home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 6

Четверо мужчин пронесли тело Бена Толлчифа через весь погруженный к ночную тьму поселок. В лицо им бил холодный ветер, и они, дрожа, тесно прижимались друг к другу, противостоя все возрастающей враждебности к ним планеты Дельмак-О — той враждебности, которая уже погубила Толлчифа.

Бэббл включил все имевшиеся в лазарете осветительные приборы. В конце концов они возложили тело Толлчифа на высокий обитый металлом операционный стол.

— Как мне кажется, нам лучше разойтись по своим комнатам и оставаться там, пока доктор Бэббл не завершит вскрытие, — не переставая дрожать, предложила Сюзи Смарт.

Ей возразил Уэйд Фрэйзер.

— Будет лучше, если мы станем держаться вместе, во всяком случае, пока доктор Бэббл не огласит результат вскрытия. И я также думаю, что при данных непредвиденных обстоятельствах, учитывая это ужасное событие в нашей жизни, нам нужно немедленно избрать руководителя, человека сильного, который сумеет удержать нас вместе как единый коллектив, ведь пока мы фактически таковым не являемся, а сейчас это особенно необходимо. Все согласны со мною?

— Да, — после некоторой паузы произнес Глен Белснор.

— Мы можем проголосовать, — предложила Бетти Джо Берм. — Выбрать руководителя демократическим способом. Но я считаю, что нам нужно отнестись к этому со всей ответственностью. — Она стала тщательно подбирать слова, чтобы не быть неправильно понятой. Не следует наделять руководителя слишком большой властью. Мы должны сохранить за собой право отозвать его случае, если он перестанет нас удовлетворять. Тогда мы сможем проголосовать за его смещение и выбрать в качестве руководителя кого-нибудь другого. Но пока наш избранник является руководителем, мы обязаны ему повиноваться — ведь не в наших же интересах, чтобы он был слишком слабым. Если он будет бессильным, то положение наше будет точно таким же, как сейчас. Мы будем просто сборищем отдельных личностей, которые не в состоянии действовать сообща даже перед лицом смерти.

— Тогда давайте не будем расходиться по своим углам, а вернемся в комнату для собраний, — предложил Тони Дункельвельт, — чтобы начать выборы. Иначе нас могут всех поубивать до того, как мы выберем руководителя. Нам нельзя ждать, сложа руки.

Вместе они угрюмо прошествовали из лазарета доктора Бэббла в комнату для собраний. Приемник и передатчик все еще были включены. Входя в комнату, каждый из них слышал низкий, монотонный гул.

— Такой большой, — сказала Мэгги Уолш, глядя на передатчик, — и такой бесполезный.

— А вам не кажется, что нам бы стоило вооружиться? — спросил Берт Кослер, потянув за рукав Морли. — Если кто-то намеревается убить всех нас…

— Давайте подождем, что скажет Бэббл о результатах вскрытия.

— Мы будем голосовать поднятием рук, — поудобнее усаживаясь, деловым тоном объявил Уэйд Фрейзер. — Пусть все сидят тихо, а я буду зачитывать фамилии и вести подсчет. Такая процедура всех устраивает?

— В его голосе зазвучали язвительно-насмешливые нотки, и это не очень-то понравилось Сету Морли.

— Вам не добиться своего избрания, — бросил с места Игнас Тагг, — как сильно вы бы не стремились к этому. Никто из собравшихся в этой комнате, не намерен позволить кому-нибудь вроде вас командовать нами. — Он еще удобнее развалился в кресле, закинул ногу на ногу и вынул из кармана пиджака сигарету с настоящим табаком.

Одновременно с тем, как Уэйд Фрэйзер зачитывал фамилии и вел подсчет голосов, несколько других участников голосования делали свои собственные пометки. Они не доверяют точности подсчета Фрэйзера, сообразил Сет Морли. И в душе своей не упрекал их за это.

— Наибольшее число голосов подано, — объявил Фрэйзер после того, как был зачитан весь список, — за Глена Белснора. При этом он с нарочитой небрежностью отшвырнул список. Как, если бы, подумал Морли, психолог этим жестом хотел сказать: «Ну что, ребятки, валяйте, пропадайте тут сами без меня. Ведь это ваши жизни, вот и разбрасывайтесь ими, как хотите». Но самому Морли показалось, что Белснор — совсем неплохой выбор. Сам он проголосовал за электронщика, и теперь, несмотря на разочарование Фрэйзера, был доволен результатом выборов. А судя по тому, как облегченно вздохнули и расслабились остальные, он догадался, что и их всех тоже устроил такой исход голосования.

