home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


8

Время зависло в стремительной неопределенности, как будто через распахнутое окошко влетела метательная бомбочка с выдернутой чекой и покатилась по полу. Я пытался оценить, чего именно хочет от меня бывший полицейский, а ныне частный сыскарь Ширен. Он достаточно эффектно продемонстрировал свой профессионализм на моем удостоверении, а теперь выложил крупный козырь и, разумеется, ждал ответного хода. Оставалось непонятным, какие ставки он решил назначить в игре. Вряд ли это деньги в обмен на молчание или что-то подобное. Похоже, он из тех людей, которые руководствуются неким внутренним кодексом, строго регламентирующим, где следует проявлять крайнюю щепетильность, а где предельную неразборчивость. Его сложные и непредсказуемые манипуляции с полученным задатком показали это достаточно выпукло.

Так или ниаче, его лобовой вопрос означал приглашение к дальнейшему разговору, и многое зависело от моего ответа. Тем более, Джага весь подобрался, а его голубые навыкате глаза приобрели слишком хорошо знакомое мне выражение. Такое, словно мы с ним снова очутились в болотных зарослях на Цапре. Но Ширен отнюдь не пытался спровоцировать стычку, а с благодушным видом наблюдал за моей реакцией. От настороженной мрачности в начале беседы он перешел к тихому самодовольству человека, полностью владеющего ситуацией и ценой немалых усилий наконец раскусившего, что к чему.

— Совершенно верно, — ответил я. — Но позвольте внести маленькую поправку. На моем счету двое людей Барладага. Потому что толкача Лигуна застрелил Сойдер.

— Так-так, уже интереснее, — сыскарь встал из-за стола. — Как насчет пропустить по стаканчику?

— Не откажусь, — я взглядом дал понять Джаге, что незачем нападать на Ширена, и уселся, придвинув свой стул поближе к письменному столу.

Хозяин бюро отворил дверцу стенного шкафчика, достал три пластмассовых одноразовых стакана и початую бутылку дешевого дистиллята.

— Я не привык разбавлять, наверно, и вы тоже, — сказал он, плеснув в стаканы пальца на два и подавая один мне, другой Джаге.

— Салют, — откликнулся я и сделал глоток.

Джага молча повертел стакан в руках, затем проглотил его содержимое одним махом. Ширен сел за стол и, поочередно кивнув нам обоим, пригубил дистиллята.

— Теперь кое-что проясняется, — начал он. — Сойдер устроил вам подставку, так?

— Да.

— А как вы на него вышли?

— Видел, как он подъехал на машине к дому Лигуна в день убийства. Полагаю, его люди прослушивали телефон Лигуна и знали, что мне тоже назначена встреча немного позже. Они откуда-то знали мой адрес, поэтому подбросили мне в квартиру пистолет Сойдера и деньги, которые он забрал у толкача. Потом сообщили обо мне в полицию, скорей всего, анонимным звонком. А оттуда сразу информация ушла к Барладагу, и тот послал двоих своих громил на перехват. Примерно так я себе это представляю.

— Насчет полиции все правильно, — подтвердил Ширен. — А что за дела у вас были с Лигуном?

— Брал у него грибняк по мелочи, для себя.

Сыскарь удовлетворенно кивнул. Похоже, он прощупывал, вру я ему или нет.

— Как думаете, зачем Сойдер пристрелил Лигуна?

— Наверняка не знаю, могу только поделиться предположениями. Скорей всего, Лигун слишком запутался в своих играх. Помимо Барладага, он работал на шакронскую разведку, как я теперь понимаю, а потом, наверно, его подловило и завербовало Управление Безопасности. Сойдер решил от него избавиться, но был уже выдан с головой. Агентов такого класса обычно берут не сразу, а после того, как выявят всю их сеть.

— Или чтобы сорвать важную операцию, — промолвил Ширен. — Вот касательно Лигуна вы малость перепутали. Он был офицером УБ. Там стоит большой переполох из-за потери ценного сотрудника.

— Вот уж не думал, — слукавил я.

