home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Антон выбрался из землянки и, осторожно ступая, пошел к ручью за водой. У ручья он встретил знакомого по лесному поселению Колю, и, пожав друг другу руки, они немного поговорили. Обсудили последние вести из города. Пришла информация, что Ханин идет на поправку. Его держат под стражей в поликлинике, но пока еще не допрашивали. Антон откровенно жалел, что не может навестить друга.

В лесную обитель они перебрались на следующий день после того страшного вызова в мэрию. Из города их вывел именно Николай. Он просто предложил свою помощь, после того как Алексей рассказал ему о всех проблемах и опасностях, навалившихся на них. Этого странного человека, Николая, Алексей встретил в пункте отоваривания карточек, и старые товарищи и друзья долго сидели в подворотне, вспоминая свое прошлое. От Николая Рухлов и Алина узнали о лесной деревушке, куда перебрался штаб после поражения Мялова. Тут были и дети, хотя, по мнению Рухлова, обстановка была исключительно для них не подходящая. Вечно полуголодное состояние. Постоянное нервное напряжение от одной только вероятности их обнаружения. До города-то всего пятнадцать километров. Каждый в лесной деревушке был при оружии и не желал даже думать о том, чтобы оставлять его в землянках или еще где.

Всего в селении, по подсчетам Рухлова, было не меньше ста пятидесяти человек. Это с детьми и женщинами. Боеспособных мужчин нашлось бы человек восемьдесят. Несмотря на то что часть их в свое время была в штабе восставшего Мялова, общего старшего у деревушки не было. Так… держались несколькими группами, признавая своих авторитетов. Рухлов отчаянно пытался внушить мысль, что необходимо выбрать одного руководителя. Самое кошмарное, что все были с этим согласны, но признавали только того, которого хотели видеть командиром. И совершенно не воспринимали на роль ведущего кого-либо другого.

Устав биться над этим вопросом, Рухлов, недолго думая, сколотил свой отряд. У него было четырнадцать человек. В основном те, кто ничего не знал о восстании и попал на штрафработы за мелкие преступления. Они сбежали в лесную обитель именно тогда, когда поднял бунт Алексей. Их не смогли найти, а сами они, прибыв сюда, не встретили горячего приема. Еще одними едоками стало больше. Но Рухлов и Алина нашли чем их привлечь. Рухлов и еще пара его ребят направились на «поляну сходов» и после трехдневного ожидания встретили группу Назима. Назим выслушал всю историю, сильно расстроился из-за Ханина и после недолгих уговоров послал куда-то в лес несколько своих бойцов. Когда те вернулись, восторгу ребят Рухлова не было предела. Двадцать автоматов, ящик патронов, десяток пистолетов и патроны к ним, два гранатомета, ножи, тюк с амуницией на шесть человек. Аптечки хоть и устаревшие, но во многом еще пригодные. Завершали все это шесть гранат Ф-1. Распинаясь в благодарностях, Рухлов наткнулся на усмешку Назима.

– Это не подарок… – пояснил командир поисковиков. – Что на халяву придет, то на халяву и уйдет… Это долг. Когда сможете, сочтемся…

Но даже это не стерло радости с лиц Рухлова и его ребят. Зато они совсем расстроились, пытаясь дотащить все это втроем до лесной обители. Назим на прощание обещал заскочить к ним и посмотреть, как те устроились. Передавал привет Алине. Обещал пробиться к Ханину и передать устную поддержку от Рухлова и его подруги.

Команда встретила тяжелое возвращение Рухлова чуть ли не с ликующими воплями. Даже Алина не удержалась и, увидев, что притащил он и его товарищи, бросилась тому на шею и долго под улюлюканье команды его целовала. Вечером был объявлен сбор всех возле землянки Антона.

Уже полностью вооруженная группа собралась возле костра и единогласно приняла три правила их команды.

1. Подчинение беспрекословно командиру или тому, кого он назначит старшим.

2. Еда и добытое делится поровну на весь отряд с премиями добытчикам.

3. Никто из отряда не может уйти, кроме как на тот свет. И то… это не приветствовалось.

