home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 14

Абориген, ждавший женщину, оказался отличным бойцом, одаренным физически от природы, хорошо обученным и отчаянно смелым. Мета прониклась искренним уважением к его неистовым попыткам одержать победу. С одной здоровой рукой и с острой болью в другой он сделался как будто только злее, а силы и мужества нисколько не поубавилось. В сущности, он даже оставался опасен. Пришлось ткнуть его пальцем в сонную артерию, чтобы отдохнул хоть немножко. И пока несчастный лежал без сознания, пиррянка вправила ему кость, наложила шину, сделала повязку и обработала травму новейшими средствами из аптечки. Потом наконец сообразила, что нелишним будет еще и связать этого мускулистого парня. Едва ли, очнувшись, он станет вести себя тихо, а очередной раунд кулачного боя не интересовал Мету в связи с ее явным преимуществом. В итоге, когда все приготовления были завершены, приводящий в чувство укол явился последним торжественным аккордом.

На меж-языке парень говорил действительно лишь слегка. Лучше всего знал ругательства, выслушивание которых не доставляло Мете особой радости. Но примерно через минуту злобного шипения, брызганья слюной и попыток освободиться со стороны пленника они благополучно договорились об общении на эсперанто. К счастью, в процессе всей этой нелепой борьбы мужское достоинство не позволило поверженному женщиной воину кричать и звать на помощь. А не то пришлось бы снова на время выключать его или как минимум заткнуть рот каким-нибудь импровизированным кляпом.

Из последующего пятиминутного разговора выяснилось, что этот местный стражник по имени Фуруху, гордо называвший себя персональным охранником султана, на удивление смышлен и даже образован. С его профессией подобные качества как-то плохо вязались, и слово за слово Мета выяснила, что Фуруху совсем не прост. Он – уникум, которого держат здесь с целью изучения. Ничего себе случайная встреча! Выяснила Мета и многое прочее, что было известно персональному охраннику султана Азбая. Он охотно делился с ней, даже не разобравшись толком, кто она и откуда. Перед ним была самка фруктовика, обаятельная, умная, свободно говорящая на фруктовиковом и эсперанто, – этого было вполне достаточно. Собственно, для предельной откровенности Фуруху хватило бы уже и того, что женщина прилетела с другой планеты. Ведь за последние дни он возненавидел Моналои – совсем недавно родной, а теперь ставший чужим и страшным мир, где горстка злобных фэдеров держит всех людей в полном неведении. Сильнее всего на свете он рвался теперь к знаниям и к другим мирам. Он даже поделился с Метой своей главной бедой. Он рассказал давешнюю историю о прекрасной девушке, открывшей ему глаза на многие моналойские тайны и, быть может, за это поплатившейся жизнью. Он искренне верил, что Мета теперь продолжит ее благородное дело и в итоге поможет ему, Фуруху, улететь с этой духами проклятой планеты. Однако почему-то именно пушистая девушка говорила, что нельзя моналойцу никуда улететь…

Мета оказалась, разумеется, не готовой обсуждать с Фуруху столь серьезные темы. Она пока вытрясала из него информацию, а с выводами не торопилась. Читать же лекцию о других мирах, прямо скажем, было не время.

Она давно уже развязала его, оба сидели за столом, и Фуруху, конечно, попивал чорум, чтобы хоть немного успокоиться. Мета от напитка решительно отказалась, едва узнав, что он не прохладительный, а пьянящий.

Она вообще предпочла бы ничего здесь не есть и не пить, пока лично Бруччо не даст на то официального разрешения. Ведь были уже всякие настораживающие гипотезы относительно здешней пищи – и у старейшего пиррянского биолога, и у скорого на открытия Арчи. На планете Моналои все оказывалось непросто: и вода, и почва, и растения, и тем более животные. Не стоило до поры рисковать, знакомя со всякой дурманящей дрянью свой пусть и основательно подготовленный, даже хорошо защищенный организм. Если тут болеют «мясной» болезнью, значит, ничего не стоит и «фруктовую» подхватить.

А Фуруху веселел прямо на глазах. Рука его уже явно не болела после уколов, а трещина в кости заживала, похоже, едва ли не быстрее, чем у пиррян. Мета даже стала опасаться, что в пьяном виде этого несчастного опять потянет на всякие нежности – придется вторую руку ломать. И она поторопилась задать свой главный вопрос, предварив его вежливой просьбой:

– Не пей так много. Ты будешь мне нужен для дела прямо сейчас. И вообще, если хочешь когда-нибудь выбраться отсюда, прекращай пить.

– Хорошо, – сразу согласился Фуруху. – Какое у тебя дело? Говори, я внимательно слушаю.

– Ты знаешь дорогу к главному каземату султана Азбая?

– Конечно.

– Мы сможем пробраться туда по темноте?

– А там и не темно вовсе, – сказал Фуруху. – Там всегда много света снаружи. И охраняют эту тюрьму особенно тщательно.

– Но ты же видел, на что я способна, – убеждала его Мета. – Полагаю, вдвоем мы сумеем передушить всю здешнюю охрану. А если будет необходимо, я даже начну стрелять. У ваших нет оружия, равного этому.

– Я тебе верю, – сказал Фуруху. – Пошли. Если так надо для высшей цели, я помогу. Я только хочу знать, кого мы будем освобождать из темницы?

– Моего мужа, – тихо сказала Мета. – Язона динАльта. Я думаю, он именно там.

