home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


12. После падения

Сфера должна быть умнее, чем Дирижеры, Якори, Пожиратели миров и все прочие представители иерархии. На Сфере лежала огромная ответственность, и потому ей приходилось соблюдать осторожность тщательнее, чем остальным. От нее зависело слишком многое: Сфера должна была осуществлять гравитационное управление Мультизвездной системой, вести учет множества Наблюдателей и Сторожей, укрытых в разных концах Вселенной, строить и воспитывать новые поколения семяносных кораблей. И еще тысяча, миллион других мелочей. Для того чтобы вершить все эти дела, нужны были специальные методы работы с необъятным количеством информации, замечательная гибкость и приспособляемость.

Но Сфера не была застрахована от потрясений, не была защищена от неожиданностей, и в таких случаях ничего от нее самой не зависело, все ее действия были рефлекторны, жестко запрограммированы — так же, как у Дирижера. Когда до мозга Сферы дошли послания Дирижера с просьбой о Связке, Сфере ничего не оставалось, как исполнить эту несвоевременную просьбу.

При обычном ходе событий Сфера сама должна была подать знак, что готова к приему новой планеты, и ждать ответа. Дирижеры редко просили о Связке, и имелось много способов помешать таким обращениям, но иногда они поступали — как следствие неисправности приборов или ложного сигнала. В редчайших случаях обращение посылалось, когда обитаемой планете угрожала опасность, например, столкновение с астероидом.

Неудача с установлением Связки могла уничтожить планету в пути, и более того, энергетический удар из-за неудачной Связки мог разрушить саму Сферу вместе с ее звездной системой.

Планета, застрявшая на полпути, будет вынуждена преобразовать всю свою массу в энергию, мощную неуправляемую энергию, сравнимую с энергией рождения сверхновой звезды, и перелить эту энергию в Сферу. Такой энергетический удар смертельно опасен для Сферы. А если Сфера будет разрушена, погибнет и ее звездная система, ведь движение звезд и планет станет неуправляемым. Сфера должна завершить Связку и принять новую планету либо погибнуть.

Сейчас, пожалуй, ситуация наиболее непредсказуема. Опасность окружала Сферу со всех сторон, она едва ли могла добыть энергию, необходимую для присоединения новой планеты. И что еще хуже, излучение такого количества направленной энергии может лишь усугубить опасность.

Но у Сферы не было выбора. Никакого. Хорошо хоть, что Дирижер послал вместе с новой планетой совокупность необходимых данных. Сделав огромное усилие, Сфера поместила новую планету в посадочный круг и стала передвигать ее по цепочке точек стабильности к месту назначения, одновременно подготавливая это место.

Но опасность оставалась. Опасность грозила не только владениям Сферы, но и планетной системе Дирижера. Была только одна надежда — на то, что Дирижер умеет строить быстро. В этом случае на его территории, возможно, возникнет новое, не отмеченное на карте убежище, куда можно будет отступить.

Дирижеру понадобится помощь Сферы. Чем больше поможет ему Сфера, тем больше будет вероятность успеха. Если им улыбнется удача, то риск и расходы окупятся сполна.

Сфера поспешила приготовить Якорь, способный осуществить Связку под управлением Дирижера, и устроила так, чтобы недавно выращенные Пожиратели миров незамедлительно отправились в новое владение.

Сфера также послала сообщение, содержание которого сводилось к одному слову.

Опасность.



Диана оглядела небо. Как будто все улеглось, хотя, несомненно, это незнакомое небо. Несколько желтых, светло-желтых и красных звезд сияли ярче Сириуса. Одна из звезд сверкала на фоне зловещего красного диска величиной с Луну. Каким же он должен быть исполинским, если кажется таким большим отсюда? Может, это красный гигант? Диана вспомнила, что читала о красных гигантах, огромных звездах с тонкой внешней атмосферой и диаметром не меньше орбиты Сатурна. У красного гиганта более тусклый, размытый ободок. Эта же звезда горела по краям чистым, резким светом.

