home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


21 июня, среда

15.00. Во время занятий по подготовке к экзаменам мы с Гекконом (который безжалостно расправился со своей бильгарцией) прогулялись по полю мимо запруды и поднялись на холм. Геккон рассказал, что как-то видел Элтона Джона на вечеринке в лондонском Найтсбридже. (Элтон прошел мимо него на лестнице и спросил, где туалет.) Мы взобрались на самую вершину крутого холма и сели на гладкий плоский камень, нагревшийся от солнца.

Под нами была школа. Башенки и шпили из красного кирпича делали ее похожей на средневековый замок. Вокруг зданий щитом выстроились голые деревья, а внизу раскинулись сухие, подернутые инеем поля. Летом здесь красиво, как на открытке; зимой пейзаж выглядит суровым и пустынным. После долгого молчания Геккон вдруг попросил меня ему спеть. Я смутился и сказал, что мне нельзя напрягать голос три дня. Геккон сник, и я снова почувствовал себя виноватым. Он сказал, что, когда я пел на похоронах Криспо, у него кожа покрылась мурашками, и он надеется, что однажды я спою и на его похоронах (если, конечно, не откинусь первым). Я дал ему слово, что так и будет, и постепенно ужасное давящее чувство вины ушло.

На обратном пути наткнулись на Жиртреста и Джеффа Лоусона, которые разглядывали какие-то документы и старые фотографии. Должно быть, Джефф знакомился с уликами, прежде чем потребовать у родителей рассказать ему правду о самоубийстве прадеда.


20 июня, вторник | Малёк | 22 июня, четверг