ГЛАВА 14

— Золотце, я думал, их только четверо, — сказал Карпентер.

— Так и есть. Значит, четвертой леталкой управляет автопилот.

Флойд был без толковушек и не понял Карпентера, но по ответу Дейдре догадался, о чем речь.

— Мы смекнули, что вы станете делать, когда увидите четыре леталки. И до нас дошло кое-что еще. Нет у тебя никаких дружков, кроме дистанционки. Сдается мне, она в большой пряжке на твоем ремне. Но перед тем как снимать, достань из-за пояса свой пистолетишко и положи на палубу.

— Как скажешь, Флойд. — Карпентер положил бластер на палубу и, начав расстегивать ремень, обратился к Скипу и Дейдре. — Не вставайте с кресел, ребятки, и пристегнитесь.

Снимая ремень, повернуть кольцо связи — плевое дельце.

— Золотце, если корабль упадет на бок, бомбы в ангаре не рванут? Ну, или еще что-нибудь? Отвечай только «да» или «нет».

— Нет.

— Скип, оборудование на палубе закреплено достаточно прочно, чтобы не попадать на нас при ударе? Да или нет.

— Да.

— Эти кресла — они прикреплены к полу?

— Да.

— Ребята, вы оба пристегнулись как следует?

Двойное «да».

— Эй ты, хватит трепаться, снимай ремень! — прикрикнул Флойд, поспешно надевая толковушки.

Опоздал ты, старина, подумал Карпентер и нажал х-образную кнопку на кольце, посылая Сэма на таран.

Внизу тотчас взревел большой двигатель и залязгали гусеницы. Суровость на лице Флойда сменилась растерянностью. Позабыв о Карпентере, он кинулся к обзорному окну, рванул рычаг, и стекло уехало в корпус. Бандит высунулся в проем и прицелился в трицератанк, но уже через долю секунды тот протаранил опору. Корабль резко накренился, и Флойд, все еще с ружьем наизготовку, вылетел в окно, словно Икар с реактивным двигателем.

Хрряяясь! — подломилась опора.

Карпентер метнулся к креслам и втиснулся между ними.

— Держитесь крепче, ребятки!

Падая все быстрее, корабль врезался в крону ивы, из-под которой Сэм пошел в атаку. Как и надеялся Карпентер, дерево погасило скорость. Затрещали ветви, корабль немного развернуло, после чего корпус рухнул с еще одним оглушительным «хрясь». Тряхнуло так, что Карпентер не удержался, и его швырнуло спиной об стену. Свет перед глазами померк.

И появился снова. Карпентер увидел над собой лицо Дейдре, осенние астры ее глаз потемнели от тревоги. Она расстегнула ему клетчатую рубашку и теперь хлопала по щекам. Он попытался выдавить широкую улыбку, хоть и не совсем успешно, и сделал глубокий вдох, чтобы возместить воздух, который вышибло из легких при падении. Затем осторожно встал на ноги. Вроде ничего не сломано. Ходовая рубка тоже не пострадала, но выглядела странно, так как вместо палубы он стоял на стене.

Дейдре обхватила его руками и прижалась к груди.

— О, мистер Карпентер, вечно вам из-за нас достается!

Он ласково взъерошил ее желтые, словно лютик, волосы. И вдруг с тревогой обернулся.

— Где Скип?

Не успела она ответить, как в лежащую на боку комнату пробрался Скип. Он нес маленький контейнер.

— Мистер Карпентер! Как вы?

— Он ходил за кислородом для вас, — пояснила Дейдре. — Впрочем, похоже, ничего уже не нужно.

— Угу, я отлично себя чувствую.

Что было не совсем правдой: голова еще немного кружилась. Но зачем детям об этом знать? Он поискал бластер, и не смог найти. Затем подошел к открытому окну и вышел через него наружу, благо теперь оно было расположено так, что могло служить дверью. Ива превратилась в лохмотья. Он вгляделся, выискивая за поломанными ветвями и расколотым стволом трицератанк. Может, подмяло кораблем? Ну, это вряд ли. Когда тот рухнул, Сэм наверняка был уже далеко. Карпентер нажал кнопку вызова на кольце и отправился разыскивать Флойда.

До чего же тихо! Должно быть все зауроподы, орнитоподы, тероподы, анкилозавры и цератопсы на мили вокруг, не говоря уже о ящерицах, черепахах, лягушках, крокодилах, насекомоядных и морских гадах, услышали грохот падения и приостановили свои повседневные дела.

Когда Флойда найти не удалось, первой мыслью Карпентера было, что террорист пережил падение и лежит в засаде, спрятавшись в зарослях осоки. Затем он набрел на одну из трясин, которыми изобиловали здешние места, и увидел ее взбаламученную поверхность.