— Пока будем дожидаться доктора Бэббла, — предложила Мэгги Уолш, — нам, пожалуй, следовало бы сообща вознести групповое прошение о немедленном даровании бессмертия душе усопшего мистера Толлчифа.

— Читайте «Библию» Спектовского, — сказала Бетти Джо Берм. Она запустила руку к себе в карман, извлекла свой собственный экземпляр и передала его Мэгги Уолш. — Читайте тот абзац на странице 70, в котором говорится о Заступнике. По-моему, сейчас именно к Заступнику нам следует обратиться.

Мэгги Уолш нараспев стала произносить слова, которые и без того все знали наизусть.

— «Своим появлением в истории и мироздании Заступник предложил себя в качестве жертвы, благодаря которой воздействие на людей Проклятия могло быть частично сведено на нет. Удовлетворенное искуплением Его собственных деяний этою своею Манифестацией, символизировавшей хотя и частичную, победу над силами хаоса. Божество „умерло“, а затем вновь явило Себя миру, дабы указать на то, что Ему удалось одержать верх над Проклятием, а, следовательно, и смертью, и, совершив это, восполнялось концентрическими кругами к Самому Богу Единому». И я добавлю еще один абзац, имеющий прямое отношение к нашему случаю. «Следующим же — и последним — кругом является День Сличения, когда небеса свернутся снова в свиток, и каждое суть живущее — а следовательно и все существа: как обладающие разумом люди, так и человекоподобные организмы внеземного происхождения, — будут примирены с Изначальным Божеством, от единства бытия которого и произошло все сущее (с возможным исключением Форморазрушителя)». — Здесь она позволила себе короткую передышку, а затем произнесла. — Повторяйте, что я говорю, вслед за мною, все без исключения, повторяйте вслух или в мыслях своих.

Они подняли головы и устремили взоры прямо перед собою, как это надлежало делать в подобные случаях, чтобы Божеству было как можно легче их услышать.

— Мы не были достаточно близко знакомы с мистером Толлчифом.

Все вслед за нею повторили:

— Мы не были достаточно близко знакомы с мистером Тодлчифом.

— Но он показался нам прекрасным человеком.

Все повторили вслед за нею и эти ее слова.

Мэгги несколько замялась, призадумалась, затем произнесла.

— Изымите его из реального времени и тем самым сделайте его бессмертным.

Все повторили.

— Восстановите его таким, каким он был до того, как стал жертвой коварства Форморазрушителя.

Все начали повторять:

— Восстановите его таким… — тут все замолчали, так как в комнату вошел весь взъерошенный доктор Милтон Бэббл.

— Мы должны завершить молитву, — сказала Мэгги.

— Вы успеете это сделать в другой раз, — возразил доктор Бэббл. — Мне удалось установить причину смерти. — Он заглянул в принесенные с собою несколько листов бумаги. — Это обширное воспаление бронхиальных отростков вследствие неестественного содержания гистамина в крови, что привело к сужению дыхательных путей: точной причиной смерти явилось удушье как реакция на аллерген неоднородного состава. Его, должно быть, укусило какое-то насекомое или он прикоснулся нечаянно к какому-то растению, когда разгружал свой ялик. Насекомое или растение содержало вещество, которое вызвало у него страшнейшую аллергию. Помните, какою больною была Сюзи Смарт в течение первой недели своего пребывания здесь, когда задела ветку какого-то напоминающего крапиву куста? И Кослер… — тут он сделал жест в сторону престарелого завхоза. — Если бы он тогда не обратился ко мне немедленно, то он тоже бы умер. В случае Толлчифа ситуация оказалась крайне неблагоприятной. Он ушел вечером один, и никого не оказалось поблизости, кто бы мог обнаружить, в каком он очутился состоянии. Он умер один, но если бы мы там были, его можно было бы спасти.

Наступившее молчание первой нарушила, не поднимаясь со своего места, Роберта Рокингхэм. Она сидела, укрыв ноги огромным пледом.

— Ну, мне кажется это заявление гораздо более ободряющим, чем наши собственные рассуждения. Весьма возможно, что никто не задается целью погубить нас… что в самом деле, просто замечательно, разве не так? — Она обвела взором присутствующих, вся обратившись в слух, чтобы не упустить чье-либо высказывание.

— Наверное, — как-то отрешенно произнес Уэйд Фреэйзер, сделав кислую мину.

— Бэббл, — сказал Игнас Тагг, — мы тут голосовали без вас.

— Черт возьми, ну и что из того? — вскипела Бетти Джо Берм. — Ну так проголосуем еще раз.

— Вы выбирали одного из нас в качестве руководителя? — удивился Бэббл. — Не принимая во внимание мою роль во всем, что здесь происходит? Так что же вы решили?