На самом деле подтвердились мои смутные гадательные выкладки. Тут же я мигом прокрутил в голове предшествующий разговор, пытаясь разложить его по полочкам. Владелец сыскного бюро немножко увлекся и допустил существенное противоречие. С одной стороны, он якобы избегал впутываться в дела спецслужб, а с другой стороны, проявлял редкостную осведомленность. Желая произвести на меня впечатление и выудить побольше, Ширен щегольнул знанием тайных пружин этого дела. Сутью его профессии было владение информацией, торговля ею, а не хвастовство и любопытство. За этими расспросами крылось нечто посерьезнее, чем праздный интерес.

— Ну, а с какого боку тут затесался некий Амахад Чажнур? — продолжал вызнавать сыскарь.

— А может, хватит вопросов? — раздраженно вмешался Джага. — Вы же разорвали уговор и денежки вернули, чего тут еще тары-бары разводить…

— Хотите еще стаканчик? — невозмутимо предложил ему Ширен.

Не зная, какую линию поведения избрать, Джага вопросительно взглянул на меня. Он никак не мог уразуметь, к чему клонит частный сыскарь, в котором словно бы проснулся былой полицейский следователь, и резонно опасался какого-нибудь подвоха.

— Налейте и мне тоже, будьте добры, — попросил я.

У меня практически не оставалось сомнений, что на самом деле Ширен достаточно тесно связан с деятельностью секретной службы, и даже напрашивался вывод, какой именно. Роль щепетильного и опасливого сыскаря он разыграл отменно: сначала отверг нас, вдобавок ошарашив догадкой о том, кто я такой, потом снова резко потянул удочку на себя. Но, заигрывая, вынужденно раскрылся. Будь он из Управления Безопасности, тут же сдал бы нас туда, и пусть расспросами занимаются другие. Оставался выбор между Шакроном и Гали, причем интуитивно я склонялся в пользу галийской разведки. Что-то неуловимо менялось в его тоне, когда речь заходила о Шакроне и Сойдере. Так притворяться не смог бы самый искусный актер.

Вообще говоря, переделка принимала какой-то уж совсем гротескный вид. Если пойдет и дальше в том же духе, скоро я не смогу в этом городе сплюнуть, не попав прямехонько в какого-нибудь секретного агента.

Ширен разлил дистиллят по стаканам и отхлебнул из своего маленький глоток, хотя трезвенником он отнюдь не выглядел.

— Мы остановились на Амахаде Чажнуре, — напомнил он, утерев губы бумажной салфеткой.

— А вам удалось о нем что-то узнать?

— Самую малость, — сыскарь демонстративно покосился на деньги, лежавшие на столе рядом с дешевеньким письменным прибором.

— Берите задаток, чего ему зря валяться, — посоветовал я, и купюры без заминки перекочевали обратно в его бумажник.

— Вчера после обеда я отрядил присматривать за ним двоих ребят, — стал рассказывать Ширен. — Они повели его от конторы «Электротемпа». Это маленькая фирма, у нее две ремонтные мастерские. Занимаются бытовой техникой, и внешне все чисто. Не думаю, что там стоит копаться. После рабочего дня Чажнур поехал на своей «Хаши» голубого цвета в район набережной и там зашел в забегаловку перекусить. Один из моих ребят остался снаружи, другой пошел следом. Никаких контактов, да и вообще ничего интересного. Ну, поел он, хлопнул рюмашку и отправился в сторону порта пешком. А потом взял да и оторвался от двойного хвоста, да так ловко, что мои ребята только руками развели. Вернулись к забегаловке и до поздней ночи пялились на его колымагу. Потом позвонили мне, попросили инструкций, и я дал им отбой. Насчет круглосуточного наблюдения у нас договора не было, это отдельная такса.

Он вопросительно посмотрел на меня, и я кивнул, давая понять, что все правильно.

— А утром пришла информация по машине Сойдера и впридачу о нем самом. Я и решил, что эта работенка не для нашего бюро. Моих ребят я сам натаскивал по наружному наблюдению, они промашек не делают. А этот Чажнур их умудрился засечь, но совершенно не подавал виду, и вдруг испарился классическим приемом, двойная петля через проходные дворы. Он агент, вот кто. Не знаю, чей, да и знать не хочу.

