед отъездом он захотел получить наличные, – подумал Хорн. – Хм. Стоит ли это чего-нибудь?».

– Спасибо, – сказал он вслух. – А теперь я могу увидеть миссис Грегори и гувернантку, а также горничную, которая принесла чай?

– И без детей? – поднимаясь со стула, спросил Грегори. – Я не хочу их пугать.

– О, нет. Хотя вы можете как-нибудь расспросить их, не рассказывали ли они кому-нибудь, может, какому-то незнакомцу, о мистере Блейке.

– Навряд ли, чтобы незнакомцу! Их здесь вообще не так много, а тем более зимой. Вы хотите увидеть всех разом?

– Если можно, то сначала только миссис Грегори.

Вскоре фермер вернулся вместе с женой, милой женщиной с приятными глазами и цветом лица, которое от природы не нуждалось в косметических ухищрениях. Грегори быстро объяснил ей, кто такой Хорн, и почему он пришел.

– Ах, это ужасно! – воскликнула миссис Грегори. – Так страшно думать, что он вышел из нашего дома навстречу смерти! Правда, я была не знакома с ним и видела его лишь единожды, но, конечно, это ужасный шок.

Хорн сочувственно кивнул.

– Догадываюсь, что вы чувствуете, – сказал он. – Не возражаете, если я задам один-два вопроса? Мы хотим выяснить, кто знал о том, что вчера он должен был прийти сюда. Мистер Грегори говорит, что упоминал об этом вам более недели назад. Вы не помните, не говорили ли вы об этом кому-либо?

На мгновение миссис Грегори задумалась.

– Насколько мне известно, нет, – ответила она, – хотя, конечно, я могла кому-то сказать, не придавая значения.

– Вот именно. Мистер Грегори сообщил мне, что гувернантка и одна из горничных присутствовали во время разговора о мистере Блейке. Можете рассказать что-нибудь о них, прежде чем я опрошу их?

– Фанни, горничная, деревенская девушка. Мы хорошо знаем ее семью. Мадмуазель Клер с нами около года. У нее превосходные рекомендации.

– Как я понимаю, она – иностранка?

– Да. Француженка. Она из Биарриц.

– Ну, сперва я поговорю с Фанни, если можно.

Фанни оказалась простой, наивной и не слишком сообразительной девушкой. Хорн не смог вытянуть из нее ничего особенного за исключением того, что она, вероятно, рассказала кухарке о том, что ожидается гость. Но точно она не помнила.

Мадмуазель Клер была маленькой нарядной француженкой, около тридцати лет от роду, смышленой и живой. Она бегло говорила по-английски. Когда детектив рассказал ей об убийстве, она сцепила руки и испуганно воскликнула:

– Ah, ciel![2] Но это ужасно, месье!

Хорн взглянул на нее. Он объяснил, что собирается задать важный вопрос, а затем спросил, не упоминала ли она кому-либо о предстоящем визите Блейка.

– Ах, нет, месье, – ответила она, – не думаю, что я говорила об этом с кем-либо. Зачем? Я не была с ним знакома, и его приход не волновал меня.

– Вы никогда прежде не видели его?

Возможно, задать этот вопрос сыщика побудила легкая бледность, проявившаяся на лице француженки. Прежде, чем ответить, она замешкалась.

– Думаю, я видела месье Блейка. Когда он был здесь на dejeuner,[3] я подумала, что видела его.

– В самом деле? И где?

– Поблизости от моего дома, месье.

– А где это?

– В Байонне.[4]

– Вы видели его в Байонне?

– Нет, месье. Я видела его в Андае.[5] В Андае живет моя тетя, раньше я у нее жила, и думаю, что два или три года назад я видела месье Блейка – он рисовал на пляже.

– Вы не можете рассказать что-нибудь о нем?

– До вчерашнего дня я никогда не говорила с ним, месье, – покачала головой француженка.

– Понятно. Ну, большое спасибо.

Через пару минут детектив уже ехал обратно из Олдерхерста на велосипеде Райнера. Он призадумался. Он не был удовлетворен беседой с мадмуазель Клер. У него появилось впечатление, что она знает больше, чем говорит. На перекрестке Хорн встал с велосипеда. Грегори был совершенно прав. С этого места был хороший обзор, особенно в направлении Олдерхерста. Отчасти поросшие травой тропинки были полупротоптаны. Хорн наклонился, обследовал землю, и его поиски были вознаграждены – он нашел огарок спички.

– Если, – размышлял он, – тот парень закурил здесь трубку, то он мог обронить и немного табаку. В любом случае, приступим!

Он встал на четвереньки и прочесал траву вдоль тропинки. И вот он наткнулся на небольшой кусочек табака, упавший в трещину в земле. Это был как раз тот сорт трубочного табака, который он ожидал найти. Он был маленьким, но было видно, что это табак грубого помола.

Он сел на велосипед и, довольно хмыкнув, двинулся к Литтл Митфорду, но тут же остановился, воскликнув от досады. Что проку в его находке? Если убийца, согласно его предположению, после выстрела спустился к жертве, чтобы забрать деньги, и при этом обронил немного пепла из трубки, то как же получилось, что в траве на склоне не осталось его следов? Эти мысли озадачили Хорна, пока он ехал в Литтл Митфорд.



Глава III | Выстрел в холмах | Глава V