home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 42

Наутро после завтрака, отправляясь в офис, дон Альберто поторапливал Марианну, которая впервые ехала вместе с ним.

Около входной двери он увидел Паскуале, который, как всегда, нерешительно топтался в саду, боясь нарушить чей-нибудь покой.

– А, это вы, молодой человек? Здравствуйте! – приветливо развеял в одно мгновение все его сомнения сеньор Сальватьерра.

– Простите, что осмелился беспокоить… Но мне хотелось бы поговорить с Марианной.

– Хорошо, я позову ее, подожди. Как дела, Паскуале?

– О, сеньор! Вы помните мое имя? Невероятно!

– Марианна, тебе наверное, хотелось бы поболтать со своим другом? – спросил спустившуюся в сад девушку, дон Альберто. – Если так, оставайся сегодня дома, а в контору пойдем завтра.

– Нет, нет, что вы, сеньор, я пойду с вами. Простите, дон Альберто, замялась Марианна, – помните, когда-то мы говорили с вами насчет Паскуале?

– Да, да, я помню. Слушайте, молодой человек, вы хотели бы работать в моей фирме?

– Да отвечай же, Пато, язык ты, что ли, проглотил? – Марианна толкнула приятеля в бок.

– Как, я… работать в вашей фирме? Ну, дела! Конечно же! Знаете, я могу делать все, что угодно, работать по железу, ремонтировать машины. Еще я в электричестве разбираюсь, могу чистить обувь…

– Я хочу дать тебе работу посыльного. И приличное вознаграждение.

– Какой может быть разговор? Я к вашим услугам, сеньор, когда только прикажете.

– Очень хорошо, тогда пошли.

– Пойдем, Пато, с нами.

– Прямо сейчас? – удивлению юноши не было границ. Его доброе лицо так и сияло.

– Именно сейчас. Поедем на машине!

– С ума сойти, Марианна!

У Эстер почти не было хорошего настроения. Она была всем недовольна, а особенно тем, что виделась с мужем только за столом. Ее все раздражало, она считала всех виноватыми в своем неудачном замужестве – всех, кроме себя. Но упорно надеялась убедить Луиса Альберто в своей любви. Больше всех страдала от капризов и своенравия молодой хозяйки – Рамона. Однако никто не слышал от нее и слова жалобы. Донья Елена была не в силах что-либо изменить, но в силу своего уживчивого характера, она старалась поддержать невестку, почти всегда и во всем соглашаясь с нею.

Заканчивался завтрак, и донья Елена, попросив убрать Марию со стола, спросила, проснулся ли уже Луис Альберто и не пора ли подать ему поесть.

– Пока нет, сеньора.

– Да, Мария, сообщи Рамоне адрес сеньоры Бедоли: я хочу, чтобы она сшила себе униформу.

– Нет, тетя! – решительно запротестовала Эстер. – Рамоне это не понравится.

– Но, девочка, вся прислуга в нашем доме носит униформу.

– Тогда почему Марианна ее не надевает?

– Ну, Марианна… совсем другое дело.

– И Рамона тоже… другое дело.

– Эстер!..

– Тетя, вспомни! Разве ты не говорила, что в этом доме я могу распоряжаться, как в своем собственном?

– Да, дорогая, прости, ты права. Хорошо, Мария, можешь идти.

– Я ужасно себя чувствую, каждый раз вспоминая нашу свадьбу, тетя! Ни гостей, ни свадебного путешествия, ничего! А Луис Адьберто как обошелся со мной? Позор – да и только! Мне кажется, что все надо мной смеются.

– С чего ты взяла? – донья Елена в волнении стала перебирать жемчужины ожерелья.

– Прислуга ни о чем не знает и вообще, не обращай ни на что внимания, Эстерсита!

– А Марианна, ты думаешь, она тоже ничего не поняла?

– Наверное. Но кто знает, ведь она ни с кем никогда не поделится своими мыслями. А прислуга… что ж… она может подумать, что вы спите в разных комнатах потому, что так решили. Ведь вы не первая молодая семья, которая живет так.

– Но я не хочу так жить, тетя!

