home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Что может дать снижение смертности?

Второй процесс, от которого зависит естественный прирост населения, — это смертность. Можно ли повлиять на смертность? Здесь ситуация в каком-то смысле еще замысловатее. Если в плане рождаемости, как мы видели, мы не сильно отличаемся от других стран: где-то положение лучше, где-то хуже, мы посередине, принципиальных отличий нет, то в плане смертности отличия есть и очень большие. Посмотрите на слайд (рис. 26). На нем показана динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении в России (красная кривая) и в нескольких других странах: США, Франции, Швеции и Японии. До середины 60-х гг. мы двигались в одном с ними направлении, затем наши пути разошлись. До этого времени смертность у нас снижалась. После войны в лечебную практику вошли антибиотики, которые позволили очень резко снизить детскую смертность, и за счет этого мы очень сильно выиграли и сблизились с передовыми странами того времени. А начиная с середине 60-х гг., т.е. уже больше 40 лет, мы идем в разные стороны, у них продолжительность жизни непрерывно растет, а у нас она либо стагнирует, либо снижается.


Россия в мировом демографическом контексте

Россия в мировом демографическом контексте

Рисунок 26. Ожидаемая продолжительность жизни в России и некоторых промышленно развитых странах, 1946-2006, в годах


Сейчас разница очень большая. Если она сохранится, это будет означать, что родившийся сегодня в России мальчик проживет, в среднем, на 15 лет меньше, чем его европейский, американский или японский сверстник. У женщин ситуация немного лучше, но качественно — те же самые «ножницы», просто их раствор не такой большой.

К сожалению, сейчас мы отстаем уже не только от развитых, но и от многих развивающихся стран, которым когда-то было далеко до нас. Сравнение с некоторыми из этих стран представлено на следующем слайде (рис. 27). На графике вы видите самые разные страны: Мексика, Аргентина, Сирия, Малайзия, Тунис, Вьетнам, Индонезия, Таиланд, Иран — везде смертность ниже, чем у нас. По продолжительности жизни Россия — в самом низу списка, ожидаемая продолжительность жизни для обоих полов в России (в среднем за 2000-2005 гг.) — около 65 лет. А в самом верху — Мексика, в которой этот показатель составляет 75 лет. Достижение этого уровня намечено нашей Концепцией демографической политики на 2025 г.


Россия в мировом демографическом контексте

Рисунок 27. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении для обоих полов в России и некоторых развивающихся странах, 2000-2005 гг.

Источник: population division of the Department of Economic and Social Affairs of the United Nations Secretariat, World Population Prospects: The 2006 Revision and World Urbanization Prospects: The 2005 Revision


Вернемся еще раз к графику на рис. 26. На российских кривых ясно видны колебания, которые возникли во второй половине 1980-х годов, когда во время антиалкогольной кампании резко, но на короткое время снизилась смертность. Поэтому продолжительность жизни в этот период выросла на 2-3 года. Антиалкогольная кампания не искоренила пьянства, она лишь позволила кое-кому чуть-чуть продлить жизнь. Когда же кампания сошла на нет, эти люди, относящиеся к группе риска, вернулись к своим привычкам и быстро «добрали» свое. Это привело к новому подъему смертности и, соответственно, к снижению продолжительности жизни.

Начало 90-х ознаменовалось спадом продолжительности жизни, но следует иметь в виду, что это был спад с нехарактерного, необычно высокого уровня периода антиалкогольной кампании. На рис. 28 пунктирные линии указывают предположительное развитие событий в случае, если бы колебания не было и сохранялись тенденции 1964 — 1984 гг. Мы видим, что фактические колебания идут вокруг экстраполированной гипотетической прямой, отражающей тенденцию прошлых лет. И только в самое последнее время наметился поворот кривой вверх, но пока трудно сказать, свидетельствует ли он о новой устойчивой положительной тенденции или снова речь идет об очередном колебании.


Россия в мировом демографическом контексте

Рисунок 28. Ожидаемая продолжительность жизни мужчин и женщин и линейные тренды 1964-1984 годов (женщины — красные линии, мужчины — синие), лет


Вообще конъюнктурные колебания менее важны, чем долговременный тренд. Наша беда в том, что мы никак не можем сойти со сложившейся в советский период неблагоприятной траектории. Если у нас в то время и были успехи, кстати тоже очень небольшие в последние советские десятилетия, то они касались детской смертности. А смертность взрослого населения, особенно мужского, практически не менялась, оставалась и остается поныне очень высокой. Сейчас я не могу останавливаться на причинах этой беды, их, конечно, немало. Скажу только, что, по моему мнению, первая непосредственная причина (за которой, конечно, стоят другие, социальные и прочие) — это пьянство, и пока не будет найден способ побороть этот недуг, россияне будут жить меньше, чем их сверстники в очень многих странах мира.

