home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


X

Пробуждением на следующее утро было не из приятных.

— Просыпайся, королевна! — пропел кто-то ехидным голоском, и Кира почувствовала, будто на нее вылили целое ведро ледяной воды. Дрожа и стуча зубами от холода, девушка вскочила с кровати. Перед ней стояла и невинно улыбалась Влада — с рюкзаком за плечами, в сапожках на меху и шубке. Уже полностью готовая.

— Ве-ве-ветер! — Кира поспешила завернуться в одеяло. По комнате гулял сквозняк. — С ума сошла?

— Ага, уже давно, — не растерялась Влада. От ее вчерашнего скверного на-строения не осталось и следа. Глядя, как Горностайка дрожит от холода, Ветер сочувственно прищелкнула языком.

— Холодно? Ладно, извиняй, я не думала, что ты у нас такая мерзлявая. На, согрейся, — Влада протянула маленькую бутылочку синего стекла Кире. Та мотнула головой, но руки сами потянулись к напитку. К тому же, пить хотелось еще с вечера.

Стоило Кире сделать глоток, как по телу пробежала огненная волна, стало не то что тепло — жарко. Кира закашлялась, едва не выронив бутылочку. Из ее рта вырвался клуб синеватого дыма.

— Что это? — хрипло спросила Кира. Влада улыбнулась.

— Здешний согревающий напиток. «Дракончик» называется. Всего 0,6573 градуса алкоголя.

Кира с подозрением глянула на Ветер и вернула бутылку.

— Малолетних спаиваешь?

— Кто? Я? — Влада изобразила на лице праведный гнев и возмущение. — Да ни в жисть! «Дракончиком» только и спаивать! Есть у нас еще «Огонек», так это совсем другое дело…

— Ладно, все, хватит, — Кира решительно прервала болтовню Влады. — Ты не выйдешь? Я бы хотела переодеться?

— Чего? — от такой наглости Влада даже опешила, но Кира была непреклонна. Ретивой девице по имени Влада Ветер пришлось удалиться. Расчесывая волосы, Кира слышала, как она стонет из Красной Гостиной, что ее лишают жилплощади и посягают на ее гражданские права.

«Интересно, как мы попадем домой? — подумала Кира, натягивая свое неизменное серое пальтишко. — Поплывем по Морю-Меж-Мирами?»

Окинув прощальным взглядом комнату, девушка вышла в коридор. Влада уже успела куда-то подеваться. Красная Гостиная пустовала.

«И куда теперь? — озадачилась Кира. Ответ не заставил себя долго ждать — несколькими этажами ниже, по всей видимости, в холле слышался гул множества голосов. Девушка поспешила вниз по винтовой лестнице. По дороге ей попался домовой — чумазый, лохматый, с подозрительно пунцовеющим носом. Похоже, нечисть как следует отметила окончание второй четверти.

«Еще неизвестно, кто радуется больше — нечисть или ученики, — подумала Кира.

В холле кипело и бушевало настоящее людское море. Яблоку было негде упасть. Кира приподнялась на цыпочки, выискивая «своих». Ей показалось, что в толпе мелькнуло равнодушное лицо Арсения, но девушка заставила себя отвести взгляд и не проверять, правильно она увидела или нет.

Спустившись с лестницы, она стала проталкиваться сквозь море счастливых учеников. Здесь были все — преподаватели, старшие, даже где-то мелькнули лохматые головы домовых и печальное лицо Библиотечного привидения.

Сверкнули хитрющие зеленые глазищи Кэт. Кира остановилась, чтобы передохнуть. Вдруг кто-то дернул ее за рукав пальто. Повернув голову, Кира увидела лицо Ларисы Сороки.

— Сейчас речь толкать будет, — сказала она, кивая куда-то в сторону главных дверей.

— Кто? — Кира встала на цыпочки, но ничего особенного не увидела.

— Да пан Мирон, кто же еще? — Лариса сомкнула цепкие пальцы вокруг локтя Киры и уверенно потащила сквозь толпу.