Не знаю, много ли из собравшихся воспринимали все это серьезно, но никто не посчитал правила каким-то излишеством.

Информацию о том, что все получено в долг, восприняли с пониманием и решимостью как можно быстрее рассчитаться с поисковиками. Будь их воля, они бы в ту же ночь пошли на поиски складов и провианта. Однако вступивший на должность командира Рухлов остановил их простым вопросом: сколько из вас стрелять-то умеют? Оказалось, что все. Но он сказал невзначай, что у Ханина тоже все стрелять умели, однако он с пулей в животе еле дотянул до больницы города. Это несколько остудило пыл новоиспеченных бойцов.

Наутро Антон вместе с Алиной направились к Артему Наумовичу, в свое время бывшему инструктором по стрельбе. И началось…

Ящик патронов ушел за неделю. Зато Рухлов получил себе в дружину и самого Артема Наумовича, понравившегося парням и из охламонов – мелких уголовников – сделавшего достаточно грамотных стрелков. Несмотря на слабые протесты, Антон заставлял всю свою банду, как ее называли другие обитатели деревушки, по утрам делать километровый круг с полным вооружением. Участвовали все, включая Алину, честно взявшую на себя обязанности медсестры и капеллана в юбке. Кстати, относились к ней с нескрываемым восхищением. Она мало того что била по мишени из автомата семьдесят из ста, так еще, когда один из бойцов прострелил себе по дури ногу, прямо в полевых условиях извлекла пулю и заштопала пацана даже без наркоза. Тот, конечно, бледнел, но не орать же при жене командира, как сосунку…

Еще через неделю вся группа выдвинулась к «поляне сходов».

На поляне царил невообразимый хаос. Целых три группы со своим грузом и личными вещами расположились на пятачке диаметром чуть больше десяти метров. Среди нескольких расставленных армейских палаток стояла волокуша одной из групп, явно уже возвращающейся домой, но задержавшейся здесь.

На подходах по ним пальнули очередью, и Рухлов дал команду своим залечь. Полейщук, подошедший взглянуть, кто это к ним пожаловал, узнал Антона, и вскоре его группа влилась в неорганизованно отдыхающую толпу.

Алина цвела в этом обществе. Все старались ей угодить и пригласить к своему костру. Антон уже собирался ее одернуть, чтобы физиономия такой довольной не была, но его затащили в одну из палаток, где уже сидели, склонившись над картами, Назим и Кирилл.

– А… Вольные стрелки? – приветствовал Назим Антона.

Поздоровавшись, он присел рядом с Киром, и через пять минут его ввели в курс происходящего.

– Короче, это наша последняя ходка… – подытожил Кирилл. – Нас расформировывают и на наше место бросают ментовские отряды.

– Всех? Всех расформировывают? – спросил Антон.

– Нет, – со вздохом сказал Назим. – Этого халявщика и его команду оставляют.

Он явно имел в виду лояльного к мэру Виктора – знакомца Антона и командира одного из поисковых отрядов.

– А вас?

– Кого куда… Но вместе нам не дадут остаться. Это факт… – Кирилл откинулся на свой вещмешок и продолжил: – Я вот уже в город не вернусь. Я знаю, что меня там в первую очередь разоружат, а потом все и скажут…

– Может, обойдется? – с надеждой спросил Антон.

– Вряд ли… – помотал головой Кирилл.

Все помолчали, и, нарушая тишину, Антон спросил:

– А ты, Назим?

Паренек сказал, усмехаясь:

– У меня выбора нет… Там у меня подружка и ее семья… У нас слишком все серьезно…

Покивав, Антон спросил:

– Ну, ладно… А с Ханиным ты виделся?

Все отчего-то улыбнулись, а Назим ответил:

– Он мне из-за вас чуть по морде не съездил.

Антон не понял.

– Да что тут непонятного? – усмехнулся Назим. – Ханин в госпитале и считает, что вы туда же попадете с этой вашей бандой разгильдяев и уголовников. Может, вам он еще и доверил бы оружие, но бойцов ваших он не видел. И подозревает, что они не нашего поля ягоды…

– Понятно… – пробурчал Антон, ущемленный этим недоверием.

