home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8

Грандиозная пьянка близилась к логическому завершению. Большая часть гостей, непрерывно спотыкаясь и падая, разбрелась по домам. Трое наиболее крепких: дед Федот, его сын Иван и сосед Кирюха, – сидя за столом в саду и героически борясь со сном, допивали последнюю бутыль первача.

– Антиресно, хде наш участковый? – прошамкал дед, оглушив залпом полный стакан и закусывая соленым огурцом. – В деревне гульба, а его чтой-то нету?

– Да на хрена он тебе сдался, пес паршивый? – громко икнув, спросил Кирюха.

– Действительно, странно! – вступил в разговор Иван. – Лейтенант – любитель халявы, а тут пропал!

– На задание поехал! – многозначительно поднял палец Федот. Кирюха откровенно расхохотался:

– Какие у него задания? Только водку глушить!

– Не скажи! – заступился за стража порядка дед. – Макариха сказывала давеча, будто в доме за околицей бандиты засели! Человек двадцать, не менее! Они уйму народу сгубили и теперича здесь окопались! Оборону держат! За старшего у них наиглавнейший московский ма-фя-ези. Так-то вот! Лейтенант наш как узнал, так сразу и отправился злодеев арестовывать. А ты говоришь «водку глушить». – Федот торжествующе оглядел собеседников. Кирюха с сомнением пожал плечами, но возражать не стал, а Иван деловито потянулся за самогоном.

– Хватит пить, старый дурень! – крикнула с порога Федотова жена. – Шел бы лучше внучку покачал.

– Иду, Никитична, иду, – залебезил дед. – Допью только...

– Я-те допью, алкаш хренов! – В голосе супруги появились угрожающие нотки, и Федот, зная крутой нрав и тяжелую руку своей благоверной, горестно вздохнув, протопал в дом.

– Оставайся ночевать у нас, Кирюха, – предложил Иван. – Куда ты на ночь глядя попрешься?

– Ну нет, брат! Ты не знаешь мою лахудру! Всю кровь, стерва, вылакает, – не согласился сосед, с трудом поднимаясь со скамейки. – Покедова! Завтра приходи похмеляться!

Шатаясь, как тростник на ветру, Кирюха побрел домой. За этой сценой пристально наблюдал Николай Рукшин, притаившийся неподалеку за забором. В одной руке лейтенант сжимал автомат «узи», в другой – остро заточенный топор. Спустя полчаса свет в избе Федота погас. Выждав некоторое время, чтобы все заснули, Рукшин осторожно зашел во двор, поднялся на крыльцо, толкнул незапертую дверь. Она громко скрипнула. Лейтенант насторожился, но внутри по-прежнему было тихо. Он на цыпочках прокрался в ближнюю комнату, освещенную падающим через неплотно занавешенное окно лунным светом. На широкой кровати, украшенной никелированными шарами, громко храпел дед Федот, рядом посапывала его жена. Рукшин два раза взмахнул топором. Послышались предсмертные хрипы, забулькала хлещущая из разрубленных шей кровь. Радостно оскалившись, Николай двинулся дальше.

– Кто там? – сонным голосом спросил Иван и, заметив участкового, изумленно вытаращил глаза. – Что ты тут де... – Острое лезвие с размаху раскололо череп на две половинки. Иван перед смертью успел крикнуть, чем разбудил свою жену. Удивление в ее глазах мгновенно сменилось диким, животным ужасом.

– Нет-нет, не надо, умоляю! – рыдала женщина, забиваясь в угол постели и судорожно прижимая к груди плачущего ребенка. – Не надо-о-о! А-а-а-а!

Через несколько минут, удовлетворенно оглядев искромсанные тела, лейтенант вышел на улицу. Первая часть задания черного старика выполнена! Швырнув окровавленный топор в колодец, он сосредоточенно зашагал к околице. Медлить нельзя! Таков приказ хозяина!


* * * | Черный старик | * * *