— Вот здесь все наши, — сказала она, когда они остановилась.

Кира и сама уже это поняла. Девушка инстинктивно вытянула шею, стараясь найти в пестром калейдоскопе учеников одного единственного — кареглазого, самоуверенного. Даже СЛИШКОМ самоуверенного.

«Да что же это я? — обозлилась Кира на себя, когда Лариса спросила, кого это она там выискивает. — Похоже, я уделяю ему больно много внимания».

— Только посмотри на них! — фыркнула Лариса, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. Кира увидела, как Влада кругами ходит вокруг Дениса Ястреба, что-то загадочно нашептывая ему на ухо и улыбаясь самой обольстительной из всех улыбок. Несообразительный Ястреб что-то мямлил в ответ, краснел, смущался и со взглядом мученика озирался по сторонам. Максим Махаон негромко окликнул Дениса и махнул рукой. Ястреб с превеликой радостью кинулся к Махаону — это походило на позорное бегство. Оставшись без жертвы, Влада зашипела обиженно и с презрением, как кошка, которой не дали спереть со стола кусок колбасы.

— Тишина! Соблюдайте тишину! — крикнула пани Леда, но ученики и не ду-мали замолкать. Зловредный пан Богдан покосился на учительницу и нехорошо усмехнулся. Пани Леда опустила глаза. Пан Марк нахмурился и неодобрительно покачал головой. Пан Мирон взмахнул рукой и негромко пробормотал:

— Аки гром среди ясного неба!

Пани Магдалена уважительно глянула на Мирона. Видимо, заклинание было не первой сложности.

— ТИШИНА!!! — неожиданно пан Мирон рявкнул так, что все подскочили, а кое-кто из слабонервных упал в обморок. Крик прокатился по всей башне, Колокол отозвался на него глухим звоном.

— Наши юные волхвы и волшебницы! — начал пан уже нормальным голосом, дождавшись, когда «обморочных» приведут в чувства. — Мы поздравляем вас с окончанием второй учебной четверти. Уверен, вы достойно показали себя на уроках и получили заслуживающие оценки. Теперь вы имеете право отдохнуть, но помните: никто из обычных людей не должен знать о нас. Колдовать среди них строго запрещается! Вы это знаете и так. Надеюсь на ваше благоразумие.

Если же среди вас найдутся те, кому наплевать на запрет, так знайте — при малейшем нарушении мы мгновенно явимся к вам и примем меры. Вам все ясно?

Тишина послужила ответом — всем все ясно.

— За нами что, следить будут? — прошипела Лиля Ливень за спиной у Киры.

— Думаю, нет, — ответила Тина Соболь. — У них, наверное, есть какой-то прибор. Если где срабатывает магия, они тут же узнают об этом…

— Так же помните, что следует быть осторожными и бдительными. Враги не дремлют. Они могут поджидать вас на каждом углу.

Как только эти слова прозвучали, над толпой поднялся гул. Кое-кто попытался снова упасть в обморок.

«Запугивает или правда? — со страхом подумала Кира.

— Я не запугиваю вас, — сказал пан Мирон, и девушка вздрогнула. — Я просто предупреждаю: будьте начеку… Что ж, не будем сейчас говорить о плохом! Завтра ведь Новый год! Мы все от души поздравляем вас и желаем успехов в следующем году. А теперь, вперед! Да прибудет с вами свет!

Кира забеспокоилась. Она ведь не знала, что нужно сделать, чтобы попасть домой. Девушка обернулась на одноступеньцев. Те весело прощались друг с другом, мальчишки хлопали друг друга по плечам, девчонки обнимались. От такой трогательной сцены у Киры даже в глазах защипало. Она отвернулась и с грустью подумала, что она опять одна.

— Эй, Горностайка! — позвал кто-то. Кира опешила и обернулась. Перед ней стояла Влада Ветер.