И ни следа ружья.

Очевидно, Флойд его так и не выпустил из рук.

Глядишь, копни полевые сотрудники Бюро глубже, нашли бы не только окаменелый скелет Флойда, но и отпечаток ружья.

Пока Карпентер стоял, вперив взгляд в трясину, прирысил Сэм. Остановившийся в нескольких шагах ящероход представлял собой печальное зрелище. Камуфляжное поле по-прежнему работало, так что ноги и хвост были на месте, зато «несокрушимое» лобовое стекло разбилось и куда-то исчезла большая часть бутафорского зубчатого воротника. Одна из рогопушек смотрела на юг, вторая — на север, на морде появилась большая вмятина.

Карпентер отключил дистанционное управление. Только бы в Бюро не вычли из жалования расходы на ремонт.

Подбежали Дейдре со Скипом. Карпентер показал на трясину, но их больше заботил Сэм, чем судьба Флойда.

— О, мистер Карпентер, как ему досталось! — воскликнул Сэм.

— Его можно починить, — сказал Карпентер, — и он все еще на ходу. — К этому времени в его голове уже полностью прояснилось. — Идем, ребятки, пошлем, наконец, этот СОС! Или вы уже послали?

— Еще нет, — ответил Скип.

— Тогда вперед. Вы отправляйте, а я пока поищу пистолет.

Они уже порядком удалились от упавшего корабля и теперь поспешили обратно. Перед входом Дейдре бросила взгляд на небо и напряглась.

— Мистер Карпентер, они возвращаются!

Над горизонтом появились четыре зловещие точки.

— Бегите к Сэму, ребята! Живо!

Они сорвались с места, и Карпентер последовал их примеру. С легкостью обогнав его длинные, но куда менее проворные ноги, дети забрались в кабину раньше, чем он преодолел половину расстояния. Точки уже стали птеранодонами и устремились к кораблю. Стоит террористам увидеть, что произошло, церемониться не станут. И, словно для того, чтобы облегчить им эту задачу, Карпентер споткнулся о пересекавшую путь черепаху и ничком растянулся на земле.

Когда он снова поднялся на ноги, Дейдре со Скипом уже захлопнули пассажирскую дверь. Мгновеньем позже трицератанк замерцал и исчез.

Почти сразу осоку пригнуло к земле, словно от сильного ветра. Ветер был настоящий, но дул почему-то сверху вниз. Карпентер задрал голову. На равнину медленно спускался огромный космический корабль. Настолько громадный, что в воздухе, казалось, подвесили небоскреб Эмпайр-стейт-билдинг.

Из основания небоскреба выдвинулись металлические опоры, и он сел, заняв не меньше места, чем настоящий. Опоры подстроились, придав кораблю строго вертикальное положение, и через секунду с острия его носа выстрелили четыре радужных луча. Бах! Бах! Бах! Бах! «Птеранодоны» — три с пилотами и беспилотник — исчезли, словно их и не было.

Парадные двери распахнулись, выдвинулись сходни шириной с тротуар на Пятой авеню, и вниз промаршировали две колонны солдат в ослепительно-белой форме незнакомого покроя. Каждый держал серебристое ружье.

У подножия колонны развернулись в две параллельные шеренги и замерли. Повисла тишина. Прошло минут пять или десять, а может, и четверть часа. Затем в проеме появился высокий мужчина в таком белом мундире, что форма солдат показалась грязной. В руке у него был мерцающий жезл, похожий на волшебную палочку. С левого плеча до пояса уступами ниспадали разноцветные ленты. Прямо как в стародавней оперетте «Фрегат ее Величества „Передник“» про любовь капитанской дочки к простому матросу. Небось сам главнокомандующий Космическим флотом.

Незнакомец величественно спустился по сходням, прошествовал между шеренгами солдат и уставился на Карпентера через заросли карликовых магнолий и осоки. Только Карпентер собрался подойти, как на том же месте, откуда исчез, материализовался Сэм. Из его разбитого лобового окна валил черный дым, камуфляжное поле больше не работало — теперь это был подбитый танк, едва вернувшийся с поля боя. Дверца с пассажирской стороны распахнулась, и из кабины спрыгнули Дейдре со Скипом, окутанные клубами дыма. Только теперь Карпентер понял, что сделали ребята, и мысленно помахал ручкой родному двадцатому столетию.

— О, мистер Карпентер! — воскликнула Дейдре, подбегая. — Мы не нарочно, кто же думал, что он сломается! Чтобы послать сигнал, прыгать пришлось далековато, иначе флот не успел бы прилететь, и вы бы погибли от бомб террористов!