– Вот посмотришь, со временем все образуется. Тебе не стоит так волноваться, Эстер, не забывай, что ты беременна. Между прочим, думаю, уже нужно сходить на консультацию ко врачу.

– Нет, еще рано. Я ведь чувствую себя нормально.

– Но это необходимо, Эстер, поверь!

– Да, тетя, но попозже. Кстати, а зачем Марианна поехала с дядей в контору?

– Не знаю, думаю так будет лучше, а то сидит дома целыми днями. Пусть лучше там развлекает Альберто. Знаешь, он так привязался к ней.

– Да, я боюсь, что эта приживался настолько заполнила разум твоего мужа, что он уже не вспоминает о сыне. Кто знает, может она сознательно это делает? Я только вижу, дядя словно заколдованный. Вот возьмет и оставит ей в наследство часть своего состояния… А то и все.

– Как ты могла такое подумать?

– А почему бы нет? Так что будь внимательна, тетя, и потом не говори, что я тебя не предупреждала. Я поднимусь к себе.

Будто почувствовав, что ее воспитанница отправилась к себе в комнату, из кухни молча вышла Рамона, присоединившись к ней. Молча они дошли до двери, скрылись за нею, плотно прикрыв за собою.

– Я не хочу, Эстер, чтобы другие прикасались к твоим вещам… Что с тобой? Почему ты такая озабоченная?

– Тетя хочет показать меня врачу, Рамона.

У Рамоны дрогнули губы.

– Не нужно было выходить замуж за этого мужчину, я говорила тебе, тем более придумывать, что ты беременна, – она вложила в слова все неодобрение поступка Эстер.

– Если бы я не придумала, что жду от него ребенка, я бы никогда не стала его женой.

– Но время идет, Эстер, а твой муж и знать о тебе не хочет.

– Не действуй мне на нервы, Рамона, лучше придумай что-нибудь. Поколдуй, ты ведь когда-то умела…

– Тут надо не колдовать, а искать выход.

– Есть выход. В нем мое спасение. Это – другой мужчина.

– Что ты надумала?

– Надо найти другого мужчину!

– Но что ты такое болтаешь? Даже и не думай! Но Рамона была бессильна повлиять на воспитанницу.

Что же, тогда она будет помогать ей…

Марианна подошла сзади и обняла Марию за плечи. Заглянув в бумаги, лежащие на столе, поинтересовалась, чем занимается старшая горничная.

– Просматриваю счета, которые пришли.

– Ты отвечаешь за все расходы?

– Да, приходится, В банке есть счет на мое имя, и каждый месяц сеньора кладет на него определенную сумму, которую я трачу на покупку всех необходимых для дома продуктов. За эти годы, что я здесь работаю, все счета у меня в полном порядке, – гордо сказала Мария.

– Ты видела сегодня Луиса Альберто, Мария?

– Оставь эти разговоры. Иди лучше погладь белье. Нет, не видела! Он еще не выходил из своей комнаты.

– Как все не просто в жизни! Правда, Мария?

– Ах, да. Мне очень жаль, девочка. Ведь я знаю, что ты его любишь. Но в том, что произошло, виноват Луис Альберто.

– Откуда нам знать, кто виноват?

– Я прошу, ты ведь не знаешь, что произошло вчера?

– Не знаю, но могу себе представить. Я слышала, как Эстер ломилась в дверь его комнаты и кричала, чтобы он впустил ее.

– Да, это так! Но все равно я не понимаю этого. Это ведь неприлично. Жестоко. Если он так ведет себя сейчас, то что будет, когда они проживут год вместе? Но самое главное, поверь, все отразится на нас. Что до меня, то мне просто не нравится, что в этом доме появилась эта женщина.

– Ты кого имеешь в виду? Эстер?

– Да нет, ее кормилицу.

– Рамону?

– Да! Повсюду сует свой нос, похоже, она за всеми шпионит.

– Я ее побаиваюсь. – Марианна вспомнила пронзительные черные глаза Рамоны, следящие за каждым ее движением.

– Знаешь, девочка, я чувствую: она колдунья.

– Колдунья?