— Ну, пока, что ли? — Ветер осторожно обняла ее и звучно чмокнула в щеку, оставив яркий след от помады. — Я тебе черкну пару строчек на каникулах. Что б жизнь медом не казалась.

— Ага, черкни… — Кира потерла щеку, пытаясь стереть помаду. Влада усмехнулась, закинула сумку на плечо, отошла в сторону и громко произнесла:

— Быть там, где ждут!

Раздался негромкий щелчок, и она исчезла. Точно так же исчезла и добрая часть толпы. Остальные еще плакали друг другу в плечо.

«Тьфу ты! — подумала Кира. — Заклинание телепортации! И как я могла за-быть?»

Она в последний раз огляделась и поняла, что каникулы покажутся ей не-обычайно долгими, и очень будет не хватать всего этого — магии, домовых, коридоров с факелами.

— Быть там, где ждут! — крикнула девушка, смахивая невольно набежав-шую слезу и привычно зажмуриваясь. Знакомый резкий рывок, свист ветра в ушах, легкое головокружение, и, наконец, земля под ногами.

Кира вздохнуло полной грудью, затем открыла глаза. Мимо с шумом проносились автомобили. Ярко сияло солнце, заставляя снег блестеть разноцветными огоньками-искорками. В глаза бросилась яркая вывеска «кафе «Мираж», и Кира улыбнулась ей, как старому знакомому.

Витрины магазинов переливались гирляндами. Над дорогой висела огромная перетяжка «С Новым годом!». Дом Киры, с виду невзрачный и совсем обычный, в лучах солнца окрасился в ярко-голубой.

К счастью, в тот момент улица была пустынна, и никто из людей не заметил девчонку, возникшую на тротуаре непонятно откуда. Щурясь от солнца, Кира быстро перешла дорогу и нырнула в подъезд. В подъезде сильно пахло кошками и сигаретными окурками.

Игнорируя гостеприимно распахнутые дверцы лифта, Кира как на крыльях пролетела пять лестничных пролетов, и, замерев сердцем, нажала на кнопку звонка. В глубине квартиры раздалась малоприятная трель. Кира на всякий случай отошла подальше от двери, чтобы отец мог ее получше разглядеть. Однако за дверью было тихо. Никто не спешил открывать.

Абсолютно ничего не понимая, девушка снова нажала на кнопку звонка. Потом еще и еще. Тишина начала ее пугать, она в панике забарабанила по двери кулаками.

«Может, он вышел в магазин? — мелькнула слабая надежда. — Или он во дворе, выгуливает Грозу?»

Кира вихрем слетела на первый этаж, выскочила в подъезд и оказалась на улице. Рядом, на колченогой лавчонке сидела закутанная в платки и шали старушка, флегматично пережевывающая семечки. Увидев, как Кира остановилась перед ней, бабулька подозрительно отодвинулась на край скамейки.

Волнуясь и сбиваясь с третьего на десятое, Кира подробно описала отца и спросила, не видела ли пенсионерка Сергея. Та все так же флегматично пожала плечами и буркнула, что никого не видала.

Совершенно растерянная и ничего непонимающая Кира вошла в подъезд. На этот раз она решила воспользоваться лифтом. Когда кабина понесла ее вверх, Кира принялась себя успокаивать. Ей казалось все это бредом, сейчас она снова позвонит в дверь, и отец выйдет ей навстречу, как ни в чем не бывало.

Когда дверцы распахнулись, девушка выскочила на лестничную площадку и с силой ткнула в кнопку лифта, сломав ноготь. Но вновь на трель звонка ответила только тишина. Беспокойство переросло в панику. Кира заколотила по двери кулаками и ногами, крикнула:

— Пап! Это я, Кира! Открой!