– Да бросьте вы… За это время не поубивали друг друга, значит, все нормально будет, – подбодрил его Полейщук.

Антон решил не говорить о самостреле своего бойца. Кирилл вдруг собрался и обратился к Антону:

– Вы сейчас в ходку уходите, да?

Антон кивнул.

– Короче… – чуть резковато сказал Кир. – Нам некуда податься… Возьмете в отряд?

Рухлов был к этому откровенно не готов.

– Пока Ханин не поправится… – добавил Кирилл.

Полейщук и Назим смотрели на него и ждали ответа.

– Сколько у тебя человек? – наконец спросил Антон.

– Восемь… Точнее, семь. Мишка с командиром остался. Ну, там помочь что… да и на связи он…

– Свою банду контролируешь? – спросил Антон.

– А то…

Антон собрался и сказал:

– Иди тогда, знакомься с моими. Будешь своим отделением командовать.

Прежде чем выйти, он сказал:

– У нас полная волокуша стоит… Куда ее?

– Решим, – ответил Антон, и Кирилл ушел.

Полейщук одобрительно что-то сказал, мол, Кир, парень серьезный, помощником будет отменным. А семь штыков – это семь штыков… Потом долго говорили о планах по маршруту Рухлова. Назим давал дельные советы:

– Здесь мы больше не ходим. Тут накрыли эти отморозки всю команду Роберта. Только один успел уйти… Но и он не знает, что с ними сделали… Беженцы говорят, что теперь там тот самый Ромка. Он, типа, главным и крутым стал…

Антон искренне удивился – историю Романа он знал и не мог поверить, что паренек из рабов сделался одним из командиров этой огромной банды. Поговорили о превратностях судьбы… А потом, окончательно утвердив маршрут Рухлова, Назим пообещал:

– Бери сразу с собой Кира и его ребят. Идите по маршруту. А я оттащу волокушу в вашу лесную обитель. Она мне по дороге. Кому там сдать груз?

Антон задумался. Они никого на базе не оставили. Незачем, казалось. Попросили соседей, чтобы приглядели за землянками и скудным скарбом.

– Наверное, всем там… – неуверенно сказал Антон. – Там детей много. Полуголодные сидят. Так что если потащите, то просто раздайте всем, кто там.

Назим скорчил гримасу и ответил:

– Дотащить дотащим… Это нам почти по дороге, а вот раздачей и дележом пусть там местные занимаются. Мне это просто лень делать, да и время уйдет…

Антон согласился. Передать груз городу ни у кого из них даже мысль не возникла.

Группы ушли по маршрутам только к обеду следующего дня. Антон посмотрел на своих воинов и искренне в душе порадовался. Их стало двадцать четыре, с ним и Алиной. За ночь Кирова группа перезнакомилась с Антоновыми ребятами и заслужила их уважение не только тем, что это была группа Ханина, о котором только глухой ничего не слышал, но и собственными подвигами. Деня, как самый младший, с первого часа увязался за Алиной и теперь не отходил от нее ни на шаг. К прозвищу Малыш добавилось еще и Телохранитель.

Группа, тяжело ступая, двинулась в поход.

На первом привале Антон заметил недоумение Кира и его бойцов. На вопрос, в чем дело, ему ответили, что обычно за сутки делается всего два привала – в обед и вечером, а не через два часа ходьбы… Он только пожал плечами. Мол, подумаю…

Арсенал пополненный за счет Назима на поляне теперь откровенно тяготил его бойцов, и насиловать их, заставляя выкладываться, Антон не хотел. Он рассудил, что со временем они привыкнут к длительным переходам и привалов само собой станет меньше. Это подтвердилось на третий день, когда группа без остановок прошла тридцать километров, потом еще десять успела намотать до ночи. И хоть все были вымотаны, Антон был доволен.

Теперь в дозоры вместо Рухлова часто разводил Кир, как второй после командира. Кстати, это признание случилось само собой. Так что Антон мог высыпаться и целый день оставаться бодрым и готовым к любым неожиданностям.

Скоро они начались сплошным потоком.