Новая звезда (Диана была уверена, что это не Солнце) была выпуклая и яркая; Земля купалась в ее лучах, заметно отличавшихся по цвету от солнечных. Терминатор находился почти там, где надо.

Новая звезда на месте Солнца рождала в душе Дианы бессильную злобу. Солнце согревало Землю четыре миллиарда лет. Вместо него в земном небе теперь сиял этот суррогат. Ни одно самозваное светило не имеет права именоваться Солнцем. Диана решила называть его Солнечной звездой, чтобы отличать от настоящего Солнца и других расположенных поблизости звезд.

Она обвела взглядом небо и снова уставилась на Землю. Конечно, Солнечная звезда испускала не совсем обычное сияние, но и тьма над Землей была не так черна, как положено: несколько звезд и этот крупный диск лили на планету свой свет.

А там, где должна была быть Луна, завис предмет неясной величины, напоминающий по форме разомкнутый круг. В диаметре он был немного шире обручального кольца. Сколько до него от Земли, интересно? Это можно легко проверить. Диана направила к нему радиолокационный луч и получила отражение через 2,5 секунды. Компьютер быстро выдал результат — около 300000 километров. Незамкнутый тор находился приблизительно на том же расстоянии от Земли, что и Луна. Господи Боже! Значит, он почти такой же большой, как Луна.

За этот день Диана повидала много страшного и удивительного, но это, такое обыкновенное с виду разомкнутое кольцо испугало ее больше всего. Новые звезды, заменитель Солнца, даже сверкающая в небе красная штуковина — все это можно было как-то принять. Ничего невероятного не было в том, если бы все они оказались природного происхождения, а значит, доступными человеческому пониманию объектами. Но это разомкнутое кольцо было явно искусственным. Созданное, построенное кем-то колесо в небе величиной с Луну. Нет, это невозможно! Уму непостижимо.

Но хватит пялиться на звезды — ты не маленькая девочка в планетарии. Если хочешь выжить, пора браться за работу. Диана ненадежнее пристегнулась ремнями к креслу и начала проверять приборы.

Минуточку. ОбнаПур. Где же он, черт его побери? Ага, вот он. Крошечная жестянка, сейчас она сближается с Землей перед тем, как описать дугу и выйти на лунную часть орбиты-восьмерки. Но Диане от этого ни холодно, ни жарко. Она точно не сможет добраться до ОбнаПура, да и орбита его без Луны сильно искривится. Пурпуристам не позавидуешь.

Ладно, сначала следует позаботиться о себе. Вот будет корабль в порядке, тогда можно будет подумать и о других. Диана с головой ушла в работу.

Впрочем, автоматические, годами отработанные действия по проверке систем корабля не мешали ее мыслям. Кто-то их сюда притащил. Это не просто несчастный случай, это сделали намеренно. Землю похитили.

Вот только кто эти похитители?



«В связи с отсутствием интереса общественности конец света отменяется». Джеральд не знал, в каком уголке его мозга возникла эта непочтительная мысль, но она возникла. Он был все еще жив. Вселенная тоже не умерла. Очнувшись, он обнаружил себя лежащим на спине и с тех пор даже не пошевелился. Наконец он осторожно поднял руку и ощупал свою голову — на голове была шишка, а пальцы стали липкими от крови. Наверное, во время землетрясения его стукнуло камнем и он потерял сознание.

Но это неважно. Главное, мир уцелел. Под Джеральдом все та же земля, все так же веет ночной ветерок, а в небе сияют звезды, проглядывающие сквозь дымку облаков, набежавших с Тихого океана. Раньше небо было ясным. Должно быть, прошло уже немало времени. Джеральду стало холодно.

Звезды. Джеральд подумал, что звезды выглядят как-то странно, хотя он никогда не был особым знатоком звездных карт. Слишком много ярких звезд видно сквозь туман. И с Луной что-то не то, она сильно изменилась. Туман не давал Джеральду подробнее рассмотреть ее.

