home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 47

Шаг…

Шаг…

Шаг…

Носилки плыли, покачиваясь и кренясь, как корабль на волне. Четыре боевика, вцепившись в жерди, несли своего «брата», чтобы спасти его. Через каждые пятьсот-шестьсот метров они менялись местами, чтобы сменить гудящие, вытянутые непомерной тяжестью руки. Это очень не просто нести взрослого, тяжелого мужика, даже если надо пройти всего лишь пятьдесят метров от подъезда до машины «Скорой помощи». А им предстояло тащить его не пятьдесят и не сто метров, а десятки километров, по труднопроходимым горным тропам, зависая на самом краешке бездонных, обрывающихся под подошвами ботинок пропастей, перетаскиваясь через завалы, прижимаясь спинами к отвесным скалам. Им предстояло идти по своей, но все равно вражеской территории, где за каждым поворотом их могла ждать засада. Люди с носилками — легкая цель. Их можно расстрелять в упор, ничем не рискуя, потому что они не смогут залечь мгновенно, а станут опускать, ставить на землю носилки, подставляясь под автоматные очереди. И не смогут уйти, оторваться, связанные раненым, которого нельзя бросить. И будут вынуждены принять бой в самой невыгодной для них позиции…

Они займут оборону возле носилок, расползутся, забираясь за камни, и будут ожесточенно отстреливаться, защищая человека, который сам себе помочь не может. Потом у них кончатся патроны, а противник подтянет свежие силы, и тогда они бросятся на него с кинжалами, чтобы умереть как мужчины. Или, обнявшись, бросятся в пропасть, чтобы не попасть в плен. И умрут все до одного. Как умирали их обложенные войсками генерала Ермолова предки, которые предпочитали смерть неволе! Из-за раненого… которого могли бы бросить и спастись… Но никогда не бросят, потому что это несмываемый позор — бросить своего, нуждающегося в твоей защите соплеменника. И не только раненого, но даже убитого, над телом которого будет глумиться враг.

Чеченцы никогда не бросают своих — ни живых, ни мертвых, они вытаскивают их, даже если при этом гибнут сами! Потому что так велит им их честь, так требует закон гор!..

Четверо обросших, в черном от пота камуфляже мужчин несли носилки, забираясь все выше и выше, забираясь на перевал.

Шаг…

Шаг…

Шаг…

Четыре обросших, уставших чеченца спасали «брата», не зная, что спасают предателя. Вернее, не предателя, а шпиона. Еще вернее — внедренного в их отряд разведчика. Они спасали его лишь для того, чтобы он, выздоровев, навел на них войска, которые уничтожат их.

Они рисковали жизнями ради того, кто менее всего этого заслуживал. Ради чужого, который прикинулся своим!

Шаг…

Шаг…

Лежащий на носилках больной обливался потом, стонал и периодически терял сознание. Но, даже находясь в бреду, он помнил, кто он такой есть, и даже в бреду вспоминал не свое прошлое, а чужие для него имена, населенные пункты и события не своей, а чужой, выдуманной жизни, которая в точности соответствовала вызубренной им легенде…

Шаг!..

Четыре «чеха», напрягаясь, из последних сил, рискуя сорваться в пропасть, угодить под камнепад или пули врага, спасали — врага… Который оказался здесь единственно для того, чтобы, выжив с их помощью, забрать их жизни…

Потому что это война. На которой всякое бывает… В том числе такое, чего вроде бы и быть не должно!..


Глава 46 | Третья террористическая | Глава 48