home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


АКВАБИОНТЫ

Piscanthropus submarinus

Поскольку аквабионты всё больше времени проводят на суше, их жёсткие защитные пузыри совершенствуются и становятся более эффективными. В итоге гель оказывается пригнанным по форме тела и заключает в себе тончайший слой живительной морской воды над поверхностью тела аквабионта. Этого покрова достаточно, чтобы поддерживать кожу влажной и впитывать из воздуха кислород, который затем поглощается через жабры. Устойчивый рост популяции аквабионтов привёл к нехватке пищи и голоду. Когда море было опустошено, аквабионты столкнулись с враждебной средой.


Человек после человека

Гибкая оболочка состоит из желатиноподобных нитей водорослей и заполнена морской водой. Её плотное прилегание обеспечивает большую свободу движений, чем ранее существовавший пузырь.


Человек после человека

Когда еды не хватает, конкуренция между видами становится в буквальном смысле вопросом жизни и смерти. Выбравшись из воды, аквабионты с трудом справляются с тяжестью собственного веса.


Тем не менее, аквабионтам было бы очень даже неплохо использовать все участки суши, которые окаймляют океан. Они обирают их дочиста от всего, что растёт или живёт на них, и ничему не дают времени восстановиться. Огромные популяции под волнами не могут ждать.

Вдалеке, как можно нечётко разглядеть сквозь водорослевую плёнку, заметны туманные фигуры, которые могут быть деревьями, но столь же вероятно они могут оказаться голыми скалами. Аквабионты лишены цветового зрения, они не были наделены им во время проектирования, и с тех пор оно у них не появилось.

Он не может общаться со своими товарищами, но надеется, что его действия будут понятны. Он сгибает своё длинное тело в блестящей оболочке в направлении фигур. Трое остальных, похожих на него, поворачивают и следуют за ним. Четвёртый, заключённый в сферический пузырь, который напоминает один из первоначальных вариантов, следует за ними. Именно он заберёт в свой пузырь и принесёт домой любую пищу, которую они найдут.

Они передвигаются вверх по склону, и это не очень хорошо. Расстояние от моря — это одно, а высота над его поверхностью — нечто совершенно другое. Аквабионты превосходно живут под давлением, которое ощущают в верхних слоях океана, но они испытывают значительное напряжение, когда подвергаются действию уменьшенного давления над поверхностью. Перемещение хоть ненамного выше вызвало бы различные виды неблагоприятного воздействия на их ткани. Резко выраженная разделительная линия, выше которой во многих частях мира растительность свободно развивается, отмечает предел деятельности аквабионтов.

Выше этой разделительной линии живут сухопутные люди — странные существа, которые не понимают и не терпят соседства с аквабионтами.

Есть жители деревьев, те, о которых аквабионтам мало что известно. Они держатся на ветвях, далеко наверху. Аквабионты редко смотрят вверх (им трудно это сделать), и потому редко замечают этих существ.

Затем есть ещё наземные жители. Дикие и враждебные, они кормятся в подлеске и среди высоких растений — тех же вещей, которые собирают аквабионты. Их банды известны тем, что выскакивают из укрытий и накидываются на группы сборщиков, разрывая их защитные оболочки когтями и зубами, и иногда причиняют некоторый ущерб.

Есть также массивное составное существо, огромное создание в основе, вздутое и деформированное, с треском продирающееся сквозь лес, с четырьмя или пятью небольшими веретенообразными фигурками, прилегающими к нему, вдавленными в него и, кажется, живущими за счёт его плоти. Эти существа не причиняют никаких неприятностей; фактически, они иногда натыкаются на партии сборщиков еды, когда те особенно уязвимы. Во время драки их легко повалить на землю, и движущаяся залежь плоти может быть убита ударами проворного аквабионта или утоплена, если её втянуть внутрь оболочки. Маленькие существа, прицепившиеся к нему — крошечные иссохшие тела с тонкими ногами, похожими на крабьи, и огромными ртами — становятся до странности жалкими без своего носителя и неуклюже бегают в поисках укрытия. Это жирное существо даёт хорошую еду, и его всегда тащат к морю в качестве трофея.

Наконец, есть воины, которые представляют собой угрозу, потому что они чувствуют себя как дома в опустошённых районах, оставшихся после сбора урожая. Их дом находится в более сухих частях суши, где само по себе мало что растёт. Они организованы, и могут нападать сразу многими дюжинами, двигаясь, как единая сущность, словно управляемые единым сознанием. Их передние конечности — жестокое режущее оружие, которое может прорезать живую оболочку одним ударом и убить аквабионта внутри неё, и тогда аквабионты становятся добычей, и их влажные мёртвые тела утаскивают далеко в цитадели воинов. В последнее время нападения были столь организованными, что становится ясно, что столкновения с ними больше не носят оборонительного характера. Партии совершают вылазки с твёрдым намерением изловить и убить аквабионтов, собирающих урожай. Этих существ следует избегать, и не заходить в их владения ни на каком побережье.