Уже в нескольких километрах от своей цели по ним открыли огонь из недалекой деревушки. И хоть Кир настаивал не связываться с отмороженными аборигенами, Рухлов, взяв с собой пять человек, отправился на разведку.

На всю деревню они нашли только одного дедка, слепого и глухого. Не допытавшись у него, кто стрелял, Рухлов решил вернуться. Они были уже в полукилометре от деревни, когда сзади по ним снова забабахало из нескольких стволов. Один из парней был ранен в плечо, и Рухлов решил-таки не возвращаться на разбор с этими… снайперами. Алина, перевязав раненого, с укоризной посмотрела на мужа, и тому только и оставалось, что пожать плечами. Бывает, мол…

Это происшествие не сильно подпортило дух группы. Наоборот, все собрались и теперь были еще больше готовы к драке. Однако…

На подходе к городку – цели поискового похода – Рухлов остановил всю братию и откровенно растерялся. В городке кто-то был. Ревели автомобильные движки, пару раз громыхнули выстрелы. Но Назим гарантировал, что городок пуст!

Решили отправить разведку. Вызвался Кирилл со своим отделением. Расположившись в лесу, группа до самого вечера прождала разведчиков. А по прибытии…

– Там три грузовика… еще один джип. В грузовиках народ связанный, человек двенадцать, – Кирилл четко и ясно докладывал все, что видели его бойцы. – Бандюганов штук тридцать. Точнее не посчитать было. Шуруют в основном возле арсенала. Так что мы обломались с оружием. В их грузовики он весь поместится, еще и место останется. Провизию с армейского склада мы не видели, чтобы они таскали, так что, может, нам и перепадет что после них.

Антон задумался. И наконец спросил Кира, что он думает по всему этому. Кир, вздохнув, начал:

– Если бы я командовал… Значит, если бы я командовал, то я бы их уничтожил…

– Ты бредишь. Во-первых, их больше. Во-вторых, у них там ни в чем не повинные люди в грузовике.

– Я бы подождал, пока они погрузятся. И потом из наших «мух» подорвал бы два грузовика. Из калашей порезал бы джип и тех, кто будет в охранении гражданских… Все просто.

Антон посмотрел на него, не веря кровожадности молодого человека.

– Отлично… – наконец сказал он. – Сколько мы сами потеряем при этом?

– Не более пяти человек… Тупиц, что побегут с криками «ура» на захват грузовика.

– Ну, наверное, мы их успеем остановить. А дальше? Что делать с теми, кто из бандюганов решит сдаться?

Характерный жест по шее.

– Ты сам сможешь расстрелять безоружных?

Задумавшись, Кирилл медленно кивнул.

– Алин… – позвал Антон. Когда та подошла, он ей, усмехаясь, сказал: – Дай этому безумному подростку антидепрессантов и успокаивающее.

– Командир… – сказал Кир серьезно. – Это бандиты. Это страшные бандиты. Позовите Деню, пусть он расскажет, что они вытворяют…

Позвали Дениса. Он долго и подробно рассказывал о своей жизни и о том, как попал в руки этих уродов. И о том, как ушел от них с помощью Ханина. Антон слушал, и все более хмурое у него становилось лицо. Алина только губы поджала, слушая о насилии и унижениях в лагере уголовников.

– Еще и Илья может подтвердить все это… – закончил Деня.

Алина поднялась и вместе с Малышом ушла, оставив Антона и Кирилла одних.

– Решайся, командир… До ночи они погрузятся и постараются покинуть город.

– В какую сторону они поедут? Ты знаешь? А я нет…

– Обратно… – убежденно ответил Кирилл. – Они загружены, и у них человеческий груз. Они пойдут на разгрузку. Так что я знаю, куда они пойдут…

– И где предлагаешь засаду на них устроить? – спросил чисто из любопытства Антон, разворачивая подробную карту времен допотопья.

Долго и дотошно ее изучал Кирилл. Даже Антон увлекся этой сугубо, по его мнению, теоретической задачей. Наконец Кир отметил точку на карте и сказал:

– Здесь!


предыдущая глава | Мы – силы | cледующая глава