home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 21

С Балаевым мы встретились в понедельник пополудни на Литераторских мостках. На его могилке, где он позировал рядом с собственным овальным портретом. При свете дня поражали его глаза – два уголька. Черноволосый (с сединой) смуглокожий мужчина с волевым подбородком, к счастью, не стал вести себя со мной, как восточный хан. Сказывалось долгое проживание в Питере. Балаев рассказал о том, как Глинских отравил его газом и держал в подземелье. В каком – Балаев не уточнял. Сказал просто, что ему удалось бежать. Подземелье мы с Пашкой решили не показывать – чтобы не отвечать на ненужные вопросы органов. Ведь и за помощью к мафии Татьяна обратилась потому, что не хотела рассказывать даже моим хорошим знакомым из милиции о незаконном проникновении в чужое жилище.

Вечером того же дня в программе, посвященной паранормальным явлениям, наш корреспондент Ленька Измайлов, специализирующийся по таинственному и непознанному, брал интервью у двух известных мне охранников, рассказывающих свою версию случившегося.

Они утверждали, что по месту основной работы в ночь с субботы на воскресенье в три часа ночи услышали завывание привидения. Поскольку они работали в старом здании, в центральной части Питера, то не особо удивились. У нас же в городе ходят легенды о всяких призраках. Кто-то видел убитого императора Павла, появляющегося в окнах Инженерного замка, почему бы и в их здании не проснуться призраку? Спал себе сто лет, если не двести, и вдруг проснулся, услышав про какую-то очередную реформу жилищного хозяйства. Испугался, что реформаторы и до него, несчастного, доберутся. Решил действовать, пока не поздно.

Охранники, смелые и отважные мужчины, поставленные на страже имущества нескольких фирм, отправились проверять вверенную им территорию. И тут на них прямо из стены выпрыгнуло привидение, держа под мышкой отрубленную голову. Чью – мужчины, к их великому сожалению, не поняли. Но если органы где-то обнаружат труп без головы, то пусть знают: голову сперло гадкое привидение и утащило в неизвестном направлении. Может, это мутант? Помесь обычного с вампиром? Ведь радиация же…

Когда один из охранников попытался скрутить привидение, чтобы сдать его компетентным органам – ведь влезло же на чужую территорию, – оно плюнуло на него розовой слюной.

– Впервые слышу про такое, – заметил Ленька.

Охранник тут же продемонстрировал ведущему и зрителям уже подсохшие пятна на своей фирменной одежде. Ленька пообещал через своих знакомых провести анализ состава вещества.

– И что случилось потом? Куда исчез призрак?

Тут охранники как-то стушевались. Заявили, что ничего не помнят – видимо, привидение их загипнотизировало.

– А где вы пришли в себя? – спросил Ленька.

Как выяснилось, в вытрезвителе, куда охранники были доставлены патрульной машиной. Ленька взял интервью и у одного из сотрудников вытрезвителя, в котором когда-то гостил сам (как и ряд других журналистов нашего холдинга), и тот авторитетно сообщил, что следов алкогольного опьянения в крови поступивших к ним обнаружено не было. Все признаки свидетельствовали об отравлении газом.

Однако у него были сомнения, выпускать двух мужиков на свободу или не выпускать, поскольку несли они такую ахинею, что их следовало бы отправить в психушку. Но догадались позвонить Леньке Измайлову, и тот примчался на место, поговорил с пострадавшими, снял место происшествия, там обнаружилось, что шкаф сам переместился в другое место, закрыв люк, люк вскрыли, ничего внутри не обнаружили, охранников отпустили. Поскольку в здании, которое они охраняли, ни у одной из фирм ничего не пропало, их с работы не выгнали. Доказательством их версии были высохшие розовые пятна на полу в подвале и свидетельства милиционеров из патрульной машины, обнаруживших мужиков мирно спящими на скамеечке в скверике в обнимку, причем без верхней одежды. Менты, по их собственному признанию, приняли их за пьяных гомиков.

Органы же с новой силой заинтересовались Глинских и «убийством» Балаева, который тоже вознамерился разыскать Виктора Анатольевича и предъявить ему кое-какие претензии. Конечно, Балаев не стал делиться с органами всей информацией, но обещал оказать материальное содействие в поимке Виктора Анатольевича, а поймавшим выдать премии в свободно конвертируемой валюте.

Глинских в понедельник на работе не появился. Никто из сотрудников банка понятия не имел, где шеф. Он никого не предупредил, что в понедельник не придет. Более того, у него было назначено несколько важных встреч. Клиенты остались очень недовольны.

Андрюша вместе с двумя другими сотрудниками Управления отправился к особняку, куда пригласил и нас с Пашкой.

Дверь нам открыла женщина лет сорока пяти, довольно приятной наружности. Только вид у нее был какой-то обалделый. При нашем появлении она, правда, вздохнула с облегчением и призналась, что только что ломала голову над вопросом, звонить в милицию или не звонить. До хозяина она дозвониться никак не может.

– А что случилось? – спросил Андрюша уже в холле. В нем, пожалуй, все было, как и в день убийства модели Ольги.

– Следуйте за мной, – предложила женщина и повела нас наверх.

На втором этаже к нам присоединилась молодая горничная, имевшая такой же вид, как и кухарка.

Андрюша и его коллеги, посещавшие банкирский особняк и раньше, тихо присвистнули.

– Следы взлома есть? – спросил Андрей. – Вы заметили что-нибудь необычное, когда сегодня вышли на работу?

– Одно окно на первом этаже разбито. И окна в столовой открывали, хотя обычно этого не делается…

Андрей попросил женщин сделать опись исчезнувшего добра (если они в состоянии вспомнить, что где висело или стояло). Мы с Пашкой засняли разгромленный особняк. Вечером в «Криминальной хронике» показали старые кадры и новые – одних и тех же комнат.

В тот же день коллеги Андрея проверили, не покидал ли Виктор Анатольевич Глинских пределы родной страны. Но никаких сведений не обнаружили. Если и покинул, то под чужим именем.

В данном случае я, признаться, больше надеялась на возможности крестного отца Ивана Захаровича и господина Балаева, который считал месть святым делом. Тем более если они объединят усилия…


* * * | Бриллианты требуют жертв | * * *