home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3. Граф Готье Унгери, капитан службы безопасности Таргалы

Ханджарская знать всегда отличалась тягой к неумеренной роскоши, помпезности и показухе. Однако на взгляд таргальца молодой король в парадном гвардейском мундире выглядит куда торжественней, чем ханджарский посол, меняющий одежды перед каждой трапезой, а в посеребренных бронях королевских кирасиров намного больше вызова, чем в золотых галунах имперских сабельников. Богатство, хвастливо выставляемое напоказ, – или скромная готовность к бою.

Но самое поразительное, думал граф Унгери, самое невероятное и достойное восхищения – та грань, которой ухитряется держаться Луи. Почтительная вежливость – но не к посланцу императора, а всего лишь к равному по крови и старшему по возрасту. Молодой король Таргалы откровенно не замечал ни заносчивости императорского родича, ни его кичливой гордыни, – но, не замечая, не давая формального повода к обиде, умел ответить. Невнятный для далекого от политики человека язык жестов, взглядов, улыбок; язык холодной любезности, отметающей и откровенную снисходительность к бывшей заморской провинции, и завуалированные выпады, и откровенные провокации. Высокое искусство дипломатии.

Сам Готье старался рядом с Луи лишний раз не мелькать. Конечно, господин посол осведомлен, кого из окружения ценит молодой король и к кому охотней прислушивается; но одно дело знать, и совсем другое – наблюдать воочию. Хватит того, что старший Эймери постоянно при короле; пусть императорский родич в поисках влияния обхаживает первого министра, это может оказаться весьма занятным. А граф Унгери, оставаясь в тени, может спокойно заниматься делами тайными. Ханджары подождут; сейчас капитана таргальской службы безопасности куда больше занимали беглецы, подобранные Луи в Южной Миссии.

Не допустить встречи Анже и Сержа с отцом Ипполитом оказалось просто. Аббат если не вертелся рядом с королем и послом, то беседовал с ханджарскими светлыми отцами, коих ехало с посольством аж трое. Беглецы же держались королевской части обоза, где легко было затеряться среди слуг и сменившейся с дежурства стражи. Дальнейшую их судьбу граф Унгери определил для себя легко. Бывшему королевскому рыцарю – наблюдать за Филиппом. Упускать из виду нынешнего наследника короны никак нельзя: пусть сам он – тряпка тряпкой, тем больше соблазн посадить куклой на трон. Рядом с наследным герцогом то и дело мельтешат подозрительные типы, затевается непонятная, отдающая заговором возня. Правда, сам Филипп от интриг демонстративно отстраняется – из природной ли осторожности, трусости или недалекого ума, не суть важно. Но корону нахлобучить уж наверное не откажется, буде предложат и дорогу расчистят.

Капитан тайной службы не решил еще, сделать Сержа странствующим монахом, или безземельным рыцарем, ищущим покровителя, или простым наемником. Выбирать личину следовало вместе с Сержем, пока же Готье рассказывал ему все, что нужно бы знать соглядатаю тайной службы о королевском кузене. Его высочество почти безвылазно сидит в своей Дзельке, в столицу выбираться не любит, – более того, из столицы переманивает тех, кому не по душе равнодушный к роскоши и пренебрегающий увеселениями король. Двор Филиппа куда утонченней королевского, его высочество наследный герцог прикармливает менестрелей, еженедельно дает балы и славится как сочинитель недурных сонетов, умелый танцор и бойкий сердцеед. Герцогиня постельным похождениям мужа не препятствует, ибо сама занята тем же; законных детей у герцога пока нет, что, похоже, ничуть его не огорчает.

Отлавливать рядом с его высочеством шпионов и заговорщиков – одно удовольствие, усмехался граф. Слетаются на него, что мухи, больно уж приманка хороша. Серж кивал и заранее проникался неприязнью к будущему объекту слежки.

Анже тем временем изображал младшего королевского конюха – из тех, что обслуживали посольство. Граф Унгери не сразу согласился допустить бывшего послушника в конюшни: дар даром, а ну как сдуру схлопочет копытом? Но Анже на удивление точно чуял, как можно обращаться с норовистыми жеребцами, а как нельзя. Нужные слова, интонации, движения приходили сами, будто знал их когда-то, да подзабыл за ненадобностью. Когда, обиходив злого графского южака, Анже признался, что дело с конями имеет второй раз в жизни, Готье только хмыкнул и рукой махнул: мол, конюхом так конюхом.

Возиться с лошадьми парню нравилось настолько, что самая грязная и тяжелая работа не казалась ему зазорной. Другие конюхи быстро оценили безотказность новичка, и через неделю все уже привыкли, что он уходит из конюшни последним, а то и ночевать остается вместо назначенного старшим дежурного. У бывшего послушника чутье на верное поведение, отмечал граф Унгери. Ведь спроси, почему делает так, а не иначе, – не ответит. Он не задумывается, что сказать, как пойти и где остановиться, – он просто знает. Из парня толк выйдет; а что ему шпионские игры не нравятся, так это и к лучшему. Ради Таргалы и короля он себя переломит, а вот на других работать – побрезгует.

Весточки от короля передавал графу Унгери верный Бони. Посол глядел снисходительно, рассуждал пространно: пора, мол, снять с глаз шоры старых обид и недоразумений, настало время не о том думать, что разделяет, а о том, что может соединить. Однако о сватовстве пока не заговаривал. Еще бы: отец Ипполит уж наверное о Радиславе доложил, и никак не может императорский родич не понимать, насколько безнадежно его посольство. На то похоже, что выбирает лучший из запасных вариантов, – знать бы только, каких. Филипп женат, сестру его императору просить смысла нет: по женской линии ни в Таргале, ни в империи право на корону не передается. Скорей, попытается расторгнуть помолвку с Радой. Но как?

А ведь есть способ разузнать. Забавно устроены люди, думал граф Унгери: пока не было под рукой Анже с его даром, и в мысли не приходило жалеть. Работали себе, как любая разведка работает. А теперь так и зудит: раздобыть бы хоть одну вещицу из тех, что господин посол в руках вертел, обдумывая планы…


2.  Мариана, девица из благородной семьи | Меч войны, или Осужденные | 4.  Анже, бывший послушник монастыря Софии Предстоящей, что в Корварене, ныне же – дознатчик службы безопасности Таргалы