home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


* * *

Три дня спустя.

г. Н-ск. 18 час. 45 мин.

Черный джип стоял на обочине улицы Силикатная (примерно в километре от Алексеевской), скромно пристроившись в хвосте запертого, припудренного снегом фургона. Прямо по курсу, метрах в двадцати, располагался хлипкий павильончик со светящейся вывеской: «Кафе „Нектар“. Периодически, когда открывалась дверь, оттуда доносились обрывки магнитофонной музыки и пьяные, разухабистые голоса. Иногда наружу выползали посетители и бурно выясняли отношения (с рыком, с матом, вплоть до мордобоя). Но на нас никто из них внимания не обращал. Я сидел на водительском кресле и без удовольствия дымил сигаретой, нетерпеливо поглядывая на часы. На заднем сиденье осунувшийся от недосыпа майор Сибирцев внимательно наблюдал за красной точкой на экране небольшого прибора. Рабочий день в „Мантрейе“ закончился сорок пять минут назад, но точка до сих пор не двигалась. Не торопится домой, трудоголик хренов! Или инстинктивно чует неладное, не хочет спешить на встречу с судьбой? Впрочем, ладно, куда он на фиг денется!..

Операция по захвату Сопункова близилась к логическому завершению. Информации о сем господине (частично предоставленной Рябовым, частично собранной нами с Костей) уже хватало с избытком. Заместитель генерального директора фирмы «Мантрейя» проживал за городом, в собственном особняке, оборудованном всеми мыслимыми и немыслимыми средствами электронной защиты. Отправлялся на работу ровно в восемь утра. Возвращался в семь вечера. (Вот только сегодня задерживался.) В особняке постоянно дежурили пять вооруженных до зубов головорезов. Еще семеро охраняли дом № 66 по улице Алексеевская. А трое – сопровождали драгоценную персону Василия Адамовича. И, что самое интересное, все они были чеченцами! (Из тейпов Набиевых и Мусаевых.) Данное обстоятельство выяснилось к исходу второго дня наружного наблюдения, которое мы с Сибирцевым вели вдвоем, меняя друг друга каждые четыре часа. Как выяснилось? Рассказывать долго и неинтересно. Зато полученный результат мог устранить большинство «технических» проблем, если нам понадобится уничтожить «Мантрейю». Но об этом позже.

Итак, мы с Костей отследили маршруты передвижения Сопункова, при помощи богатого набора шпионской техники изучили систему охраны и пришли к единодушному выводу: Василия Адамовича нужно брать на полпути между домом и особняком. Иначе никак не получится! А поскольку он имел скверную привычку ежедневно менять маршрут, майор Сибирцев переоделся спившимся бродягой, пять часов назад прогулялся к служебной автостоянке «Мантрейи» и, когда сторож на секунду отвернулся, снайперским выстрелом из рогатки присобачил «пассивный маяк» к бамперу сопунковского «Мерседеса». За ним, т. е. за «маяком», Костя и наблюдал в настоящий момент…

Томительно тянулись минуты ожидания. У стен «Нектара» разворачивалась уже восьмая по счету пьяная драка. Стрелки часов вплотную приблизились к 19.00.

– Есть движение, – вдруг сказал Сибирцев. – Объект начал перемещаться в направлении Калужской эстакады. Похоже, повторяет позавчерашний маршрут.

«Позавчерашний – это хорошо, – подумал я, плавно трогаясь с места. – В таком случае он обязательно проследует мимо Забавинского водохранилища. Там, на малолюдном проселке, и возьмем гада!»

– Особо не гони, – попросил Костя. – Пока держись где-то в полукилометре. За городом можно сократить дистанцию до пределов видимости…

Предположение Сибирцева оказалось верным. Миновав Кольцевую, «Мерседес» на средней скорости проехал пятнадцать километров по К…му шоссе и спокойно свернул на упомянутый выше проселок. Аккуратно зачехлив прибор, Сибирцев взял свой «вал», натянул на голову собровскую маску и через спинку сиденья протянул мне точно такую же.

– Говорим по-чеченски, – напомнил я.

– Знаю. Впереди пусто. Давай, Дима, с Богом!!!

Я до отказа выжал газ. Наш джип с ревом рванул вперед, мигом догнал беспечный «Мерседес» Сопункова, секунду шел параллельно с ним, затем выдвинулся на полкорпуса дальше и резко вильнул вправо. От мощного удара «мерс» слетел с дороги, врезался радиатором в корявое дерево и, содрогнувшись, застыл. Лихо развернувшись на сто восемьдесят градусов, я затормозил, схватил второй «вал» и выпрыгнул наружу. Следом за мной «десантировался» Сибирцев. В ярком свете фар джипа покалеченный «Мерседес» просматривался как на ладони. Водитель с окровавленным лицом замер без движения. Сопункова видно не было. (Наверное, на пол залег.) А двое уцелевших охранников проявили нехорошую активность. (Правда, ненадолго.) Сидевший рядом с водителем успел вытащить «кипарис», открыть боковое окошко и выпустить несколько пуль в сторону джипа. (Разбил-таки, сволочь, нам лобовое стекло!) В следующее мгновение он умер, прошитый бесшумной очередью из моего «вала». Второго, попытавшегося выбраться из машины, прикончил Костя. В салоне мы обнаружили Сопункова: целого, невредимого, съежившегося между сиденьями, с выпученными от ужаса глазами.

– Бери, Аслан, этого шакала, – по-чеченски сказал я, а сам проверил пульс у водителя. Тот, как мы и рассчитывали, был жив. Более того, от моего прикосновения он наполовину очнулся и полез за пазуху за оружием.

– Отдохни, дорогой! Тебя кровники ждут! – зверски прошипел я, навернув ему кулаком по темени. Слабо охнув, нохча обмяк.

– Грузим? – так же по-чеченски обратился ко мне Сибирцев.

– Да, приготовь ленту и веревки.

– Они со мной.

– Отлично, начинаем с толстого!

Вдвоем мы быстро скрутили Сопункова по рукам и ногам, заклеили рот скотчем, завернули жирное, трясущееся тело в ковер и бесцеремонно запихнули в джип, возле заднего сиденья.

Оглушенного охранника, спеленав не менее тщательно, погрузили в багажник.

– Б-р-р, поддувает, однако, – устроившись спереди рядом со мной, поежился Костя. (Теперь он говорил по-русски. Вышеописанный маскарад предназначался исключительно для чеченца-водителя.)

– Ничего, не помрешь! – усмехнулся я. – Ехать недалеко. А если хочешь, возьми в «бардачке» фляжку с коньяком. Ты ж не за рулем!..


предыдущая глава | Карта смерти | cледующая глава