Что произошло? Опыт. Марсия упоминала о каком-то опыте, о нацеленном на Землю луче, который должен был прийти после десяти часов утра по ее времени.

В чересчур ярком свете звезд Джеральд посмотрел на часы и произвел вычисления в уме. Да, луч должен был коснуться Земли в ту минуту, когда мир сошел с ума.

Совпадение? Слишком уж странное совпадение.

Джеральд вскочил на ноги и поспешил в дом. Из лотка принтера он вытащил документ, присланный Марсией, и начал было читать, но ощущал какую-то тревогу, она мешала понимать напечатанные на бумаге слова. После землетрясения находиться под крышей было неуютно. Джеральд отправился на кухню, достал из ящика со всяким старьем фонарь и вышел с бумагами во двор.

Кольцо Харона. Гравитационные волны. Высокая мощность. Адресат на Земле: Лаборатория реактивного движения. «Но каким образом гравитационный луч мог это сделать?» — спросил себя Джеральд.

И тут же уточнил вопрос.

«Что сделать? Что, собственно говоря, произошло?» Надо трезво оценить положение, осмыслить имеющиеся данные и уж тогда делать строго логические выводы. Его неверующих друзей всегда забавляло, что он, такой религиозный, склонен так доверять чистой логике. Но вера Джеральда, как это ни парадоксально, логически вытекала из многолетнего добросовестного изучения жизни. Бог, в той или иной форме, являлся бы для него единственно возможным объяснением всего живого.

Но это к делу не относится.

На небе новые звезды. Некоторые из них необыкновенно яркие. Настолько яркие, хоть читай под ними без фонаря. Громадный шар, который Джеральд видел раньше, теперь, наверное, скрылся за горизонтом. Джеральд опять поднял глаза туда, где висела Луна. Облака ушли, и Джеральд ясно увидел, что никакой Луны там нет, а есть какой-то кольцеобразный предмет.

Итак, вывод очевиден: Земля передвинута куда-то со своего обычного места.

Это сделал гравитационный луч? Нелепо. Возможно, опыт с гравитацией чисто случайно совпал с этим перемещением. А если не случайно?

Джеральд снова заглянул в бумаги. ЛРД. Нет, такое совпадение — чистое сумасшествие. Значит, надо обращаться в ЛРД. И выяснить, как же все-таки это произошло?

И что делать дальше?

«То, что можно передвинуть, можно вернуть и обратно, — Джеральд улыбнулся, это был юмор висельника. — Если вера способна сдвинуть горы, то почему бы вере не сдвинуть планету? Разница только в массе, а принцип тот же».

Джеральд принял решение.

Он встал и оглядел лежащую внизу долину. Везде царили тишина и покой. В нескольких домах горел свет. Наверное, там живут люди, бывавшие в странах, где часто трясет. И вот они проснулись и сейчас по старой привычке испуганно перешептываются.

Джеральд вдруг подумал, что многие, вероятно, все проспали. А если еще кто-то из них не слушает новости, то так и не заметит, что Вселенная преобразилась. Он посмотрел на чужое небо и поежился.

Он готов был позавидовать этим людям.



Мало-помалу люди, живущие на просторах Земли, начали понимать, что произошло невероятное. Правительства, агентства новостей, частные системы связи, фабрики слухов — сколько все выдвигали разных предположений, сколько диких сплетен распускали, сколько устраивали глубокомысленных дискуссий, сколько было испуганной болтовни!

Правительства подавали в отставку. На деревенских площадях, на тусклых видеоэкранах развелось несметное количество доморощенных проповедников. А для Последнего Клана и Обнаженного Пурпура случившееся стало лишь поводом для более активной ловли в свои сети душ человеческих.

Генералы мобилизовали армии, флоты вышли в море, воздушные и уцелевшие космические войска были приведены в полную боевую готовность. Все без толку. Что может сделать армия против силы, которая передвигает планеты?

