home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ПРОЩАНИЕ С КАВКАЗОМ

Шамиля поместили в шатре наместника, который был устлан дорогими коврами и обставлен с необыкновенным комфортом. К Шамилю приставили переводчика и повара-мусульманина, который накрыл стол изысканными фруктами и яствами на золотых блюдах.

На следующий день привезли семью. Затем явились ординарцы Барятинского, подали женам и дочерям имама драгоценные украшения, а Шамилю как личный подарок наместника его собственную дорогую шубу.

Было объявлено, что Шамиль должен будет отправиться в Петербург, чтобы представиться Александру II. Сопровождать имама был назначен адъютант наместника полковник Тромповский с особым конвоем. А в Темир-Хан-Шуре

Шамиля ожидала удобная дорожная карета Барятинского, в которой можно было даже спать.

27 августа Шамиля, его семейство и домочадцев отправили в Темир-Хан-Шуру в сопровождении двух эскадронов драгун, двух сотен Дагестанского конного полка и батальона пехоты.

В тот же день в Петербург была послана телеграмма: "Гуниб взят, Шамиль в плену и отправлен в Петербург".

Проститься с имамом выходили целые общества, устилая дорогу коврами. Люди плакали, целовали края его одежды и молили Аллаха сохранить ему жизнь. Были и такие, кто от отчаяния бросался с круч вместе со своими конями.

Отступники возгордились, а простой народ был растерян и думал, что наступает конец света. В назидание одним и в утешение другим ученые говорили:

Не высовывайся! Это дело не для тебя.

Тайны движения небесного свода непостижимы.

Не расспрашивай Аллаха о Его деяниях,

Ибо тот, кто лезет в морскую бездну, погибнет.

В Темир-Хан-Шуру Шамиль и его спутники прибыли 29 августа. Крепость встретила их салютом из пушек и балом в офицерском собрании. В пути имам занемог и несколько дней провел в крепости. Визиты офицеров и жителей Темир-Хан-Шуры совершенно измучили Шамиля. 3 сентября он покинул крепость, оставив там свое семейство. Женщин опекали жены местных начальников. Им беспрерывно делали подарки и шили новые наряды, развлекали и успокаивали насчет их будущности.

В Россию с имамом отправились сын Гази-Магомед и три преданнейших мюрида. Казначей Хаджияв принял на себя еще и обязанности денщика; благочестивый Тауш заведовал духовным «протоколом» и заботился о том, чтобы пища соответствовала требованиям ислама; а Абдула-Магомед заменял сотню имамских телохранителей.

Сопровождал Шамиля и переводчик Исаак Грамов, в надежности которого имам убедился, когда менял княгинь на своего сына.

По пути Шамиля приветствовали делегации от дагестанских городов, а в Чирюрте его даже уговорили сфотографироваться. Дагеротипный портрет Шамиля, сделанный фотографом-энтузиастом командиром драгунского полка графом Ностицем, стал первым реальным изображением знаменитого имама.

5 сентября Шамиль прибыл в Моздок. Здесь его встретил Минай Атаров, побывавший у имама в Ведено. Шамиль остановился в родном доме своей жены Шуайнат. Отец ее к тому времени скончался, и гостя с почетом принимал сын. Дети его развлекали гостя танцами, среди которых был и ставший популярным на всем Кавказе "Танец Шамиля". Танец этот начинался смиренной молитвой, а затем обращался в огненную лезгинку.

7 сентября почетного пленника уже принимал Ставрополь. В роще, у въезда в губернскую столицу, офицерство устроило обед в честь Шамиля. Пленнику отвели квартиру в центре города. Вокруг была выставлена усиленная охрана, защищавшая пленника от любопытствующих, а визитеры допускались лишь по особому разрешению. Город был встревожен слухами, будто 15 тысяч горцев вот-вот нападут на Ставрополь, чтобы отбить Шамиля. В это мало кто верил, но старые казаки, всякое повидавшие на своем веку, задумчиво покручивали усы.

Своими размерами и красотой зданий Ставрополь удивил Шамиля, никогда не видевшего настоящих русских городов. А театральное представление, данное в честь необыкновенного гостя, фейерверк и вечерний бал привели его в задумчивость относительно того, что ждало его в столицах, если такое происходило на окраинах.


БАРЯТИНСКИЙ ТОРЖЕСТВУЕТ | Имам Шамиль | ВСТРЕЧА С ИМПЕРАТОРОМ