— Выбрать меня, — отозвался Глен Белснор.

Бэббл, казалось, стал совещаться с самим собой.

— Ну что ж, нет ничего плохого, как я полагаю, — произнес он в конце концов, — в том, что нашим руководителем будет Глен.

— Он победил с перевесом в три голоса, — заметила Сюзи Смарт.

Бэббл одобрительно кивнул.

— Меня это удовлетворяет в любом случае.

К Бэбблу подошел Сет Морли, глянул на него в упор и спросил:

— Вы абсолютно уверены в причине смерти?

— Нисколько в том не сомневаюсь. Я располагаю оборудованием, которое позволяет определить…

— Вы нашли где-нибудь на его теле след от укуса насекомого?

— Вообще-то…, нет, — ответил Бэббл.

— А возможное место, которым он поцарапался или хотя бы прикоснулся к листу растения?

— Нет, — сказал Бэббл, — но это не является существенным аспектом подобного обследования. Некоторые здешние насекомые столь малы, что только проверка под микроскопом может выявить те места, куда насекомое могло укусить или ужалить, а для этого потребуется несколько дней.

— Но вы удовлетворены результатами вскрытия, — произнес Белснор, тоже подойдя к врачу вплотную. Он стоял, сложив руки на груди, и раскачивался взад-вперед на пятках.

— Вы отдаете себе отчет в том, что будет означать ваша ошибка?

— Что-что? Объясните.

— О, Боже праведный! Бэббл, — вмешалась Сюзи Смарт, — да ведь это очевидно. Если кто-то или что-то умышленно убило его, тогда мы все подвергаемся такой же опасности, как и он — весьма возможно. Но если его укусило насекомое…

— Именно это и произошло, — сказал Бэббл. — Его укусило насекомое. — Уши у Бэббла стали ярко-пунцовыми от проявляемого им упрямства и охватившего его гнева. — Вы думаете, что это первое мое вскрытие? Что я не в состоянии должным образом управиться с теми инструментами для анатомических исследований, которые фактически я не выпускаю из рук всю свою жизнь? — Он в упор поглядел на Сюзи Смарт. — Вот так-то, мисс Дамб, — изрек он.

— Так держать, Бэббл, — воскликнул Тони Дункельвельт.

— Для тебя, сынок, я — доктор Бэббл.

Ничего не изменилось, отметил про себя Сет Морли. Мы никуда не продвинулись, остаемся все той же толпой из двенадцати человек. И это может нас погубить. Здесь каждый за себя, поэтому с нами нетрудно покончить.

— Я испытываю огромное облегчение, — произнесла Сюзи Смарт, став рядом с ним и Мэри. — Мне казалось, что всеми нами постепенно овладевало безумие, когда мы считали, что все вокруг против нас, пытается погубить нас.

Размышляя о Бене Толлчифе — и о его последней с ним встрече — Морли не ощущал ответного отклика в своей душе на такое ее новое отношение к тому, что произошло.

— Человек умер, — только и сказал он.

— Мы едва были с ним знакомы. Фактически, мы совершенно его не знали.

— Верно, — сказал Морли. — Наверное, это произошло из-за того, за что я так сильно ощущаю свою вину перед ним. — Может быть, это сделал я, — сказал он ей вслух.

— Это сделал жучок, — твердым тоном произнесла Мэри.

— Может быть, теперь мы все-таки закончим молитву? — предложила Мэгги Уолш.

— Как все же это так получается — нам нужно отослать молитву-прошение на расстояние восемьдесят тысяч миль над поверхностью планеты, а мы надеемся это сделать, не прибегая к электронному оборудованию?

Я знаю ответ, сказал он самому себе. Вот эта молитва сейчас — на самом деле, для нас совсем не важно, будет ли она услышана. Это всего лишь ритуал, эта молитва. Та, первая, была совсем иною, а вот эта — она необходима нам самим, а вовсе не Толлчифу. Рассудив так, он ощутил еще большее уныние, чем когда-либо.

— Встретимся с тобою позже, — вслух сказал он Мэри. — Пойду распаковывать ящики, которые я перенес с нашего ялика.

— Но не подходи близко к стоянке яликов, — предупредила его Мэри. — Потерпи хотя бы до завтра. Пока не выяснится, что за насекомое или растение…

— Я не буду выходить наружу, — согласился Морли. — Пройду прямо в нашу комнату.

Он быстро зашагал к выходу и уже через несколько мгновений поднимался по ступенькам на крыльцо барака, в котором находились жилые комнаты поселенцев.


предыдущая глава | Гибельный тупик | cледующая глава