Через несколько часов по всему земному шару уже проходили экстренные совещания международных организаций, начались демонстрации и беспорядки. Все тщетно. Иначе и не могло быть, пока люди не осознали, что случилось.

Мир, переживший Крах Знания, нуждался в информации; люди, которые могли ее дать, были нарасхват.

Но теперь эти люди были слишком заняты. И слишком немногочисленны.



Миновало несколько часов. Это все, что Вольф знал. Чтобы сказать, сколько именно, ему надо было очень сосредоточиться. Часы утекали, как секунды, будто во сне. Вольф Бернхардт оторвался от пульта управления и обратил усталый взгляд на настенный хронометр. Местное время — два часа пополудни. Значит, прошло около двенадцати часов.

Гробовая тишина, стоявшая в ЛРД ночью, уступила место дневному безумию, когда сюда нагрянули все, имевшие хотя бы отдаленное отношение к Лаборатории. Все они задавали вопросы, и все требовали ответов. Каждые несколько секунд принтер выплевывал телеграммы от Международного астрономического союза, а компьютеры ЛРД переваривали льющуюся широким потоком новую информацию. Телеграфное агентство МАС было центром анализа и синтеза информации обо всех открытиях в области астрономии.

Объем сведений обескураживал. Казалось бы, теория Краха Знания за последние годы почти полностью разрушила информационную сеть Земли. К тому же теперь, после катастрофы, было потеряно множество спутников связи, повреждена энергосеть из-за исчезновения энергетических спутников, и тем не менее земные обсерватории и уцелевшие орбитальные станции сообщали о стольких открытиях, что компьютеры ЛРД почти захлебывались поступающей каждую секунду информацией.

Вольф гордился своими способностями систематика; этим утром его способности подверглись серьезному испытанию. Ему на долю выпало связать все сведения воедино, ему — просто потому, что больше никто не мог в них поверить. Даже люди, которые сделали эти открытия.

Обсерватории оказались в очень трудном положении. Осуществлявшиеся тысячелетиями в Солнечной системе наблюдения оказались бесполезными: привычные объекты отсутствовали. Перестали работать стандартные системы координат. Фоновые звезды тоже пропали со старых мест и уже не могли служить ориентирами.

В новой звездной системе нужно было к чему-нибудь привязаться. МАС произвольно объявил плоскость орбиты Земли базисной плоскостью системы. И постановил, что вращение Земли происходит с запада на восток, с прежним наклоном оси к плоскости орбиты.

Это помогло немного определиться, но астрономам нелегко было прийти в себя, чтобы заработать в полную силу: по вполне понятным причинам они не верили собственным глазам. Однако Вольф быстро обнаружил, что электронное оборудование без труда приспособилось к изменившимся обстоятельствам. Большинство данных МАС поступало от автоматических наблюдательных станций. Роботы не задумывались, верить ли им своим глазам: открытия, и очень крупные, делались в прямом смысле слова автоматически.

С утратой почти всех находящихся в космосе аппаратов современная астрономия оказалась обезглавленной. Ее внезапно отбросило назад, в середину двадцатого столетия, когда люди вели наблюдения при помощи приборов с ручным управлением, расположенных на горных вершинах.

Некоторое новейшее оборудование пригодилось. Самыми полезными оказались установленные на Земле широкообзорные телескопы. Эти инструменты наблюдали за небом, отслеживая объекты, которые перемещались на фоне неподвижных звезд. Телескопы предназначались для обнаружения не отмеченных на картах и потенциально пригодных для разработки астероидов, приближающихся комет и предотвращения столкновений космических кораблей. Годами телескопы отыскивали кометы и астероиды, решая свои прямые задачи, но теперь класс объектов, за которыми они наблюдали, стал другим — теперь они находили десятки крупных планет, обращавшихся как вокруг нового Солнца, так и вокруг других звезд.

