home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1

— Добрый день. У меня назначена встреча с госпожой Коул, заведующей.

— Ой… — девушка в скромном платье и фартуке была явно ошарашена: не каждый день в приют являлись так хорошо одетые джентльмены. — Вы это… погодите… счас… Миссис Коул!

Кто-то что-то крикнул в ответ, и девушка сказала:

— Вы это… заходите. Она счас будет…

Холл, выложенный черно-белой плиткой, давно нуждался в ремонте, но хоть был чист, и на том спасибо.

Навстречу вышла худая, чем-то обеспокоенная женщина с резкими чертами лица. Подходя к гостю, она через плечо отдавала распоряжения ещё одной особе в фартуке:

— … и отнеси йод наверх Марте, Билли Стаббс расчесал струпья, а у Эрика Волли все простыни в гное — пока у нас ветрянка, всё прочее подождёт.

Взгляд ее упал на гостя, и она замерла.

— Добрый день, — сказал тот и заложил руки за спину. Ему не хотелось прикасаться ни к чему в этой дыре. — Я послал вам письмо с просьбой о встрече. Вы назначили встречу на сегодня.

— Да, сэр, идемте, сэр, — быстро проговорила она. — Прошу…

Она проводила гостя в маленькую комнату, то ли гостиную, то ли кабинет, тоже обшарпанную, с не сочетающейся по стилю мебелью. Чисто было и тут, чисто и бедно. Миссис Коул предложила ему шаткий стул, а сама уселась за стол, видимо, рабочий, если судить по горам бумаг, большую часть которых, должно быть, составляли неоплаченные счета.

— Я пришёл, как я уже объяснил вам в своём письме, поговорить о Томе Риддле, — сказал гость.

— Вы родственник? — спросила миссис Коул.

— Да, — коротко сказал тот.

— А… простите… кем вы приходитесь ребенку?

— Вас это не касается, — резко ответил мужчина и вынул бумажник.

Миссис Коул завороженно следила за тем, как он отсчитывает банкноты.

— Я хочу забрать мальчика немедленно, — сказал он.

— О… да, конечно же…

— Но сперва, — еще одна купюра легла поверх остальных, — расскажите мне о нем побольше. Он родился в этом приюте?

— Да, — миссис Коул нервно сглотнула. — Я прекрасно это помню, недавно начала тут работать. Это был канун Нового года… лютый мороз, и снег идёт, понимаете. Мерзкая ночка. И эта девочка, немногим старше, чем я тогда, с трудом поднимается на крыльцо. Впрочем, она такая не первая. Мы приняли её, и часу не прошло — она родила. А умерла ещё через час…

— Врача вы, конечно же не вызывали?

— О чем вы, сэр! — усмехнулась та. — Какой врач в такую ночь помчится к бродяжке в приют? Вот к корове на дальнюю ферму ветеринар пешком пойдет, а к таким…

— Может, настоящий и пошел бы, — негромко произнес мужчина. — Пешком. Впрочем, теперь это не имеет значения. Она что-нибудь говорила перед смертью? Об отце ребенка, например?

— Да. Я тогда… в ужасе я была, сэр, потому как, говорю, впервые такое видела. А она сказала мне: «Надеюсь, он похож на отца»… И я еще подумала: хорошо бы, сама-то она была совсем не красотка. А потом она сказала, что его нужно назвать Томом, по отцу, и Марволо, по деду. И фамилию дать — Риддл. А после этого она умерла, ничего больше не говорила.

— Вот как…

— Ну, мы назвали ребёнка, как она сказала, — продолжила миссис Коул, — похоже, для бедной девочки это было очень важно. Вот и всё. С тех пор мальчик живет здесь, а ее похоронили на кладбище для бродяг. А ребенок… он немного чудной.

— В каком смысле? — насторожился гость.

— Да понимаете…. Он и младенцем был тоже чудным. Знаете, он почти никогда не плакал. А потом, когда он малость подрос, он стал совсем странным.

— В чем же это выражается?

— Ну, он… — миссис Коул посмотрела на него в упор. — Говорите, хотите его забрать?

— Да.

— И даже если я скажу что-нибудь такое… все равно заберете?

— Да. Не тяните, мэм. Он болен? Или… родился калекой? Лишен разума?

— Нет. Он… Он пугает других детей.

— Вы хотите сказать, что он хулиган?

— Так-то оно так, но поймать его на горячем невозможно. Тут были случаи… Просто мерзкие… Вот, хотя бы, кролик Билли Стаббса… Том сказал, что он ни при чём, и я сама не вижу, как он мог быть тут при чём, но, что бы там ни было, кролик же не мог сам повеситься на стропилах?

— Конечно, нет.

