home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

— Его шансы выросли до восьми и восьми десятых к одному, — сказал Корбин, удивленно покачивая головой. — Даже в своих самых смелых мечтах я не надеялся, что они поднимутся так высоко. Ты уже включила в игру остаток моего состояния?

— Сразу же после захвата рудовоза и исчезновения Кубара шансы Александра стремительно взлетели вверх, и я поставила оставшиеся двадцать процентов твоих средств конкретно против Сигмы. Почти шестьдесят процентов всего его состояния участвует в игре.

— Превосходно, — произнес Корбин с сияющей улыбкой. — Просто превосходно.

— Но о Кубаре не поступало никаких сведений на протяжении последних восемнадцати часов, — сказала Тия. — Послушай, Корбин, если он погиб, Александр может довести дело до победы.

— Не беспокойся, моя дорогая, не беспокойся. Во-первых, в сигнале, поступающем от Кубара, появились помехи за несколько минут до его полного прекращения; во-вторых, тело, которое они вытащили на площадь, хотя и одето в доспехи Кубара, по описанию не соответствует данным, хранящимся в компьютере. Нет, я совершенно не встревожен; кроме того, об Александре скоро позаботятся. Тот, кто должен это сделать, уже находится на месте,

— Но как, Корбин?

— Если я увижу, что с его стороны появилась какая-то угроза или соотношение ставок начнет изменяться в неблагоприятную для меня сторону, его уберут немедленно. Если же я смогу провернуть еще более крупную операцию, то позволю прожить ему еще немного.

Тия подалась вперед:

— Как?

— Тебе не нужно об этом знать, — коротко ответил Корбин.

— Так все-таки куда, черт возьми, подевался Кубар? — внезапно спросила она, решив, что лучше сменить тему, чем продолжать расспросы.

— Не забывай, Колбард пронизан миллионами километров подземных переходов. В конце концов, существует возможность, что гафам тоже об этом хорошо известно. По крайней мере, нет причин, которые помешали бы им узнать, что находится у них под ногами.

— Тут есть один интересный момент, — заметила Тия.

— Какой же?

— Насколько мне известно, ксарн не следит за внешней поверхностью Колбарда.

Корбин промолчал. «Совсем неплохо, — подумал он. — Девочка хорошо схватывает ситуацию».

— Кто-нибудь из кохов сейчас отсутствует на яхте?

— Букха и Йешна находятся на своих родных планетах. Сига из консорциума Монта в данный момент возвращается на Колбард. Все остальные кохи на месте.

— Тогда все в порядке, только держи их под наблюдением. Если кто-нибудь из них соберется покинуть яхту, убедись, что на его корабль установлено подслушивающее устройство. А как насчет Элдина и Зергха?

— Они где-то над поверхностью — устанавливают новые наблюдательные камеры.

— Хорошо, девочка.

Он махнул рукой, словно бы отпуская ее, и, уловив намек, Тия встала и покинула комнату.

Она хорошо выполняла свою работу, присматривая за соблюдением его интересов. Правда, несколько раз проявила излишнее любопытство, интересуясь тем, как он намерен вывести из игры Александра. Подобраться вплотную к Александру и в самом деле было очень непросто. Чтобы решить эту проблему, ему пришлось начать приготовления еще два года назад и организовать несколько разведывательных вылазок на поверхность Колбарда задолго до того, как началось осуществление проекта. Он протянул надежную линию связи от вершины Олимпа. Поскольку связь с его агентом осуществлялась напрямую… по проводам, ксарн не мог перехватить эти передачи. Теперь оставалось только ждать. Повернувшись, он открыл дверь в свою маленькую комнату отдыха. Пришло время немного отвлечься от насущных проблем.

Оказавшись в коридоре, Тия услышала, как открылась дверь в личные покои Корбина и гостиную наполнил женский смех. «Черт бы побрал эту Регину», — подумала она, а затем, улыбаясь, отправилась по своим делам.