Говорить о характеристиках новых планет было еще слишком рано, бесспорно было одно: они существуют. Пока не удалось даже получить четкие изображения большинства из них. Они были просто световыми точками, движущимися на фоне звезд. Компьютеры ЛРД быстро вычислили местоположение и приблизительные орбиты многих из этих планет.

Вольф сразу же заметил, что орбиты эти чертовски странные. Казалось, здесь нельзя было найти двух планет с орбитами в одной плоскости. Их плоскости были наклонены под разными углами. Планеты двигались в разных направлениях. Различие в наклоне плоскостей орбит, вероятно, было вызвано естественными причинами. Если две планеты подходят близко друг к другу, их орбиты могут под воздействием полей притяжения исказиться, при этом каждая планета будет толкать другую в новую плоскость. Нечто подобное миллиарды лет назад произошло с Плутоном. Но Вольфа смутили малые расстояния и разнонаправленное вращение. Вот это было непостижимо.

Вычисленная на скорую руку орбита Земли соответствовала периоду обращения вокруг новой звезды, равному 370 суткам. Теперь придется добавить к календарю еще четыре дня.

Это еще куда ни шло, но удивляло странное соседство, в котором оказалась Земля. Большая полуось орбиты ближайшей соседки отличалась от большой полуоси новой орбиты Земли не более чем на три миллиона километров, но плоскость ее отклонялась от земной на сорок пять градусов. К тому же орбита была обратной — соседняя планета двигалась по ней в противоположном направлении. Сейчас планеты находились на минимальном расстоянии друг от друга, и в земные телескопы была видна красивая голубовато-зеленая поверхность новой соседки.

Через два часа после того как телескопы получили эти изображения, обсерватории объявили еще об одном потрясающем открытии. Земля находилась напротив полярной области нового Солнца. Вольф долго это переваривал. Ну, если у всех орбит разные наклоны, какой-то планете надо двигаться по полярной орбите, наконец решил он.

Еще одно донельзя странное наблюдение: насколько он мог судить по предварительным данным, все планеты были типа Земли. Ни одного газового гиганта, ни одного ледяного шара. И все они вращались по орбитам, которые, по всей видимости, не выходили за пределы «биологического радиуса» главной звезды, то есть на поверхности планет поддерживались приблизительно земные температуры.

И уж, разумеется. Земля тоже находилась внутри этого радиуса. Одним из немногих не претерпевших изменения показателей была солнечная постоянная, то есть среднее количество солнечной энергии, попадающее на квадратный километр земной поверхности. Оно как будто осталось прежним с точностью до нескольких знаков.

И это наводило на одну мысль, которой Вольф не хотел верить, слишком уж она была сумасшедшая.



Для Дианы Стайгер настал миг торжества. Долой роботов, бортовую автоматику и программы искусственного интеллекта. В эту минуту «Рабочей лошадке» нужен на борту настоящий человек из плоти и крови. Бедная старая посудина не могла справиться сама, ей требовался живой пилот и живой ремонтник.

Ну ладно, сначала ремонт. Диана пристально вгляделась в видеозапись аварии. Насколько она могла судить, в первые мгновения этого… в общем, неважно, что это было, но у «Рабочей лошадки» отлетел кусок носа. Диана прищурилась, поняв, что так и не знает, как назвать случившееся.

Что же это было? Что? Стоило ей об этом подумать, у нее холодела спина.

Ладно, оставим определение на потом, сейчас хватает других забот. Что бы это ни было, оно изрядно попортило ее корабль. Похоже, именно та чертова белая стена, возникшая перед самым носом «Рабочей лошадки», откусила от него сантиметров пять. Мелкие осколки, возможно, еще плавают в пространстве где-нибудь в Солнечной системе.

Ее мысли пытались убежать в сторону, но Диана была настороже. Так, пяти сантиметров носа «Рабочей лошадки» как не бывало, спрятанные глубоко внутри корпуса сопла передних двигателей искалечены, тяга наверняка ослабела. Счастье еще, что двигатели вообще не взорвались ко всем чертям. Диана увидела на корпусе обгоревшие участки, немые свидетельства того, что отработанные газы попадали не туда, куда им следовало попадать. Да уж, воистину катастрофа была на носу.