— Ну вот… А Том и Билли за день до этого ссорились. А ещё на природе — мы их вывозим, знаете, летом, раз в год, куда-нибудь в сельскую местность или на взморье — так вот, Эми Бенсон и Деннис Бишоп потом так до конца и не оправились, и всё, что мы вообще выведали у них, это что они ходили с Томом в пещеру, — быстро выговорила миссис Коул. — Он клялся, что они просто пошли её исследовать, но я уверена, там что-то произошло. И, ну, в общем, было много случаев, странных случаев… И поверьте, сэр, никто не пожалеет, если он исчезнет!

— Это прекрасно, мэм, — сказал мужчина и встал. — Странно, что он до сих пор не попытался сбежать из вашего замечательного приюта.

— Он слишком умен для этого, — вздохнула она. — Куда ему деваться, сироте без роду-племени? Тут его хотя бы кормят и одевают… Но вы в самом деле хотите забрать его?

— Я вам который раз повторяю — да, хочу забрать его немедленно! — вспылил тот, сверкнув черными глазами.

— Сэр… а ведь мальчик-то… — миссис Коул умолкла и прибрала со стола банкноты. — Идемте, я вас познакомлю. Он, знаете ли, норовистый…

Она повела его из кабинета, наверх, по каменной лестнице, на ходу отдавая команды работникам и делая замечания детям. Сироты были все одеты в одинаковые серенькие блузы, довольно ухожены, но отнюдь не веселы, что и немудрено.

— Это здесь, — сказала миссис Коул, постучала и вошла. Мужчина удивился: чтобы в таком месте к воспитаннику еще и стучали? Немыслимо! — Том? К тебе посетитель. Он… сам скажет, одним словом. Прошу, сэр!

Это была маленькая пустая комната, в которой, кроме старого платяного шкафа и железной кровати, ничего и не было. На сером одеяле сидел, вытянув ноги, мальчик с книжкой в руках. Соседей у него не было, и это тоже о многом говорило.

Том был поразительно красив, высокий для своих семи лет, темноволосый и темноглазый, с удивительно светлой кожей.

— Здравствуй, — сказал мужчина, жестом дав понять мадам Коул, что ей следует удалиться.

— Добрый день, — настороженно ответил мальчик. — А кто вы, сэр?

— Том Риддл.

— Шутите? Это я — Том Риддл!

— Да. Только ты — Том Марволо Риддл, а я — просто Том Риддл. Без второго имени, как-то вот мне его не придумали.

— Это, по-моему, называется «тезки», — серьезно сказал мальчик и сел ровно, отложив книгу. — А все же… кто вы, сэр? Доктор, да?

— Доктор? — нахмурился тот. — Это ты о чем?

— Она… — Том кивнул на дверь, — опять позвала, да? Чтобы меня осмотрели? Скажите правду!

Он выговорил последние два слова со странной силой: это был приказ, и звучал он, словно Том поступал так далеко не первый раз. Широко раскрытыми глазами мальчик впился в гостя, а тот ответил:

— Не смей командовать мной, Том. Я знаю, как это работает.

— Так кто вы?!

— Том Риддл, сказал же. Я хочу забрать тебя отсюда, если согласишься, — просто ответил мужчина.

— В больницу, да? К психам? — неожиданно среагировал мальчик и спрыгнул с кровати. — Не пойду! Я никогда не делал ничего ни маленькой Эми Бенсон, ни Деннису Бишопу, сами можете их спросить, они вам то же самое скажут!

— А кролик? — тихо спросил тот. — Ну? Тот уже ничего не скажет, а ты…

— Я не сумасшедший, — был ответ. — Я туда не поеду! Фланни два раза возили в ту больницу, и она теперь только мычит, даже я ничего не могу поделать, у нее вот тут, — мальчик постучал себе по голове, — совсем пусто! Но она же была нормальная, хоть и глупая, а теперь… ходит, ест, но… ее нет!

— Подожди, не кричи так, — еще тише произнес мужчина. — Что ты можешь сделать? Не бойся, я не доктор, просто объясни, о чем ты, я не понимаю, правда.

— Я могу двигать вещи, не трогая, — ответил Том и снова забрался на кровать и вжался в стену, будто это было последнее его убежище. А и в самом деле, куда он мог подеваться? — Я могу заставить животных делать, что захочу. Я могу сделать, чтобы с людьми, которые меня раздражают, случились плохие вещи. Если я захочу, я могу сделать им больно… Я знаю, что я не такой, как все, но я не сумасшедший!

— Ты не сумасшедший, — тот протянул руку, но сразу же опустил, когда мальчик недобро посмотрел на него. — Просто ты волшебник.

— Смеетесь, да?..

— Нет. Это правда. Но это очень гадкая правда, — честно сказал ему мужчина.

Повисло долгое молчание.

— Всё равно скажите, — произнес наконец Том. — Вы же за этим пришли?

— Да. Твоя мать была волшебницей. Погоди, не перебивай, — поднял руку мужчина. — Я… это я ее убил.