Мелкий дождь, почти беспрерывно моросивший последние два месяца, наконец прекратился, и с уходом муссона задул свежий восточный ветер. Солнце, как всегда, неподвижно висело на вечно полуденном небосводе. На какое-то мгновение Александру до боли захотелось увидеть, как лучи заходящего солнца играют огненными красками на снежных вершинах Гиндукуша.

Донесения с юга поступали на протяжении всего дня. Все признаки говорили о том, что враг собирается выступить.

И что произошло с Кубаром? Эта мысль не давала ему покоя. Он снова вспомнил свою охоту на Дария. В течение нескольких лет он преследовал его по всей Персидской империи, раскинувшейся на много тысяч 'лиг. Провел с ним два крупных сражения и в конце концов нашел своего главного врага на обочине дороги, убитого двумя предателями-персами. Он часто представлял себе, как во время ожесточенной битвы выходит из строя своих солдат, его доспехи блестят в лучах утреннего солнца, и встречается с Дарием один на один, чтобы в личном поединке решить судьбу всего мира.

Они показали ему тело того, кого называли тагом. Хотя ему не хотелось так поступать, но он привел Лиалу опознать тело, лежащее в его командирской палатке. Она молча посмотрела на него и, не произнеся ни слова, повернулась и вышла. С тех пор она с ним не разговаривала и отказывалась подтвердить, на самом ли деле эти останки принадлежали Кубару.

— Все еще думаешь о количестве павших врагов, — прозвучал за его спиной голос Ярослава.

— Всего лишь сотня врагов погибла в бою и еще пятьдесят трупов было разбросано по всей крепости. Что-то здесь не так.

— Может быть, у них выросли крылья? — предположил Парменион, глядя на Александра поверх края своей чаши.

— Я бы не удивился, — тихо произнес Александр. — И еще одна странная деталь — это кузнечный инструмент. Его нет, а кузницы полностью опустели. Даже мехи, которые они использовали, чтобы брызгать в нас расплавленным металлом, и те куда-то исчезли. Из крепости должен быть еще какой-то выход.

— Но мы окружили крепость кольцом сплошной осады, глубиной в несколько лиг, — заметил Парменион.

— Есть и другие пути, — медленно произнес Ярослав. Внимательно посмотрев на него, Александр вспомнил место их первой встречи.

— Ярослав, возьми с собой пятьсот человек, — распорядился Александр. — Начни на одном конце звездного корабля и, осматривая его шаг за шагом, закончи на противоположном. Отсюда должен быть еще какой-то выход. И я хочу его найти.

Александр знал, что Кубар был таким же, как и он сам. Если бы все его надежды были потеряны, армия разбита, а со всех сторон наседали враги, то он не стал бы встречать смерть, забившись в какую-то боковую улочку. Нет, он бы надел свои лучшие доспехи и встал бы во весь рост на самом высоком месте, чтобы все видели, как умирает царь.

Как умирает царь… Его мысли вернулись к смертному одру в Вавилоне, с которого его похитили. Как там было написано в святой книге иудеев, называвших его освободителем? «При реках Вавилона…» Он не помнил, как там было дальше. Он уже почти повернулся к Ярославу, чтобы спросить его, не знает ли тот продолжения. Но нет, этот человек порой и так удивлял его слишком сильно своими бескрайними познаниями. Если окажется, что Ярославу знакомо содержание редкой древней книги, написанной народом, который, скорее всего, давно забыт, то этот факт только усугубит его подозрения. Лучше он воздержится от вопроса.

При реках Вавилона… Он задумался о странном невидимом боге, которому поклонялись иудеи. Неужели боги, или бог, на самом деле так далеки от людей? Безликие судьи, беспристрастно вершащие судьбами людей? Но даже их бог проявлял гнев, посылая огненный дождь на тех, кто вызвал его недовольство.

