home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2. Мишо Серебряная Струна, менестрель

На переломе зимы, когда море у Себасты беспрерывно штормит, а тракты заметены липким влажным снегом и прихвачены поверху острой корочкой, что ранит ноги коням и путникам, жизнь замирает. Купцы и менестрели, бродячие заклинатели и наемники, все, кто меряет время от весны до осени пройденными дорогами, поневоле становятся домоседами. Только и остается им, что потягивать вино и чесать языки по трактирам – по таким, к примеру, как «Колесо и бутылка», славное местечко у ворот на Корваренский тракт, то самое, что завсегдатаи называют просто и без затей: «У Огюстена».

Но столько народу, как набилось в «Колесо и бутылку» нынче вечером, мастер Огюстен не видал у себя отродясь. Неслыханное дело: посередь зимы, в самую непогоду, гость из Корварены! Гномьим путем пришедший! Да не кто-нибудь, а сам Мишо Серебряная Струна! Мишо, неприязнью к путешествиям известный не меньше, чем любовью к доброй еде и доброй выпивке! Ясно, что на такое диво полгорода сбежится посмотреть – и тем паче послушать!

Мишо в полной мере осознавал свою важность. Огюстен уже подал менестрелю бутыль его любимой «Знойной клубнички», посетители закончили делить места и угомонились, и теперь Серебряная Струна мог приступить к рассказу.

– Благородные господа, честная публика, – преисполненным важности голосом начал Мишо, – за эту осень в славном городе Себасте случилось много разных событий, но наверняка все вы помните, как на исходе лета уезжал в странствия добрый рыцарь сэр Барти.

И замолчал, не найдя ничего лучше, как именно сейчас промочить горло изрядным глотком ханджарского вина!

– Мишо, – внятно сказал сидевший за спиной менестреля гвардеец, – я тебя придушу.

– Ну и не узнаешь, Херби, что сэр Барти и благородная Мариана благополучно вернулись в Корварену аж из самого Ич-Тойвина! Что сэр Барти нашел в империи гномов и поднял мятеж, что благородная Мариана едва не стала женой нового императора, а самое главное – что как раз на день святой Софии они сыграли свадьбу, и свидетелем со стороны рыцаря был сам король, а со стороны Марианы – простая деревенская девчонка, между прочим, из-под Себасты родом!

По трактиру пронесся слитный восторженный вздох. Таких захватывающих новостей здесь не обсуждали с тех самых пор, как именем короля был повешен весь городской совет, а у Себасты отобрали приставку «Вольная», дав взамен «Коронный город».

– Да-да, – подтвердил менестрель, – Катрина, племянница бывшего десятника себастийской стражи Базиля, помните такого? Она стояла в церкви об руку с самим королем, а потом ее руки попросил… в жизни не угадаете кто! – Мишо снова отвлекся на вино, и на этот раз заинтригованные слушатели вытерпели паузу молча. – Помните сэра Сержа из нашего отряда? Того, которого похоронили пять лет назад? Так вот…

Да, этот вечер – а верней будет сказать, ночь, ведь истории странствий сэра Барти и благородной Марианы менестрелю хватило как раз до утра, – дал Себасте пищу для сплетен и пересудов на всю зиму.

– Одно только непонятно мне, – закончил долгий рассказ сытый, в меру пьяный и в кои веки довольный жизнью Мишо, – что же получается с клятвой? Хотя, думаю, новый королевский аббат не откажется освободить благородную Мариану от неосторожного обета…

– Да что клятва? – ухмыльнулся Херби. – С клятвой все вполне ничего себе: кто из доблестных рыцарей может похвастать таким деянием, как замужество? А уж если благородная Мариана по истечении года еще и сына родит…

«Колесо и бутылку» сотряс дружный хохот.

– Люди, – презрительно протянул молодой гном за дальним столиком.

– Верно, – кивнул сидящий с ним рядом мастер-старшина, – люди. И каковы бы ни были они, среди них обязательно найдется тот, кто прикроет остальных собой.

– А остальные этого и не заметят, – подытожил третий, и в золотых его глазах мелькнула присущая подземельным колдунам темная зелень.


1.  Император Ферхад Лев | Меч войны, или Осужденные | 3.  Анже, хронист монастыря Софии Предстоящей, что в Корварене