— Что?.. — и без того бледное лицо мальчика совсем побелело. — Как…

— Я испугался, — честно ответил гость. — Я смертельно испугался. Она была волшебницей и она заставила меня влюбиться в нее, жениться на ней, уехать из родного дома в Лондон и… Я не знаю, что именно и как она делала, но в один прекрасный день забыла это повторить. Я очнулся и ужаснулся, потому что больше года жил незнамо как и незнамо где, с почти незнакомой женщиной, которая уже носила тебя…

— И вы…

— Я сбежал, — сказал тот. — Я сбежал, а перед тем сломал ее волшебную палочку, чтобы она снова не заколдовала меня. Самое страшное, Том, это забыть, кто ты такой, этого я страшился сильнее всего, я метнулся обратно к родителям… а Меропа — твоя мать — умерла. Без палочки она не могла колдовать, а тут… даже врача не вызвали. Ты выжил. Она — нет.

— А почему же она к вам не вернулась? — после паузы спросил мальчик. — Или… к деду? Она же сказала дать мне второе имя в честь деда! Это ваш отец или ее?

— Ее. Она к нему не пришла бы даже под страхом смерти, хоть и любила по-своему.

— А зачем я вам понадобился? — черные глаза Тома недобро блеснули. — Почему сейчас? Может, там наследство или еще что?

— Нет там ничего, лачуга развалившаяся и твой дядя-пьянчуга, — тяжело вздохнул мужчина. — А почему сейчас… думаешь, легко разыскать в Лондоне ребенка по одним лишь приметам? Я даже не знал, мальчика Меропа родила или девочку! Если вообще родила… Но выследил-таки — не сам, конечно, детектива нанял. Ну а зачем… — он помолчал. — Как в книжках пишут, хотя ты вряд ли их читал, рано еще… Не мог с этим жить. Я не любил твою мать, я сбежал в панике, узнав, в чем дело, и даже денег не оставил… Ты не представляешь, какой это был страх…

— Представляю, — сказал Том, глядя в пол. — Я же знаю, как заставить других делать то, чего хочу я. Я их глаза видел… Пугать приятно… Значит, мама была такая же? Колдунья?

— Да.

— А вы меня все равно нашли? Чего ради?

— Я же сказал — не могу с этим жить. Она хоть соображала, что творила, а ты чем виноват? Ты тогда не родился даже. И еще, — мужчина снова уставился в пол, — я подумал вот о чем… Не знаю, поймешь ли ты, ты еще ребенок… Меропа была сильной, но не слишком развитой. К сожалению, это вина ее отца: он не позволил ей учиться, не отпускал от себя, сделал прислугой… Я не позволю сотворить то же самое с тобой.

— Я совсем ничего не понял, — нахмурился Том.

— Тебе пока и не нужно. Просто я хочу, чтобы ты рос не в приюте, а в обычном доме. Я не прошу меня любить, не за что как-то… даже наоборот. Но я желаю, чтобы в школу волшебства через несколько лет приехал эсквайр Том Марволо Риддл, а не сирота Томми!

— Школу волшебства?..

— Да. Меропа обмолвилась, когда всё вскрылось — всех волшебников туда приглашают, а ее с братом отец не отпустил. И тебя пригласят, потому что с даром нужно уметь обращаться, а он у тебя, похоже… — мужчина встряхнул головой. — Я не буду настаивать, Том, и не потребую звать меня отцом. Решай сам, станешь ли моим воспитанником или останешься здесь. Я все равно стану тебя содержать, потому что жить в этом клоповнике — врагу не пожелаешь. Но дом… это дом. Решай.

— Ну, знаете… — тот обвел взглядом комнату. — Выбор не особенно большой. Я согласен.

— С одним условием, — сказал Риддл-старший. — Ты не станешь заставлять меня или бабушку с дедушкой делать что-то по твоей прихоти. Нас можно просто попросить, и если ты захочешь не луну с неба или собственную яхту, а велосипед, щенка или даже пони, думаю, это можно будет устроить.

— Вы врете, — сказал Риддл-младший и снова сощурился. — Так бывает только в сказках!

— Да, конечно, а волшебники тоже живут только в сказках, — серьезно ответил ему отец и протянул руку. — Идем домой. Тебе нужно взять что-нибудь?

Том оглянулся на шкаф, подумал и мотнул головой.

— Это не моё, — непонятно ответил он, а потом вдруг добавил: — Я хочу кролика.

— Что?..

— Вы сказали, что если я попрошу что-нибудь, то получу это. Так вот, я хочу кролика. Не себе, Билли. Это ведь правда я его задушил, — непосредственно произнес Том, — потому что за самого Билли мне бы попало.

— Гм… Хорошо. Мы пришлем ему кролика, — ответил ему отец.


Измайлова Кира ОТЦЫ И ДЕТИ | Отцы и дети | cледующая глава