Ушибив ногу о дверь, Кира в бессилии сползла по стене и опустилась на коврик. Из глаз брызнули слезы боли, обиды и страха. Это было невыносимо! Ира сжалась в комочек, прислонившись спиной к двери и зарыдала. Горько-горько, со всхлипами. В этот миг она была одна в мире, и никто не мог чем-то помочь, утешить…

Минут пятнадцать спустя, Кира вытерла лицо и медленно поднялась на ноги. Надо идти в милицию, поняла Кира и, шмыгая носом, нажала на кнопку лифта. Взгляд скользнул по ненавистной двери. Дверцы лифта в который раз уже распахнулись перед Кирой, она шагнула, было, в кабину, но вдруг внезапно повернулась и с застывшим на лице упрямством поднялась на цыпочки и нажала на кнопку звонка.

Она ждала тишины после трели звонка, но вдруг… В глубине квартиры послышались чьи-то шаги. Не веря собственному счастью, Кира кинулась к двери и забарабанила кулаками.

— Кто там? Чего ломитесь? — Кира узнала недовольный голос отца.

— Пап!!! — только и смогла крикнуть Кира хриплым голосом.

— Кира?!

Было слышно, как ключ повернулся в замочной скважине, и дверь, наконец, распахнулась. Сергей стоял на пороге — исхудавший, с тенями под глазами, но… живой. Глаза отца в удивлении расширились, от удивления он даже покачнулся.

Кира кинулась ему на шею — просто не смогла себя сдержать. Из глаз снова хлынули слезы, но уже другие — слезы радости и бесконечного облегчения. Эмоции перехлестнулись через край, и Кира опять разрыдалась, уткнувшись в плечо отца.

Сергей неловко поглаживал ее по спине. Услышав, как она заревела, он аккуратно поставил ее на ноги и повел в зал. Несмотря на то, что глаза застилали слезы, Кира увидела невыразимый бардак. Книги валялись на полу вперемешку с одеждой, одеяло было скомкано, а на стуле стояла тарелка со слипшимися макаронами.

— Ну хватит, хватит, успокойся, — приговаривал отец, но Кира от этого только распалялась. Пришлось сходить на кухню, добыть стакан воды и успокаивающее.

— Вот, выпей, — Сергей протянул Кире стакан и устало опустился на кресло. На лице его застыла улыбка.

Кира дрожащими руками схватила стакан и проглотила таблетку. Из груди вырвался судорожный стон, но плакать больше не хотелось. Представив, как сейчас выглядит ее красное, распухшее лицо, девушка спешно задрала свитер и вытерлась.

— Ты чего так долго не открывал? — с укором спросила она, разглаживая мокрый свитер. — Я чуть с ума не сошла! Уже хотела в милицию идти!

— Извини, — буркнул Сергей виновато. — Я заснул…

— Но я целых полчаса трезвонила! Ты что, снотворное выпил?

— Э-э-э… — отец озабоченно взъерошил волосы. — Да.

В глазах дочери зажглось сочувствие и понимание.

— Выдался тяжелый день, да?

— Да, — снова ответил отец, глядя в сторону. Кира нахмурилась.

— Пап, ты прости, что не писала все это время…

— Это ты меня прости! — Сергей явно обрадовался перемене темы разговора. — Я ведь знал… Фаина Федоровна позвонила на следующий день, как ты уехала!

— И… что сказала? — удивилась Кира.

— Ну, как что? Что дозвониться до вас очень трудно. Ваша школа против мобильных телефонов. Говорят, от него какие-то излучения. А еще сказала, что лучше письма писать и по почте отправлять.

Кира попыталась скрыть удивление. Надо же, как ловко все обстряпали…

— Ты есть хочешь? — спросил отец после секундной паузы.

— Угу, — Кира последний раз шмыгнула носом и поднялась с кресла.

— Пошли, у меня суп есть! — Сергей привел ее на кухню.

— Пап, скажи честно… — начала Кира, присаживаясь на табурет.

— Что? — отец спрятался от нее за дверцей холодильника.

— Ты не рад, что я вернулась? — серьезно спросила Кира.

— Что ты! — отец захлопнул дверцу и укоряющее глянул на дочь. — Да как ты подумать такое могла?! Просто я… устал, вот и все.

— Честно?

— Честно.


* * * | Ученица волхва | * * *