home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


«Напился пьяным до потери сознания», или «Менты-1943»

Надо сказать, что в годы войны органы милиции проделали большую работу по борьбе с бандитизмом и другими видами преступности. Однако были в них и серьезные проблемы. Нехватка кадров зачастую вынуждала брать на работу малообразованных и малокультурных людей, не проверяя, чем те занимались в прошлом.

Многие из них, надев серо-голубую форму с синей фуражкой, вели себя подобно разгулявшимся ковбоям.

4 июня 1943 г. начальник Вадского райотдела НКВД Карпов организовал прямо на работе коллективную попойку, в которой по его приглашению приняли участие секретарь отдела Лапин и участковый уполномоченный Патин, бывший в тот день ответственным дежурным. Последнего поили зря. Дело в том, что пока милиционеры поднимали тосты за Победу и за Сталина, сидевшие в камере предварительного заключения лица совершили подкоп и сбежали. Всего из лап милиции удрали семь человек. Этот вопиющий случай стал известен даже в Горьковском обкоме ВКП(б). [505 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3398, Л. 87.]

18 июня того же года участковый уполномоченный Сосновского райотдела НКВД Старов в нетрезвом виде разъезжал на лошади по деревням Панинского сельсовета. Вдоволь накатавшись, страж порядка остановился в деревне Колненка и, выпив еще, уснул на квартире у первой попавшейся колхозницы. Но село есть село, весть о похождениях участкового быстро распространилась по окрестностям. В итоге вскоре в Колненку заявилась ревнивая жена Старова. Она начала настоящий «штурм» дома, где отдыхал участковый, побив при этом все стекла и нанеся побои хозяйке. За пьянку и дискредитацию органов милиции Старов был подвергнут аресту на пять суток.

1 июля инспектор паспортного стола Кулебакского городского отделения милиции Исаев в компании со своим знакомым распивал спиртные напитки и в результате опьянения «утерял револьвер системы „наган“, но принятыми мерами розыска револьвер был найден». Последнее спасло милиционера от трибунала. За пьянку и халатное отношение к сбережению оружия Исаев был лишь подвергнут аресту сроком на семь суток.

Его коллеге из Ждановского района города Горького участковому Шабурову повезло меньше. В спецсообщении УНКВД говорилось: «22.8.43 г. участковый уполномоченный 8-го отделения милиции Шабуров после работы на рынке Ждановского района не явился в отделение милиции с докладом, а напился пьяным и, будучи в сильном опьянении, утерял демисезонное пальто, в кармане которого находился револьвер „наган“ с патронами, который не разыскан до настоящего времени». Военный трибунал города Горького приговорил Шабурова к восьми годам лишения свободы. [506 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3398. Доклад о политико-моральном состоянии личного состава органов милиции за июль 1943 г.]

Тут нельзя не сказать несколько слов о самом «нагане». Этот семизарядный револьвер калибра 7,62 мм был создан известным бельгийским оружейником Лео Наганом в конце XIX века. Главной оригинальной чертой этого оружия, отличающего его от многих других револьверов, было устройство, исключающее прорыв пороховых газов через зазор между стволом и барабаном. При взведении курка барабан не только поворачивался вокруг своей оси, но и смещался вперед. Специально сконструированный револьверный патрон был сделан таким образом, что передний обрез гильзы выступал за головку пули, то есть последняя была как бы утоплена в гильзе. При выстреле гильза раздавалась в стороны и полностью перекрывала зазор.

Револьвер был прост и надежен в обращении, но имел один существенный недостаток. Расстреляв в бою весь барабан, нужно было с помощью шомпола вытолкнуть стреляные гильзы из гнезд, после чего по одному вставить новые патроны. Надежность бельгийского револьвера оказалась столь высокой, что в годы войны он активно использовался в войсках СС под обозначением Rewolwer-612 (r). При этом, используя его уникальную конструкцию, эсэсовцы даже разработали для «нагана» глушитель силы звука. [507 — Шунков В. Н., Указ. соч., с. 18–20, 123.]

В 1933 г. на вооружение Красной Армии и частично НКВД поступил пистолет системы Токарева («ТТ»), однако быстро вытеснить старый добрый «наган» он не смог. Дело в том, что у нового оружия выявилось множество недостатков, как то: частое заклинивание патрона в затворе, низкая живучесть некоторых деталей и самопроизвольное выскакивание магазина из рукоятки. Каково было стражу порядка, если во время перестрелки с бандитами у него вдруг вылетала обойма?! Посему производство более надежных «наганов» продолжалось вплоть до 1942 г. [508 — Шунков В. Н., Указ. соч., с. 21–22.]

