home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


След «Большой восьмерки»

Проведенное у нас социологическое исследование относительно «двойных стандартов» в отношении терроризма и его оценок показало, что 65 процентов опрошенных виновниками терактов в Лондоне считают непосредственно террористов, 20 процентов – «Большую восьмерку», и 15 процентов, как обычно, «затруднились ответить». Обвиняющие террористов 65 процентов, по сути, лишь повторили то, что они слышали от российских СМИ. Эта точка зрения понятна. Но интересно, что именно имели в виду те 20 процентов, кто возложил вину на саму «Большую восьмерку»?

Видимо, у многих постепенно закрадывается подозрение о конспирологической подоплеке всей этой истории с международным терроризмом. А не дело ли это рук самих англо-американских спецслужб? С другой стороны, есть, наверное, среди этих 20 процентов и те, кто считают, что «богатый Север» и особенно англо-саксонские страны заслужили такое отношение.

Теракты в Лондоне нельзя понять в отрыве от саммита «Большой восьмерки». Нет сомнений, что его авторы подгадали свой кровавый спектакль именно к саммиту в Глениглсе.

На саммите обсуждались две главные темы: помощь Африке и проблема климата. В научном языке существует особый термин «экстерналитиз» («externalities»). Он обозначает области, которые не имеют отношения к основным экономическим и политическим вопросам и тенденциям, – то, что лежит на периферии внимания, что-то «внешнее». До «экстерналитиз» у серьезных политиков редко доходят руки, ими обычно занимаются различные неправительственные организации, гуманитарные фонды и социальные энтузиасты. «Экстерналитиз» – это неинтересно, убыточно и вообще неприятно и обременительно для серьезных лидеров серьезных стран, с серьезными целями и задачами. Но иногда, исходя из требований политической корректности, надо заниматься и этим. Саммит был посвящен именно «экстерналитиз».

Инициатором такой повестки дня выступил Лондон. В этом году Англия приняла председательство в ЕС и сейчас стремится на разных уровнях выработать стиль своего временного верховодства над Европой. По сути нынешнее заседание «Большой восьмерки» задумывалось как презентация нового английского стиля в международной политике. Основные моменты этого стиля сформулированы в интервью «Файнэншл таймс» английским премьер-министром Тони Блэром накануне его приезда в Глениглс.

Блэр не скрывает, что у африканско-климатической повестки дня на саммите будут серьезные оппоненты. Он назвал их «сомневающиеся с Востока» и «сомневающиеся с Запада». Речь идет о Франции (для Англии это почти Азия) и о США. По сути Франция – это политический флагман европейского континентализма, а США – ядро атлантистской однополярности. Главная задача «нового английского стиля» – выдержать определенный баланс между ними.

Тематика Африки и помощи странам Черного континента в борьбе со СПИДом, эпидемиями, голодом, насилием и коррупцией, несмотря на свою периферийность, все же имеет определенную стратегическую подоплеку. Все дело в том, что гуманитарная и социальная помощь со стороны стран Запада является сплошь и рядом формой неоколониального контроля, осуществляющегося через скупку африканских постколониальных элит. «Сверхцель» этой помощи – доступ к природным ресурсам, особенно к нефти, страсти вокруг которой все более накаляются.

Сегодня вся четче здесь вырисовываются противоречия между американо-английскими интересами в Африке и политикой континентальной Европы, озвучиваемой Парижем. «Сомневающихся с Востока» (т. е. Ширака) планировалось убедить социальной патетикой. Чтобы Шираку пришлось оправдываться: мол, его критика английского плана для Африки не является следствием «европейского эгоизма» и «французского национализма», опасающегося конкуренции дешевых африканских продуктов питания.

«Сомневающиеся с Запада», США, ставили под сомнение английскую озабоченность проблемами климата. Напомню, что отказ от подписания Киотского протокола – это не личная позиция Буша, но единодушное голосование сената. В США существует полный консенсус относительно этого вида «экстерналитиз»: природу губить можно и нужно. Этот вывод прямо вытекает из либеральной экономической теории, где разумным и полезным признается только то, что приносит краткосрочную выгоду. Европейское сообщество придерживается прямо противоположной точки зрения на этот счет, давно превратив экологическую проблематику в одну из важнейших составляющих современной европейской идентичности.

Саммит в Глениглзе замышлялся как великобританский бенефис. Лондон хотел сделать заявку на новый стиль, который рекомендуется перенять и остальным. Смысл его – в преимущественном обсуждении «второстепенных» задач («экстерналитиз») гуманитарного и экологического характера. И вместе с тем это означает балансирование между Вашингтоном и Парижем, между атлантизмом и евроконтинентализмом.

Если саммит «большой восьмерки» и не был сорван технически, то презентация «нового английского стиля» уж точно не состоялась. Террористам удалось добиться того, чего не смогли сделать антиглобалисты.


Двойные стандарты в классификации терроризма | Геополитика постмодерна | Антиглобалисты в интересном положении