home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 18

Второв действительно помог с контрактом. Приоткрылась завеса тайны над некоторыми его делами. Оказалось, что он является соучредителем ЗАО «Городской аптечный склад», которое успешно осваивает бюджетные деньги, направляемые на нужды здравоохранения города. Компания получала средства без конкурса, а затем предлагала больницам делать у неё заявки. Проект лоббировал Мельников, вице-мэр по здравоохранению, и один из учредителей «Городского аптечного склада».

Второв передал заявку, Штейн обработал её, и оказалось, что сумма заказа составляет 38 тысяч долларов. Предоплата не предусмотрена, только отсрочка платежа 30 дней. Но фирмы шли на любые условия – большой удачей было поучаствовать в городских поставках. Андрей рискнул, и устроил Штейну встречу с Второвым в кабинете Першина, генерального директора «Городского аптечного склада». Оба контрагента были те еще волки, и пришлось прибегнуть к челночной дипломатии. Штейну было сказано, что всё решает Огибалов, руководитель горздравотдела, который не снисходит до встреч с торговыми представителями, а общается только с главами представительств. И Второву примерно то же самое: вопросы решаются в Москве, а сюда прислали какого-то шныря – просто проверить, что покупатель реально существует.

Встреча прошла в форме обмена любезностями, какого бы конкретного вопроса ни коснулись, ответ был один: «ну, это мы через Андрея Александровича решим, да, всё только через Совинком». И хотя Штейн ничем особенным себя не проявил, Второв сказал впоследствии: «Разгон, сразу видно, что педиатрию заканчивал, где ты подбираешь этих младенцев».

Штейн добился на «Джонсоне» отсрочки платежа для Совинкома. «Джонсон» отгрузил товар, и продукция была передана «Городскому аптечному складу» в начале августа.

Одновременно с прибытием груза в Волгоград приехал и Штейн. Отношения с ним сложились уже более чем доверительные. В счетах, которые он выставлял для клиентов, предусматривались не только комиссионные для ответственных лиц, там был интерес для него самого, и этот интерес был равен половине чистой прибыли. Вся экономика сделки была ему видна – он точно знал цены, по которым товар отгружается с Джонсона, и знал, разумеется, по каким ценам отгружает Совинком. Приезжая к Андрею, он показывал записи в своём блокноте – подробную информацию по каждой сделке: сколько денег перечислено Совинкому от клиентов, какая сумма ушла поставщику, и расшифровка всей дельты – комиссионные, прибыль, и его доля. Вся полагающаяся ему наличность незамедлительно выдавалась. И Штейн неизменно выражал своё удовольствие по поводу того, как ему повезло с волгоградским дистрибьютором.

В случае с «Городским аптечным складом» он был особенно доволен, тут намечалась не только большая прибыль, – крупная отгрузка уже пошла ему в план, несмотря на то, что оплаты еще не было. Обсуждая эту сделку, Штейн дал понять, что рассчитывает на обычные свои 50 % от суммы чистой прибыли. Андрей испытал недоумение – сделка-то его, а они вообще-то не компаньоны. Но все-таки уступил притязаниям, занизив при этом предполагаемую прибыль якобы по причине того, что «ответственным лицам полагается откат». Штейн согласился и даже порадовался, что сумма комиссионных не превысила обычных 10 %. Андрей не стал признаваться, что поставку организовал школьный товарищ, который получает прибыль с другого конца – в кассе «Городского аптечного склада».

Штейн не ограничился одним сюрпризом. Обычно педантичный и конкретный, он вдруг стал изъясняться сумбурно и туманно. Слушая его, Андрей вспоминал совместные встречи с клиентами, во время которых Штейн простыми и даже немного грубоватыми фразами давал чёткие установки о том, что в России есть только два человека, которые заботятся о здоровье населения – это Джонсон и Джонсон, а единственный дистрибьютор «Johnson & Johnson» – это Совинком по умолчанию. В этот раз, говоря о предметах, которые очень волновали его, Штейн как-то стушевался и немного сник. Вдруг признался в том, что имеет ещё одного дистрибьютора, некоего ЧП Курамшина, с которым установлены давние связи, и его не так просто бросить – он регулярно делает закупки на Джонсоне. Таким образом выяснилось, что это за неприметное одноэтажное здание на Семи Ветрах, куда Андрей подвозил Штейна – то был офис Курамшина.