— Он как-то связан с убийством Лигуна, — сказал я. — Только не со стороны Шакрона.

— Думаете, он работает на Гали?

— Сомневаюсь, — достав из нагрудного кармана платок, я развернул его и положил одну из стреляных ампул на стол перед Ширеном. — У него был пистолет, который стреляет вот такими штучками. Наводка и корректировка стрельбы по лазерному лучу. Внутри этой фитюльки целый компьютер, который управляет хвостовыми стабилизаторами. Не думаю, что в Гали настолько передовая техника.

— А у вас это откуда? — детектив взял ампулу через бумажную салфетку и принялся ее рассматривать.

— Я же говорю, все от того же Амахада Чажнура. Он вышел на меня позавчера, предлагал свои услуги, чтобы переправить через границу. Я послал его подальше, мне из родной страны драпать несподручно. Тогда он стал хвататься за свой необычный пистолет, и пришлось парня обезоружить. Жаль, потолковать с ним по душам не вышло, он некстати вырубился. Дожидаться, пока он очухается, мне было не с руки, — поведал я и добавил. — Вы можете оставить эту штучку себе, кажется, она вас заинтересовала.

— Спасибо, — Ширен выдвинул ящик стола и положил туда обернутую салфеткой ампулу, потом задумчиво посмотрел на меня. — Вы, значит, надеетесь распутать это дело и выкрутиться?

— Мне больше ничего не остается.

Он сочувственно покачал головой.

— А вы думаете, Управлению Безопасности неизвестно, кто Лигуна пристрелил? Бросьте, не смешите. Наверняка они все отлично знают, но им плевать на справедливость. Вас подставили, но для них это очень удобно, концы в воду, понимаете?

— Вот как? Это ваши догадки или вы действительно знаете?

— Лучше бы вы согласились смотаться за границу, — сказал он вместо прямого ответа на вопрос. — Между прочим, во всех распивочных обсуждают новость, Барладаг назначил десять тысяч наградных тому, кто доставит ему живьем шпыря Трандийяара. За голову в мешке вдвое меньше, но все равно хорошие деньги.

— С Барладагом у меня будет отдельный разбор.

— Вижу, вы человек не робкого десятка. Но поймите, хреном кулак не ушибешь. Вы обложены со всех сторон. Понимаете?

— Конечно, понимаю, — сказал я, залпом допил стакан, смял его в руке и бросил в корзину для бумаг. — Если у вас не совсем пропала охота заниматься Чажнуром, я мог бы увеличить сумму гонорара.

— Допустим, еще пятьсот, и мы попробуем его копнуть помимо прямой слежки.

— Согласен. Меня прежде всего интересует его распорядок дня и план дома на улице Ветеранов. Ну и любые другие сведения, которые удастся раздобыть. Договорились?

— Ладно. Как только будет что-то новенькое, позвоню.

— И последний вопрос. Как вы меня вычислили?

Ширен ухмыльнулся.

— Не сразу, конечно. Да я и не был уверен на все сто. Во-первых, еще вчера навел справки, что собой представляет владелец «Щита Отечества». Во-вторых, меня сразу заинтересовало, кто такой Трандийяар, которого так рьяно ищут и полиция, и Барладаг. Тоже навел справки. А увидев вас вдвоем, сопоставил факты. Фронтовое братство, я верно понимаю? Кстати, ваше счастье, что фотография в газете старая.

Отчасти он меня успокоил, поскольку раскрыть меня ему помогло множество случайных совпадений. Но то, что мое пребывание под кровом хлебосольного и преданного Джаги перестало быть секретом, пусть даже для одного человека, отнюдь не радовало.

— А еще у вас достаточно характерная офицерская выправка, — добавил на прощание Ширен, пожимая мне руку на прощание. — Учтите, вы не очень-то похожи на сельского увальня.

Стрелки настенных часов в его кабинете показывали половину четвертого. Мы с Джагой как раз успевали на встречу с бывшим поваром Барладага в сквере возле гостиницы «Эксель».

Усевшись за руль, Джага проворчал:

— Как хотите, командир, но мне все это не слишком нравится.