— Но как же вам удалось незаметно пробраться на корабль?

— Была ночь, и мы взобрались по аварийной лестнице, — объяснил Скип. — Ерунда.

— Вы сильно рисковали.

— Вообще-то, не так уж сильно, — возразила Дейдре. — Нас не могли поймать хотя бы по той причине, что тогда нам не пришлось бы туда прыгать.

— На часах был Хью, — начал Скип. — Мы заглянули на палубу с офицерскими каютами, а он храпит себе в кресле. Дейдре точно рассчитала, сколько надо времени кораблю, чтобы прибыть сюда и успеть вас спасти. Ну, мы связались с флотом и рассказали, где и когда нас искать. Все бы ничего, если бы машина времени не сломалась. Мне пришлось разбирать ее и чинить. Пока вы лежали раненный, я Сэма изучил вдоль и поперек, так что отремонтировал в два счета. Вот только батареи… Мы думали, их хватит на обратный скачок, но…

— Ну и что, пускай сгорели! — перебила сияющая Дейдре. — Зато теперь, мистер Карпентер, вы можете отправиться с нами на Марс.

— Почему бы и нет, — ответил Карпентер.

— Мы найдем вам отличную работку во дворце, — продолжил Скип, — и…

— Сожалею, что вынужден прерывать столь занимательную беседу, — произнес суровый голос, — но согласно уставу, все миссии должны выполняться как можно оперативнее.

Обернувшись, Карпентер впервые увидел командующего вблизи и на мгновение растерялся. Жесткость лиц террористов не удивляла, так как была вполне ожидаема. Суровый лоб, суровый нос, пара суровых скул, губы и подбородок, словно высеченные в скале. Злобные черные бусинки глаз выглядывают из двух темных пещер. И вся команда такая же — сплошь холодные, жесткие лица.

Командующий поклонился сначала Дейдре, затем Скипу. Карпентер внимания не удостоился.

— Мы никогда не встречались, Ваше Высочество, но я часто видел вас издалека. Я Горацио, капитан флагмана «Летящая звезда». Информацию об основных событиях после вашего похищения мне передали по каналам связи вместе с приказом командования прибыть на Землю точно в указанный вами срок. Тем не менее, принцесса Дейдре, я буду благодарен, если вы соблаговолите лично рассказать обо всем, что произошло с вами и братом на Земле.

Дейдре заговорила. Чем больше она углублялась в свою историю, тем сильнее краснел Карпентер, потому что речь шла по большей части о нем. По словам принцессы, то, на что он пошел ради нее с братом, было ничем иным как геройством. Он представал кем-то вроде божества из эриданского эпоса.

— Поэтому мы просто обязаны взять его с собой на Марс, оказать ему там заслуженно теплый прием и подыскать доходную должность среди высших чинов королевства, — заключила она.

Горацио эти подвиги, похоже, совсем не впечатлили, но он, по крайней мере, заметил существование Карпентера, и грязноватые бусинки глаз повернулись в его сторону. Небрежно вставив в уши пару толковушек, он удостоил землянина надменным кивком.

Карпентер стиснул зубы, но затем напомнил себе, что офицеры марсианского космического флота, по всей видимости, воспитаны в косной кастовой системе и к тому же десентиментализированы. Так почему Горацио должен относиться к нему иначе, чем как к грязи?

— Она права насчет Марса, только я не рассчитываю на доходную должность, — начал Карпентер. — Любая работа сгодится. Как уже сказала принцесса, мой ящероход вышел из строя. Конечно, есть надежда, что я доберусь до точки входа на своих двоих и пошлю в будущее сигнал бедствия, но она призрачная.

Несмотря на их почти одинаковый рост, Горацио как-то удавалось смотреть свысока.

— У меня нет приказа забирать вас на Марс, — процедил он.

Осенние астры детских глаз гневно вспыхнули.

— Зато теперь есть! Я приказываю вам его забрать!

— Позвольте вам напомнить, принцесса Дейдре, что, хотя ваша номинальная власть намного превосходит мои официальные полномочия, ничьи, даже ваши, Ваше Высочество, приказы не имеют веса, пока вы не десентиментализированы. Поэтому я вынужден оставить этого человека, заслуги которого вы расписали столь сентиментальными красками, ровно там, где нашел — на той планете, где он родился — или, точнее, родится, если верить его словам, через семьдесят четыре миллиона лет.

Дейдре вышла из себя.

— Вы же командир военного корабля! Нет приказа, так прикажите!

— Прошу прощения, Ваше Высочество. Это не входит в мои полномочия.

— Тогда запросите Большой Марс.

