home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Дома, дом № 2

Расписав все, что было написано до этого момента, — то есть именно то, что вы только что прочли, — я понял, что описание улицы удалось не вполне. Надо как-то отчуждаться от нее, с тем, чтобы убрать привязки, известные только здешнему человеку, и, напротив, старательно описать то, что для себя самого не являлось ни тайной, ни новизной.

Ну вот, скажем, противоположная сторона улицы: где кафе, сквот и дома с 25 по 50, — она держала себя не то чтобы высокомернее, но как-то демонстрируя то, что она другая, лучше. В самом деле, территориально она была ближе к центру, так что основания для гордости у нее были хотя бы такие.

Раз уж она находилась ближе к центру, то ее обитатели — из работоспособных — ездили на работу в центр, что лишало округу их присутствия. Тем более что с той стороны как раз была остановка трамвая в сторону центра. Наверное, большинство из них в школьный двор никогда не заходило— ну, кроме тех, кто там учился. Впрочем, кто ж из местных в ней не учился.

Исторический экскурс — как тут бывало до революции, во время войны, развитого социализма и так далее — опустим: надеюсь, он всплывет сам, добавив этой истории дополнительные глубину и ясность. Между тем, ручаюсь, улица была замечательна. Тут, говорят, однажды даже видели категорический императив, прошмыгнувший в дом номер 18, а во дворе дома 31 как-то раз даже и звездное небо над нами.


Вообще, о себе. Я переводчик, отчего идея историографировать данное пространство оказалась мне не чужда. Потому что ну какой я переводчик — хреновый. Я не Октавио Паса перевожу, не тех, кто действительно пишет, а всякую херню. В данный, например, исторический момент я тяжело начинал перевод романа под названием "Упоение страстью" — так, во всяком случае, он был выставлен в договоре. Аж под 20 листов, оплата соответствует качеству текста, зато переводить можно не заглядывая в словарь. С английского, конечно. Кроме того, отсебятина—с целью приближения к духовному складу нового быдла — только приветствовалась. Но это не стенания и не печаль о мутно проходящей жизни, потому что это просто работа, а с буквами не так и грязно возиться.

Квартира моя выглядела хотя и бедно, зато была чистой. Потому хотя бы, что нет ничего лучше в процессе перевода, как отвлечься от него и заняться тем, что под рукой. Ну, а работал я дома, так что можно было постоянно заниматься его улучшением. Так что бытовые проблемы меня, как холостяка, не мучили. Кроме того — свобода. В пределах заказа жизнь можно было устраивать как хочешь и просыпаться можно именно тогда, когда это имело смысл с точки зрения производительности труда. То есть хоть работа и была мурой, но ведь главное — устроить жизнь по своему усмотрению. А это практически получилось, потому что на жизнь денег хватало — тем более что когда большую часть времени проводишь дома, то оно как-то дешевле выходит. Каши, например, варить можно. Вдобавок мне повезло, поскольку никаких особенных идей насчет какой-то карьеры, да и тяги к писательству как к таковому я вовсе не испытывал. В переводчики, по правде, меня практически насильно затолкал один из приятелей — первым в девяностые годы откопавший сию жилу.


Словом, пора было садиться за ежедневную порцию "Логова страсти", и я, даже в некотором романтическом рассеянии, приступил: "Энн знала, что ее представления о Джоне могли оказаться не вполне правомерными, учитывая вдобавок ту естественную разницу, которая всегда существует между профессиональным технократом средних лет и ею, молодой женщиной, только еще входящей в круг действительно серьезных представителей жизни".

То есть имелось в виду, что она перла в какую-то карьерную тусовку (в каком-то страховом обществе пристроилась: блин, что я знаю про страховщиков?), то есть с видами на карьеру, а не просто так, побаловаться. По сути, имело место произведение на социально значимую тему. Но плохо, что действие происходило в Лондоне, где я не был никогда, не говоря уже о том, что через пару страниц все они, несомненно, займутся исключительно интимными переживаниями, совокупляясь, а это переводить трудно, слова там все время одни и те же.


К концу дня я благополучно перевел первую главу, в которой описывался долгий путь главного героя в машине по тому же Лондону, будь он неладен, — я даже по оплошности не сообразил, что это Лондон с левосторонним движением, так что руль у машины был поставлен не там, где ему полагалось, — из за этого я полчаса не мог понять одну из сцен. Вся эта байда займет у меня оставшееся лето и начало осени. С летними отпусками в такой профессии проблема имелась. Что-то к тому же никак не давало полностью въехать в работу — что ли интонационная неопределенность, название никак не удавалось подобрать: "Укус страсти", может быть? Аллитерация опять же, на обложке это красиво выглядит…

Я с полчаса перебирал названия, махнул рукой и, сообразив, что на улице начинается воскресный вечер, решил пойти к приятельнице — у нее-то сегодня был выходной.


Сквот, дом № 42 | Голем, русская версия | Дом № 24