Итак, придется попрощаться с передними двигателями. Нечего испытывать судьбу, включая их снова, можно летать и без них. Это трудно, но возможно.

Однако изуродованный нос все же нуждается в починке. На корабле, лишенном нескольких листов термозащиты нельзя входить в плотные слои атмосферы. Даже если Диане не удастся добраться домой, то до ремонтной космической станции ей все равно добраться придется, и сделать это нужно с наименьшим риском. Установленные в носу чувствительные приборы не должны подвергаться воздействию низких температур в открытом космосе. Нос нужно залатать.

На наружном манипуляторе номер два установлен специальный распылитель пены, предназначенный именно для таких случаев. Диана подвела манипулятор как можно ближе к носу. Вот так.

Применяя тонкое распыление, она медленно клала слой за слоем теплоемкую пену. В безвоздушном пространстве пена быстро затвердевала. Предполагалось, что такое покрытие должно выдержать одноразовое вхождение в плотные слои атмосферы.

Эта работа требовала мастерства. Затвердевшая пена должна была прилегать плотно и как можно точнее восстанавливать старую форму носа. Диана хотела поскорее справиться с ремонтом и бежать сломя голову от странного места, где неизвестно откуда вырастающие белые стены откусывают куски космических кораблей. Но поспешишь — людей насмешишь, Диана знала эту хорошую пословицу и потому работала медленно и внимательно, заставляя себя сдерживать торопливость и волнение.

Наконец она все сделала и посмотрела на плоды трудов своих, глядя в дальнюю камеру, установленную на наружном манипуляторе номер три. Ей понравилось. Чистая работа.

Диана нажала на кнопки, и механические руки спрятались в корпусе корабля. Теперь вероятность того, что с кораблем во время вхождения в плотные слои атмосферы ничего не случится, стала побольше. Но стоит ли рисковать? Диана поглубже уселась в кресло и задумалась. Войти в плотные слои атмосферы — рискованнее, чем осуществить аварийную стыковку с одной из орбитальных станций. ОбнаПур для нее недостижим, да и вообще это не лучшее место. А другие станции? Со своей орбиты Диана не видела ни одной крупной станции, а каналы связи безнадежно заглохли. Вероятно, большинство спутников связи пропало. Диана даже не знала, остались ли на своих местах после того, что произошло, орбитальные станции, смогут ли они состыковаться с космическим кораблем и принять беженку.

С другой стороны. Земля-то здесь. Диана ее видела; Что бы там ни произошло, это произошло и с Землей. Некоторые орбитальные аппараты уцелели, другие нет, Диана была этому свидетельницей. Она очень сильно подозревала, что, находись «Лошадка» на несколько сотен метров дальше от ОбнаПура, немного ближе к Луне, корабля сейчас здесь не было бы.

А где, черт возьми, была бы «Рабочая лошадка»? Где Луна? Осталась в Солнечной системе?

Господи! А где Солнце?

Диана оглядела пространство. Да, это вопрос: где она находится? Что это за место? Нет, об этом лучше не думать, а то с такими мыслями живой до дому не доберешься. Диана снова сосредоточилась на пульте управления и включила навигационную систему. Работая только вручную, она запустила двигатель.

Неведомое окружало ее со всех сторон. Это самый опасный полет в ее жизни. Но она знала наверняка, что это отступление временное, тактическое. Она вернется, вернется сюда, в космос, и выяснит, что случилось и почему.

Обливаясь потом, полуживая от нервного перенапряжения и усталости, Диана готовила изувеченный корабль к рискованному полету домой и думала, что в один прекрасный день поборется с той силой, что передвигает планеты. И тогда-то уж она отыграется за это поражение.

Она была так счастлива, как никогда в жизни.


11. Люди вызывают демонов | Кольцо Харона | 13. Червоточина