Но вернемся к приключениям бравых милиционеров. 4 июля 1943 г. участковый уполномоченный 1-го отделения милиции города Дзержинска С. М. Балашев отправился обходить рынок Калининского района. Видимо, для смелости он принял «боевые 100 грамм». Показалось мало, выпил еще. И еще… В итоге обход закончился падением милиционера прямо посреди рынка. Как дословно говорилось в спецсообщении УНКВД «…напился пьяным до потери сознания и там же, свалившись, лежал на земле». Прохожие долго обходили бесчувственное тело стража порядка, пока того не нашли коллеги и не перенесли трезветь в отделение. Наказанием для проштрафившегося участкового стали пять суток ареста. [509 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3398. Доклад о политико-моральном состоянии личного состава органов милиции за июль 1943 г.]

7 августа в Сормовском районе Горького произошел случай, похожий на сюжет известного голливудского фильма «Конвоиры». Два милиционера этапировали в тюрьму симпатичную заключенную. По дороге один из них так сильно влюбился в нее, что девушку отпустили, инсценировав побег.

Однако частенько в жизни подобные случаи происходили по гораздо менее романтичным причинам. Милиционеры райотдела НКВД Токарев и Баранов везли арестованную Шахматьеву в городскую тюрьму. Нежными чувствами никто из них к женщине не воспылал, зато оба конвоира любили деньги. Посему, получив от Шахматьевой взятку в размере 5000 рублей, энкавэдэшники отпустили ее. Вернувшись в отдел, они заявили, что арестованная избила их и сбежала. Но в такую сказку, естественно, никто не поверил, и стражам порядка вскоре самим потребовались конвоиры.

Некоторые местные «гаишники», оказывается, брали взятки и в годы войны. Тогда эта организация называлась дивизион РУД (регулировщиков уличного движения). Так вот, однажды такой «регулировщик» по фамилии Варганов в один не самый прекрасный день стоял на посту № 14 на левой стороне Окского (ныне Канавинского) моста. Кстати, пост ДПС находится там и поныне. И вот он задержал группу возчиков с подозрительным грузом.

Однако повышение по службе и благодарность от начальства показались Варганову менее привлекательными, чем хорошие деньги здесь и сразу. Как указано в спецсообщении УКВД в обком партии, «…Варганов, вместо того чтобы их доставить в дивизион для привлечения к ответственности, договорился с ними и, взяв взятку в сумме 1600 рублей, отпустил. Варганов арестован и предан суду военного трибунала». [510 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 3398.]

Впрочем, «рудовцы» не только занимались мздоимством, но и хулиганили. К примеру, в один из жарких июльских дней старший госавтоинспектор Середин регулировал движение на шоссе Энтузиастов в Москве. Однако вскоре монотонная служба показалась милиционеру скучной. Тогда он самовольно взял припаркованный мотоцикл с коляской, принадлежащий заводу «Серп и Молот», и решил прокатиться на нем. Однако опыта вождения такого транспортного средства у Середина не было, а посему вскоре он выехал на тротуар и задавил насмерть мальчика. «Мотосафари» милиционера закончилось для него трибуналом и осуждением на восемь лет лишения свободы.

12 августа 1944 г. боец 372-го батальона войск НКВД Клубов в нетрезвом состоянии направился на один из рынков города Дзержинска. Там ему приглянулась случайная прохожая, и он начал прямо посреди базара приставать к ней, в итоге изорвав платье. Возмущенные происходящим прохожие вступились за женщину и избили энкавэдэшника. Далее, как указано в документе: «Милиционер Нефедов хотел прекратить драку. Клубов его ударил, сорвал погоны, два раза плюнул в лицо и публично оскорбил нецензурными словами». [511 — Там же, Д. 4223, Л. 31.]

Однако всех своих коллег все же переплюнули участковые уполномоченные 6-го отделения милиции Прохоров и Иванов. 26 сентября 1943 г. они, «напившись пьяными», почувствовали острую нужду в женском обществе. Ближайшим местом концентрации женского пола оказалась баня Сталинского (ныне Канавинского) района города Горького. Зайдя под предлогом розыска преступников в женское отделение, милиционеры потребовали у нескольких гражданок вступить с ними в половую связь. Получив отказ, разгоряченные спиртным стражи порядка подняли дебош и открыли стрельбу из «наганов», но, к счастью, ни в кого ни разу не попали. Испуганные барышни сумели вовремя убежать. Военный трибунал приговорил Прохорова и Иванова к десяти годам лишения свободы, так что о женщинах им пришлось позабыть надолго. [512 — ГОПАНО, Ф. 3, Оп. 1, Д. 4223, Л. 31.]


Армейская мафия | Все для фронта? Как на самом деле ковалась победа | Заключение