home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3. Поющая гора

Босой, безоружный и с непокрытой головой. Кающийся. На этот раз – всерьез. Я убил его. На мне кровь родича и господина, на мне нарушение присяги и вассальной клятвы. И более того – я на его месте теперь, хотя, клянусь, не этого хотел!

Смею ли уповать на прощение?

Ферхад иль-Джамидер, Лев Ич-Тойвина, шел к святому предку один. Никаких спутников, никакой охраны. Убьют? Значит, такова воля Господня. Воздаяние.

Он сам решил. Он знал, что прав. Знал, что спасает свою страну. Но он готовился к смерти, не к трону. Он не хотел, чтобы плоды неверности оказались сладкими.

Льву Ич-Тойвина нужен был знак.

Венцом небесным над гробницей основателя Ич-Тойвина сияла луна, и все короны земные были ничем пред этим светом, насквозь пронзающим душу. Знаю, недостоин. Но кто, кроме меня? Подскажи, благородный Джамидер, наш с Омерхадом общий предок, наставь на путь… покарай или смилуйся, но не оставляй!

Изразцовый бок гробницы согрел пальцы неожиданным теплом. Ферхад иль-Джамидер опустился на колени перед Джамидером Строителем. Неизбытая вина рвала душу. Умереть было бы легче. Даже позорная смерть изменника, даже плети, клеймо и каторга, – все было бы легче. Предательство заслуживает кары. Но возвышения? Но – короны и трона?!

Или это и есть кара – сесть на место убитого тобой, попытаться исправить его ошибки, принять на свои плечи долг перед страной? Знать на себе клеймо предателя – и жить с ним, неискупленным? Оправдать соучастников коротким «так было нужно», забыть, что они делят с тобой вину – потому что вина, поделенная на двоих, троих или даже сотню, все равно не станет меньше. А потом, в Свете Господнем, ответить за всё и за всех – за убитых и спасенных, униженных и возвышенных, за погибших по вине Ферхади, верного льва Омерхада – и за все ошибки, что наворотит император Ферхад. Полной мерой.

Да будет так, отозвался в сердце потомка святой Джамидер Строитель. Тебя рано судить. Иди, трудись. Храни мой город, Ферхад Лев, владыка великой Хандиары, храни свою страну. Когда встретимся в Свете Господнем, взвесим вместе твои деяния – и поглядим.

– Да будет так, – повторил Ферхад иль-Джамидер.

Над Ич-Тойвином занимался рассвет.


2.  К вопросу о престолонаследии | Меч войны, или Осужденные | 1.  Император Ферхад Лев