– Да. Помню, когда мы помогали переносить ей вещи, я увидела столько трав, пузырьков с какой-то водой… Может, она и правда, кормилица сеньоры Эстер. Но в чужой монастырь со своим уставом… Здесь я распоряжаюсь прислугой. Так и останется, пока донья Елена будет хозяйкой этого дома.

– У тебя уже были неприятности с Рамоной?

– Пока нет, но все идет к этому. Ну, увидим.

– Ладно, пойду заберу учебники из библиотеки и поднимусь в комнату, позанимаюсь еще.

Едва выйдя из кухни и сделав несколько шагов по лестнице, Марианна столкнулась с Рамоной. От неожиданности обе остановились, пристально глядя в глаза друг другу. Марианна хотела пройти мимо, но Рамона остановила ее.

– Подожди, я хочу поговорить с тобой.

– О чем?

– В твоих глазах я прочла особый интерес к мужу моей Эстер…

– Вы глубоко ошибаетесь, ваша хозяйка и ее муж меня не интересуют.

– Меня обмануть невозможно! Я предупреждаю: не становить между ними, иначе пожалеешь.

– Почему вы угрожаете мне, кто дал вам на это право? Если ее не любит муж, я в этом не виновата.

– Послушай, я тебя предупредила. Если увижу, что Эстерсита будет страдать, ты еще вспомнишь мои слова.

Дни тянулись за днями. Но для Марианны эта была уже не однообразная вереница пустых, утомительных дней. Ее жизнь наполнилась: учеба, работа у дона Альберто, новые люди, впечатления.

Однажды в конце рабочего дня в приемной зазвонил телефон, и секретарь дона Альберто позвала Марианну. В трубке послышался голос Диего.

– Добрый день, Марианна, как дела?

– Хорошо, Диего, а у тебя?

– Послушай, Марианна! Я хочу тебя пригласить, давай сходим в одно местечко. А? Мне очень нравится быть с тобой, видеть тебя, разговаривать. В вашем доме, когда прихожу, признаться, я чувствую себя неловко, – меня никто не одобряет.

– Ладно, хорошо. Я постараюсь. Но я могу понадобиться дону Альберто. Во сколько ты придешь?

– Не знаю. Ты скажи, во сколько.

– Может быть, в половине шестого Диего. В это время заканчиваются занятия.

– Договорились. Жди.

Марианна положила трубку и только тогда заметила Луиса Альберто, стоявшего в дверях приемной. Лицо его было хмурым. Он преградил дорогу девушке, которая собралась покинуть офис.

– Мне кажется, это Диего, – неподходящая компания для тебя. – Ничем не занимается, да к тому же нечестный человек.

– Но он твой друг.

– Ошибаешься, не друг, знакомый. Именно потому, что я его знаю, мне не нравится ваша дружба.

– А мне все равно, нравится тебе или нет, Луис Альберто! Почему я должна прислушиваться к твоим словам? Ведь ты для меня никто.

– Ты меня никогда не любила, Марианна?

– Не надо об этом, теперь все это не имеет значения.

– Все еще можно поправить. Я готов и думаю, что ты… согласишься.

– Нет, нет! Мне оскорбительны твои слова. Если бы ты знал, как ты мне противен!

– Ах вот как, понятно! Я ведь знаю, что ты думаешь обо мне днем и ночью. И вспоминаешь о том, что было между нами.

– Может быть, но помни, что ты последний мужчина на свете, на которого я обратила внимание.

– А Диего первый?

– Ну, хотя бы и так. Вообще, Луис Альберто, кто ты такой, чтобы допрашивать меня.

– Постой, Марианна.

– Что здесь происходит? – Дон Альберто вышел на шум.

– Ничего, дон Альберто, ничего! Пойдемте. Я готова! Едем!

– Да, дочка, пойдем.

Диего, по рекомендации Фернандо, снял недорогой, но комфортабельный номер в гостинице недалеко от его клуба. Денег, которые ссужала ему Ирма на поиски Марианны, вполне хватало, чтобы жить безбедно. Иногда, пустив пыль в глаза приятелям, прилично одеться, сесть за карточный стол. Но… слишком разгуливаться не приходилось, иначе, не успеешь оглянуться, как станешь должником Фернандо и будешь во всем зависеть от него. В один из дней, собираясь в клуб и предварительно договорившись о свидании с Марианной, Диего услышал вдруг стук в дверь.