К этому моменту Фуруху уже поднялся и собирался поставить глиняную кружку из-под чорума на полочку в стене. Но кружка внезапно выскочила у него из руки, точно живая, и, ударившись об пол, разлетелась на мелкие осколки.

– Язон динАльт – твой муж?! – ошарашенно прошептал моналоец.

– А ты его знаешь?! – в свою очередь удивилась Мета.

Пришлось им задержаться еще на полчасика. Ведь до этого Фуруху просто не решался рассказать ей главного. Какой-то нелепый страх постоянно мешал. Казалось, только произнесешь вновь имена Язона и Солвица – и сразу откуда ни возьмись свалится на них хитрый Свамп. Этот замаскированный фруктовик наверняка повсюду натыкал своей подслушивающей аппаратуры, а то и следящих камер понаставил. Куда от него спрячешься! Однако Свамп не появился. И Фуруху, конечно, рассказал. Торопливо, коротко, но минут двадцать-тридцать на вопросы и ответы все равно ушло. Впрочем, это оказалось даже к лучшему.

Когда заговорщики притаились в непосредственной близости от входа в каземат, там как раз намечалась смена караула. Идеальный момент для нападения. Подкравшись вплотную к тройке сменщиков, они сумели нейтрализовать их абсолютно тихо. Мета взяла на себя двух, оставив моналойцу третьего. Аккуратно уложив охранников под деревьями в траве, Фуруху перешел к исполнению главной роли. Под видом начальника смены он вышел к своим соплеменникам. И те по определению не могли принять форменно одетого типичного моналойца за чужака. В общем, пока они, утратив всякую бдительность, выясняли, почему рожа незнакомая, что случилось у охранника с рукой и где остальные, Мета точными выстрелами усыпила двоих почти одновременно. Третий от выстрела ушел. Мета не поняла, как. Очевидно так же, как появлялись в капитанской рубке «Конкистадора» двое телохранителей Крумелура. Да, лучшие здешние бойцы владели кое-чем, не доступным даже пиррянам. Однако доблестного охранника сгубила собственная отвага. Кинься он за подмогой, вряд ли Мета и с помощью Фуруху смогла бы настичь его, а вот в атаке у местного супермена при всех его способностях к молниеносным перемещениям шансов не было никаких – без огнестрельного-то оружия. Как только его провалившаяся в никуда фигура материализовалась вновь с тяжелой палкой в поднятой руке над головой Фуруху, Мета за мгновение до возможного удара выпустила еще одну анестезирующую иглу.

Потом была массивная стальная дверь в такой же стальной стене. Особых сложностей – никаких, но толщина и прочность материала вызвала уважение даже у пиррянки. Так что провозились они достаточно долго. Рисковали и на случайный ночной обход нарваться. Но – обошлось. Бесшумно вырезанный замок был аккуратно вставлен на место, дверь плотно прикрыта – снаружи ничего не заметно. Однако уже светало, когда они начали спускаться вниз.

Мета совсем не думала о том, как они будут уходить назад. Она и не хотела думать, теперь можно всю интеллектуальную часть поручить Язону, а она станет только действовать. Это намного привычнее. О высокие звезды! Как же она устала от этих мудреных секретных операций!.. И вдруг страшная мысль обожгла сознание: «А что, если Язона там нет?» Могло такое быть? Конечно, могло.

Они уже стояли на лестнице, ведущей в подвал, когда Фуруху спросил Мету:

– А почему ты решила, что он здесь?

Мета рассказала о подслушанном разговоре.

Фуруху тяжко задумался и проговорил:

– Думаю, ты ошибаешься. Бесноватыми называют у нас фруктовиков, слишком долго проработавших на плантациях и от этого сошедших с ума. По крайней мере, так мне объясняли раньше. Сейчас я понимаю, что это не совсем так. Но все равно ты ошибаешься. Если я правильно догадываюсь, здесь сидит не Язон, а тот самый тип, который кричал про Язона и чудом не умер. Они ведь его поймали только сегодня ночью, потому еще даже мне не сообщили…

Скорее всего Фуруху говорил дело, но Мета не хотела верить ему и мрачно процедила:

– А вот сейчас и узнаем, кто из нас прав.

Дверь внизу оказалась тоже толстой, но деревянной, и с ней не нужно было так долго возиться. Мета просто вышибла ее плечом с одного раза.

Пять широких досок с металлическими полосами, набитыми поперек, еще не ударились об пол, когда человек, сидевший в центре узкого, как колодец, помещения, вскочил им навстречу, поднимая правую руку. То ли готовился ударить, то ли наоборот – защищался.

Это был не Язон.

Но, как ни удивительно, Мета узнала несчастного узника. Да и как ей было не узнать Язонова молочного брата с захолустной, но по-своему таинственной планетки Поргорсторсаанд? Там прошло скучное детство и унылая юность героя ее романа. Много лет спустя судьба забросила их уже вдвоем на тихую галактическую окраину. Именно тогда она впервые увидела Экшена. Так звали этого человека. Он профессионально занимался охотой и даже, прилетев на Пирр, не был сильно шокирован поведением тварей, населявших Мир Смерти. Это вызвало уважение, но потом, на Поргорсторсаанде, Экшен здорово подвел их, если не сказать предал. Язон ведь, помнится, заподозрил в нем вражеского агента, возможно, впрочем, действовавшего неосознанно… Стоило ли теперь вспоминать?

Меж тем Экшен тоже узнал Мету. И Фуруху уважительно отступил на шаг. Очередной потасовки не случилось.


Глава 13 | Мир Смерти и твари из преисподней | Глава 15