home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


22 февраля, вторник

08.00. В зал ворвался Глокеншпиль, злобный, как всегда. Сказал, что Эмбертон со Стоттом вернулись в школу после «обнаружения новых улик». Добавил, что дело против бананового вандала не закрыто, и предупредил, что идиотское поведение будет иметь серьезные последствия. Потом его тон резко изменился, голос стал мягким и добрым, и он объявил о решении мистера Криспо выйти на пенсию спустя пятьдесят три года служения на благо школы. Мальчики встали и захлопали нашему учителю истории. По лицу старичка текли слезы.

Криспо встал, чтобы произнести речь, и поблагодарил школу за предоставленное ему удовольствие учить нас, наших отцов и дедушек (что вызвало всеобщий смех). Потом он добавил, что совершенно очевидно, что из-за ухудшившегося слуха он не может больше преподавать. Он говорил о том, какое прекрасное место наша школа, расчувствовался и замолк, улыбнулся и отдал нам честь. Вся школа взревела, приветствуя его, а старичок сел и вытер глаза голубым платочком. (Он никогда не пользуется белым, потому что белый означает капитуляцию.)

Эмбертон обменялся со всеми рукопожатиями и сказал, что у Глока бананы вместо мозгов, а его самого несправедливо обвинили в этом «обезьяньем деле». И добавил, что сама судьба восстановила справедливость, отправив доносчика Скроули в больницу с сотрясением мозга, и в школу он больше не вернется.

В одном Эмбертон прав. Стукачей в этой школе ждет смерть!

Криспо сказал, что последние четыре недели на посту будет рассказывать нам о Второй мировой, даже если это не по программе. И показал нам черно-белый фильм о «битве за Англию».[24] В фильме показывали, как сбили немецкий самолет. Когда он ринулся к земле и из хвоста его заклубился дым, Криспо подскочил, бахнул по столу кулаком и закричал: «Умри, фашист, умри!» Когда самолет взорвался, старикан от радости выбросил в воздух кулак и торжествующе улыбнулся, будто это он сам его подбил.

17.00. Масленичный вторник. Никто не знает, что это значит, но в этот день в галерее во дворе по традиции проводится «блинный забег» между корпусами. В команду входит один мальчик и заведующий корпусом; они должны обежать двор кругом, прежде чем передать сковородку следующему бегуну. По правилам блинчик нужно подбрасывать на каждом повороте; часто блины падают, и тогда участник отстает — ведь он должен поднять блин, снова подбросить его и нагнать других. Остальные ученики стоят в центре двора и болеют за свои корпуса.

От нашего корпуса и курса выбрали Рэмбо; он бежал первым и сразу обогнал остальных. Укушенный тоже был очень скор, и когда он передал сковороду нашему последнему участнику, Берту, казалось, что победа у нас в кармане. Увы, Берт хоть и бегает быстро, но с координацией у него нелады: он ронял блинчик на каждом углу, — и в результате мы заняли второе место.

Когда толпа разошлась, я заметил одинокую фигуру, стоявшую у фонтана и наблюдавшую за рыбками в пруду. Увидев залысину на его затылке, я понял, что передо мной не кто иной, как печально известный Верн Блэкаддер. Я заметил, что Гоблин с Рэмбо смеются над ним, высунувшись в окно гостиной; тогда я подошел к нему и похлопал по плечу. Он медленно обернулся, и я с потрясением увидел, что он похож на старика. Я протянул руку, и он пожал ее. «Добро пожаловать в школу, Верн», — сказал я. Он улыбнулся своей безумной улыбкой и вновь уставился на пруд. Я постоял с ним какое-то время молча, наблюдая за рыбками за компанию.


Наши достижения за выходные | Малёк | 23 февраля, среда