home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


9 сентября, суббота

Во время утренней репетиции в зал зашел Укушенный и прошептал что-то на ухо Викингу. Тот с серьезным видом кивнул, и Укушенный вышел. Тут Викинг дико заорал, остановил репетицию и приказал мне срочно идти в корпус. Когда я пришел, меня ждал Лутули. Он приказал мне сидеть у телефона. Сердце бешено билось. Все признаки были налицо — стряслось что-то ужасное. Я почувствовал желчь, подкатившую к горлу, побежал в туалет, и меня вырвало. Когда я корчился над унитазом, зазвонил телефон. Сплюнув, я бросился к телефонной будке, по подбородку текла слюна. Звонила мама. С ней все было в порядке, но голос был грустный. На заднем фоне кто-то посвистывал. Значит, с папой тоже все в порядке. Я задышал спокойнее. Сквозь всхлипы мне удалось разобрать, что ночью с Вомбат случился инфаркт и дело плохо. Я попытался скрыть облегчение в голосе, но это было бесполезно. С родителями все в порядке — это все, что меня в данный момент интересовало. Мама сказала, что позвонит позже и сообщит новости.

Я вернулся в туалет. Лицо было мертвенно-бледным, глаза красные. Кто-то забыл на раковине пакет с туалетными принадлежностями. Я взял чужую зубную пасту и выдавил полтюбика в рот. Возвращаясь в театр, я напевал песенку, которую папа насвистывал по телефону. Это была мелодия из «Волшебника Изумрудного города» «Динь-дон! Злой ведьме конец!».

Вернулся в театр. Оказывается, Викинг уже раззвонил всем, что моя бабушка при смерти. Когда я вошел, девчонки начали душить меня в слезливых объятиях, а ребята — сочувственно хлопать по спине. Я же немедля приступил к делу и спел «Где любовь» под оглушительные аплодисменты. (Дай бог через две недели будет то же самое.)

17.00. Состояние Вомбат без изменений.


8 сентября, пятница | Малёк | 10 сентября, воскресенье