home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


21 сентября, четверг

07.30. Сегодня уже старшеклассники выстроились в очередь, чтобы пожать мне руку. Червяк приготовил мне кофе, пока я точил его карандаши, и задал мне кучу вопросов о пьесе. Он очень гордится тем, что Оливер — его раб. Позднее я слышал, как он хвастается перед Джулианом и Гэвином, старостой, что живет под лестницей, что у него самый знаменитый раб во всей школе.

Даже Щука сегодня не пытался меня пнуть и даже ни разу в меня не плюнул.

23.30. Сегодня в середине второго акта какая-то женщина из зрительного зала встала, вскарабкалась на сцену и зашагала по направлению к хористам. Мы продолжали петь, а рабочий сцены отвел несчастную за кулисы. Оказалось, это мама Ричарда ван Зила, которая лечится от припадков. Увидев, что ее сын одет в лохмотья и просит милостыню, она не выдержала и решила ему помочь. У меня такое чувство, что куда я ни пойду — психи всегда рядом.

Милли и Аманда медленно шагают к полям, избрав обходной путь к дому. Держась за руки, они поют дуэтом, но не выдерживают и начинают хихикать. Ночь темна, вокруг густой туман.

Аманда: Знаешь, Милли, по-моему, я тебя люблю.

Милли: А я точно знаю, что тебя люблю. Я полюбил тебя с самого первого дня.

Аманда: На тех ужасных танцах? Ну ничего себе!

Милли: Я тебя увидел и сразу подумал — вот это да!

Аманда: А я тебя увидела и подумала — ну что за задохлика они выбрали на роль Оливера!

Они смеются, в основном она.

Аманда: Знаешь, на сцене с тобой действительно что-то происходит. Когда ты поешь, зал замирает. Они словно ждут, что ты ошибешься, что голос сорвется хоть чуть-чуть. Но он не срывается. Ты поешь идеально.

Милли: Спасибо.

Аманда: Не задавайся. Скоро он у тебя сломается и станет грубым, как у всех, — будешь вынужден до конца дней петь в душе.

Милли: Не очень-то меня это расстроит.

Аманда: Зато расстроит остальных.

Тишина. Ветки наверху шуршат: счастливая парочка потревожила спящих птиц. Вдруг он чувствует, что что-то изменилось. Она смотрит на него. Он поднимает голову — точно мотылек летит на пламя — и смотрит в ее прекрасное лицо.

Аманда: Ты знаешь, что мы никогда не сможем быть вместе?

Милли: (потеряв дар речи) Шшш… что?

Аманда: Ты меня слышал.

Милли: (с гулко бьющимся сердцем) Но почему?

Аманда: Ты знаешь почему, мой милый. И всегда знал.

Милли: Знаю?

Аманда: Разумеется. Спокойной ночи, сэр Оливер. (Целует его.) Оставь меня пока в покое — мне нужно время подумать.

Он смотрит ей вслед с открытым ртом, пытаясь что-то сказать. Но ничего не выходит. Она исчезает во тьме.


20 сентября, среда | Малёк | 22 сентября, пятница