Сделав это признание, которое, – было видно, что оно не просто так далось, – Штейн искренне покаялся, и в оправдание заверил, что не сделал Курамшину ни одной сделки, а всех своих клиентов – волгоградских, ростовских, краснодарских, астраханских и ставропольских – направлял только на Совинком. Но тут же он себя скомпрометировал, уронил, и разочаровал, признавшись, что у Курамшина проблемы с обналичкой, поэтому сложно с ним работать – получить комиссионные для клиентов стало реальной проблемой, поэтому Совинком с мгновенными выплатами откатов стал настоящей находкой.

Здесь было всё понятно, и Андрей даже обрадовался, что собеседник достаточно предсказуем – делает только то, что выгодно. Хуже, если б попался идиот с какими-нибудь странными идеями – воплотить в жизнь «Видение компании», например.

Беседа происходила в офисе «Совинкома», когда все сотрудники ушли домой, и можно было спокойно обсудить будущее фирмы непосредственно на фирме. Окинув взглядом кабинет, Штейн сказал, что всё ему тут нравится – и мебель, и картины, и то, как всё уютно расставлено. Но он не видит чётко своё место в этой компании.

Высказывания его не представляли собой законченных положений – это были только общие очерки некоей мысли. Однако, если и были трудны для понимания те или другие детали, то общий ход мысли улавливался легко: представитель иностранной компании захотел стать соучредителем фирмы-дилера.

Андрей внутренне ликовал – ему приходила мысль пригласить Штейна в качестве компаньона, но было как-то неудобно показывать отсутствие других сделок, кроме тех, что заключал сам Штейн. И Андрей счёл уместным выразить восторг – мол, наконец, осуществится обоюдное желание сделать то, что логичнее всего было бы сделать при существующем положении вещей.

Ему вспомнился предыдущий его компаньон. Что тут говорить, Глеб Гордеев с его гнилым дыханием и бегающими глазками – жалкий фигляр рядом с Вениамином Штейном, с этим представительным и обаятельным человеком, у которого всё задокументировано и распланировано, всё по расписанию, который умеет выгодно подать компанию на любом, самом высоком уровне, и, выражаясь его языком, «продать любую идею».

В ходе беседы обнаружилось, что, обладая блестящими деловыми качествами, Вениамин Штейн до сих пор живёт теми же фантазиями, которые развлекали его еще в детстве, и с неподдельной радостью рисует перед собой миражи с дворцами, портиками, широкими лестницами, спускающимися к морю, качающимися на волнах яхтами. Андрей приготовился воспринять неизбежную составляющую подобных фантазий – гурии, возбуждающие зрительные, слуховые, и тактильные рецепторы – но оказалось, что Вениамин уже развелся с супругой-ровесницей и женился на девушке намного моложе себя. Нынешняя жена спокойна, покладиста, во всём слушается, главное – молода, в отличие от прежней, которая… в общем, всё было плохо, и она подавляла его даже в мелочах, и, вдобавок была психиатром.

Да, согласился Андрей, – психиатру самому обычно нужен психиатр, это больше диагноз, чем профессия. О том, что Мариам выбрала эту профессию, он старался не думать – был уверен, что сумеет отговорить её от такой сумасшедшей идеи, когда подойдёт время подавать документы в интернатуру.

К концу беседы стало ясно: Штейн очистил своё мышление от пропитавших его вульгарных штампов и более не подвержен влиянию корпоративной этики. То есть, готов начать собственное дело. Открылось и другое. Оказалось, он по-своему понимал правила ведения бизнеса. Кроме того, что было провозглашено на словах партнерство, раскрыты тайные фантазии, и собран семейный анамнез, состоявшийся разговор ничем не отличался от предыдущих, – просмотр записей в блокноте Штейна, обсуждение заключенных им же сделок, выдача комиссионных по этим сделкам. И всё. Знакомство с учредительными документами, банковскими выписками, бухгалтерией, финансовая политика, банковская подпись – всё это осталось за кадром.


Глава 17 | M & D | Глава 19