home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


4

Люди шли по тоннелю нескончаемыми вереницами. Глаза у всех были открыты, некоторые о чем-то болтали на ходу, другие жевали мороженое, но все равно они казались спящими. Лишь у некоторых среди этого многолюдья глаза сияли неподдельным живым блеском. Например, у высокого парня с гитарой и обнявшей его девушки в узких, как лосины, джинсах.

– Ты обещал что-нибудь нашептать мне на ушко, – напомнила Рита.

После того как она повисла у Сергея на шее, прошло совсем немного времени, но он успел осторожно оторвать девушку от себя и возвратить ее обратно на землю.

Хорошее, в отличие от плохого, никогда не длится долго. Полеты во сне и наяву заканчиваются, едва успев начаться.

– Ты обещал! – сердито сказала Рита.

Сергей пару секунд крепился, а потом не выдержал и тихо сказал:

– Я с самого рассвета жду новой ночи.

– Правда? – расцвела Рита под своим многослойным макияжем.

– Правда. – Губы Сергея тронула улыбка, впервые за долгие годы нормальная, не уползающая вправо или влево. – Но, прежде чем настанет эта ночь, – произнес он, – мы вместе должны пережить этот день. Ты ничего не забыла? Ничего не напутаешь?

– Что, я конченая совсем? – обиделась Рита. – Ты меня за последнюю идиотку принимаешь?

– Первые станут последними, а последние первыми, – рассеянно пробормотал Сергей. – Кстати, чехи тут как тут, зубы на меня точат.

– Пусть точат, – безмятежно сказала Рита. – Я тебя не подведу. Все будет хорошо, вот увидишь.

– Тогда до встречи.

– До встречи, – погрустнела Рита. – Эх, скорее бы ночь! – Она опять расплылась в улыбке. – Учти, сегодня я тебе отмораживаться не позволю, даже не надейся.

Но ее последние слова отлетели от спины Сергея, как горох, потому что он уже уходил прочь, а оба чеченца шли следом, отдаленно напоминая взявших след волков.

– Погоди, – сказал один из них, поравнявшись с Ритой, и придержал второго за локоть. – Может быть, нет необходимости бегать по жаре туда-сюда. Вот эта красавица нам сейчас все расскажет… Правда, сладкая ты моя?

– Что вас интересует? – притворно насторожилась девушка.

– Нас интересует, какого размера у тебя дырочка между ногами, – приветливо осклабился тот, который был повыше и попроще на вид.

Но первый – угрюмый, насупленный, с кинжальным взглядом исподлобья – остановил соплеменника повелительным взмахом руки и задал совсем другой вопрос:

– Ты его знаешь?

– Этого хама? – Рита смерила скалящегося чеченца холодным взглядом и отрицательно помотала головой. – В первый раз вижу.

– Меня Ильясом зовут! – поспешил представиться тот.

– А я Рита, ну и что из того? Это абсолютно ничего не меняет.

– Еще как меняет, – возразил Ильяс. – Совсем абсолютно меняет. Когда парень знакомится с девушкой, они сначала вместе кушают в ресторане, а потом…

– Помолчи, брат, очень тебя прошу. – Осадив товарища, угрюмый впился взглядом в собеседницу. – Меня интересует парень с гитарой, с которым ты только что разговаривала. Это ведь Сергей, правильно?

– А что? – прищурилась Рита.

– Я Ваха, – угрюмый ударил себя кулаком в грудь, – а Сергей – мой самый лучший друг.

– Почему же тогда ты его не сразу узнал?

– Мы очень давно не виделись, Сергей возмужал, изменился. Скажи, куда он ушел и где я его могу найти?

– Вы, наверное, вместе в армии служили? – предположила Рита.

– Да, в армии, – поспешно согласился Ваха. – Сергей был мне и Ильясу как родной брат. – Для наглядности он приобнял напыжившегося товарища. – Мы приехали в Москву специально, чтобы повидаться с нашим лучшим другом, но хотим сделать ему сюрприз. Так, чтобы он очень обрадовался, когда мы – хоп! – неожиданно появимся.

– Чтобы он очень-очень обрадовался, – подтвердил Ильяс, желтые клыки которого обнажились до самых десен. Казалось, улыбнись он чуточку шире, и его лицо попросту лопнет, не выдержав напряжения.