— Мне тоже, — согласился я. — Да что поделать. Какие фишки сданы, такими и шлепаем.

По меньшей мере странное впечатление произвел на меня Ширен. Поначалу он, чувствуя нешуточную опасность, решил выйти из игры, но потом возобладал азарт профессионала. К тому же я платил щедро, да и полученные сведения наверняка заинтересуют его зарубежных хозяев. У нас с ним был общий неприятель, Кридан Барладаг, но это еще не повод для пылкой дружбы. Скорее соблазн использовать друг друга в собственных целях.

Я оставил ему ампулу, ничуть не сомневаясь, что Ширен передаст ее туда, где она подвергнется всесторонней экспертизе. В галийскую разведку, если я не ощибся. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы распознать инопланетное происхождение этой штучки с ее микроэлектронной начинкой. Так, для начала, я подал сигнал тревоги первым же подвернувшимся мне способом. Реальное доказательство того, что нашу планету посетили пришельцы, слишком важная вещь, чтобы делать его своей монополией, тем паче, в моем шатком положении.

В центре, сразу за Триумфальной площадью, мы угодили в пробку, и Джага всласть начертыхался, колотя кулаком по рулю. Досталось от него всем, начиная с муниципалитета и кончая придурками, которые напокупали себе шикарных машин, а ездить не умеют. В конце концов, пользуясь кратковременными подвижками в веренице автомобилей, он исхитрился перестроиться в правый ряд и затем свернуть в переулок, а оттуда на соседнюю улицу. Благодаря этому маневру мы приехали к «Экселю» всего лишь с десятиминутным опозданием.

— Вон он прогуливается, — сообщил Джага, указывая на толстого коротышку в крикливом летнем костюме.

Впрочем, я уже его заметил. Выглядел он на редкость забавно: пухлые румяные щечки, нос пуговкой, оттопыренные губы, словно дующие на ложку с зачерпнутой из котла пробой супа. Самый что ни на есть типичный повар с картинки в детской книжке.

Из предосторожности я надел шляпу и очки. Припарковав машину за углом гостиницы, мы поспешили в сквер.

— Здравствуйте, Синк, — приветствовал Джага коротышку. — Извините за опоздание, вечно эти чертовы пробки на дорогах.

— Ничего, ничего, пустяки, — тот махнул рукой, похожей на плохо пропеченную булочку, и вопросительно воззрился на меня.

— Хопаши, — коротко представился я.

Помня о последнем замечании Ширена касательно военной выправки, я следил за своей осанкой и походкой, стараясь выглядеть штатским человеком. Боюсь, что с непривычки это у меня не очень-то получалось.

— Буду рад оказаться полезным, — заверил Синк. — У вас для меня есть предложение насчет работы, не так ли?

— Есть, — подтвердил Джага.

— Работа хорошо оплачиваемая, — добавил я. — И до смешного легкая.

Синк забегал глазами, озирая нас поочередно. Буквально видно было, как за гладким лобиком повара оживленно начали роиться всякие вопросы.

— Может быть, зайдем в бар? — предложил он. — Там присядем и все обсудим.

— Давайте лучше побеседуем здесь, — сказал я, жестом указывая на парковую скамью. — Мне бы не хотелось, чтобы наш разговор слышал какой-нибудь пьянчуга за соседним столиком. А уж потом зайдем куда-нибудь и выпьем по рюмочке.

— Как вам будет угодно, — поддернув цветастые брючки, повар боком уселся на скамье и сложил руки на коленях. — Так что у вас за работа для меня?

— Сущие пустяки, нам от вас нужна всего-навсего маленькая консультация, причем все сказанное будет строго между нами, — я сел рядом с Синком, Джага примостился за моей спиной. — После чего вы получите солидное вознаграждение и напрочь забудете о нашей с вами встрече.

Синк занервничал, он малость поерзал на скамье, настороженно взирая исподлобья.

— Солидное, это сколько?

Я вынул из кармана конверт, разбухший от вложенной пачки купюр, и сунул ему в руки.

— Здесь тысяча наличными. Хороший гонорар за десятиминутную беседу, не правда ли?

