home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 21

Мэри очнулась ото сна, почувствовав спазм, охвативший все тело. В ее гостиной раздался дикий рев, расколов на куски тишину раннего утра. Она попыталась выпрямиться, но была отпихнута на свое место. А потом весь диван целиком отлетел от стенки.

В сером свете утра она увидела сумку Рейджа. Его пиджак.

И поняла, что это он прыгнул за диван.

— Шторы! — Проревел он. — Закрой шторы!

Боль в его голосе прорвалась в ее сонное сознание, и она вскочила с дивана. Она закрыла все окна, пока единственным светом, попадающим в комнату, не стали лучи, пробивающиеся через дверь в кухню.

— И ту дверь тоже… — Сказал он срывающимся голосом. — Ту, что ведет на кухню.

Она быстро захлопнула и ее. Теперь в комнате было совершенно темно, лишь от телевизора исходило слабое сияние.

— В твоей ванной есть окно? — Спросил он грубо.

— Нет, нет. Рейдж, что случилось? — Она начала перевешиваться через спинку дивана.

— Не подходи ко мне. — Это прозвучала так, словно он задыхался. Потом послышалось смачное проклятье.

— Ты в порядке?

— Просто позволь мне… перевести дух. Мне нужно, чтобы ты оставила меня одного сейчас.

В любом случае, она уже перевесилась через спинку дивана. В темноте она могла разглядеть лишь его большую тень.

— Что случилось, Рейдж?

— Ничего.

— Да, это очевидно. — Господи, как же она ненавидела упрямых парней. — Это солнечный свет, так? У тебя на него аллергия.

Он хрипло рассмеялся.

— Можно и так сказать. Мэри, остановись. Не подходи.

— Почему нет?

— Я не хочу, чтобы ты меня видела.

Она потянулась вперед и включила лампу, которая стояла рядом. По комнате прокатился шипящий звук.

Когда ее глаза адаптировались к свету, она увидела Рейджа, лежащего на спине: одна рука на груди, другая прикрывает глаза. Кожу покрывал отвратительного вида ожог, выставленный на обозрение из-за закатанного рукава. Его лицо искажала гримаса боли, губы открывали его…

Ее кровь заледенела.

Клыки.

Среди его верхних зубов хорошо проглядывались два длинных собачьих резца.

Видимо, она вскрикнула, потому что он пробормотал:

— Я же сказал тебе не смотреть.

— Боже мой, — прошептала она. — Скажи мне, что они не настоящие.

— Нет. Они настоящие.

Она попятилась назад, пока не уперлась в стену. Святой… Господи Боже.

— Кто… ты? — Выдавила она.

— Никакого света. Необычные зубы. — Он резко втянул в себя воздух. — Догадайся.

— Нет… Это не…

Он застонал, и она услышала шум, словно он пытался двигаться.

— Ты не могла бы выключить лампу? У меня сетчатка поджарилась, и нужно какое-то время, что ее восстановить.

Она потянулась вперед, щелкнула выключателем и отдернула руку назад. Обхватив себя за талию, она вслушивалась в хриплые звуки, вырывавшиеся у него изо рта вместе с дыханием.

Прошло немного времени. Он не произнес ни слова. Не сел, не рассмеялся и не снял фальшивые зубы. Не сказал ей, что он лучший друг Наполеона, или Иоанн Креститель, или Элвис, как обычно представляются сумасшедшие.

Он также и не взлетел в воздух и не попытался ее укусить. В летучую мышь он тоже не превратился.

Ой, да ладно, подумала она. Она же не может воспринимать это все всерьез, правда?

Только вот, он, действительно, был другим. Совершенно непохожим на всех остальных мужчин. Что если…

Он мягко застонал. В свете телевизора она увидела, как его нога высунулась из-за дивана.

Она не могла понять, кто он, но знала, что сейчас он страдает. А она не собиралась бросать его у себя на полу в агонии, если могла что-то седлать для него.

— Чем я могу помочь тебе? — Спросила она.

Он молчал. Как будто она удивила его.

— Ты не могла бы принести мне немного мороженного? Без орехов или чипсов, если есть. И полотенце.

