home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Августа 9 дня, третий час ночи, +16° С.

Дом в Коломенской части С.-Петербурга

В час этот только кошки да жулики по улицам бродят, честные люди спят и в ус не дуют. Негоже христианской душе бродить в потемках. Однако благолепную тишину улочки разбудил торопливый цокот и тарахтение колес. Подъехала пролетка, с которой резво соскочил плотный господин. Сунул извозчику трехрублевку и посулил другую, если тот обождет с полчаса. Возница обещался и немедля повесил нос, преспокойно задремав.

Неурочный господин прошел квартал, держась в тени домов, приблизился к ограде, за которой еле виднелся сад при большом особняке, узнаваемый по шелесту веток, огляделся на пустой улице и перемахнул решетку так ловко, словно занимался этим с рождения. Силуэт проскользнул по садовой дорожке. Что-то хрустнуло, щелкнуло, скрипнула дверная петля, и снова воцарился покой.

Ночью старинный особняк кажется живым. Бродят неясные шорохи, скользят тени, и кажется, что за каждым углом подглядывают чьи-то невидимые глаза.

Ванзаров отогнал неприятный холодок, пробравшийся по плечам, и двинулся изученным маршрутом. Ступать старался беззвучно – в пустом доме даже легкий скрип половиц отдается громовым эхом.

Наконец, второй этаж и кабинет князя. Дверь поддалась легкому усилию, но издала жалостный и пронзительный скрип.

Раритеты встретили гостя равнодушием. Найти что-то без света в нагромождении невозможно. Но Родион Георгиевич на ощупь прошел до стола, нагнулся, присмотрелся и взял то, что хотел.

За дверью послышался шорох.

Ванзаров присел, скрывшись под массивным силуэтом стола, вслушался.

Снова непонятный треск. Быть может, половицы рассыхаются?

Он ждал, готовый ко всему.

Там, за дверью, кажется, кто-то был. Легкие шаги отражались шорохом обоев.

Тело предательски затекло, но Родион Георгиевич приказал себе терпеть.

Может, Ягужинский оставил филера еще и внутри?

Опять странные звуки, теперь кружат где-то на этаже.

Господин Ванзаров, выпускник петербургского университета, адепт логики и агностик по убеждениям, непроизвольно перекрестился.

Неясные скрипы не унимались… Что-то приближалось… Неужто бесприютная душа князя не находит себе покоя?

Где-то вдалеке первый петух приветствовал грядущую зарю.

Загадочные звуки растворились в тишине бесследно.

Более не имея сил выжидать, Родион Георгиевич подскочил и на затекших ногах стремительно одолел обратный путь. Он перелез через решетку сада, когда небо раскрасилось отблесками утра.


Августа 8 дня, около полуночи, +16° С Бюро судебной экспертизы Врачебного комитета | Камуфлет | Августа 9 дня, начало десятого, +17° С. «Польская кофейня» на Михайловской улице