— По столь ничтожному поводу? Я не смею, Ваше Высочество.

— Тогда я сама это сделаю!

— Об этом не может быть и речи, Ваше Высочество. Лишь экипаж корабля вправе выходить на волну флота, и то исключительно по поводу текущих операций. Пожалуйста, отойдите чуть подальше, Ваше Высочество. И вы, Ваше Высочество, — обратился он к Скипу. — После того как это разведывательное судно было осквернено пребыванием в руках похитителей, флот не может пользоваться им дальше, и я должен его уничтожить.

— Да вы просто пытаетесь скрыть, что бандиты увели корабль у вас из-под носа! — фыркнула Дейдре.

— Пожалуйста, Ваше Высочество, — повторил Горацио, — отойдите подальше.

Дейдре взяла Карпентера за руку.

— Похоже, нам лучше послушаться, мистер Карпентер. Идем, Скип. Вряд ли то, что собирается сделать капитан, как-то навредит Сэму.

После того как Карпентер, дети и высадившиеся солдаты отошли на десяток шагов, Горацио взмахнул своей волшебной палочкой. Она сначала поголубела, затем позеленела, после чего со «шпиля» Эмпайр-стейт в корабль террористов ударил радужный луч, бесследно испарив его от носа до кормы.

Высеченные из камня губы Горацио слегка шевельнулись, изобразив что-то вроде самодовольной улыбки. Он подозвал двух солдат.

— Сопроводите Их Высочеств на борт «Звезды» и проследите, чтобы они получили каюты, достойные столь благородных особ.

— Я не сдвинусь ни на шаг, пока вы не согласитесь взять мистера Карпентера! — заявила Дейдре.

Горацио поднял мизинец на левой руке. Из строя выступили два человека и бережно подхватили Дейдре со Скипом под руки. Дети пытались вырываться, но «сопровождающие» были намного крупнее и сильнее. Карпентеру оставалось лишь беспомощно наблюдать. Горацио только дай повод, с радостью прикажет изрешетить земляшку лучами из ружей!

Ребят уже волокли по сходням.

— Ну почему вы не забрали нас на Землю будущего, мистер Карпентер? — расплакалась Дейдре. — Мы так этого хотели!

— Надо было, золотце, надо.

— Осталась одна банка куриного супа, можете послать ее в будущее! Ах, мистер Карпентер, только бы у вас получилось!

— Может, удастся починить Сэма, — добавил Скип. — Вдруг оживет хотя бы одна батарея!

— Справлюсь, ребятки, обо мне не волнуйтесь! — Карпентер повернулся к Горацио. — Оставьте мне хотя бы ружье.

— Выдавать посторонним армейское имущество запрещено.

— Так и думал, что вы откажете.

Детей уже доволокли до дверей «небоскреба».

— Прощайте, ребятки! Никогда вас не забуду!

Дейдре отчаянно рванулась из рук солдат. Ее лицо исказилось болью.

— Я люблю вас, мистер Карпентер! — прокричала она, исчезая вместе со Скипом внутри корабля. — И буду любить всю жизнь!

В глазах у Карпентера все расплылось, и он понял, что совершил ужасную ошибку. Эти дети не часть Марса — не больше, чем он сам.

Двумя молниеносными движениями Горацио вырвал из ушей Карпентера толковушки. Затем отдал своим подчиненным какой-то приказ, и те мигом ощетинились ружьями. Пропустив капитана к дверям, обе колонны двинулись следом и погрузились на корабль.

Захлопнулась парадная дверь. Эмпайр-стейт, вздрогнув, оторвался от земли. Убрались внутрь посадочные опоры, трава вокруг полегла от мощного порыва ветра. Огромное гротескное здание с двумя юными пленниками внутри зависло в воздухе, а затем взмыло в небо и истаяло, подобно утренней звезде.

Карпентер долго смотрел туда, где она исчезла. Ему виделись лица двоих детей, но они были другими, незнакомыми. Время совершило скачок вперед, ребята подросли, их взгляды стали жесткими и бесчувственными, и вся та любовь, что когда-то светилась в их глазах и тронула его сердце, исчезла без следа.

Он горько повесил голову.

«Я люблю вас, мистер Карпентер! И буду любить всю жизнь!»

Оставалось взять последнюю банку супа и топать через равнину. Эй, хищники большие и малые, подходите, если желаете. Плевать, удастся дойти до фотонного поля или нет.

Земля под ногами задрожала. Ага, как по заказу!

Какая честь, по его душу явился сам владыка — славный старина тиранозавр! Бежать слишком поздно. Да и куда бежать?

— Валяй старик, чего ждешь? Ты мой адресок давно знал!