Или люди всего лишь марионетки в руках богов? Почему его послали сюда? Кто был этот полубог Элдин, имеющий живот, как у Пармениона, и со страхом говоривший с еще более могущественными богами, называемыми Надзиратели?

— Ты когда-нибудь слышал о боге по имени Элдин? — внезапно спросил Александр, бросив взгляд через плечо на Ярослава.

Парменион поставил на стол чашу и тоже внимательно посмотрел на престарелого философа.

Лицо Ярослава осталось неподвижным. Пожалуй, даже слишком неподвижным, подумал Александр.

— Что это за бог, мой повелитель?

Александр понимающе улыбнулся и отвел взгляд в сторону. Неужели и на самом деле все это просто какая-то игра, которой развлекаются боги? Он часто думал об этом по ночам, лежа в одиночестве, когда они пересекали бескрайние просторы Персии. Наблюдают ли боги Олимпа за его действиями, вызывают ли они у них какой-то интерес? В глубине души он всегда мечтал сравняться с ними. Надеялся, что в тот день, когда весь мир ляжет у его ног, даже боги посмотрят на смертного из плоти и крови с завистью и уважением. Поскольку боги правят издалека и их голос никогда не слышен, в то время как он, Александр, мог упорядочить мир, лежавший перед его глазами. Упорядочить мир.

Он бросил взгляд на южные равнины. На расстоянии, казалось бы не превышающем дистанцию одного дневного перехода, к небу поднималась гигантская башня, за ней прямо из морской пучины вставала следующая, а за ней — еще одна. Горы, сделанные богами, целый мир, сделанный богами, и он был всего лишь актером на их сцене. Смотрят ли они за ним сейчас? Почти инстинктивно он повернулся и посмотрел на гору, которую называл Олимпом. «Если вы смотрите, — подумал он, — то смотрите внимательнее, поскольку, несмотря на все ваше могущество, я все-таки Александр».

— Подготовьте войска к выступлению с началом затемнения, — скомандовал Александр, повернувшись лицом к своим офицерам. — Нам придется вступить в битву с тем оружием, которое у нас есть.

— Но почему не остаться здесь, чтобы они сами на нас напали? — спросил Парменион.

— В таком случае у них появится возможность, прорвавшись через левый фланг нашей обороны, отрезать нам путь к Наковальне. Если это произойдет, мы окажемся прижатыми к берегу залива. И хотя у нас есть корабли, я не хотел бы, чтобы единственный путь для снабжения продовольствием и отступления лежал по воде. Я хочу встретиться с врагом как можно ближе к столице, чтобы после того, как мы одержим победу, у него уже не было времени на то, чтобы перегруппироваться, прежде чем мы подойдем к самым воротам.

Дайте людям команду готовиться, мы выступаем через час.

Офицеры отсалютовали и, повернувшись, вышли из командирской палатки.

Он не стал раскрывать им истинные причины наступления. Во время первого сражения он намеренно разместил армию в таком месте, из которого не было пути для отступления. Зная, как сражается враг, он был уверен в успехе при том условии, что его люди выстоят и не побегут.

Но в данном случае он не был уверен в ситуации и не испытывал желания оказаться осажденным в крепости, из которой нет выхода. Железная цитадель пала слишком внезапно. Это было так, словно враг читал его мысли, поскольку он уже решил, что если космический рудовоз не окажется в его руках, прежде чем основные силы гафов выступят из столицы, то ему придется отступить через Наковальню. В противном случае ему пришлось бы вступить в сражение с неизвестной по силе армией, оставив в тылу укрепленную неприятельскую позицию.

«Мой враг знает не только то, о чем я думаю, — решил Александр, — но он также внимательно изучает, как я сражаюсь». Отчаяние порождает отчаянные действия, но порою оно заставляет перейти на новый уровень мышления. Если Кубар еще жив, то Александр не сомневался, что в предстоящей битве не будет места слепому отчаянию.


* * * | Круг Александра | * * *