– Вот как? – глуповато хихикнула Рита.

– Клянемся Аллахом, – заверил девушку Ваха и даже четки из кармана достал в подтверждение своим словам.

Обманувший неверного не клятвопреступник, а герой, в Коране об этом прямо сказано.

Рита священную книгу мусульман никогда в глаза не видела, но ей достаточно было взглянуть в глаза чеченцам, чтобы оценить всю степень их врожденного коварства. Делая вид, что она колеблется, девушка нерешительно произнесла:

– А вдруг Сергей на меня рассердится? Вдруг он не хочет никаких сюрпризов?

– Что ты! – всплеснул руками Ваха. – Он просто обожает сюрпризы… Скажи ей, Ильяс.

Чеченец, получивший ощутимый толчок локтем под ребра, оторвал плотоядный взгляд от Ритиной груди и, прокашлявшись, с достоинством согла-сился:

– Да, Сергей такой. Он всегда говорил мне: «Устрой мне какой-нибудь сюрприз, очень прошу тебя, брат!»

– Не знаю, не знаю…

– Может, тебе денег дать? – засуетился Ваха, шаря по карманам. Его руки двигались проворно, как крылья коршуна, почуявшего легкую добычу.

– За разговоры денег не беру, – скромно потупилась Рита.

– А за что берешь? – встрепенулся было Ильяс, однако рука товарища задвинула его на задний план.

– Так где и когда мы сможем найти нашего лучшего друга? – спросил Ваха самым бархатным голосом, на который был способен.

– Сегодня Сережа здесь уже не появится, – нерешительно заговорила Рита, – но у нас с ним назначена встреча. Ровно в два часа дня. На Москворецкой набережной.

– Где это?

– Сразу за гостиницей «Россия», между мостом и церковью Зачатия Анны.

– Зачатия! – благоговейно повторил Ильяс.

– Только вы раньше времени не появляйтесь, – предупредила Рита. – Иначе Сережа увидит издали незнакомых мужчин и не подъедет. Он чего-то опасается в последнее время.

– Нас, своих лучших друзей, он может не опасаться, – выпятил грудь Ваха. – Наоборот, мы поможем ему, чем сможем. Мужская дружба – это святое… А сколько вы пробудете на набережной, скажи?

– Минут двадцать, – пожала плечами Рита. – Там днем безлюдно, прохожие почти не попадаются, а нам с Сережей надо спокойно поговорить без свидетелей. Вы же нам не станете мешать, правда?

– Какой «мешать», слушай! – возмутился Ваха. – Мы с Ильясом подождем в сторонке на этой безлюдной Москворецкой набережной, вот и все. Сергей на нас даже не обратит внимания. Мы ведь давно не виделись, – напомнил он.

– С тех пор все мы ах как сильно изменились, – подтвердил Ильяс. – Такие все неузнаваемые стали, что просто ужас.

Казалось, он находится в глубоком ступоре. Его расширившиеся зрачки были прикованы к Ритиной футболке, под которой отчетливо проступили напрягшиеся соски. Она ведь сильно волновалась, хотя не подавала виду, а в таких случаях ее соски разбухали до размера двух крупных фасолин. Переборов желание скрестить руки на груди, девушка через силу удостоила обоих чеченцев улыбкой и подмигнула накрашенным глазом:

– Тогда до встречи, мальчики! Мне пора.

– Э… – протестующе открыл рот Ильяс.

– До свидания, Ритуля, – не дал ему договорить Ваха. – Ты хорошая девушка, очень умная и очень симпатичная.

– Чтоб ты и твой род были счастливы! – крикнул увлекаемый прочь Ильяс.

В первую очередь он, конечно, осчастливил бы лично Риту, а уж потом бы взялся за всех остальных, исключая разве что самых дряхлых, не подходящих Ильясу по возрасту. А вот пол партнеров не имел для чеченца особого значения, потому что всех их он предпочитал ставить в одну и ту же позу, стремясь не столько удовлетвориться, сколько самоутвердиться.

Возможно, родные Ильяса, его друзья или просто земляки могли бы порассказать об этом парне немало хорошего. Что касается русских, то не было ни одного такого, кто захотел бы помянуть его добрым словом. Даже после его смерти.


предыдущая глава | Правильный пацан | cледующая глава