Фигуры в итоге оказываются деревьями, но подлесок под ними фрагментарный, поникший и мёртвый. Поскольку территория, тянущаяся до океана, была опустошена и оголена, воздух, движущийся с моря, дул сквозь ветви и между стволами деревьев, высушивая и ломая хрупкие стебли и иссушая листья. Сухой песок и пыль из лишённых растительности областей сносились сюда ветром, удушая более нежные виды. Здесь можно найти совсем немного того, что можно собрать, но то, что есть, должно быть собрано.

Гхлуб и его товарищи протягивают свои руки сквозь оболочки и хватают всё, что растёт. Что-то, что является органическим и содержит белки и углеводы, может использоваться как основа пищи, пусть оно будет жёстким, пусть оно будет невкусным. Пучки листьев, стебли, прутья, насекомые, слизняки — всё — схватываются и препровождается в сферу аквабионта-сборщика. Маленькие отверстия в оболочках, вроде тех, которые появлялись, когда сквозь них просовывались руки, немедленно затягиваются и потеря влаги незначительна, или её нет вообще.

Вскоре запас внутри шарообразного пузыря стал довольно большим; достаточно большим, чтобы возвращаться назад. Все пятеро поворачивают назад, чтобы проделать свой тяжкий путь назад в свой океанский дом, гостеприимно блестящий далеко на горизонте.

Только они покинули тень гибнущих деревьев и начали свой долгий медленный спуск, как Гхлуб заметил нечто на краю своего поля зрения, нечто движущееся.

Он медленно поворачивает голову. Наземные жители! Их целая стая! Они бегут к аквабионтам, размахивая чем-то вроде палок. Его компаньоны одновременно с ним замечают опасность и пробуют двигаться быстрее. Однако, их извивающиеся движения, отнимающие много сил, далеко не способствуют быстроте перемещения, и в любом случае они не могут двигаться быстрее, чем шарообразный пузырь, внутри которого находится их урожай — единственная причина, ради которой главным образом они и появляются в этой враждебной среде обитания. Наземные жители быстро окружают их, и, когда их туманные очертания появляются перед ним, Гхлуб замечает в них нечто отличающееся от виденного ранее. Каждый из них что-то несёт: нечто вроде лезвия на конце палки.

У Гхлуба было слишком мало времени, чтобы разглядеть что-нибудь ещё, поскольку он рванулся в сторону, чтобы уйти от них, но после того, как он с трудом отполз по земле на некоторое расстояние, он повернулся, чтобы оглянуться назад. Наземные жители все набросились на одного из его товарищей. Они воткнули своё оружие в его оболочку и разрывают её. С двумя существами, ползущими в разных направлениях, было очень легко разделаться, и оболочка лопается, исторгая поток воды и оставляя лежащего на берегу аквабионта задыхаться в круге мокрой грязи.

Гхлуб и остальные отчаянно уползают в сторону влекущего их, но далёкого моря, и среди них растёт паника; для этого есть серьёзное основание, со стороны наземных жителей одна группа оставляет умирающих аквабионтов, устремляется за отставшим и бросается на него. На сей раз Гхлуб не останавливается, чтобы посмотреть, а продолжает извиваться.

Во время каждого прыжка и толчка он ожидает нападения сзади и сдирания с него оболочки. Волны океана всё приближаются и приближаются, но ужасающе медленно. Сделает ли он это прежде, чем его поймают? Он пробует не думать об этом и продолжает двигаться.

С чувством глубокой радости он ощущает давление первой волны, смыкающейся вокруг него. Он в безопасности, и теперь он может оглядеться. Пузырь с одним из его товарищей и собранной пищей добрался до моря. Пища также в безопасности, но какой ценой? Три сотоварища погибли — проколотые, обезвоженные и разделанные на мясо далеко отсюда, среди пыли и сухости.

Наземные жители никогда прежде не сражались таким образом. Возможно, сбор пищи аквабионтами оказал такое воздействие на их образ жизни, что они должны были принять эти чрезвычайные меры, чтобы сопротивляться. Возможно, конфликт и несогласие с этими действиями вынудили их искать новый образ жизни и организации своих действий лишь для того, чтобы выжить.

Водорослевая оболочка Гхлуба растворяется теперь, когда он полностью погрузился; изящно двигаясь, он спускается к наклонному морскому дну, пока не оказывается ниже колышущихся волн, и он дома. Теперь у него есть время, чтобы подумать. Являются ли эта организованность и использование оружия наземными жителями особенностью всех таких нападений в будущем? Неужели эксплуатация суши аквабионтами сделала даже это более опасным? Неужели они ничего не смогут сделать, чтобы накормить своих людей без того, чтобы делать положение дел хуже, хуже и хуже, и уничтожать всё, что у них есть? Должно ли это стать неизбежным продолжением судьбы разумной жизни над и под водой?


ЖНЕЦЫ-АКВАБИОНТЫ | Человек после человека | СТРАННИКИ