Что ожидает нас в обозримом будущем? Есть разные прогнозы ожидаемой продолжительности жизни россиян до 2025 г. Обычно они делаются в разных вариантах, на рис. 29 представлены самые оптимистические из них (за исключением прогнозов Росстата, ООН, и Бюро цензов США, по которым опубликован только один сценарий) не рискуют предсказать рост продолжительности жизни в России даже до нынешнего усредненного уровня стран Европейского Союза, который также показан на графике.


Россия в мировом демографическом контексте

Рисунок 29. Предполагаемые значения ожидаемой продолжительности жизни в России в 2025 г. по наиболее оптимистическим вариантам существующих прогнозов и уровень, достигнутый Европейским Союзом, лет


Сейчас у прогнозистов нет оснований для большего оптимизма, и они не вправе делать предположения, не подкрепленные реальными тенденциями. Но значит ли это, что мы не можем прийти к 2025 году с лучшими результатами? Думаю, все же не значит. В какой-то мере обнадеживает недавний опыт многих наших соседей.

Посмотрите на следующий слайд (рис. 30). На нем показаны изменения продолжительности жизни в некоторых бывших республиках СССР и некоторых бывших «социалистических» странах Восточной Европы. До начала 90-х годов, при всех существовавших различиях, тенденции динамики ожидаемой продолжительности жизни были одинаковыми, их можно было охарактеризовать одним словом: стагнация. Мы видели ранее, как рос этот показатель в Америке, во Франции, в Швеции, в Японии. В Восточной Европе роста практически не было, показатель топтался на месте. Уровень был разный — в Чехословакии, в Польше, даже в Прибалтике смертность была существенно ниже, чем в России, но динамика — сходная. А уже с начала 90-х годов появляются и нарастают различия и в динамике, и здесь тоже возникают «ножницы», которые мы уже видели при сравнении России с западными странами. Сходство с нашей динамикой сохраняют только Украина и Белоруссия.


Россия в мировом демографическом контексте

Россия в мировом демографическом контексте

Рисунок 30. Ожидаемая продолжительность жизни мужчин и женщин в странах Восточной Европы, лет


Картина эта не очень радует, но полезный урок из нее извлечь можно. Она говорит о том, что даже застарелую неблагоприятную тенденцию можно довольно быстро переломить. Почему наши соседи смогли это сделать, а мы — нет, — это отдельный вопрос, но ясно, что никакого фатума здесь нет: добиться перелома можно, и многие его добились.

Можно составить длинный список причин, которые мешают это сделать и нам. И денег нужно больше вкладывать в охрану здоровья, и организация здравоохранения должна быть другой, его нужно серьезно реформировать, и с пьянством и курением нужно бороться — многое нужно. Но все-таки сначала нужен более обобщенный, стратегический взгляд на всю ситуацию.

Есть такое понятие — эпидемиологический, или санитарный переход. Это именно тот процесс, который приводит к снижению смертности. Он распадается на два этапа. На первом этапе не требуется больших индивидуальных усилий от человека. Государство способно при помощи внедрения эффективных медикаментов, оздоровления населенных мест и пр. справиться со многими причинами смерти: эпидемиями, инфекционными болезнями, простудными, желудочными заболеваниями и т.д. А вот на следующем этапе, когда ресурсы первого этапа исчерпаны, на первое место выходят особенности индивидуального поведения человека. Первый, патерналистский этап мы более или менее успешно прошли с помощью советской системы здравоохранения, которая до поры до времени отвечала требованиям этого этапа. Но чего нам не удалось пока сделать и без чего нельзя двигаться дальше, — это перейти ко второму этапу эпидемиологического перехода, т.е. изменить тип поведения большинства наших граждан. А для этого надо повысить место здоровья и здоровой жизни на шкале ценностей российского общества.

Конечно, мы мало тратим на охрану нашего здоровья, это видно на рис. 31. Если во Франции на эти нужды тратится $2,5 тыс. на душу населения в год, то в России это примерно $250, в десять раз меньше. Пока эта ситуация не изменится, трудно ожидать коренного перелома в ситуации.


Россия в мировом демографическом контексте

Рисунок 31. Общие расходы на здравоохранение в долларах по паритету покупательной способности, на душу населения, 2002 г.

Источник: european health for all database (hfa-db). world health organization regional office for europe.


Но почему мы тратим намного меньше других на охрану здоровья? Лишних денег ведь ни у кого нет. Зато у нас всегда находятся дела, которые нам кажутся поважнее здоровья, — вот и плетемся в хвосте у всего мира. Дело, видимо, все-таки в нашей системе ценностей, которую мы никак не можем изменить.

Высокая смертность — это большая социальная проблема, которую необходимо решать. Но если говорить о влиянии смертности на динамику численности населения, то, хотя снижение смертности может снизить темпы его естественной убыли, оно не способно совсем избавить от нее, если рождаемость остается ниже уровня простого замещения поколений. А, как мы видели, достижения этого уровня в обозримой перспективе никто не ожидает. Поэтому естественная убыль населения России будет наблюдаться еще долго.


Какой вклад может внести рост рождаемости? | Россия в мировом демографическом контексте | Новая роль миграции