– Войдите! Ирма? Ты? Ирма, что случилось? Что привело тебя в город? Почему ты приехала? – удивлению Диего не было границ.

– Мне это нравится, от тебя за это время ни слуху, ни духу. Даже не позвонил ни разу. Я дозванивалась к тебе рано утром, но никто не поднимал трубку. Говори, что ты узнал о Марианне, был ли у Луиса де ла Парра… Вообще, чем ты занимался все это время? Смотрю, приоделся ты прилично…

– Успокойся, дорогая. Не кричи, моя любовь, все идет своим чередом. – Диего обнял Ирму.

– Прошу тебя, Диего, мне сейчас не до этого.

– А мне, наоборот, я так соскучился по тебе! Дорогая!

– Я места не находила… от неизвестности.

– Жизнь моя…

– Есть что-нибудь новое, Диего? Скажи же наконец?

– Иди! Садись! Я узнал очень приятную новость. Луис де ла Парра умер от инфаркта.

– Умер? Что ты говоришь?

– А Марианна?

– Пока, Ирма, я еще не сумел разыскать ее. Но как только узнал, что старик умер, пошел к нему домой, поговорил с прислугой. Мне сказали, что он тоже разыскивал Марианну и тоже не нашел.

– Что же произошло? Где она сейчас?

– Люди, которых я нанял для розыска, занимаются этим… Надеюсь, в ближайшее время найдется! Зато теперь нам нечего больше опасаться. Марианна не знает, что она богатая наследница, а никто, кроме покойного де ла Парра, не владеет этой тайной. Значит, ей не от кого это узнать!..

– Ты ошибаешься, я не смогу жить спокойно, пока мы не отыщем ее.

– Повторяю еще раз, Ирма, ты можешь не волноваться, любовь моя. Послушай совета, возвращайся на ранчо, а я буду держать тебя в курсе дела.

– Я не уеду отсюда, пока мы не отыщем ее. И не надейся. – Все слишком серьезно.

Диего в замешательстве взглянул на Ирму: а она почувствовала, что его беспокоит что-то. И не ошиблась.

– Слушай, Ирма. Не лучше ли будет, – если ты займешь другой номер?

– Зачем это? – подозрительно спросила женщина.

– Думаю, так будет удобнее. Эта комната для одного. Да к тому же, живя отдельно, ты сможешь делать все, что угодно, и я не буду тебе мешать.

Подозрения Ирмы еще более усилились: предложение явно сделано неспроста.

– Почему ты не хочешь, чтобы я жила у тебя, Диего?

– Нет, нет! Что ты! Я просто думаю, что так будет удобнее тебе!

– Ну, раз ты так считаешь… пусть отнесут мои вещи вниз к администратору. И все же, Диего, я тебя очень хорошо знаю… Все же, ты мне можешь сказать, что случилось?

– Поверь, это всего лишь забота о твоем удобстве, любовь моя. Но если тебе тут лучше, оставайся.

– Теперь нет. Не думай, что я умираю от желания быть с тобой.

Расставшись с Диего и приказав отнести вещи в отдельный номер, Ирма решила привести себя в порядок. Последнее время ранчо отнимало много сил: присматривать за хозяйством, работниками – было, конечно, уделом мужчины. Ей приходилось порой забывать о своем внешнем виде, о прическе, маникюре, туалетах. Но раз уж она вырвалась сюда, в Мехико, сейчас пойдет в салон, приведет в порядок волосы, сделает макияж, а то, ведь на ранчо кожа совсем огрубела, словно у батрачки. И платье, перед тем как идти в клуб «Две тысячи» с Диего, наденет из тех, что он купил ей в последний раз, – то, серебристое с черным: оно особенно идет к ее темным волосам, уложенным короной, с серебряной заколкой сбоку. – Ну, прямо артистка!

Ирма поглядела на себя в зеркало, и мысли ее снова обратились к Диего. Какое-то подозрение закралось в душу – уж не завел ли он себе тут девчонку?..


Глава 41 | Богатые тоже плачут. Том 1 | Глава 43



Loading...