home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Раздевалка (Размышления ворчливого наблюдателя)

„Раздевалка — место в холле театров, танцзалов и т. д., где оставляют плащи, шляпы, трости и т. п.“

Это определение можно прочесть в словаре Литтре, но следует сказать, что знаменитый филолог не был гольфистом. Ему следовало написать совершенно другое, говоря о раздевалке гольф-клуба.

Попробуем сделать это вместо него:

„Раздевалка гольф-клуба — место, где навечно остаются самые разные предметы, и никто никогда не является их востребовать“.

Такое определение совершенно обратно определению из словаря Литтре.

В театре, в дансинге, в концертном зале после опускания занавеса, окончания танцев или последних нот оркестра, раздевалка мгновенно пустеет. Если рассеянный человек забудет на крючке шляпу, все газеты утром сообщат о ней в рубрике забытых вещей.

В раздевалке гольф-клуба вы можете увидеть каскетки времен первых автомобилей.

Все зависит от возраста клуба.

По этому поводу можно вспомнить удивленное восклицание гольфиста, в присутствии которого из старого шкафчика извлекли рубашку из сжатого шелка с странными серебряными пуговицами:

— Боже, папин слюнявчик!

Раздевалки гольф-клуба забиты самыми странными предметами.

Допустить то, что в таком положении, кроме рассеянности гольфистов, повинно и кое-что еще, будет мыслью глубокой и нежной. Забыть в шкафчике галстук, трусы, пару носков есть один из способов избежать забвения, возможность пожить и после могилы. Действительно, покидая сей бренный мир, отрадно думать, что через десять, двадцать, тридцать лет некий гольфист трогательно выскажется:

— А вот трусы Дюрана, которые он снял перед тем, как выйти на поле и победить Дюпона в 1852 году!

Или:

— Готов поставить выпивку, если эти трехцветные носки носил не старина Дюваль в день воцарения Леопольда II. Обоняние меня никогда не обманывает!

„Избежать забвения значит на три четверти избежать смерти“. Вот поговорка, которая иодходит к подобной раздевалке. За счет старой шапки из нутрии или пиджачка Кольбер, вышедшего из моды и употребления… За удовольствие остаться в памяти плата не очень высока.

Можно внести и личную нотку, которая очарует кого угодно.

Предположите, что, став старейшим членом клуба, вы найдете в шкафчике галстук, который вы одели в день своего первого соревнования.

И подумайте, с каким волнением вы спросите:

— Как же звали ту прелестную гольфистку, которой так нравился мой чудесный галстук?

Только этого достаточно, чтобы полюбить раздевалку и запретить, чтобы касались ее пыльных реликвий.

Таким образом незыблемость раздевалки означает вечность ее священных сокровищ.

Отнимите у церквей запах благовоний, которые некогда курились в них, и вы принизите их величие. Уберите из раздевалок гольф-клуба их вечные запахи твида, сурового полотна, старой кожи и затхлости, и вы убьете одно из самых уважаемых заведений и царящую в нем атмосферу.

У всех уважающих себя клубов (не все они уважают себя, пусть будет стыдно их членам), кроме гольф-клубов, принято отдавать бедным все, что более года лежит забытым в ящиках.

Но бедняги тщетно будут обивать пороги гольф-клуба, ибо мы можем вспомнить имя одного кэдди, который в пятнадцать лет надеялся, что ему подарят пару ботинок с пуговицами, забытую в одном из шкафчиков. Бедняга умер в приюте для престарелых в возрасте ста двух лет, а ботинки с пуговицами так и лежат на своем месте.

Шкафчики снабжены этикетками… Поговорим о них… Чаще всего это визитные карточки. Их еще можно прочесть, но только с помощью лупы. Они имеют теперь цвет старой слоновой кости; святотатство совершит тот, кто снимет их.

Вот карточка, указывающая, что содержимое шкафчика принадлежит Уильяму Джонсу. Уильям Джонс эмигрировал в Канаду двадцать лет назад.

К другому шкафчику прикреплена карточка некого Джеймса Смита. Этот чудный человек вот уже тридцать два года занимает персональный ящик, иными словами получил вечную концессию на каком-то кладбище.

Иногда новичок может спросить, что находится в этих шкафчиках. Никогда, никогда он не задаст такой вопрос во второй раз, столь суровыми взглядами и молчанием будет встречен этот вопрос.

У одного автора детективных романов спросили, где лучше всего спрятать труп убитого человека, и он ответил:

— В шкафчике раздевалки гольф-клуба при условии, что он будет достаточно велик.

Только что мы говорили о вечности запахов раздевалки. И вот в одном клубе один из его членов заявил, что в раздевалке стоит запах газолина. Все отправились на место, удивленные и возмущенные таким невыносимым ароматом.

— „Эссо!“ — сказал один, и все с гневом воззрились на гольфиста, использовавшего эту марку бензина для своего „бьюика“.

— „Пурфина!“ — заявил другой, и все повернулись к бедняге, который водил жалкий „ситроенчик“.

Тут в разговор вмешался консьерж, старик семидесяти лет, который видел рождение клуба.

— Простите, господа. Пятьдесят лет назад это помещение освещалось керосиновой лампой.

Один из любопытных членов клуба начал принюхиваться к дверцам шкафчиков и застыл перед одним из них.

Вопросом занялся комитет; после двадцати бурных заседаний — по одному в неделю — большинством в три голоса было решено открыть подозрительный шкафчик.

Там оказалась керосиновая лампа.


* * * | Черные сказки про гольф | * * *