— Смотря о чем вы хотите беседовать, — рассудил повар.

— О Кридане Барладаге.

Его глаза округлились, и он дернулся, будто получил изрядный тычок в челюсть.

— Незачем так волноваться, — продолжал я. — Речь пойдет всего лишь о его привычках, о вилле и прочих мелочах. Причем, повторяю, все сказанное…

— Нет, — поспешно перебил меня Синк. — Ни за какие деньги. Нет-нет, заберите, и лучше кончим этот разговор.

Он бросил мне на колени конверт с влажными пятнами от потных пальцев и вскочил на ноги.

— Минутку, — я пытался его успокоить. — Ну что вы так переполошились? Присядьте.

Однако повар не на шутку перетрусил, казалось, он вот-вот припустит от меня бегом по аллее.

— Я ничего не знаю, я вас не видел, вы ничего не спрашивали, хорошо? — затараторил он. — На том и разойдемся. Не надо меня уговаривать, я не самоубийца.

Ничего не поделаешь, я сухо попрощался, и толстячок с отменной прытью поспешил исчезнуть. Жадности ему было не занимать, но патологическая трусость взяла верх, и оставалось надеяться, что она же вынудит его помалкивать о нашей встрече. Убрав конверт в карман, я с небрежным видом откинулся на спинку скамьи, внимательно обозревая сквер сквозь дымчатые стекла очков.

— Так я и думал, что с ним каши не сваришь, — подал голос Джага. — Лишь бы он со страху не побежал к Барладагу, чтобы нас заложить.

— Думаю, до этого не дойдет. Он явно принял меня за человека из клана Фахти, а там болтунов тоже не любят.

Ни по дороге от детективного бюро, ни в сквере я не обнаружил никаких признаков слежки. По крайней мере, Ширен покуда вел игру на нашей стороне.

— Командир, давайте я займусь Барладагом и его виллой. Эдак осторожненько порасспрашиваю, понаблюдаю, дело нехитрое…

— А вот этого пока не надо, — возразил я. — Слишком велик риск. И потом, есть еще один человек, который наверняка знает о Барладаге не меньше, чем Синк.

— Вы имеете в виду Ширена?

— Само собой, — я встал со скамьи. — Только на сегодня хватит, поедем лучше в «Щит Отечества».

Сев за руль фургончика, Джага не спешил заводить двигатель.

— Все-таки у меня неспокойно на душе из-за этого трусишки повара, — проворчал он. — Разрешите, я зайду к нему на кухню и припугну, чтоб уж наверняка помалкивал?

— Если вам так хочется, давайте, это не помешает, — согласился я.

Джага вылез из кабины и направился к служебому входу в гостиницу.

От нечего делать я занялся своим удостоверением: развернул его и начал легонечко тереть фотографию носовым платком, удаляя предательский глянец.

Вскоре Джага вернулся и с озабоченным видом плюхнулся на сиденье.

— Синка нет на месте, — сообщил он. — Его напарник сказал, мол, он только что отпросился с работы и умотал. Мне это совсем не нравится.

Я разогнул удостоверение фотографией наружу и сунул в брючный карман, чтобы вся страница приобрела требуемую потертость. Похоже, мы допустили крупный промах. Не стоило выходить на Синка через Джагу. Если повар, потеряв голову от страха, кинулся к своему бывшему хозяину докладывать о подозрительном разговоре, нам ничего хорошего не приходиться ожидать. Потому что тогда Барладаг первым долгом примется за владельца «Щита Отечества».

— Что скажете, командир?

— Скажу, что мне тоже это совсем не нравится, — признался я.

— На всякий случай я спросил, где этот повар квартирует, — он вытащил из-за пазухи свой блокнотик. — Напарник поначалу мялся, не хотел говорить, но я сунул ему десятку. Вот адрес, Оружейный проспект, дом шесть, квартира одиннадцать.

— Сомневаюсь, что он отправился домой.

— В том-то и штука, — Джага завел двигатель и принялся разворачиваться на узкой улочке. — Но рано или поздно он туда заявится, верно?


предыдущая глава | Планета, на которой убивают | cледующая глава