Вернувшись с полной миской мороженого, она услышала, как он пытается сесть.

— Позволь мне подойти к тебе, — сказала она.

Он замер.

— Ты не боишься меня?

Учитывая то, что он мог быть либо сумасшедшим, либо вампиром, она должна была быть в ужасе.

— Если я зажгу свечу, это тебя не сильно побеспокоит? — Спросила она, проигнорировав его вопрос. — Потому что я ничего не смогу разглядеть в этой темноте.

— Наверное, нет. Мэри, я не причиню тебе зла. Я обещаю.

Она поставила мороженое, зажгла толстую свечу и поставила ее на столик рядом с диваном. В мерцающем свете она взглянула на его тело. Рука все еще прикрывала глаза. Его лицо больше не искажала боль, но рот был слегка приоткрыт.

Так, что она могла видеть только кончики его клыков.

— Я знаю, что ты не причинишь мне зла, — прошептала она, поднимая миску. — У тебя ведь было уже много возможностей.

Перевесившись через спинку дивана, она зачерпнула ложкой мороженое и протянула ему.

— Держи. Открой рот пошире. «Хайген Даис».[73] Ванильное.

— Это не для еды. Протеин в молоке и холод помогут ожогам зажить.

Она никак не могла дотянуться до его ран, поэтому оттолкнула диван и уселась на пол рядом с ним. Превратив мороженое в густую смазку, она покрыла ей обожженную, покрывшуюся пузырями кожу. Он вздрогнул, в тусклом свете сверкнули его клыки, и она остановилась.

Он не был вампиром. Просто не мог.

— Да, я действительно один из них, — прошептал он.

Она перестала дышать.

— Ты можешь читать мысли?

— Нет, но ты так уставилась на меня, что я вполне могу представить себе, что чувствовал бы на твоем месте. Послушай, мы просто другой вид. И все. Ничего странного… Просто, мы другие.

Хорошо, подумала она, накладывая еще мороженого на его ожоги. Давайте обдумаем все это.

Вот она здесь сидит с вампиром. Иконой ужаса. Шесть футов восемь дюймов ростом, двести восемьдесят фунтов весом. Зубы как у добермана.

Правда ли это? И почему она поверила ему, когда он сказал, что не причинит ей зла? Должно быть, она выжила из ума.

Рейдж застонал от облегчения.

— Работает. Слава Богу.

Ну, во всяком случае, сейчас ему было слишком больно, поэтому особой угрозы он не представлял. Потребуется несколько недель, чтобы оправиться после таких ожогов.

Она опустила пальцы в миску и зачерпнула еще «Хайген Даис» для его руки. Собираясь наложить третий слой, она нагнулась ближе, чтобы удостовериться в том, что ей померещилось. Его кожа поглощала мороженое, словно это был лечебный бальзам, и ожоги затягивались. Прямо у нее на глазах.

— Так гораздо лучше, — сказал он мягко. — Спасибо тебе.

Он убрал руку со лба. Половина его лица и шеи были ярко-красного цвета.

— Ты хочешь, что бы я и здесь это сделала? — Она обозначила обожженные области.

Его необычные ярко-голубые глаза распахнулись. Он взглянул на нее, и она увидела в его взгляде беспокойство.

— Пожалуйста. Если ты не возражаешь.

Он наблюдал за ней, а она снова погрузила пальцы в миску и потянулась к нему. Ее руки лишь слегка подрагивали, пока она втирала мороженое в его щеку.

Господи, его ресницы были такими густыми. Густыми и темно-русыми. Кожа была мягкой, несмотря на щетину, что успела отрасти за ночь. У него был великолепный нос. Прямой, как стрела. Его губы были просто идеальными. Достаточно большими, чтобы пропорционально размещаться на его лице. Темно-розовые. Нижняя была немного больше.

Она снова зачерпнула мороженого и покрыла им его челюсть. Потом двинулась вниз по шее через узлы мышц, которые располагались от его плеч до черепа.

Почувствовав, как что-то касается ее плеча, она оглянулась и увидела, как его пальцы играют с кончиками ее волос.

Тревога пронзила ее, и она дернулась в сторону.


Глава 20 | Вечный любовник | * * *



Loading...